Божий дар Глава десятая

По возвращению в родной город, за спортивные успехи, руководство выделило Воронкову однокомнатную квартиру.

Чистенькую и уютную в новом микрорайоне.

В ней даже имелась какая-никакая мебель, в виде дивана, кухонного стола и двух стульев.

В жизни Савелия это было первое «свое» жилье и он испытал, ранее неведомые чувства собственника.

Ходил по квартире и трогал стены и двери, словно хотел убедиться, что все это не приснилось, а существует наяву.

И первая ночь, проведенная в новом жилище, показалась необыкновенной.

Лежа на диване и глядя в чернеющее окно, Савелий  представлял, как приведет сюда девушку, в которую влюбится.

Они поженятся и заживут счастливой семейной жизнью.

Следующий день был наполнен хлопотами по благоустройству квартирки.

Воронков  и подумать не мог, что для проживания нужно столько утвари.

Постельное белье, одеяла, подушки,   посуда и еще куча разной мелочевки.

Сидя в центре всех этих коробок, пакетов и упаковок, парень размышлял о суете этого мира, который обрекал смертного на прозаичный быт.

Именно в этот момент раздалась трель дверного звонка.

Гадая, кто бы это мог быть, Воронков отправился в прихожую.

Когда дверь открылась, то перед ним предстала симпатичная молодая женщина в китайском пуховике.

Савелий тот час ее узнал.

Екатерина, жена Василия Михайлова.

- Здравствуйте, - смущенно пролепетала она. - Можно войти?

- Конечно можно. Только у меня не прибрано.

Он закрыл за гостьей дверь, недоумевая, зачем она пришла.

- Я поговорить хотела. Вася сказал, что вы жили в одном номере, - обратилась к нему «гостья».

Только тут, Савелий рассмотрел ее.

Круглолицая, с румяными щечками и губками «сердечком», а еще - пушистые ресницы, которые то и дело стыдливо прикрывали серые глазки.

- Да ты раздевался и проходи, - пригласил парень. - Что мы будем тут в прихожей топтаться.

Он помог Екатерине  снять пуховик, отметив вполне стройную фигуру.

«Вася верен себе. Высокая грудь и тонкая талия», мелькнуло у него в голове.

Поскольку кухня была завалена пакетами, они прошли в зал и уселись на диван.

Екатерина чувствовала себя неловко и, прямо держа спинку, избегала смотреть на хозяина квартиры.

- Вот, переезжаю, - пояснил Савелий, пытаясь как то сгладить неловкое молчание.

Ему по прежнему не была ясна цель визиты, но Екатерина безмолвствовала, смущенно разглядывая маникюр на своих пальчиках.

К слову сказать, совсем нехитрый, кое где уже облупившийся.

Пауза опасно затягивалась.

- Я бы предложил чаю, - но у меня все пока разобрано.

Савелий уже не знал, что еще сказать.

Наконец, по всей видимости, решившись, молодая женщина подняла на него глаза.

- Вася сказал, что плохо выступил, потому что вы помешали ему, - произнесла она.

- Я?! - изумился Савелий. - Это каким же образом?

- Привели в номер девушку и не дали ему отдохнуть.

Воронков не верил в то, что услышал.

Чудовищная наглость Михайлова поражала своим цинизмом.

«Так вот почему никто не хотел подселиться к нему. Меня просто «кинули» как щенка», пронеслось у него в голове.

- Вася давно уже ничего не выигрывает. А у нас ипотека и долги, - продолжала Екатерина.

Глазки ее подозрительно заблестели и она разрыдалась, приведя Савелий в полнейшее замешательство.

«Да что же это такое? », возмутился он.

«Сначала Полина, теперь Катя. Я подушка что ли, для утешения? ».

- Даша болеет, ей нужно питание, - продолжала женщина всхлипывая. - Скоро «коммуналку» платить  и за садик, а денег нет.

Воронкову стало до такой степени жаль несчастную, что он обнял ее и погладил по голове.

Обвинение было настолько нелепым, что Савелий даже не собирался оправдываться.

- Все образуется, - уверенно заявил он.   - Откуда ты?

- Емельяновский район, - ответил Екатерина, утирая слезы.

- Да ладно! А я из Нижнереченска. Не раз приезжал к вам на соревнования.

Савелий достал из кармана смятую пачку денег.

- Это на первое время, - пояснил он.

Женщина так изумленно глянула на него, что он не смог скрыть улыбки.

- Возьми, пожалуйста. Это для твоей дочки. Ребенок не должен страдать от поступков взрослых.

- Ты такой хороший, - пробормотала Екатерина, принимая деньги.

- А ты красивая, - со всей искренностью заявил Савелий.

- Спасибо.

Щечки гостьи порозовели от смущения.

Воронкову, в этот момент она показалась такой хорошенькой, что он привлек ее к себе и поцеловал, но не в атласную щечку, а в сладкие губки.

Савелий сам не знал, почему так поступил.

Просто поддался порыву, который налетел как вихрь на стрельбище и пули летят в «молоко».

Ведь Екатерина была «своя».

Вполне понятная и адекватная.

- Зачем ты так? - смущенно пролепетала она. - Я - замужем.

- А вот с этим пора кончать, - авторитетно заявил парень. - Бросай ты этого Василия. Врун, да еще семью не может содержать. А ты? Посмотри на себя: красивая, молодая. Просто «бомба»!

Савелий  выразительно глянул на высокую грудь Екатерины.

- А я ведь вспомнила, - смущенно улыбнулась она. - Ты был на  одной из фотографий, что висели у нас в школе.

- Вот видишь! - обрадовался Воронков, вновь заключая «гостью» в объятия.

Вкус губ показался ему таким сладким, что он не отказал себе в удовольствии вновь их попробовать, на это раз не спеша,   плавно переходя к «французскому» поцелую.

Близость молодой горячей плоти пьянила.

Он уже «хотел» эту женщину.

- Не надо! - лепетала Екатерина, когда парень  принялся стягивать с нее свитерок.

Вид бюста, заключенного в простенький бюстгальтер был прекрасен.

Не взирая на слабые возражения, Савелий освободил налитую грудь и припал губами к розовым соскам.

Откинувшись на спинку дивана, Екатерина прикрыла глазки, смирившись с неизбежным.

Воронкову казалось, что он вернулся в то счастливое время, когда приехал на соревнования с командой в районный центр Емельяново.

Для проживания им был выделен класс в местной школе, где поставили кровати.

Достаточно было выйти в коридор, чтобы оказаться сразу среди десятка симпатичных «старшеклассниц», которые так и «стреляли» глазками в рослого паренька с пышной шевелюрой.

Тогда у него только-только проснулся интерес к противоположному полу и он с жадностью подмечал стройные ножки, выпирающие груди и миловидные личики.

Сладкое предчувствие прикосновения к запретному, что скрывалось за блузками и юбочками, томило душу неясными эротическими фантазиями.

Так хотелось, хотя бы к одной из них, прикоснуться и поцеловать.

И вот, «мечта» исполнилась.

Чуть повзрослевшая «старшеклассница» находится в его объятиях и он целует ее в «сахарные» губки.

Покорно позволяет стянуть с себя трусики, раздвигает ножки и вся трепещет, когда твердый «жезл» проникает в узкую расщелину.

«Другое дело», успевает отмечать Воронков, приступая к фрикциям.

«Никаких «заумностей» и «зряшных» разговоров.

Все понятно и естественно».

В какой то момент ему кажется, что Екатерина его жена и он просто исполняет супружеский долг.

Однако, когда наступает кульминация, парень успевает вытащить детородный орган и излиться на упругий животик партнерши.

Затем, они лежат, тесно прижавшись друг к другу.

- Спасибо, - едва слышно шепчет Екатерина и поясняет: - Вася последние месяцы как будто меня избегает.

«Это понятно», размышляет Савелий. «Нагуляется на стороне, зачем ему «домашний борщ».

Глядя на неразобранные коробки, к нему приходит идея.

- Слушай, а как ты смотришь на то, чтобы подработать «домоправительницей? »

- Это как?

- Очень просто. Я скоро уеду на соревнования, а тут, ты видишь какой бардак? С оплатой не обижу.

Екатерина, так странно глянула на него, что Савелий устыдился.

Может он, сгоряча, ляпнул что то не то?

- И что нужно делать? - поинтересовалась молодая женщина.

- Навести здесь порядок и уют.

Савелий указал на разбросанные свертеть и пакеты.

- Не знаю. Это как то необычно. Что люди подумают?

- Да ты пойми, это - город, а не Емельяново. Тут всем плевать на окружающих.

Воронков так загорелся этой идей, что принялся покрывать тело девушки быстрыми поцелуями.

- Соглашайся, - бормотал он, тиская ладонями упругую грудь.

- А Вася? - начиная «заводиться», спросила Катерина.

- Пусть идет в баню! Платит алименты и делает, что хочет.

Твердый «жезл» вновь скользнул в разгоряченное лоно и молодая женщина энергично задвигала тазом, что можно было расценить как знак согласия.

Через день, Савелий улетел в Мурманск.

Спортивная жизнь была настолько насыщенной, что даже не было времени остановиться и задуматься, а правильно ли он поступает?

Екатерина присылала ему сообщения и «отчеты» о проделанной работе.

Воронков знал, что она ушла от Василия и снимала комнату у какой то дальней родственницы.

«Может мне «поджениться» на ней? », размышлял Савелий, рассматривая присланные фото купленной кровати и холодильника.

Однако, вокруг было столько «симпотных» девушек, что он оставил эту затею.

«Не хочу стать для нее  «новым» Василием», решил Воронков, закрыв «тему» женитьбы.