Катя. Глава 2

Начало

* * * * * * * * * * * *

С тех пор прошло два года...

Алексей отслужив вернулся домой. Первое бросилось в глаза по-приезду, что мужики из их городка стали таскать с собой везде старые транзисторы и слушали бесконечные съезды народных депутатов, трансляции речей, различные пресс-конференции уже многим поднадоевшего Генсека и Президента СССР, между поездками на "фазенду" за город, пьянками и игрой в "козла". Эта болтология бесконечная казалось неслась отовсюду  и, практически, стала фоном повседневной жизни населения.

Там же Лёша узнал у кого-то в забегаловке, где пил пиво и остограммивался, что Катя уехала куда-то, то ли учиться, то ли работать, под этот же бубнёж, от которого казалось нигде не спрятаться, доносившийся уже из маленького чёрно-белого телика стоящего на прилавке .

Прогуляв, вернее, пробухав два летних месяца , он в августе поступил в Одесский политехнический институт...

И там в коридоре институтской общаги увидел Катю. Она шла к нему, заполняя собой всё пространство, колыхая крупной округлой грудью с аппетитными сосками и немаленькими кругами вокруг них видимые сквозь тонкую белую ткань футболки. Крутые бёдра, длинные стройные изящные, но одновременно и крепкие ноги плотно облегали лосины, на ухоженных ступнях, с красивым педикюром, были обуты "вьетнамки". Алексей бросил на пол окурок и расстерянно встал. Катя подошла к нему...

- Приветик, Лёшенька... -произнесла она томным грудным голосом, так волновавшим всегда его.

- Привет,    Катюш... -тихо ответил он.

Алексей смотрел на её русые с рыжинкой вьющиеся густые волосы до плеч, на нос "уточкой" влюбчивой бабы, на круглые зелёные шальные глазища с длинными ресницами, называемые в народе "****скими", Катерина была крупнолицая, губастая, рослая, но одновременно нежная, с округлыми формами, настоящая славянская красавица в соку, а затем почему-то уставился в то место откуда ноги "растут" у неё и не сходятся, образуя треугольничек через который видно было кусочек стены.

Он поймал себя на мысли, что ему хочется туда просунуть ладонь.

Заметив этот взгляд, Катя заулыбалась облизнув губы языком, длинным и острым, (Лёше казалось, когда она так делала, что Катюха хочет его съесть и от этого он очень возбуждался). Затем спросила;

-Ты, Лёшенька, учишься здесь?

-Ага, Кать, учусь и живу в этой комнате. -и показал на дверь рядом.

-А ты что, тоже студентка политеха? -спросил он её затем.

-Нет, я работаю в Одессе и зашла в гости к подруге которая как и ты грызёт гранит науки тут. -улыбаясь ответила она.

-Да прямо грызём... -усмехнулся Алексей.

В это время, когда они стояли в коридоре и так мило бесседовали, пришёл откуда-то из города его одногруппник Илья Романовский. Он был одет в лёгкую светлую модную тогда синтетическую курточку и в джинсы-"варёнки". У него через плечо сбоку висела спортивная сумка с надписью USSR большими буквами. Ильюша поступил сразу после окончания школы и на всех девушек,   женщин репродуктивного возраста, смотрел с нескрываемым вожделением, всё его лицо было густо покрыто мелкими прыщиками. Несмотря на все рассказы Ильи о многочисленных бабах по-старше, с которыми, якобы, он встречался и трахался, чуть не с седьмого класса, Алексей подозревал, что недавний школьник ещё девственник. Тем более в этих росказнях тот часто путался, забывал то, о чём раньше говорил.

Подойдя к ним, буркнув "Привет", Илья остановился и стал откровенно пялиться на прелести Кати. Та заулыбалась, подмигнула ему и ответила "Салют, мальчик!" повергнув Ильюшу в большое смущение, его лицо запылало.

Посмотрев на раскрасневшегося очень однокашника, Лёша предложил Кате;

-А давай к нам в гости, как раз есть что выпить, чем закусить, посидим-поговорим, вспомним былое...

А когда она согласилась и стала заходить с ним в комнату, шепнул Илье:

-Сходи к соседям напротив за гондонами, у них есть, скажи для меня, возьми штук шесть...

Они сидели в комнате втроём и пили домашнее вино, тихо пела из деревянных колоннок кассетного магнитофона Маяк Си Си Кетч. Когда Катя слегка захмелела, Алексей стал ей подливать специальное для таких случаев винище с небольшим добавлением медицинского спирта. Это пойло действовало убийственно на слабый пол.

Сделав дело на пустующей соседней койке, в комнате их было три, к ним третьего ещё не подселили, Лёша слез с обнажённой пьяной Кати и позвал шёпотом Илью, который тихо напряжённо лежал в темноте на своей кровати, боясь поверить в такое счастье;

-Иди, кинь палку... Только не забудь резинку надеть...

И тот сначала неловко барахтался в темноте верхом на Катюхе, а затем разкочегарился и трахался с ней до утра. Она сперва хихикала с неловких его тыканий и даже помогла рукой ему проникнуть в себя, но потом сама вошла в раж, извиваясь, крича под ним.

Утром одевшись, Катя с улыбочкой сказала;

- Ильюша, ты молодец, а Лёша- козёл! -и ушла не попрощавшись.

А Илья ещё с неделю жаловался Алексею, что порвался гондон и всё спрашивал у него, не будет ли страшных последствий для здоровья и жизни, как раз в газетах, по радио, на телевидении начали много писать, говорить и показывать про СПИД. Но потом на всё плюнув стал водить в их комнату чуть не каждый день новых "подруг". Он как-будто так им мстил за эти годы своих страданий-воздержаний- мастурбирований.

И слыша ночью как Ильюха их трахает, стоны и крики девичьи, Лёша думал "Блин, научил, сука, козлика, на свою голову, пустил в поле с капустой...".

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...