На высоте Глава шестая

В тот день, в домик, который занимал Лукьянов, ввалился его начальник Борис Стофато.

Это было удивительно, поскольку обычно он вызывал «подчиненного» к себе в кабинет.

- Лёша, выручай.

Мужчина уселся на пластиковый стул и стянул с головы вязанную шапочку.

Таким возбужденным, Алексей его ещё не видел.

- К нам едут иностранцы. Французы и кажется американцы, - выпалил Стофато.

- Ну и?

Необычное состояние начальника удивляло.

Не сказать, чтобы часто, но время от времени «Высотную» посещали гости «из-за бугра», как ученые, так и просто туристы.

- Там будет принц Де Этьен. Ну, тот самый, который дал нам  Грант. Усекаешь?

Алексей  потеребил бородку.

- Так что? Пусть ходит, смотрит, чем мы тут занимаемся.

Борис вздохнул.

- Я тоже так думал, но мне чётко дали понять, чтобы я организовал для них культурную программу.

Лккьянова это озадачило.

С художественной самодеятельностью на станции было туго, а он, хотя и «тренькал» изредка на гитаре, но к публичным выступлениям не был готов.

- Слушай, а своди их в аул. Ты сам говорил, что у них там какой то праздник намечается.

Стофато с такой надеждой смотрел на Алексея, как будто от этого зависела судьба всей астрофизической науки России.

- Это невозможно, - попытался остудить пыл начальника Лукьянов.

В принципе, аварцы были дружелюбный и гостеприимный народ.

Просто, Борис Стофато не  представлял, что такое «культ гостя», да ещё на празднике Карагёз.

Алексей сам, конечно надеялся, на приглашение, но, сто процентной уверенности в этом - не имелось.

- Поговори со старейшинами. Лёша? Ну ради науки. Я тебе премию выпишу.

Последний аргумент был весомым.

Алексей вздохнул.

- Хорошо. Попробую. Но ничего не обещаю.

Как не странно, но Совет старейшин довольно легко дал согласие и вот  уже, Лукьянов, вместе с гостями едет  по узкой дороге в аул.

Алексей за рулем, рядом Борис, а сзади принц Этьен, моложавый черноволосый мужчина в защитном костюме охотника, сопровождающий его лысый здоровяк и американка Мерилин, то ли журналистка, то ли просто богатая путешественница.

Лукьянов  сразу выделил эту дамочку среди прочих из-за эффектной внешности.

Не так часто в эти  места залетают такие экзотические «птички».

Высокая, с  фигурой и лицом фотомодели, она скрывала глаза за большими чёрными  очками, однако, можно было  не сомневаться, что они - также прекрасны, как весь облик гостьи.

Алексей следил за дорогой, а Борис, обернувшись к гостям, на плохом английском рассказывал о  житье-бытье астрофизической станции.

Когда компания приехала в аул, то немногочисленные зрители уже собрались перед небольшой дощатой сценой. После обязательного представления Совету старейшин, прибывших, как почетных гостей, усадили в первом ряду.

Декорациями выступали заснеженные вершины гор и живописные сакли, прилепившиеся к скалам.

Выступая в роли переводчика, Алексей коротко рассказал, что Карагёз - это праздник урожая, когда начинается сбор винограда и закладывается молодое вино.

Между тем, на сцену вышли музыканты со своими инструментами. Степенно рассевшись, они, словно по невидимой команде, ударили по струнам  и барабанам, наполнив все пространство вокруг звуками аварской лезгинки.

Тотчас, словно чертики из табакерки, на сцену взлетели четыре танцора, в черкесках и принялись так зажигательно отплясывать и выделывать ногами такие трюки, что заморские гости просто замерли от удивления.

Под ярким солнцем, буквально в трёх-четырёх метрах от них, сверкая глазами и восклицая «Асса! », молодые джигиты излучали своим танцем энергетику, которой нельзя было не восхититься.

Лукьянова, всегда поражала техника танца на пальцах.

Он знал, что у балерин есть пуанты, которые имеют специальный фиксированный носок для подъема на пальчики, но здесь, ничего, кроме тонкой кожи сапожек не существовало.

Музыка стала чуть мелодичней и на сцену выплыли четыре девушки-аварки в длинных белых платьях.

Двух из них, Лейлу и Зухру, Алексей знал, а двух других - видел впервые.

Словно белые лебеди, танцовщицы  сделали круг, а затем выстроились в ряд.

Лукьянов глянул на своих спутников.

У них, что называется,   «челюсти отвисли», до того девушки были хороши.

Мерилин активно все снимала на телефон.

Алексей испытал укол ревности.

Он тут же пожалел, что согласился на эту «авантюру» с приглашением заморских гостей на праздник.

Ему не хотелось, чтобы эти чванливые «хари» разглядывали его «невесту».

Отделившись от остальных,   Лейла вышла вперёд и запела своим чудесным голоском песню.

Теперь, уже можно было особенно хорошо рассмотреть ее «экзотическую»  красоту.

Алексей заметил, что принц Этьен, буквально впился в неё взглядом.

А ведь было на что посмотреть.

Чуть смуглая бархатистая кожа, большие выразительные глаза, алые губки и главное: неповторимая стать , гибкость и очарование «горной принцессы», выросшей в этом удивительном краю.

Тем временем, песенка, которую Лейла пропела, Алексея немного смутила.

Он знал, что тексты песен у аварцев не фиксированы и очень часто исполнитель многое добавляет от себя.

Лукьянов, почему то вспомнил, что при последнем посещении, когда он спустился с «княжной» в винный погребок и они оказались совсем рядом, девушка взглянула на него, словно чего то ожидая.

Но он стоял не двигаясь, поскольку хорошо понимал «последствия».

То что было дозволено в его мире, здесь,   «на высоте» являлось немыслимым.

Тогда Лейла сама, потянувшись к мужчине, коснулась губками его щеки и тут же поспешила ретироваться.

От подобной смелости, Алексей оторопел.

Это было похоже на признание в любви и щека горела от мимолетного поцелуя, как будто ее только что накрыла увесистая оплеуха.

В полном смятении он поднялся наверх, но Лейлы уже след простыл.

Сейчас, глядя на нее, он вдруг четко осознал, что пропадает.

Пропадает от этих бездонных глаз, от ее голоса и гибких движений.

Поскольку, к тому времени, Лукьянов прилично  освоил аварский язык, то пожалуй единственный из приглашённых уловил тонкий юмор и иронию в ее словах.

Данный факт его озаботил.

Вообще то, по аварским законам, это было оскорбление.

Хорошо хоть оно прозвучало из уст девушки.

Тем не менее, Алексей решил, попозже выяснить, что она имела в виду.

Девушек на сцене сменили джигиты, которые лихо отплясывали танец с саблями. Искры так и сыпались от скрещённых клинков.

В заключении появились маленькие мальчик и девочка, тоже в национальных нарядах. Под дружные хлопки зрителей они исполнили свой трогательный танец, а затем все присутствующие затянули праздничную хвалебную песнь Богини плодородия.

- Послушайте, - отвёл Лукьянова в сторону лысый толстяк, которого звали Жорж. - Чудесный ансамбль. Я бы мог организовать им тур во Франции.

- Боюсь, что они не гастролируют, - ответил Алексей, стараясь быть дипломатичным.

- Тогда может клип или ролик? - не унимался толстяк.

Лукьянов  пожал плечами.

Толстячок-коммерсант, никак не мог взять в толк, что здесь, на «высоте», денежные знаки утрачивали своё решающее значение.

На первый план выступали честь, достоинство и традиции рода.

За другую руку, Алексея  уже тащила в сторону Мерилин.

- Ты можешь сказать, о чем пела эта девушка?

Она, наконец то, сняла очки и теперь ее зеленые глаза требовали ответа.

«Трахнуть бы тебя»,   беззлобно размышлял Лукьянов, пытаясь пересказать смысл песни Лейлы. При этом, разумеется, он умолчав о скрытой иронии.

Но эту американскую дамочку так просто не проведёшь.

Чётко уловив, что только Алексей знает местный язык и обычаи, она буквально вцепилась в него и за праздничным столом они  сидели рядом.

- Почему они не гастролируют? - поинтересовалась она. - Могли бы хорошо заработать.

- Наверное потому, что им и здесь хорошо, - ответил собеседник, отдавая  должное выставленному угощению.

- Здесь?

Мерилин обвела взглядом довольно простое убранство зала, где они сидели.

- Да здесь, - подтвердил Алексей. - Кстати, ты в курсе, что средняя продолжительность жизни аварцев сто лет?

- Сто лет?!

Мерилин посмотрела на стол заставленный мясными блюдами и вином.

В ее американской голове, видимо, не укладывалось как можно так кушать и так долго жить.

Увлекательную беседу прервал принц Этьен.

Подойдя к Лукьянову, он попросил уделить ему время.

Алексей поднялся со своего места и отошел с гостем в сторону.

- Скажите, а эти девушки, которые танцевали. Кто они?

Алексей, слегка удивившись, попытался растолковать титулованной «особе», что это просто девушки, которые живут здесь.

Лейла, к примеру, дочь местного главы общины, мэра по ихнему. Кстати, тоже, вроде как «княжна».

- А почему их нет за столом? - задал вполне  логичный вопрос принц.

Алексей пожал плечами.

- Потому, что это не принято.

Но Этьену показалось мало этого объяснения.

- А как можно ее снова увидеть и поговорить с ней? - спросил он, явно имея в виду Лейлу.

Алексей с изумлением глянул на «титулованную особу».

«Да ты никак запал на неё, парень».

Эта догадка его его неприятно удивила.

К «его» Лейле пытается «клеиться» какой то хлыщ.

С другой стороны, явно назревал международный скандал, а у Лукьянова совсем не было опыта в урегулировании таких ситуаций.

Ну как объяснить этому лощеному бонвиану, что он рискует вовсе не вернуться в свою прекрасную Францию?

В том,   что братья-абреки Зураб и Аштоян не остановятся перед принцем крови, не приходилось  сомневаться.

Алексей поискал глазами Бориса.

В конце концов это была его идея, вот пусть и расхлебывает сам.

Расставшись с принцем, он подошел к начальнику.

Коротко пересказав ему суть разговора, вернулся к столу.

- У нас проблемы? - поинтересовалась Мерилин.

Тонкий аромат духов слегка отвлёк от грустных мыслей.

Алексей посмотрел в ее зеленые глаза.

«Красивая, умная. Какой черт занес тебя на «высоту»? Сидела бы в своих Штатах».

Мысли подобного рода пронеслись в его голове, как внезапный порыв ветра, который здесь в горах иногда случается.

Вместе с тем, он не мог не признать, что Мерилин ему нравится.

Была в ней какая то чудесная магия женского обаяния.

- Можешь не отвечать. Наш принц, кажется, увлёкся девушкой. Она могла бы сделать карьеру фотомодели.

Обернувшись к толстяку, гостья перешла на французский и тут же все ему выложила.

«Вот чертова баба! », ругнулся Алексей про себя и, перейдя на французский, вмешался в их беседу, пытаясь как то сгладить ситуацию.

Мерилин прикусила язычок, очеаидно не ожидая, что собеседник  понимает язык франков.

К Лукьянову  подошёл Стофато.

- Трандец, - выдохнул он. - Принц хочет остаться здесь.

Алексея начала забавлять эта ситуация.

Он с трудом сдерживался, чтобы не расхохотаться.

Мерилин, которая чётко следила за происходящим немедленно отреагировала.

- Алекс, тебе весело? Что происходит?

Не без скрытого удовольствия Лукьянов  сообщил ей последнюю новость.

Американка,   недоверчиво глянула на него, видимо пытаясь понятие: не шутка ли это?

Но Алексей был вполне серьёзен.

- Он сошёл с ума, - прошептала она. - У него же невеста.

- Невеста не жена, - резонно заметил Лукьянов. - А если это «Ля Мур»?

- Что?

Выражение лица красотки было настолько забавным, что Алексей решил «постебаться».

- Ну да. Та самая. Всепоглощающая и беспощадная. Останется здесь, женится на Лейле и будет выращивать виноград и делать из него вино. Ведь он, как никак - француз.

- Причём здесь это?

Мерилин все ещё находилась в некой прострации.

Алексей иронично глянул на «американку».

- Что тут особенного? Ну приехал человек, увидел девушку, влюбился. С каждым такое может случиться.

- Но так не бывает, - растеряно выдавила она.

- А как бывает? Слушай, ты лучше бы порадовалась. Такой материал сам плывет тебе в руки.

Мерилин так изумилась, что он пожалел о сказанном.

Видимо, в ее хорошенькой  голове, наконец то, стал выстраиваться план действий.

Молодая женщина с надеждой взглянула на него.

- Ты поможешь мне?

Алексей  оценивающе прошёлся по ее фигуре, задержав взгляд на груди и бёдрах.

- Ну не знаю. Нам придётся много времени проводить вместе.

- Я согласна, - торопливо выпалила она. - Можешь организовать мне интервью с этой девушкой?

Все таки хватка у этих янки действительно деловая.

Лукьянов задумчиво потеребил бородку.

Происходящее напоминало дешевый водевиль.

Вот только развязка могла все обратить в трагедию.

Взглянув на часы, он вздохнул.

- Послушай, нам пора возвращаться. К тому же мне надо поработать. Давай поговорим вечером.

- Хорошо.

Мерилин подарила ему такую очаровательную улыбку, что Алексей чертыхнулся.

В сочетании с зелеными глазками, улыбка была почти «смертельным» орудием и он в полной мере ощутил «прямое попадание».

Возвращение на станцию проходило а тишине.

Все молчали, погруженные в свои мысли и это молчание показалось Лукьянову зловещим.

Он чувствовал усталость и раздражение от напрасно проведенного времени.

Гости уедут, а он останется со своими звездами и Лейлой, отношения с которой приблизились к опасной черте.

С восточной «княжной» нельзя переспать, а потом сделать вид, что ничего не случилось.

Здесь все серьезно и по «взрослому».

Поцеловал?

Женись!

Однако, готов ли он к такому развитию событий?