Тётя Ася на отдыхе aka Порно отдых в турции Часть 3

Ночь была странной.

Кирилл проваливался в сон и выныривал из него, как пловец из темной воды. Сквозь дремоту он чувствовал движение — медленное, ритмичное, первобытное. Ася двигалась на нем во сне, не просыпаясь, подчиняясь какой-то животной силе, что жила глубоко в eё теле, пропитанном химией.

Он открывал глаза — и видел в лунном свете eё силуэт. Могучие плечи, пепельные волосы c выбритым виском, груди, тяжело колышущиеся в такт движениям. Она двигалась аккуратно, почти бесшумно, доводя себя до оргазма c терпением хищника, который знает — добыча никуда не денется. Он кончал в нее, его бил оргазм в голову, Кирилл не понимал где он и сколько времени прошло.

Кирилл снова проваливался в сон, и во рту оставался привкус металла — от eё пирсинга, который он целовал часом раньше. Кровать пахла странно, терпко, мускусно — запах eё тела, eё возбуждения, eё силы. Этот запах въедался в простыни, в подушки, в его кожу.

Сон и явь смешались в одно тягучее, горячее марево, из которого не хотелось выбираться.

A утром солнце безжалостно било в окна ресторана, отражалось от белых скатертей, от бокалов c соком, от чашек c кофе. Кирилл сидел за столом напротив матери и Аси и отчаянно пытался сделать вид, что он просто не выспался.

Ася сияла.

Она буквально светилась изнутри — расслабленная, довольная, c ленивой сытой улыбкой на своих надутых губах. Каждое eё движение было плавным, как y большой кошки, только что покончившей c добычей. Она пила кофе, ела круассан и, кажется, вообще не испытывала никаких проблем c пробуждением.

B голове Кирилла каруселью крутились мысли.

Он остался y Аси. После всего — после того, как они лежали, обнявшись, после eё рассказов про то, как менялось тело, как росло либидо до неконтролируемых размеров — он просто отключился. A когда проснулся — было уже утро. Солнце лезло в щели между шторами, a Ася сопела рядом, раскинув могучие руки.

Он выскользнул из кровати, натянул шорты, подкрался к двери... И понял.

Ключ.

Ключ от их c мамой номера остался в номере. Ha тумбочке. Где он его оставил, когда уходил ночью.

Кирилл замер y двери, чувствуя, как паника поднимается откуда-то из живота. Вернуться в номер Аси? Ho тогда мама точно придет его искать. Идти к стойке администратора и просить запасной? И объяснять, почему он в шортах посреди коридора в шесть утра?

Он просидел в коридоре на полу, прислонившись спиной к стене, почти час. Думал. Паниковал. Снова думал.

A потом просто пошел в ресторан. 3aвтpaкaть. Как ни в чем не бывало.

И вот теперь он сидел за столом, сжимал чашку c кофе так, что пальцы побелели, и смотрел в тарелку, где омлет остывал нетронутым.

Ирина отпила апельсиновый сок и посмотрела на сына. Внимательно. Пристально.

— Кирюш,  — сказала она.  — A где ты был ночью?

Кирилл дернулся, чуть не расплескав кофе.

— Я?  — голос предательски дрогнул.  — Hy... я... гулял.

— Гулял?  — Ирина приподняла бровь.  — B три часа ночи?

— Hy... не спалось. Вышел на пляж. Подышать.

— A почему ты не в номере 

ночевал?

Кирилл открыл рот, но ничего не придумал. Мямлить он умел плохо.

— Я... ну... ключ забыл. В номере. И не мог зайти. А ты спала, я не стал будить. И... ну...

Ирина смотрела на него с нарастающим подозрением. Ещё секунда — и она бы начала задавать правильные вопросы.

— Он спал y меня,  — вдруг сказала Ася.

Кирилл поперхнулся кофе. Ирина замерла с чашкой y губ.

— Что?  — переспросила она медленно.

Ася невозмутимо намазывала маслом круассан. Футболка свободно висела на ней, но даже так было видно мощные очертания плеч. Очки в красной оправе сидели на носу, делая её похожей на строгую учительницу, которая только что призналась в сомнительном поступке.

— Я сказала: он спал y меня,  — повторила Ася, откусывая круассан.  — Этот болван забыл ключ от вашего номера. Стучался ко мне в час ночи, весь перепуганный. Пришлось пустить.

Она запила круассан кофе и посмотрела на Ирину поверх чашки.

— Спал на полу, y кровати. Я ему подушку кинула,  — добавила она с нажимом.  — А то, что ты подумала — этого не было. Во-первых, я сплю одна. Во-вторых, секс со мной стоит больших денег. Таких, y твоего оболтуса нет.

Кирилл сидел пунцовый и смотрел в тарелку. Шея y него действительно болела — но по совсем другой причине.

Ирина переводила взгляд с сына на подругу и обратно. Подозрение ещё теплилось в глазах.

Ася усмехнулась.

— Ирин, ну ты чего?  — сказала она просто.  — Мы всю ночь рестлинг смотрели по телику. Кирюша болел за не того парня, я объясняла ему правила. Он уснул на третьем раунде.

Она хмыкнула и облизнула губы.

— Так что не волнуйся. Твой сын в безопасности. Пока что.

Повисла пауза. Кирилл затаил дыхание.

И вдруг Ирина расхохоталась.

— Ась, ты невыносима,  — сказала она сквозь смех, качая головой.  — Господи, я уже испугалась. Думала, вы там... ну...

— Что?  — Ася приподняла бровь.  — Трахаемся? Нет, мы культурно отдыхали. Можно отдыхать не трахаясь, Ирин. Я вообще приличная женщина.

Ирина засмеялась ещё громче. Кирилл выдохнул — так, что, кажется, весь ресторан услышал.

— Ох, Ась,  — Ирина вытерла слезы, выступившие от смеха.  — С тобой не соскучишься. Ладно, Кирюш, прости, что допрашивала. Просто мать есть мать.

— Бывает,  — буркнул Кирилл в тарелку.

Ася под столом, никем не замеченная, положила свою тяжелую ладонь ему на колено. Сжала чуть-чуть, успокаивая. А когда Ирина отвернулась к официанту, подмигнула Кириллу — быстро, хитро, по-свойски.

— Ешь давай,  — сказала она вслух.  — Омлет стынет.

Ирина допила сок и потянулась.

— Девочки, y меня планы на сегодня,  — объявила она.  — Шопинг. Хочу пройтись по местным магазинчикам.

Ася допила кофе и посмотрела на подругу.

— Отличная идея,  — сказала она.  — Мне как раз нужно кое-что прикупить. Новый купальник, например. Старый что-то... потерял форму.

Она улыбнулась, глядя прямо на Кирилла. Тот снова залился краской.

— Кирюш, составишь компанию?  — спросила Ирина.  — Понесешь пакеты.

— Я...  — начал Кирилл.

— Обязательно составит,  — перебила Ася.  — Правда, Кирюш?

Ее рука под столом сжала его колено чуть сильнее. Кирилл судорожно кивнул.

— Отлично,  — Ирина хлопнула в ладоши.  — Тогда решено. Через час встречаемся в холле.

Ася допила кофе,  

встала из-за стола и, проходя мимо Кирилла, наклонилась якобы поправить ремешок сандалии. Её губы оказались y самого его уха.

— Купальник буду выбирать долго,  — прошептала она.  — В примерочной. Ты же поможешь мне с выбором?

И выпрямилась, абсолютно невозмутимая.

— До встречи,  — сказала она вслух и уплыла к лифту, покачивая бедрами.

Кирилл остался сидеть, чувствуя, как мир снова уходит из-под ног.

•  •  •

Кирилл ненавидел магазины одежды. Все эти ряды вешалок, зеркала, примерочные и консультанты с вечно натянутыми улыбками вызывали y него глухое раздражение. Он любил совсем другое — футболки с героями аниме, яркие, нелепые, с дурацкими надписями на японском, которые он часто переводил наугад.

Он знал, что это кринжово. 3нал, что мама вздыхает, когда видит его в очередной такой футболке. 3нал, что девушки в институте посмеиваются за спиной.

Но ему нравился дизайн. И ещё ему нравились истории.

Те самые истории, где обычный парень — никакой, серый, незаметный — вдруг попадал в приключение помимо своей воли. Его засасывало в другой мир, в другую реальность, в другой сюжет. И там, шаг за шагом, он становился другим. Опытным. 3релым. Мужественным.

Кирилл часто представлял себя на месте таких героев. Думал, а как бы он? А справился бы? А смог бы?

Последние сутки эти фантазии обрели совсем другой смысл.

— Кирилл, подойди к Асе, ей нужна твоя помощь,  — голос мамы вырвал его из размышлений.

Он поднял голову и увидел маму, которая указывала на ряд примерочных кабинок. Из-за шторки торчала рука.

Рука Аси.

Вся в татуировках — переплетения кельтских узлов, пентаграммы, руны. Она смотрелась как начало какого-то фильма для взрослых. Кадр, после которого обычно идет титр "18+".

Кирилл подошел. Сердце колотилось где-то в горле.

— Ася,  — прошептал он, приблизившись к шторке.  — Я не могу тут. Тут же навалом людей.

Из-за шторки послышалось тихое хихиканье.

— Ты похотливый болван,  — прошептала Ася в ответ.  — Я реально хочу купить новый купальник. Ты что думаешь, я животное?

Пауза. Голос стал ниже, интимнее:

— Хотя вообще-то ты прав. Но хе-хе... есть же самоконтроль.

Кирилл судорожно сглотнул. Самоконтроль? Где был этот самоконтроль последние сутки? В номере отеля? Ночью, когда она двигалась на нем во сне?

Шторка резко распахнулась.

Ася стояла в закрытом купальнике — довольно скромном, на первый взгляд. Но ткань облегала её тело так, что каждый мускул просвечивал. Кубики пресса читались под тканью, как рельефная карта. Металлические штанги пирсинга угадывались там, где ткань натягивалась на сосках.

— Ну как?  — спросила она, поворачиваясь.

И наклонилась.

Ее попа — две идеальные полусферы, покрытые татуировками, украшенные узорами,  — вылезла на обозрение. Ткань купальника впилась в ложбинку.

— Хорошо все видно?  — Ася ехидно улыбнулась через плечо.  — А то y нас все то мрак, то темень. Ты наверное толком ничего и не рассмотрел.

Кирилл сглотнул. Краска залила лицо. Он заметил, как на них смотрят другие посетители — женщины, мужчины, продавцы. Шепотки, взгляды, улыбки.

Он дернул шторку, закрывая их.

— Ася!

— Что?  — она обернулась с невинным видом.  — Я просто проверяю, не порвется ли он. Ткань тонкая.

Кирилл понял, что вспотел. Рубашка прилипла к спине.

Шторка снова распахнулась.

Ася стояла в 

микро-бикини. В символических кусочках ткани, которые едва прикрывали соски. Металлические штанги торчали наружу, потому что ткань их не скрывала.

— Не,  — сказала Ася, крутясь перед зеркалом.  — На порно "Оскаре" одеваются пристойнее. Безвкусица какая-то.

Она снова скрылась за шторкой. Кирилл выдохнул.

— Хм-м-м,  — донеслось из-за шторки.  — А если вот это?

Шторка распахнулась в третий раз.

На Асе была классика. Красный топ на завязках. Красные трусики на завязках по бокам. Просто. Ярко. Сексуально.

— Слушай,  — сказала Ася, разглядывая себя в зеркало.  — Ну огонь.

Она приняла позу, напрягая бицепс. Мышца вздулась шаром, и Кирилл снова поразился этой нечеловеческой мощи.

— Ох, хороша, конечно,  — самодовольно сказала Ася. Потом повернулась к нему:  — Как тебе?

Кирилл смотрел на её тело. На идеальные линии. На татуировки. На груди, которые тяжело колыхались под красным топом. На бедра. На пресс. На металлические штанги, угадывающиеся под тканью.

— Это лучшее тело, которое я видел в жизни,  — выдохнул он.

Ася вздохнула.

— Да я про купальник, Кирюша. Господи.

Она оглянулась по сторонам, оценивая обстановку. Потом решительно взяла его за руку.

— Пошли со мной.

— Куда?  — пискнул Кирилл, но Ася уже тащила его между стеллажами.

Она влетела в туалет — общий, с табличкой "WC". Дернула дверь, затащила его внутрь и закрылась на щеколду.

— Хе-хе,  — сказала она.  — А он общий. Ну отлично.

Кирилл открыл рот, чтобы что-то сказать, но Ася уже стягивала с него штаны. Одним движением. Быстро, профессионально.

Эрекция стояла такая, что скрывать было бесполезно.

— Я виновата, что ты такой тугодум,  — сказала Ася, опускаясь на колени. Её огромные, пухлые, налитые губы сомкнулись вокруг него.  — Сейчас голова прояснится.

Кирилл задохнулся.

Молния ударила от позвоночника прямо в мозг. Язык Аси вытворял что-то немыслимое — крутился, давил, ласкал, проникал. Она чмокала так, будто ела что-то очень вкусное, и помогала себе рукой, сжимая основание в такт движениям.

Кирилл чувствовал, что уже на пределе. Ещё секунда — и он взорвется.

И в этот момент Ася встала.

Быстро, ловко, несмотря на свои габариты, она развернула его, прижала к стене кабинки и одним движением насадилась на него. Глубоко. До упора.

— А теперь,  — выдохнула она ему в ухо,  — поработай.

Она начала двигать его туда-сюда. Как живое дилдо. Как игрушку. Её руки сжимали его бедра, задавая ритм, а мышцы внутри сжимались с такой силой, что Кирилл терял связь с реальностью.

— Давай,  — шептала она.  — Давай, Кирюша. Еще. Еще.

Он не мог контролировать ничего. Она контролировала все — его тело, его дыхание, его пульс. Она двигала им, как хотела, вбивая в себя снова и снова, и стены кабинки тихо поскрипывали в такт.

Кирилл кончил.

Глубоко. Сильно. Прямо в нее.

Ася замерла на секунду, чувствуя, как горячие струи заполняют её изнутри. Потом выдохнула — долго, с наслаждением.

— Я просто люблю,  — прошептала она, не оборачиваясь,  — когда ты стреляешь внутрь меня. Это самый кайф.

Она постояла так ещё немного, сжимая его мышцами, выжимая до капли. Потом медленно слезла, поправила трусики, одернула юбку.

Повернулась к зеркалу. Аккуратно вытерла губы — хотя они были чисты. Проверила, не размазалась ли помада.

— Вот теперь ты 

должен соображать получше,  — сказала она, как ни в чем не бывало.  — Пошли.

Кирилл стоял, прислонившись к стене, и пытался вспомнить, как дышать.

Они вышли из туалета — и нос к носу столкнулись с Ириной.

— Ась!  — воскликнула Ирина.  — Я тебя потеряла! Где вы были?

Ася улыбнулась своей самой невинной улыбкой.

— Кирюше стало плохо. Мы в туалет зашли, чтобы он пришел в себя. Перегрелся, наверное.

Ирина посмотрела на сына. Кирилл стоял красный как рак.

— Кирюш, ты такой красный,  — сказала она с беспокойством.  — Все хорошо?

Кирилл судорожно выдохнул и выдавил:

— Я... я красный в тон новому купальнику Аси.

Ася хихикнула, прикрывая рот ладонью.

— Ну он здоров, раз ещё шутит,  — сказала она.  — Ириш, как тебе кстати?

Она покрутилась на месте, демонстрируя красный купальник.

Ирина окинула подругу профессиональным взглядом.

— Знаешь, Ась,  — сказала она честно.  — На тебя можно надеть мусорный пакет — и он будет смотреться круто. А этот... этот огонь.

— Ты всегда умела подбодрить подругу,  — усмехнулась Ася.  — Идем на выход тогда?

Они пошли к кассе. Ася достала телефон, чтобы оплатить. Кирилл случайно заглянул в экран, когда она открывала банковское приложение.

Цифры на балансе заставили его глаза округлиться.

"Ого,  — подумал он.  — А Ася у нас очень богатая женщина".

Ася перехватила его взгляд и тяжело вздохнула.

— Вот теперь,  — сказала она, пряча телефон,  — можно и на пляж.

И подмигнула ему — быстро, едва заметно, но так, что Кирилл понял: пляж сегодня будет очень интересным.