Барышни тёмных аллей-5. Месячные

Весь следующий день Наташа провела в сомнениях и приятном предвкушении. Соня решила поменять план и пригласить Наташу в мир удовольствий. Она с намёком сказала, что "мы ему устроим такое, после чего он должен будет жениться"

Но когда Виталий вечером  подошёл к девушке, её вдруг захлестнула обида. Она молча перелистывала ноты и пыталась скрыть свои чувства. Нельзя же, в самом деле выдать, что она за ним и Соней подглядывала?

А тут и сам Виталий дурачка свалял. Ни с того ни с сего, заявил ей с весёлой улыбочкой: "Скоро мы с вами породнимся". У Наташи, конечно, душа ушла в пятки: началось!

А он, оказывается, заговорил про своего толстого богатого кузена, ну, про того, который давеча сватался к Наташе. Конечно же, барышня тут же высказала ему всё, что думает про Алексея Мещерского-старшего, да и самому Виталию Мещерскому-младшему тоже досталось. Жаль только, что воспитанная барышня даже в гневе смотрелась не страшно, а скорее мило и трогательно.

Наташа с обиженным видом подобрала свои стройные длинные ноги на диван. На ней была облегающая тенисная юбка, чулки и белые башмачки. Она знала, что юноша ею любуется.  

"Вот и пусть помучается" думала она, уткнувшись носом в тетрадь и глядя на него из-под длинных ресниц. И вот он уже взял её в руку, постоял, да ушёл. Наташу взяла досада: вот как Соня умеет его притягивать, неужели всегда сама его в постель затаскивает?

— Натали, на минуту! - вдруг позвал Виталий и она тут поспешила ко входу на террасу.

Девушку обдало преддождевой прохладой, особенно приятной после долгой жары. Над садом сгущалась туча и юный студент с восхищением заговорил о красоте окружающей природы.  

"Поэзия это хорошо - со вздохом подумала Наташа - А замуж-то ты меня позовёшь?" И когда он спросил у неё "Вы что-то имеете против меня?" она гордо пожала плечами.

— Что и почему я могу иметь против вас? - спросила она и ушла к себе в комнату. А у самой стоял перед глазами образ Сони, обнажающей ноги для его ласковых губ. И никак было от этого не избавиться.  

— Ну как наш жених? - спросила Соня, заходя к ней.  

— Радуется жизни, как обычно. А ты сегодня к нему пойдёшь? - сухо спросила Наташа не глядя на подругу.  

— Нет. Пусть "поголодает". Теперь твоя очередь его соблазнять. Тем более, что у тебя прекрасно получилось в первый же день.

Наташа с улыбкой уронила голову на руки. А ведь хотела же пообижаться подольше! Но похоже, с этим семейством так не получится...

— Слушай, как ты это себе представляешь? - и после паузы она через силу добавила вполголоса - Ну, я должна к нему прийти или он ко мне?

— Ну... - Соня, пожала плечами - Можешь при нём остаться спать на террасе. Он вероятно придёт к тебе и у вас всё сложится.  

И на закате, развалившись в креслах, Соня и Наташа манерно, на "вы", беседовали друг с другом о первой любви и о разнице между юношами и девушками. Их разговор, полный тонкой насмешки, был обращён к сидящему рядом студенту.  

И когда Соня позвала всех спать, Наташа ответила:  

— Я ещё подремлю тут, мне ночь нравится....

И она долго сидела одна на террасе, кутаясь в шаль и слушая звонкую песню малиновки. А поскольку ничего не происходило, то. её волнение улеглось. Она уже задремала, когда почувствовала прикосновение мягких губ.

Она не сопротивлялась и приняла поцелуй своими устами. Медленно открыла глаза. "Соня?"

Её подруга, однако, не отпускала её и продолжала долгий поцелуй. Наташа слегка замотала головой. Соня глубоко задышала.  

Наконец уланская дочь оторвалась от своей подруги и перевела дыхание.  

— Соня, что это было?

— Я тебя проверяла. Поздравляю, ты выдержала. Не кричала, не сопротивлялась. А вообще мне понравилось. - Соня закрыла глаза и мечтательно задрала свой круглый подбородок - Думаю, Виталий тоже будет доволен.  

— Слушай, это уже слишком. Это был мой первый поцелуй такой глубины... И у меня он получается был...  

— С девушкой? У меня сегодня тоже впервые. И знаешь, я как раз мечтала, чтобы это произошло у нас с тобой. А что, тебе не понравилось?

— Не знаю. Но это в конце концов неприлично. Вдруг кто узнает...

— И это говоришь ты, которая бесстрашно ждала здесь моего брата? -   усмехнулась Соня - А ведь со мной  гораздо безопаснее. Во-первых никаких последствий... Ты понимаешь о чём я... Во-вторых, девушек ни в чём таком никогда не подозревают. Мы можем даже лечь спать вместе. Никто ничего не скажет. Просто две подруги...

— Я не против того, чтобы спать с тобой, но... - Она поёжилась, когда на плечи упали холодные тяжёлые капли.

Начал накрапывать дождь.

— Пошли. - сказала Соня - Переночуем вместе, ладно? Сама только что сказала, "не против".  

На это было нечего возразить. Девушки прошли в спальню Наташи  и поспешили избавиться от успевших промокнуть платьев. Дождь застучал по стеклу.

Они переоделась в тонкие халатики и залезли под одеяло, согревая друг дружку.  

— Ну что, спать или ещё поболтаем? - спросила Наташа. Она подозревала, что подруга легла с ней не просто так,  

— Хочешь поговорить о Виталии? Я не прочь. А то можем сыграть в жениха и невесту. Ты в детстве никогда не играла? Нет? Я, кстати тоже всего пару раз и мне тогда не понравилось. Но думаю, с тобой будет по-другому. Я буду за Виталия, а ты за саму себя.

- Смешная ты - вздохнула Наташа. Дождь забарабанил сильнее. Соня начала игру.  

— Дорогая Натали! - прошептала она в темноте - С тех пор, как я вас увидел, мое сердце утратило покой. Позвольте бедному студенту прикоснуться к вашим устам... - И она стала целовать подругу сначала просто, а потом всё глубже и глубже. А та понемногу отвечала ей взаимностью. Её возбудил запретный характер этой игры и то, что Соня изображала её возлюбленного.  

После долгих поцелуев подолы их халатов распахнулись. Рука Сони легла на Наташину грудь и провела по соску. И когда Наташа захотела прикрыться, уланская дочь придержала её руку.  

Потом Соня толчками и понуканиями развернула Наташу к себе спиной. А та пыталась понять, что подруга с ней собирается делать... А Соня просто выбрала самый популярный, хотя и не очень известный мужчинам вид подобных игр.

Она задрала подруге подол, сама развернулась к ней и они начали тереться своими задницами. Наташа почувствовала, что её дыхание участилась и тоже стала двигать бёдрами. Соня запрокинула руку назад. Наощупь погладила Наташу от колена до бедра и провела пальцами по мягкому животу.  

Потом поймала её руку, притянула к себе и прижала к волосатой поверхности, а потом и ниже. И Наташа почувствовала, как пальцы её изогнутой назад руки коснулись влажной промежности. Соня прижалась к подруге задницей, сжала её ладонь между ног и застонала.  

Наташа отняла руку и вылезла из-под одеяла. Уселась верхом на подушку. Вытерла пальцы о край халата.

Странно, это было так хорошо, как будто она давно об этом мечтала.  

А Соня легла на спину и поглядела на потолок. Прислушалась к шуму дождя за окном. В темноте они с Наташей встретились взглядами.  

— Понравилось?

— Не знаю... Да.

— У тебя сигареты есть?

— Откуда?

— Жаль. Курить хочется. Я часто угощаюсь. Чтобы слабость разогнать.

— Угощаешься.. Ты... У Виталия?

— Ну... Да. И, кстати,   теперь ты примерно представляешь, как это будет - Она тяжело вздохнула - Не бойся, на вашем первом свидании я буду рядом.  

Обещание показалось Наташе двусмысленным. "Чем дальше, тем больше погружаюсь в омут" - думала она, засыпая на плече у подруги.  

Утром Сони не было и Наташа одна вышла подышать последождевой свежестью. А днём опять потеплело. Наташа уселась шить, потом слушала чтение Виталия, потом сама читала. При этом она наклоняла голову, откидовала в сторону выгоревшую на солнце косу и напочно обнажала свою нежную шею.

Словом, всячески старалась его соблазнить. А он, толи от стеснения, тот ещё от чего, опять понес какую-то чушь. Сначала стал любоваться дятлом, а потом и вовсе начал восхищался птичьим помётом.

Наташа морщилась, но чем больше злилась на него, тем больше ей хотелось им обладать. "Ты глуп, Виталий, но до чего же ты красив, проклятый!" - думала она. И по прежнему впадала в смятение под его взглядами.

Наконец она намекнула ему, что знает про его любовь к Соне. Пусть уже определиться, все же у них тут не Бахчисарай. И сразу ушла, чтобы не продолжать разговор.

А на другое утро почувствовала тянущую боль внизу живота.

Наташа с трудом поднялась для некоторого облегчения и снова улеглась на подушки. В висках стучало и весь мир казался более тонким, хрупким и неприятным. Яркое солнце за окном раздражало и не хотелось открывать глаза.  

— Мне дурно - сказала Наташа, когда Соня зашла к ней в комнату. Та сразу поняла, в чём дело. Задёрнула шторы и принесла воду.

Но Соня всё равно утомляла Наташу одним своим видом и звонким голосом. Особенно когда пошутила, что план с Виталием придётся отложить. Наташа теперь испытывала отвращение к ним обоим и к себе самой тоже.

— Не хочу про него слышать - сказала она и вытерла слёзы. Соня пожала плечами и ушла. Наташа зажала между ног подушку и попробовала устроиться на боку поудобнее.  

Вечером к ней пришла старая няня, бывшая крепостная в семье улана. Наташе стало стыдно за свой утренний капризный тон. Она спросила, придёт ли Соня?

— Куды там... - протянула няня - за тобою следом и почала цвести... Теперь вместе маяться будете.  

Наташа тут же уточнила, что все мужчины из усадьбы разошлись, и спустилась вниз по лестнице. Соня повернулась к ней со слабой улыбкой. Девушки улеглись вместе, лицом друг к дружке, хотя и отодвинулись в разные края кровати.

— Да, умудрились мы с тобой, сразу обе.  

— Так оно у всех  девок так всегда и бывает, коли вместе живёшь - сказала няня и поставила графин на стол.

— Да мы знаем - поморщилась Соня.  

— Это ж известное дело - продолжала няня - Ещё тётушка ваша, как мы с ней бывали молоденьки, так у нас у обеих вместе тужевание такое случалась. Тож бывало,. как вот вы, лежала, а я, всё ходила за ней.  

— Погоди, Сидоровна - спросила вдруг Наташа - А если у вас вместе это всё начиналось, то почему ты не лежала?

— Так я ведь не барышня была, чтобы мне лежать, а девка крепостная.

— Да и мы то ведь не по своей воле лежим? Тела-то у нас у всех одинаково устроены.

— Правда твоя, ласточка, в бане и то княгиню от крестьянки не отличить. Да видно уж разница есть. В работе и болеть некогда...

Няня ушла поискать клубники,  а подруги стали обсуждать ею сказанное. Соня сказала, что легко встаёт по вечерам, а днём вообще никак, пока не закончится. "А ведь у меня тоже хозяйство..."

Няня принесла им сладкие ягоды. Соня пошутила, что теперь нестрашно простыню испортить. А Наташа, вдохновившись няниным примером, пошла к ужину разливать чай.  

С Виталием она из-за всех сил старалась показать, что ничего не произошло. И всячески избегала разговора о своём состоянии. А Соня тоже вышла у ужину, и о чём-то переговорила с Виталием шёпотом.  

Уже в темноте она сказала Наташе:  

— Кстати, он спросил меня, приду ли я к нему сегодня ночью? Совсем ничего не понимает, правда?

После короткой паузы девушки расхохотались.

— Ой, да... - протянула Наташа. - Но ведь он мужчина и не должен в таком разбираться.   

— Почему это не должен. А как ты жить с ним всю жизнь собираешься? Если он ночью сам заявит.  

— Не знаю.  Скажу, что сегодня не хочется. Не обязательно же каждый день?

— Ещё одна наивная душа... Ладно, мне сейчас об этом говорить неохота.  

Наташа лучше переносила ежемесячную тягость. И Соня передала ей распоряжения по хозяйству. Наташа одела белый передник и увепенно поддерживала порядок в кухне и в людской.  

Через неделю она снова чувствовала своё юное женское тело, готовое к удовольствиям. Как после зубной боли, когда сначала не веришь, что может быть хорошо, а потом как будто заново оживаешь. Соня тоже восстановилась и сразу стала строить планы для Наташи.

Они были в самом хорошем настроении и решили поторопиься. Тем более, что Виталий собирался уезжать.  Соня поглядела на тучи, которые сгущались над степью.

— Кажется у меня есть план. Пригласи его, для начала, на прогулку. Дадим ему последний шанс просто сделать предложение. А потом... - и она что-то зашептала на ушко подруге.

И вечером Наташа позвала Виталия в сад. Не дождавшись от него нужных слов, она резко предложила ему уезжать уже завтра. А сама пошла к себе в спальню.  

Там она переоделась в халатик и стала ждать. Соня в ночнушке пришла к ней. Гроза за окном усилилась, Соня сказала "пора!" и отправилась в спальню своего брата.  

Наташа огляделась в комнате. Виталий должен был прийти сюда, иначе не удастся развести его на предложение. Соня сейчас будет говорить ему, как боится грозы и заводить голодного юношу.  

Наташа посмотрела на стрелки часов и зажгла свечу. Вышла в коридор. Дверь в комнату Виталия была приоткрыта.  

Соня сидела на диване, на коленях у своего брата. Руку она запустила всего штаны. Было видно,  что юноша на пределе возбуждения.

Наташа заглянула в комнату и сказала:  

— Соня, где ты? Я страшно боюсь...

Считалось, что она не нашла подругу у неё в комнате и потому явилась искать её в спальне брата. Таков был их сумбурный и не вполне правдоподобный план. Наташа посмотрела на сестру и брата испуганными глазами, а потом развернулась и убежала.

Пришла к себе в комнату. Перевела дыхание. Соня влетела следом за ней.

— Ну, теперь ждём. Думаю, он уже не захочет расставаться со мной надолго. Тише!  

В коридоре послышались шаги юноша. Наташа замерла, сцепившись руками с Соней. Дверь в девичью спальню с лёгким скрипом отворилась