Интимный ритуал, о котором не говорят вслух. Интимные истории

Набрала ванну с пеной — давно хотела просто полежать в горячей воде и расслабиться. Погрузилась по шею, закрыла глаза. Тепло окутывало всё тело, запах лаванды успокаивал.

Услышала, как открылась дверь. Он зашёл, посмотрел на меня и улыбнулся.

— Хочешь, помогу? — кивнул на бритву, которая лежала на полке.

Я кивнула. Мне всегда нравится, когда он это делает. Это так интимно — доверить ему своё тело, острое лезвие, полную уязвимость.

Он засучил рукава, сел на край ванны. Взял мою ногу, положил себе на колено. Нанёс пену для бритья на голень — прохладная, мягкая. Потом медленно, аккуратно провёл бритвой снизу вверх. Длинные, уверенные движения. Я смотрела, как он работает — сосредоточенный, внимательный.

Одна нога, вторая. Колени, где кожа тоньше и нужно быть осторожнее. Бёдра — его рука гладила кожу перед каждым движением бритвы, проверяя гладкость.

— Теперь выше? — спросил он тихо.

Я кивнула и раздвинула ноги. Пена уже растворилась вокруг, вода была прозрачной.

Он нанёс пену из тюбика на лобок, на большие половые губы. Прикосновения были нежными, почти ласкающими. Потом взял бритву.

Начал с лобка — аккуратно сбрил волосы по бокам, оставляя узкую вертикальную полоску посередине. Работал медленно, выравнивая края, делая полоску идеально ровной. Я смотрела, как он старается, как проводит пальцем по коже, проверяя симметрию.

— Красиво, — прокомментировал он, отстранившись и оценив результат.

Потом спустился ниже. Одной рукой раздвинул большие губы, натянул кожу. Другой — короткие, аккуратные движения бритвой. Я чувствовала лёгкое скольжение лезвия, его тёплое дыхание рядом — он наклонился совсем близко, чтобы лучше видеть.

— Подними чуть выше, — попросил он тихо.

Я согнула ноги сильнее, раздвинув их шире. Он брил между ног, там где кожа самая нежная. Между большими и малыми губами, вокруг входа. Каждое движение — точное, уверенное. Иногда его пальцы касались клитора, когда он натягивал кожу, и я вздрагивала от непроизвольного возбуждения.

Промежность — он попросил меня приподняться немного. Брил медленно, смывая пену, проверяя гладкость пальцами. Прикосновения становились всё более долгими, уже не только функциональными.

— Готово, — прошептал он, но руки не убрал.

Его пальцы скользнули по свежевыбритой коже — идеально гладкой, чувствительной. Провёл по большим губам, между ними, по узкой полоске волос на лобке, задержался на клиторе. Я застонала тихо.

— Нравится? — спросил он, продолжая ласкать.

Я не ответила словами — просто откинула голову назад и раздвинула ноги ещё шире. Его пальцы двигались уверенно, он знал все мои точки. Круговые движения вокруг клитора, лёгкое давление, потом два пальца внутрь.

Вода плескалась в ванне от моих движений. Я прогнулась, хватаясь за края ванны. Его пальцы работали внутри, большой палец массировал клитор. Всё тело было таким чувствительным после бритья — каждое прикосновение ощущалось в десять раз ярче.

Кончила быстро, громко, не сдерживаясь. Вода расплескалась на пол. Он продолжал медленно двигать пальцами, пока последние волны не прошли через моё тело.

После он помог мне выбраться из ванны, завернул в полотенце, поцеловал в лоб.

— Нравится, когда ты такая гладкая. И полоска тебе идёт, — прошептал он мне на ухо.

Мне тоже нравится. И нравится, когда это делает он.