Истинная помощница для орка-магната

Глава 1. Самонадеянно

— К мистеру Шторну нельзя без записи.

— Так и быть, записывайте. Аделина Ветрова. Желательно, прямо сейчас.

Приёмная на верхнем кольце «Ядра» блестела латунью и стеклом. Пневмотрубы шипели, как сердитые огнедышащие змейки, настенные часы отбивали слишком быстрый ритм. Секретарь — аккуратный гоблин с жетоном ШЭС — перехватил меня у дверей.

— Леди, правила для всех.

— Да что вы. И почему же мои документы до сих пор не рассмотрены? Я жду уже две недели, — парировала я. — Мне нужно к мистеру Шторну. Сейчас.

— Нельзя.

“Нельзя” — слово, от которого у меня всегда зудели пальцы. Хуже только “не положено”.

И особенно это бесит, когда рядом неправильно дышит техника, и этого никто не замечает. Никто, кроме меня, разумеется.

Почтовая пневмотруба раздражающе вибрировала, и идея пришла сама собой.

— Извините, у вас… — Я наклонилась к панели на трубе, будто рассматриваю узор, и постучала по латунной кромке ритм, которому меня научил отец: два быстрых удара и один длинный, а потом ещё раз наоборот.

Помощник мистера Шторна явно не знал об этой уловке обычных механиков, а потому подпрыгнул от страха, когда пневмотруба громко “прокашлялась” и выплюнула из себя запотевшую стеклянную капсулу, какие обычно использовали для транспортировки почты по разным отделам компании.

— Обслуживание пневмотрубы давно проводилось? — невинно поинтересовалась я.

И тут из трубы стали выпрыгивать все капсулы, которые только были поблизости в почтовом трубопроводе, извергая вместе с собой пыль, мусор, смазочный материал и ещё что-то, о происхождении чего я даже догадываться не хотела.

Секретарь громко выругался и рванул спасать свои документы, разложенные на столе.

Ну а я…

За мной плавно закрылась дверь.

Кабинет главы концерна “Шторн ИСКРОЯДРО” впечатлял сдержанностью. Массивный книжный шкаф, узкий сейф со знаками защиты, живая карта Искрограда во всю стену, подсвеченная тусклыми фиолетовыми огоньками.

Закрытые почтовые пневмотрубы уходили в потолок. Люстра светила ровно приглушённым жёлтым, но я тут же почувствовала, что в ней нужно заменить лампочку — скоро сдохнет.

Два кресла для посетителей. Тяжёлый стол из тёмного дерева со вставками шлифованной латуни: лоток для входящей корреспонденции, красивое перо, графин воды, стакан карандашей. Из личного — только кожаный чехол для часов и аккуратно сложенные перчатки.

— Нравится?

Я вздрогнула от низкого голоса и посмотрела на мощную фигуру в тени у окна. Как я могла не заметить?!

Варрак Шторн стоял так, будто это окно — его капитанский мостик, а Искроград под ним — его команда. И в общем-то так и было. Именно он — суровый орк с хмурым лицом — и управлял всем городом, несмотря на мэра и совет.

— Эмм… — промямлила я, растерявшись.

Как-то не так я представляла себе Шторна.

Я ожидала увидеть растолстевшего толстосума, который когда-то сумел прибрать власть к рукам, а здесь…

Чёрный жилет был расстёгнут, у белой рубашки закатаны рукава, на правом запястье — строгие часы. Идеально настроенные, кстати.

А красивый мужчина, несмотря на то, что орк… Правильные черты лица, благородная осанка, поджарая фигура…

Он усмехнулся, заметив мой заинтересованный взгляд.

И я как-то сразу очнулась.

Он сказал… что он сказал?

— Кто вы? — спросил он без лишних слов, теперь в ответ рассматривая меня. Да так прочненько рассматривая, что захотелось чем-нибудь прикрыться, хотя платье на мне было очень даже благопристойное.

Он посмотрел мне в глаза, и я тут же взяла себя в руки и сделала шаг вперёд.

— Аделина Ветрова. У нас с вами собеседование на вакансию главного инженера.

Я протянула ему ладонь; но он только скосил на неё взгляд и не стал жать мне руку. Вот же! Я стиснула зубы и кулак. Нет, всё же все мужчины одинаковые!.. Богатые бедные, зеленые и бежевые, низкие или высоченные, как вот этот вот!

— Кто вас пустил? — голос его был низкий и ровный, как ход большого маятника.

— Я сама себя впустила, — призналась я. — Ваш помощник занят проверкой почтовых служб. Послушайте, мистер Шторн, вы уволили двух главных инженеров за последние две луны, я уверена, что задержусь дольше, вы только дайте мне шанс проявить себя…

— Смело. — Он не улыбнулся. — Но вам придётся уйти. Без записи я ни с кем не встречаюсь, мисс Ветрова. Дверь там.

И он снова отвернулся к окну! Вот же упрямый орк!..

Но я тоже упрямая — набрала в лёгкие воздуха, чтобы запротестовать и попробовать снова, но дверь, словно в сговоре со своим хозяином, в тот же миг распахнулась, и в кабинет влетел взъерошенный помощник.

Гоблин был зол и напуган, весь в масле, пыли и с бумажными “птицами” в руках.

— Господин Шторн! Я пытался — но она… трубы… капсулы…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я мстительно улыбнулась.

— Ветрова, — зашипел гоблин и вцепился мне в локоть, что я взвизгнула. — Пойдёмте.

Я уже хотела возразить, и вдруг услышала, как неправильно щёлкнул где-то механизм.

— Стойте! — громко сказала я.

Гоблин даже замер от неожиданности.

А я снова услышала лёгкий срыв в конце хода — почти незаметно, но я такими вещами каждый день занимаюсь…

— Что-то в вашем сейфе неправильно работает, — сказала я, смотря на орка.

Глаза цвета мокрого графита скользнули по мне.

Гоблин снова потянул меня за локоть, тихо шипя ругательства, но…

— Подожди. — Варрак Шторн поднял руку. Секретарь тут же отпустил меня. Какой покладистый…

Варрак Шторн шагнул ближе, на миг я подумала, что он сам сейчас выпроводит меня из кабинета, но он прошёл мимо — к сейфу.

Открыл его и достал расстроенную вещицу.

— Исправь, — сказал он просто. — Если сможешь.

И подал мне плоский кожаный футляр. Внутри лежал портативный регулятор фазы — «Хрономатрикс-мини» — на вид как карманные часы с прозрачной крышкой и тонким руническим венцом.

Я услышала тот же срыв — едва ощутимый “фальшивый” тик. Вынула из волос шпильку, поддела регулировочный винт баланса, на пол-деления вернула фазу назад и ногтем поправила микроруну на опоре — линия была смазана. Шестерёнки щёлкнули и пошли ровно, как должно.

— Готово, — сказала я и протянула ему регулятор.

— Неплохо, — признал он.

Неужели я получу работу!

Я с надеждой посмотрела в глаза орка, но они оказались холодными.

— А теперь вон, — отрезал он.

У меня аж рот открылся от удивления.

— Я же починила!

— Для того, чтобы быть главным инженером, нужно разбираться в документообороте…

— Я научусь!

— Знать особенности работы каждого цеха…

— Я работала в каждом из отделений “Ядра”!..

— Быть отличным руководителем.

— У меня нет опыта, но я справлюсь!

— И быть мужчиной, — припечатал он. — Просто потому что женщина такой нагрузки не выдержит. Вас сожрёт система, мисс… как вас там?

— Мужчина?! Мистер-Как-Вас-Там! — вспыхнула я. — Да я даже на вашем месте справилась бы куда лучше с управлением компанией!

Гоблин поперхнулся воздухом.

Ой…

Тишина в кабинете стала густой, как масло. Пневмотрубы перестали шипеть. Даже город за стеклом будто сделал паузу.

— Лучше меня? — он произнёс это без злости, с деловым интересом.

— Я слышу, где “захлёбывается” сеть и умею задавать темп механизмам. Я отличный инженер!

— Да что вы? — Глаза Варрака на секунду потемнели, он сделал шаг ко мне.

Мы с гоблином дружненько сделали шаг назад. Кажется я разозлила самого опасного мужчину этого города…

— И у меня есть серьёзная мотивация к работе, — уже не так уверенно добавила я. — Семейный долг в сорок семь талир.

Он подошёл ещё на полшага — так близко, что я почувствовала запах его парфюма. Приятный…

— Смелость — не квалификация, Аделина Ветрова, — тихо сказал он.

Так он всё-таки помнил моё имя! Вот же!..

— Вы видели показатели моей эффективности? — спросил он жёстко.

— А вы видели очереди к Искроприёмникам на Нижнем кольце? — парировала я. — Это лучший показатель вашей эффективности!

Он побагровел, если орки вообще на это способны.

Мистер Шторн славился своей холодностью и сдержанностью, а я вывела его из себя за четверть удара хронометра! Браво, Аделина!

Но он только коротко хмыкнул. Ну всё. Либо уволит, либо повысит!

— Считаете, что справитесь лучше? — спросил Шторн.

Я неуверенно кивнула.

Варрак Шторн внимательно посмотрел на меня. Я конечно хотела повышение, но тут уже как бы без работы не остаться…

Ну! Что он ответит?!

Глава 2. Пятнадцать суток

Варрак Шторн смотрел мне в глаза, а мне казалось, что он смотрит прямо в душу!

— Я — орк, мисс Ветрова. Не многие воспринимали меня всерьёз, когда я только пришёл в этот бизнес.

Он так многозначительно сжал кулак, что я попятилась.

А мужчина продолжил:

— Мне пришлось популярно объяснить каждому, кто сомневался в моих способностях, что я в состоянии управлять собственным отрядом, затем отделом, затем компанией.

Я снова сделала ма-а-а-аленький шажочек назад, всё-таки я не бессмертная!

— И не будь вы женщиной, — он презрительно оглядел мою фигуру. — Были бы уже уволены за столь неразумные заявления. Но я сделаю скидку на вашу природную эмоциональность и неспособность держать себя в руках. А теперь — вон из моего кабинета.

Всё время его гневной тирады, я, кажется, не дышала.

Страшно! Но мне ОЧЕНЬ нужна эта работа! Я действительно хороший инженер! Хороший инженер с огромным семейным долгом, если быть честной… а тут зарплата огогого!

В общем, вакансия идеально мне подходит, а папа всегда говорил, что своего надо добиваться!

— Вот! — я дрожащими руками вытащила из сумочки сложенные листки и положила на его стол. — Это бумаги с моими предложениями. Здесь и текстом и зарисовками…Если вы ещё не забыли, как вам было тяжело доказывать, что орк может чего-то стоить, я — работающая одинокая женщина в Искрограде. Меня обычно даже не слушают. Но я надеялась…

— У вас есть несколько мгновений, чтобы исчезнуть из моего кабинета не безработной одинокой женщиной в Искрограде. — Его голос стал настолько спокойным, что у меня затряслись коленки.

— Надеюсь на ваше благоразумие! — сказала я, учтиво присела в лёгком поклоне и быстро удалилась, чувствуя на своей спине два прожигающих взгляда.

В дверях остановилась и посмотрела Шторну в глаза.

Надо же, ещё мгновение назад они были почти чёрными, а сейчас — сплошное спокойствие. Он молча отвернулся к окну. Ну и мне пора честь знать!

Надеюсь, он всё-таки прочитает мои идеи. Даже если повышение не даст, может хотя бы воплотит их в жизнь, представив за свои…

Я устало процокала каблучками на первый этаж и вышла из главного здания “Шторн ИскроЯдро” — градообразующего предприятия Искрограда. Моя смена уже закончилась, так что можно было смело тащиться в свой пошарпанный райончик — домой.

Я натянула на глаза защитные очки и села на пышущий паром трамвай.

Теперь придётся придумывать другой способ закрыть долг… А ведь так здорово бы было получать зарплату главного инженера!..

Может, пойти работать в мастерскую к дядюшке Молоту, у которого я снимаю комнату в мансарде?

Эх… нет.

Во-первых, сколько на заводе, я не заработаю в мастерской. Во-вторых, на заводе у меня разные задачи, ведь там постоянно выходят из строя большие механизмы, а в мастерской что? Чинить самонагревальные чугунки и подводить сломанные хронометры? Да я умру со скуки! И перспектив ноль!

Хотя и на заводе, если смотреть правде в глаза, перспектив ноль. Кто даст женщине управление большим котлом? Да никто, даже если она сто тысяч раз так талантлива, как я.

А я талантлива. По-крайней мере, так говорил папа.

— Эх, папа… — пробормотала я.

— Ищешь папочку? — прямо перед моим лицом очутился незнакомый орк! Слишком много орков на один квадратный день!..

— Что? Нет!

Я отступила на полшага, упёрлась спиной в холодную стойку. Пассажиров было немного, смена закончилась не так давно, и все, кто торопился домой — уже уехали, а кто не торопился — ещё не успели напиться в местном фейском борделе.

— Ты же одна, — орк ухмыльнулся, нависая надо мной.

— И что? Это пока не запрещено законом!

От него пахло дешёвым спиртом и чем-то сладким, как жжёная смола, неприятный запах, совсем не как у мистера Шторна.

На всякий случай я подобралась поближе к выходу, но непрошеный незнакомец последовал за мной.

— Мы, орки, такое чувствуем, девочка, — он пошленько подвигал бровями. — Поехали ко мне, сделаешь мне хорошо, а я заплачу!..

Я нахмурилась:

— Ещё слово в этом тоне — и я жму аварийный звонок.

Отчего-то перед глазами стоял совсем другой орк. Властный и безжалостный. Варрак Шторн.

— Да ладно ты, малышка, я буду нежным!..

— Все орки, как один — грубияны. Не место вам среди приличных людей!

Накипело. И говорила я вовсе не про всех орков, а про одного конкретного, просто так совпало! А ещё совпало, что в вагон как раз на остановке вошли двое полицейских, один из которых был кем? Правильно! ОРКОМ!

Третий орк за вечер?! Да вы издеваетесь?!

Взбешённый полицейский резво направился ко мне.

— Не-е-ет… — протянула я. — Я не то имела в ви…

— Руки! — рявкнул он.

Сопротивляться не было смысла. Я подала запястья, полицейский защёлкнул наручники.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Вы обвиняетесь в разжигании расовой розни! Пятнадцать суток в латуннике привьют “леди” манеры!

— Господин п…

Но полицейский уже потащил меня вперёд.

Орк, который только что сально приставал ко мне, теперь довольно усмехался, а когда меня вытащили из вагона — ещё и плюнул вслед.

К обочине подъехал полицейский паромобиль.

Только записи о задержании на почве расовой розни в моём резюме и не хватало!

— Я сорвалась, — выдохнула я. — Готова извиниться.

— В участке перед следователем извинишься.

— Давайте договоримся? Я хороший инженер, могу починить практически, что угодно, может…

Но орк был непреклонен, видимо, я задела его за живое.

— Вы привлекаетесь по параграфу 12-Г “о межрасовых оскорблениях”. Можете сохранять молчание или вопить о несправедливости, мне без разницы.

Так меня и усадили в паромобиль и закрыли клетку, и остальной пейзаж города я наблюдала из-за её прутьев.

Ну всё, прощай работа главного инженера. Хотя… я бы и так её не получила.

Губы предательски дрогнули.

— Да меня обидели сегодня сразу два орка, понимаете?

— Это не причина, чтобы говорить, что всех нас надо депортировать! — рявкнули спереди.

— Но я не говорила ничего про депортацию!

— Среди людей тоже много мерзкого народа! — продолжал взбешённый орк, не слушая меня.

— Да, я с вами абсолютно согласна, просто не сдержала эмоций, товарищ полицейский, простите, пожалуйста! Отпустите! Мне утром на смену на завод.

— Дети несовершеннолетние есть? — задумался он. — И не ври, всё равно по документам проверим.

— Нет, — обреченно ответила я.

— Ну вот и нечего! Проспишься в латуннике, посмотришь на весь сброд, какой туда привозят, может мозги заработают правильно!

До полицейского участка доехали быстро. Больше я не пыталась уговорить полицейских, только старалась сама не расплакаться.

Меня за шкирку выгребли из паромобиля, а вот на ступеньках полицейский всё-таки сжалился и придержал меня за локоть, когда я чуть не навернулась, поднимаясь ко входу в участок.

Двери распахнулись, внутри стояла суета.

Гоблин шлепал печатью, почтовая пневмотруба выплёвывала капсулы в огромную бочку. Интересно, до писем из нижних капсул они вообще когда-нибудь добираются?

Какая-то фея сомнительного поведения истерично доказывала полицейскому, что ей не доплатили за ночь. Её потрёпанные крылышки трепетали от возмущения, но полицейский упрямо повторял одно и тоже:

— Нет чека, нет свидетелей — нет состава преступления.

В углу пьяный гном дрался с полицейским-человеком, и вид у него был такой довольный, что я даже позавидовала.

— Разжигание расовой розни, — гаркнул мой сопровождающий пожилой невысокой женщине. Полукровке…

— В пятую камеру, — проскрипела она.

Орк усмехнулся и подтолкнул меня в сторону латунника номер пять.

Когда мы подошли ближе, я пискнула от страха и попыталась дёрнуться к выходу, но полицейский удержал.

За прутьями сидели вороватые женщины всех мастей, гоблинка с липкими руками, две гномки, полуголые феи и даже одна эльфийка, а ещё беззубая собака.

— Двигай! — гаркнул сопровождающий и уже почти втолкнул меня внутрь, как сзади послышался скрипучий голос помощника Варрака Шторна…

Искроград

Дорогие читатели!

Очень рада видеть вас в своей новой истории!

Здесь у нас непривычный сеттинг, город Искроград, полный паровых машин и шестерёнок. Но в его сердце такие же люди (или не совсем люди), как мы с вами.

Они ходят на работу, пьют по утрам кофе, поливают цветы и в тайне надеятся... на любовь.

Но что может объединять высокопоставленного орка и бедную дочку гениального изобретателя помимо взаимной неприязни? Решительно НИЧЕГО.

Ну или...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Если вас заинтересовало начало, пожалуйста, не забудьте добавить книгу в библиотеку и поставить ей звёздочку. Вам не сложно - а мне очень приятно.

И подписывайтесь на автора!)

Ну что, заводим хрономатриксы и отправляемся в путешествие с Варраком Шторном и Аделиной Ветровой?

Глава 3. Латунник номер пять

Мы с орком-полицейским повернулись к гоблину.

Что здесь делает помощник Варрака Шторна?!

Я смотрела на него с надеждой, полицейский — с профессиональным интересом.

— От имени господина Шторна требую освободить задержанную, — чеканно сказал гоблин той женщине, что ставила печати. — Немедленно.

Последнее он конечно зря добавил… Орк рядом со мной тоже усмехнулся, следя за тем, как будет развиваться ситуация.

— Она оформлена по статье 12-Г, — скрипнула женщина-дежурная, даже не поднимая глаз от журнала. — Как минимум до утра — Латунник, и вообще без распоряжения сверху — пятнадцать суток.

Гоблин, которого ещё сегодня утром я считала своей главной проблемой, вдруг стал моим главным шансом на свободу!

Давай гобличка, уломай её!

Но он продолжил грубовато доказывать, что меня надо отпустить, а не уговаривать… Эх, такое здесь не прокатит. Вот если бы он с цветочками и конфетками пришёл — другое дело!

Орк-полицейский тоже понял, что шансов на свободу у меня немножко меньше, чем ноль, открыл замок клетки, усмехнулся и подтолкнул меня вперёд.

Дверь Латунника номер пять клацнула замком за моей спиной.

— Добрый вечер, дамы! — улыбнулась я, хотя поводов для радости было не так много, как хотелось бы.

Женщины смотрели на меня не очень приветливо.

Лампа в нашей совместной клетке мигала, отчего все немного прищуривались.

Что же. Начнём творить хорошие дела.

Я подняла взгляд и тоже сощурилась, давно они здесь так сидят?.. Контакт отходил, стык механизмов, кажется, злился на постоянную влажность — где-то наверху подтекала труба. Странно говорить о механизмах, как о живых существах? Да, странно, но именно так они для меня ощущались.

Я достала из волос шпильку и потянулась на цыпочках к самой лампе. Зажала шпилькой дрожащий контакт, но он не пожелал остаться на месте — снова отошел, как только я убрала руку.

Осмотрела себя в поисках зажима.

— Это подойдёт, — пробормотала, отвязывая от платья тонкую ленточку.

Потянулась снова, обвязала шпильку на месте контакта…

— Вот так, дружок…

Свет выровнялся, мигнув в последний раз будто в благодарность.

— Смотрите-ка, — сказала одна из гномок с уважением, — ловко!

— Ничего особенного, — ответила я вежливо.

Гномка подвинулась и освободила мне место на лавке рядом с собой.

— Спасибо!

Пахло сырым металлом, старой смазкой и чьими-то терпкими духами. Мы молчали.

— Я — Марта, это Брунна, — сказала гномка. — А ты кто?

— Аделина.

— А по жизни ты кто?

— Я? — я переспросила и с удивлением обнаружила, что все женщины смотрят на меня. — Я инженер.

— Разве инженерами берут баб? — спросила гномка.

— Только очень настырных, — ответила я.

Все засмеялись.

С первого взгляда подумала, что они выглядят, как воровки или что похуже, но теперь могла разглядеть и усталость на лицах, и закопчённые фартуки, и мазоли на руках.

Вовсе не обязательно, что все они совершили что-то очень плохое.

— Если я могу чем-нибудь вам помочь…

— Мне бы детям весточку, — вздохнула одна из женщин, человечка, как я. — Ладка я. Муж на смене, старшая маленьких не удержит…

— Но как я могу помочь? Я же здесь, как и вы… заперта, — ответила я растерянно.

Женщины сдержанно захихикали.

— За тобой же приехал Тик. Ты здесь долго сидеть не будешь, — ответила фея из другого угла.

Тик… Это имя помощника Шторна что ли?

— Вон как доказывает, — усмехнулась фея, кивая на раскрасневшегося гоблина.

— Доковый район, барак шестнадцать, — меня за руку схватила та женщина, что представилась Ладкой, — Там сестра, она присмотрит за детьми, если узнает, где я!

— Хорошо, — тепло улыбнулась я. — Если выйду раньше вас, обязательно сообщу вашим близким.

Мы помолчали немного.

— А собака чья? — кивнула я на клубок у стены.

— Общая, — ответила Брунна. — Зовём Гайка. Из доков пристала, голодная.

В конце концов решётка звякнула, и перед ней возник гоблин Варрака Шторна. Я тут же подошла ближе.

— Не знаю, что босс в вас нашёл, — прошептал он, чтобы не слышали лишние уши, — по мне вы — головная боль. Но он уже в пути. Держитесь.

— Спасибо, — ответила я, гадая, неужели ему понравились мои идеи по улучшению компании?

Тик кивнул и исчез в шуме коридора.

— Я же говорила! — хмыкнула фея, кокетливо прикрывая голую коленку.

Время в латуннике текло медленно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Женщина из доков рассказала, что у них в районе стали ходить неправильные кассеты для зарядки домашних искроприёмников. Они выглядят, как обычные, но заряда в них мало, магическая энергия кончилась быстрее обычного, и ей пришлось украсть кассету в магазине, на том её и поймали.

А гоблинка — что «всего лишь» взяла лишний кусок провода на рынке. Я только понимающе кивала, не от хорошей жизни попадают в полицейский участок…

Собака переворачивалась с боку на бок и вздыхала так тяжело, что мне хотелось положить руку ей на ребра и задать ритм, как механическому хрономатриксу. Жаль, с живыми людьми это не работало…

Но вот — участок на мгновение затих. Я сразу поняла, что Варрак уже здесь. И да, спустя четверть удара дверь распахнулась, и в проёме появился он.

Варрак Шторн.

Он не делал лишних движений. Просто вошёл, перекинулся несколькими фразами с заворожённой дежурной, обвёл взглядом комнату и остановился на мне — я встала. Решётка между нами будто растворилась.

— На выход, мисс Ветрова, — сказал он ровно. — Документы оформлены.

Мои компаньонки все приосанились. Фея сомнительной профессии так и вообще снова открыла коленочку… Это, кстати, почему-то мне не понравилось. Но причины своей ревности я додумать не успела — полицейский подошёл и начал открывать дверь.

Я тут же развернулась к женщинам.

— Вот!

Вытащила из карманов всё, что у меня с собой было — несколько конфет, маленькая бутылка воды и карточки для игры в пасьянс.

Женщины из латунника быстро разобрали мои “дары”.

— Пусть у вас у всех всё будет хорошо, — приветливо сказала я, выходя наружу. — Доковый район, барак шестнадцать, — я посмотрела на Ладку.

И меня вывели наружу.

Варрак указал на дверь, и я ни мгновения не сомневаясь устремилась на улицу!

Снаружи было уже совсем темно, пахло трамвайным паром и хлебом — рядом продавали выпечку. Ветер подул холодный, с Верхних колец всегда холодный циклон. Я поёжилась — в тонком платье внезапно стало по-осеннему зябко.

— Спасибо! — я повернулась к Варраку Шторну.

Он ничего не ответил, просто снял с плеч пальто и накинул мне на плечи.

Пальто оказалось тяжелым и теплым, а ещё — оно очень вкусно пахло. бумагой, дождём и… Варраком. Приятный аромат. Он поправил полы — осторожно, не касаясь лишнего — и кивнул на стоящий у тротуара паромобиль.

— Поехали.

Я сопротивляться не стала, слишком устала за этот долгий день.

В салоне было тихо и комфортно. Мягкая обивка, шторы на окнах приглушали свет уличных фонарей.

Варрак сел за руль, мотор низко и уверенно заурчал.

Я сжала пальцы на коленях, чтобы они перестали дрожать. Пальцы послушались. Хорошие пальцы

— Где вы живёте? — спросил он.

—.Нижнее Кольцо, Лихтарный переулок, дом 7. Но сначала нам надо в Доки.

— Зачем?

— Я обещала той женщине, что передам её близким, где она. У неё муж на смене у нас в Ядре, рядовой механик, а дома малыши остались.

— Ясно, — сказал он просто, и мы сразу начали движение.

Сидели в тишине. Долго. Но долго сидеть в тишине я не умела.

— Вы читали мои предложения? — спросила, когда улицы начали перетекать одна в другую. Голос получился ровным, хоть внутри всё ещё звенел страх.

— Да, — сказал он и повернул голову, чтобы на миг встретиться со мной взглядом.

— И как вам? — спросила я и незаметно закусила губу.

________________________

Как думаете, ему понравились предложения?

А у нас тем временем в "Помощницах орков" новая книга! "Уникальная помощница для следователя-орка" от Диты Терми

Я – сирота, беглянка и девушка с необычным даром. Я умею видеть то, что не видят другие. Теперь я – новая помощница легендарного следователя. У меня даже получается. Только самое сложное испытание – не очередное расследование, а то… как близко он стоит. Как он уверенно прикрывает меня от опасности. И как сердце стучит быстрее, выдавая наше общее… возбуждение.

Читать здесь:

Глава 4. Оплата труда

Я затаила дыхание, ожидая, что же он скажет на счёт моих идей по улучшению работы “Шторн ИСКРОЯДРО”.

Суровый орк приподнял одну бровь.

— Ваши предложения…

Ну же, говори!..

— Полная ерунда. Вы не разбираетесь ни в управлении, ни в энергетике, ни в политике, ни в финансах.

Я разочарованно выдохнула, а потом усмехнулась. Вот и всё. Честно, быстро, без сахара.

Снаружи скользил Искроград — мокрые камни, огни, пар, поднимающийся над решётками. Варрак держал руль одной рукой. Расслабленный, уверенный в себе. Я рядом с ним — просто какая-то драная кошка.

— Тогда почему вы мне помогли? — спросила я устало.

— Мне понравился образ ваших мыслей, — ответил он и припарковал мобиль у барака номер шестнадцать.

Я собралась выйти, но Варрак вдруг наклонился ко мне и закрыл дверь обратно.

Сердце заколотилось как бешеное! Наши лица оказались совсем близко друг к другу.

— Сидите на месте, мисс Ветрова. Вы — катастрофа в женском платье. Не хочу, чтобы сегодня произошёл ещё какой-нибудь эксцесс.

— Вам надо сказать…

— Я понял, что мне нужно сделать, — отрезал он, наконец отстранившись от меня.

Я протестовать не стала, хотя и хотелось пойти с ним, чтобы точно проследить, что малыши окажутся под присмотром. Я же обещала… Но Варрак всё сделал очень быстро. Ждать даже не пришлось.

— Ну как? — спросила я, когда Варрак вышел из покосившегося домишки и сел за руль.

Из барака вдруг выбежала женщина с дикой улыбкой на лице.

— Всё хорошо. Сестра Ладки уже отправилась к её детям, и муж тоже скоро вернётся с работы.

— Хорошо, — выдохнула я.

А Варрак тем временем уже снова завёл паромобиль

Мы свернули на знакомую улицу, где фонари горели через один, а расщелина в брусчатке на углу постоянно съедала набойки на моих каблуках.

— Здесь?

Паромобиль остановился у моего подъезда.

— Да, спасибо большое, что…

Он открыл дверь и вышел из мобиля, не дослушав.

Я вздохнула. Да уж, к чему ему вообще меня слушать, итак помог, да ещё и в доки со мной съездил и сам поговорил с той женщиной…

Варрак Шторн открыл дверь паромобился и подал мне руку. Я позволила себе опереться на неё и только потом заметила, что он снял перчатки. Как неприлично и интимно…

Я посмотрела на орка. Он внимательно смотрел на меня.

Мы стояли на холодной улице перед моим домом. Я и этот безупречный богатый орк, от одного взгляда на которого меня выпустили из тюрьмы.

Красивый… Только злой очень. Что он потребует за моё спасение? Если он надеется на оплату телом, поспешу его разочаровать. Я могу отработать только инженером, других валют у меня нет!

— Спасибо, — сказала я и начала стягивать со своих плеч его пальто, но…

— Я провожу. — Он вернул пальто обратно!

— Не стоит, я не заблужусь, — ответила я с милой улыбкой.

— Стоит, — ответил он. — Мало ли что ещё с вами случится до того, как попадёте домой.

— Ничего не случится, здесь же буквально два шага сделать.

— Вот я и сделаю их, — припечатал он.

Я вздохнула, как паровоз, и зло застучала каблуками по брусчатке в сторону своей мансарды. Обошла мастерскую, заступила на лестницу.

— Ну теперь-то…

Я снова начала снимать его пальто, чтобы отдать, но Варрак Шторн оказался неожиданно близко ко мне.

— Какая же вы упрямая, Аделина, — нахмурился он.

А у меня аж коленки подкосились от его властной ауры.

— Ступайте наверх и пригласите уже меня на чай!

Я вспыхнула!

— Да не собираюсь я с вами спать!

Он посмотрел на меня с удивлением.

— Я хотел обсудить предложение о работе, — сказал он.

Я вспыхнула как пузатый бойлер последней модели, который согревает воду от нуля до ста за один удар хронометра.

— О работе?.. — повторила глупо.

Варрак усмехнулся.

— Вы говорите о работе в “Шторн ИСКРОЯДРО”? — уточнила я растерянно, а то может он говорил о работе постельной грелкой…

— Именно.

И вид у него был такой, будто поставил мне мат в паровых шахматах.

— Ладно, — приосанилась я. — Прошу за мной, обсудим дела.

Я стала подниматься по лестнице и судорожно вспоминать, успела ли я сегодня утром снять чулки и корсет с сушилки…

Мы поднялись на мой этаж.

Я повернула в замке ключ, потом нагнулась ближе к замку, чтобы отстучать код, Варрак развернулся плечом к стене, сцепил руки за спиной и спокойно уставился в трещину на потолке.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я настучала по замку шифр, только после этого послышался характерный щелчок.

Мы вошли внутрь. Я сбросила туфельки и впустила Варрака, а потом вдруг увидела свою мансарду глазами человека, который привык к богатству…

Косой потолок, стол под окном с кучей лотков для бумаг, верёвка над трубой для сушки перчаток и платьев, ящик с «Хрономатрикс-скрапом», заправленная кровать, маленькая кухонка, разработки моего отца грудой металлолома сложенные в углу…

— У вас очень уютно, Аделина, — сказал Варрак, и я посмотрела на него.

Высокий, широкоплечий, здесь ему будто было мало места, и всё же он хорошо вписывался в мой дом.

Чулки! Я вспыхнула и подбежала к верёвке, чтобы быстро снять бельё.

— Присаживайтесь на кухне!

Варрак, кажется, усмехнулся, и прошёл за стол, только вот остановился у фотокарточки, висящей на стене.

Я, папа и мама на ярмарке. Я ем сладкую вату, мама улыбается, папа держит меня на плечах.

— Ваша семья? — спросил он.

— Да… — растерянно ответила я.

— Где они живут?

— Нигде, мама умерла, когда мне было десять, а отец… — я сглотнула, потому что мне до сих пор было тяжело об этом говорить. — Отец покинул мир в прошлом году.

— Соболезную.

Я уже справилась с чулками и подвязками и повернулась к нему.

— Присаживайтесь, — я указала на свой стол.

— В этом нет необходимости. Я всего лишь хотел сказать, что ваш рабочий день моей личной помощницей начинается завтра в шесть.

— Вы меня берёте? Но вы сказали, что мои предложения — ерунда…

— Я также сказал, что мне понравился ход ваших мыслей. Думаю, это может помочь мне увидеть те детали работы компании, которых я раньше не замечал.

— Постойте… что значит “личной помощницей”? Я же собеседовалась на вакансию главного инженера!

— Справитесь со мной — и я поверю, что вы сможете справиться с чем угодно. В том числе с работой главного инженера.

Я крепко задумалась…

— Работать будете в связке с текущим помощником — гоблином Тиком Шарниром, кажется, вы уже знакомы. Он — ваш фильтр по операционке. Вопросы?

— Один, — обескураженно ответила я. — Какая зарплата?

И это очень важный для меня вопрос!..

— Это испытательный срок, так что… Скажем три оклада вашей прошлой зарплаты.

— Три?.. — я даже переспросила.

В рядовых инженерах мне пришлось бы ночевать на заводе, чтобы увидеть такую цифру хоть раз в выплатах. Сердце сделало глупый скачок — потом я взяла себя в руки.

И это на испытательном сроке?! Что же ждёт меня после?!

Я деловито протянула ему руку для рукопожатия.

В прошлый раз он этот мой жест проигнорировал.

— Я хочу, чтобы вы понимали, Аделина, — сказал он хмуро. — Мой личный помощник. Мужчина это или женщина, выполняет всё, что я говорю.

Я кивнула.

— Всё, — повторил он. — Желательно, не задавая лишних вопросов.

— Под “всё” вы понимаете рабочие вопросы, верно? — спросила я.

— Вы нанимаетесь на вакансию ЛИЧНОГО помощника, а значит поручения тоже могут быть личными. Операционными вопросами будет продолжать заниматься Тик.

— Личные вопросы какого характера? — нахмурилась я.

— Отредактировать мехсхему нового реактора, забрать костюм из химчистки, полить цветы, подтвердить доковый слот для дирижабля на вечер, продлить пропуск в ангары, — в общем, что угодно, что мне понадобится. Это ясно?

— Да.

— Ещё вопросы?

— Думаю, они появятся в процессе работы, — ответила я, потому что в голове у меня была какая-то каша из недоумения, радости, грусти, страха и усталости.

— Тогда у меня тоже есть вопрос, который мы должны решить прямо сейчас.

Он сказал это так, как будто «мы» — уже рабочий термин, а не вежливое местоимение, и осмотрел мою мансарду.

— Ваш дом. Небезопасный маршрут, маленькая жилплощадь, холодно, — сказал он задумчиво. — И далеко от “Ядра”.

— Далеко, — согласилась я. — Но у меня тут есть всё, что мне нужно. Почти всё.

Он не спросил, чего именно не хватает. Только прошёл к окну, отдёрнул штору, взглянул на крыши и вернулся к столу.

— Чаю? — спросила я ради приличия.

Варрак посмотрел на меня и неожиданно ответил:

— Да, спасибо.

Я улыбнулась. Всё-таки это была лучшая новость за день! Я налила воды в чайник, зажгла фитиль. Шум спиртовки наполнил комнату. Достала из полотняного мешка маленький свёрток — сдобные булочки, которые утром купила на углу, на последние лиры.

Сахарная пудра на них лежала, как свежий снег. Поставила чай на стол, разложила выпечку на две тарелочки.

Варрак положил перчатки на край стола, точно также, как они лежали у него в кабинете, и сел.

Я пододвинула к нему чашку и одну булочку. Он взял её без показной скромности и откусил. Я тоже отломила себе кусочек.

— Вкусно, — сказал негромко.

Я кивнула.

— У вас… — он слегка наклонился, — вот здесь.

Он протянул руку и подушечкой пальца стёр сахарную пудру с моей щеки. Движение было настолько осторожным и нежным, что я застыла. Я поставила чашку, чтобы не пролить чай.

— Спасибо, — сказала я совсем тихо и спрятала руки под стол.

Мы ели молча — вкусные булочки. Чай согревал, спиртовка шипела, как домашний зверёк.

— Допьём и можете собираться.

— Куда?

— Личной помощнице сложно будет выполнять поручения, находясь за несколько ударов хронометра от начальника, так что вы переезжаете ко мне.

Я чуть булочкой не поперхнулась.

К… нему?!

____________________

А у нас в литмобе помощниц орков новая книжечка: Виктория Грин "Невезучая помощница орка-магната"

Я держусь за эту работу ради спасения брата. Без сна и отдыха, я работаю на износ, стараясь не привлекать внимания нового босса - влиятельного и опасного орка.

Он властный, бессердечный тиран, не терпящий ошибок, а я простой инженер в его техно-магической империи.

В целом, я справляюсь. Только мне дико не везёт. Вот сегодня точно уволит!

Что? В смысле, я теперь его личная помощница?

Читать здесь:

Глава 5. (ис)пытательный срок

Варрак Шторн ел булочки у меня на кухне. Расскажи кому — не поверят.

— Почему я не могу жить у себя дома? — спросила я, всё ещё ошарашенная новостью о своём скорейшем переезде.

— Вы всегда задаёте столько вопросов? — он приподнял бровь.

— Это всего один вопрос…

— Уже сомневаюсь, стоит ли брать вас на работу.

Я заметила, что один уголок его рта чуть приподнялся. Да это что же такое делается? Мало того, что самый суровый орк Искрограда ест булочки с сахарной пудрой за моим столом, так ещё и… шутит?!

— Чисто технически я на вас работаю уже четыре года. — Прищурилась я.

— Чисто технически вы работаете на «Шторн ИСКРОЯДРО», — парировал он.

— Но компания принадлежит вам.

Я подлила ему чаю.

— Компания принадлежит акционерам.

— Но у вас 51% акций.

— Ну хотя бы в этом вы разбираетесь, не всё так плохо, — заметил он. — Да, по всему выходит, что вы — всеобщее достояние, но контрольный пакет акций на вас — у меня.

— Если это юмор, то очень тонкий! — вспыхнула я.

— Я орк, мисс Ветрова, орки не умеют шутить. Разве вы не знаете пословицу?

— «Орк смеётся глазами, а говорит делами»? — спросила я.

— У орка рука тяжёлая, да слово крепче.

Я посмотрела на него как-то по-новому. Да, наверное эта пословица как раз о нём… Я сглотнула.

— Вы так и не ответили на мой вопрос.

— Ответил, — он чуть качнул головой. — Личной помощнице сложно выполнять поручения, живя далеко. Но подозреваю, это не тот ответ, который вы хотели бы услышать.

— Да, но…

— Аделина, избавьте меня от этого «но». Вам нужна работа — или нет?

Он даже булочку положил обратно на блюдце, будто этот момент был действительно важен для него.

Я скосила взгляд на груду отцовских изобретений. Железо жило в углу, как мои домашние питомцы. Вздохнула. Решение уже было принято.

— Нужна. Где я буду жить?

Он посмотрел внимательно — будто настраивал фокус.

— В моём доме несколько гостевых. Сможете выбрать. Но думаю, вам понравится только одна — там и разместитесь.

— Почему вы так думаете?

— Скоро сами увидите, — ответил он коротко. — У вас есть саквояж?

— Да, — я поднялась. — Где-то… есть.

Саквояж. Давненько я его не трогала. Я опустилась на колени, заглянула под кровать — пусто.

— Ша’Каар!.. — гортанный шёпот на орочьем резанул воздух.

Я чуть повернулась и увидела его внимательный взгляд. Ох, где же мои манеры! Я практически в коленно-локтевой позе кверху пятой точкой!.. Мой будущий начальник тут же перевёл взгляд в сторону, к окну: вежливо, почти демонстративно, чтобы не смущать.

Я поднялась и прикусила губу, повернулась к антресоли.

— А, точно!

Под потолком темнел чемодан. Я подтянула к себе стул, приподняла подол платья и поставила ногу на сиденье.

— Аделина, что вы делаете?

— Достаю саквояж, — честно сообщила я.

Он подошёл почти бесшумно.

Такой массивный, казалось бы, должен быть шумным, но он будто… охотник! Прирожденный охотник, наученный ходить не издавая ни единого звука.

Мне от чего-то очень захотелось узнать, где он научился так двигаться…

— Разрешите? — спросил он ровно.

— Разрешаю, — выдохнула я, хотя продолжала тянуться за чемоданом, ещё же миллиметр и я его достану…

Тёплые ладони аккуратно легли мне на талию. Одно движение — и я на полу. Он поставил меня ровно, как ставят фигурку на полку. Правда его пальцы задержались на моей талии ещё на долгое мгновение… теплые, большие ладони… без… без перчаток!

Я покраснела. Точно покраснела.

Кажется, он не хотел нарушить тонну правил этикета, просто… действительно забыл, что так нельзя.

— Саквояж наверху? — его голос вернул меня в комнату из облачка мыслей, в которых я витала.

Я кивнула.

Он поднял руку — и без видимого усилия снял тяжёлый чемодан. Ладонь обрисовала грань, проверяя замки. Когда я шагнула ближе, наши руки одновременно легли на ручку. Кожа к коже. Варрак первым убрал пальцы.

— Простите, — сказал тихо.

— Ничего, — быстро ответила я.

— Я подожду снаружи, — добавил он. — Чтобы не смущать вас. Позовите, когда соберётесь. Спущу вещи.

Не дожидаясь ответа, вышел. С ним уходило ощущение уюта. Нелепо. Я тряхнула головой — Ади, ну что за мысли?

Открыла маленький чемоданчик и принялась собирать — быстро, как в цеху на срочном ремонте: ночная рубашка, полотенце, набор для умывальни, тёплая шаль, лёгкое платье, туфли, запасные чулки, инструменты первой необходимости. Поняла, что всё не влезает — выложила туфли. В большой саквояж ушли книги, папины чертежи, пара механизмов, связка шпилек, лишняя одежда. Рамку с фотокарточкой сложила на самый верх.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Готово! Поможете? — позвала я в приоткрытую дверь.

Варрак вошёл уже в перчатках и потянулся к большому саквояжу.

— Нет, этот останется здесь, — я перехватила его руку и указала на место у двери. — Вещи можно оставить здесь. На саквояже очень прочный замок, при всём желании никто не откроет. Хозяин сдаст мансарду прямо с моим сундуком, мы уже так делали.

— Но зачем? — спросил Варрак, нахмурившись и смотря на маленький чемодан в моей руке. — Вы переезжаете надолго, Аделина. Разве я не дал это понять?

— Я в курсе, мистер Шторн, — ровно ответила я и поправила шляпку. — Повторять не обязательно. В моём чемодане есть всё необходимое. Я инженер, а не…

Варрак смотрел удивлённо, и это меня разозлило…. Да, у меня вещей немного. И?

— Поставим саквояж у меня дома, — сказал он. — В конце концов, вам может что-то понадобиться.

И он отобрал у меня и маленький чемоданчик и огромный саквояж, и достаточно легко вместе со всем этим поднялся и пошёл вниз — к машине.

— Вы часто переезжали? — спросил он, когда вещи были закреплены в багажном отделении.

Я сглотнула, усаживаясь поудобнее.

— Да, мы с отцом много переезжали, — ответила задумчиво. — Он всегда говорил, что с собой надо забирать только самое важное. Остальное — балласт.

Варрак проверил давление в паромобиле и тут же завёл авто, где-то внутри закипел эфир, и мы начали движение.

— Много лет назад орки были кочевым народом, — медленно сказал он. — Я понимаю вашего отца.

Я благодарно кивнула.

— Вы были близки?

В памяти возникли яркие картинки моего детства. Как мы собираем вместе модель дирижабля, как катаемся на каруселях, как папа учит меня собирать простую паровую машину…

— Не в последние годы его жизни, — ответила я с горькой улыбкой. — В конце он… потерялся в своих фантазиях.

На несколько мгновений в мобиле образовалась тишина.

— Мой отец умер в бою, когда я был совсем маленьким, — добавил Варрак.

— Мне жаль, — ответила я.

Хотела спросить, остались ли у него другие родственники, где он вырос, как он жил… но тут маленькая машинка с узкой бумажной лентой начала отбивать странный неровный ритм.

— Что это? — спросила я.

Шторн нахмурился.

— Это — наши проблемы.

Он вытянул бумажку с напечатанными на ней точками и тире.

— Срочное сообщение — авария на искрообменнике.

Мой новоиспечённый начальник серьёзно посмотрел на меня.

— Так даже хорошо, проверим вас сразу в деле. Готовы к своему первому рабочему дню?

— Но сейчас ночь, — растерянно ответила я.

— Тогда к первой рабочей ночи.

— А если я откажусь?..

_____________________________

А в нашем мобе "Помощницы орков" 18+, новая книга!

"Идеальная помощница для орка-мэра" Татьяна Озерова

После предательства «тётушки» у меня осталась лишь сумка с вещами и отчаяние. Работа у мэра-орка Ярга Штоуна стала моим спасением. Он гроза во плоти с телом воина и интеллектом гения, под которого прогибаются даже министры. Но я сама не ожидала, что между нами зародится нечто большее, чем просто рабочие отношения.

Читать здесь:

Глава 6. Первая рабочая ночь

Мы ехали в паромобиле по улицам Искрограда. В салоне пахло так же, как от его пальто — бумагой, дождём и самим Варраком. Сложно описать аромат, но от него мне становилось как-то спокойнее…

— Вы ещё ничего не подписывали, Аделина, формально вы ещё не в штате. Можете просто посидеть в мобиле, пока я решаю проблему. После я отвезу вас домой.

И кажется в его словах даже не было ни издёвки, ни подвоха.

Это обезоруживало.

— Я пойду с вами и помогу, чем смогу — ответила я, не задумываясь.

— Почему? — спросил он.

— У людей тоже есть поговорка: своих в бою не бросаем. Слышали о такой?

Он весело хмыкнул, а потом мы услышали шум.

У Обменника №27 «Лихтарный» гудела толпа; в витрине мигало жёлтое «АВАРИЯ», из окна искрообменника сочился бледно-фиолетовый «искровой дождь». Кто-то ругался, кто-то пытался стучать в жалюзийную шторку.

Я вышла из паромобиля и испуганно сжалась у двери.

Варрак же смело вышел вперёд, попросил у полицейских большой фонарь и поднял его над головой.

— У кого приняли искролит, поднимите руку!

Рук было много.

— Кому отдали за него талиры, опустите руку.

Часть рук опустилась, но не так много, как хотелось бы.

— У кого рука осталась поднята подойдите к моей помощнике Аделине, она соберёт ваши контакты и выпишет расписки на выплаты. Остальные должны разойтись по ближайшим обменникам! Кто не может добраться сам — ждите на углу улицы. Сейчас там будут организованы дополнительные бесплатные трамваи до ближайших пунктов и обратно.

Толпа разделилась и… разошлась по нескольким направлениям!

Я смотрела на своего начальника с открытым ртом. Надо же! Так быстро всё разрулить! Чётко, без крика, и все — послушались.

К Варраку тут же подошли люди, и он начал раздавать указания.

— Три трамвая, — коротко бросил Варрак кому-то из ШЭС. — Допсмену машинистам и кондукторам оформите за мой личный счёт.

К нему подошёл один из инженеров.

— Горячее питьё, — он кивнул в сторону местной таверны. — Договорись на четыре самовара чая. Только без горячительного! Чеки завтра отнесёшь в бухгалтерию.

Я бы любовалась дальше, но меня уже обступили.

— У меня приняли три искрокассеты! Где мои деньги?! — завопил гоблин.

— Прямо-таки три? — я приподняла одну бровь, — что же вы, несколько лун копили, чтобы принести сбережения искролита именно сегодня вечером?

Гоблин испуганно раскрыл глаза, но сдаваться не собирался.

— Три кассеты! — взвыл он, подпрыгивая.

Но я тоже не вчера родилась. Много их сейчас таких будет, кто решит подзаработать на этой аварии.

— Квитанции, пожалуйста. Номер пломбы, время приёма.

— Какая ещё пломба?.. — прищурился он.

— Металлическая, с номером. Висит на хвосте каждой искрокассеты. Если у вас три приёма, в журнале будет три записи. Тогда я выпишу три расписки, и вы будете в самой первой группе на выплаты. Если записей нет — займём вам место в трамвае к соседнему пункту.

— Ладно, пишите!

— Пройдёмте за мной.

Я привела всех к паромобилю Шторна. Быстро достала из своего чемодана писчие принадлежности и разложив их на тёплом ещё капоте, начала чертить табличку.

— Квитанцию, пожалуйста. Или пломбу, или и то, и другое, — обратилась я к гоблину.

Он заморгал и полез в карман за мятым клочком — оно как-то было квитанцией.

Я развернула его и всмотрелась в написанное.

— Тут сказано, что кассета была одна.

— Ржавые шестерёнки! Вот же привязалась, помощница! Ладно! Давай расписку на одну выплату.

В толпе вокруг меня кто-то засмеялся.

Я быстро выписала бумажку от руки, до конца не понимая, что надо писать… и продублировала информацию себе в табличку.

И вскоре поток людей пошёл рекой!.. А небо Искрограда заволокло тучей, которая уже начинала свои мокрые дела.

— Распишитесь здесь, — указала я худощавому парню.

— Это ещё зачем? Нигде я расписываться не буду, — нахмурился он.

— Если вас не будет в моём списке, то выплату вы не получите, — я пожала плечами. — Так вы подтверждаете, что вам выдана эта бумага, — я указала на лист в его руке.

Он ещё посомневался, но всё же расписался.

И нас накрыло дождём!..

Вдруг сзади меня показался Тик Шарнир. Гоблин, помощник Варрака. Он держал в руке зонт и попытался раскрыть его надо мной, но вот ростом-то он не вышел… Ну то есть для гоблина он был очень даже высоким, но я не гоблин…

— Здравствуйте, Тик, вы не против поменяться? Я подержу зонт и продиктую информацию, а вы запишете, — предложила я.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он фыркнул, посмотрев на мой импровизированный кабинет на капоте паромобиля.

— Ладно, — сказал недовольно.

— Следующий, — провозгласила я мягче. — Женщины с детьми, инвалиды и пожилые — вперёд.

Толпа заструилась через нас с гоблином. И дело пошло шустрее. Я расспрашивала, Тик записывал, дождь шёл. Бумаги, бумаги, бумаги…

— Имя, адрес, номер кассеты, — диктовала я, подсказывая Тику. — Кому выдали расписку — идите, не стойте под дождём. Кому нет — на углу выдают горячий чай!

Не знаю, сколько времени прошло, но вдруг мне на плечи опустилось уже знакомое пальто. Какой же аромат приятный…

— Аделина, — прорычал Варрак.

Я испуганно оглянулась, встретив его разъярённый взгляд.

— Я что-то сделала не так? — тут же спросила.

Вот ещё даже на работу выйти не успела, а уже…

— Первое, что вы делаете — заботитесь о себе! — строго сказал он, запахивая на мне своё пальто. — Вы же продрогли! Если вы завтра сляжете с простудой, кто мне будет помогать?

Тик кашлянул, но Варрак на него не посмотрел.

— Чаю сюда! И плед моей ассистентке! Тик, мы закончили, можешь занять обменник, там внутри много пустых бланков. Справишься сам?

Гоблин недовольно зашуршал, и Варрак тут же нашёл несколько только что прибывших инженеров, которые помогли ему и с зонтом и с бумагами.

— А вы… — Варрак свирепо посмотрел на меня. — В мобиль! На заднее сиденье — вас надо срочно отогреть.

___________________________

Ну что, как греться будем?))

Предлагаю горячей новинкой 18+ Татьяны Демидовой "Тайная помощница для ректора-орка"

Я стала тайной помощницей орка не по своей воле. Искала способ разорвать кабальный контракт отца в Академии магии и технологий. Её ректор - огромный опасный орк - поймал меня. Но не отчислил. Я и предположить не могла, что очень скоро наша тайна разрастется до неприличных размеров.

Осторожно, очень 18+.

Читать здесь:

Глава 7. Очень горячий орк

Я шла к паромобилю.

Искроград заливал дождь: фонари мерцали в перламутровых ореолах, трубы кое-где дышали паром — изоляция нарушена, с Верхних колец тянуло северным ветром.

Толпа местами всё ещё гудела, но на искрообменнике уже не светилась оранжевая мигающая вывеска “АВАРИЯ”, только спокойное зелёное сообщение “Обменник откроется с рассветом”.

Мокро, ветрено, голодно… Той булочки с чаем явно не хватило, чтобы насытить мой организм, который сегодня столько всего натерпелся!

Я тяжело выдохнула, распахнула дверцу мобиля и нырнула внутрь. Он уже остыл, и внутри было не сказать, чтобы тепло, но явно лучше чем на улице — здесь хотя бы ничего не капало.

Я села, как и просил Варрак, на заднее сиденье, хоть и не совсем понимала, зачем. Может сюда теплый воздух быстрее дойдёт, когда мобиль будет заведён?

Усталость накатывала волнами, но расслабиться не удавалось — холод, как голодный зверь, вцепился в меня так, что мои зубы отбивали собственный марш. Хотелось свернуться калачиком, что я в конце концов и сделала, наплевав на приличия, ведь Варрак долго не приходил.

Лучше же остаться живой, хоть и неприличной, правда?

В какой-то момент сквозь пелену беспамятства и сна я услышала, что паромобиль заурчал шестерёнками, потом негромкие ругательства на орочьем и наконец, чьи-то тёплые ладони осторожно переместили меня на что-то тёплое.

— Нет, — запротестовала я, когда поняла, что кто-то пытается снять с меня тёплое пальто Варрака.

Я всхлипнула и вцепилась в ворот.

— Ну же, Аделина, оно промокло насквозь…

Он что-то ещё говорил. Так уверенно и спокойно, что моё ослабшее сознание решило просто подчиниться…

— …можно, — промычала я в полусне.

Меня подвинули, развернули, и вдруг стало очень тепло. Тепло и спокойно. Паромобиль ворчал убаюкивающе, а я утонула: в безопасности.

А проснулась…

Счастливая!

Странное дело: будто выспалась впервые за год. Давно такого не чувствовала. Улыбаясь и потягиваясь, я открыла глаза шире.

Не моё окно. Не мои стены. Не моя… кровать?!

Я резко села на кровати, распахивая глаза, осматриваясь и пытаясь понять, как я ЗДЕСЬ очутилась.

Комната была прекрасная.

Широкая двуспальная кровать с высоким изголовьем, полки с книгами, высокий шкаф, зеркало в полный рост, пустой стеллаж — будто ждущий моих коробок. На окне — плотные шторы с тонкой ажурной тесьмой.

И это уже не говоря про качество матраса и подушки! Да я чувствовала, будто лежу на мягком облачке, а не в постели.

События вчерашней ночи вернулись рывками: толпа, дождь, мой импровизированный стол на капоте, чьё-то пальто на моих плечах, ненавязчивая забота Варрака, урчание мотора и…

Я покраснела от одной мысли.

Картинки, которые почему-то подбросила моя память, были весьма интригующими, и я искренне надеялась, что это всё были отрывки сна, а не…

Я вслушивалась в его сердцебиение. Кажется, я сидела у Варрака на коленях на заднем сиденье, а управлял мобилем кто-то другой.

Помню снова — много орочьих слов о значении которых я и не догадывалась.

Помню, как моя юбка покачивалась, когда он нёс меня на руках.

СТОП!

Он нёс меня на руках?!

Кажется, это он и уложил меня в эту постель!

И ещё… нет, я была полностью одета, только вот мой корсаж, кто-то явно развязал его тясёмки, а ведь завязывала я их тройным морским узлом!

В дверь постучали.

Я быстро подошла к зеркалу и немного привела себя в порядок, только после этого пригласила Варрака войти.

Это точно был его голос. Узнаю из тысячи.

— Доброе утро, мисс Ветрова, — раздалось у двери.

Сегодня он был без жилета, в тёмной рубашке с закатанными рукавами, в руках — поднос. Чайник, чашки, тарелка с горячими рогаликами и… кашей? Пахло свежеиспечённым хлебом, и мой желудок сразу же издал воинственный звук.

— Доброе утро, а как я… здесь… — я запнулась.

Он поставил поднос на резной столик.

— Вы уснули в мобиле, — спокойно сказал он. — Так что я перенёс вас сюда.

Я, кажется, покраснела ещё сильнее.

— Стоило разбудить…

— Мне надо было, чтобы вы выспались, — возразил он.

Я замолчала.

— Это та самая гостевая комната, которая, я думаю, вам понравится больше прочих, — добавил он. — Здесь за перегородкой — маленькая комната с рабочим столом и хорошим светом. Подозреваю, именно она вам и понравится.

Я вытянула шею: за приоткрытой дверью действительно белел стол с линейкой и лупой, а на крючке висели перчатки для тонких работ.

— Можно? — выдохнула я.

Варрак кивнул.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Начиная с сегодняшнего дня вы моя помощница, это ваш рабочий кабинет, — ответил он просто.

Я вошла в комнату.

Мелкие детали, разложенные по латунным контейнерам, мощная лампа со встроенным хрономатриксом, отвёртки, ключи, напильники разных размеров в трёх коробках на столе…

Да это просто чудесно!

— Чай? — спросил Варрак, и мне почудилось в его голосе довольство.

— Да, пожалуйста.

Он занёс поднос в кабинет и сел напротив главного кресла. По всему выходило, что он у меня в кабинете, хотя мы и находились в его доме.

Я неуверенно села в главное кресло и обхватила чашку ладонями.

— Благодарю вас, мистер Шторн…

— Давайте наедине будем прост Варраком и Аделиной, — предложил он.

— Хорошо, — кивнула я. — Спасибо, что позаботились обо мне вчера и за этот чудесный кабинет.

— Конечно. У орков температура выше человеческой, — пояснил он. — Полевые условия заставляют организм работать иначе.

Я повернула голову, уставившись на него.

— Почему вы это сказали? — спросила я настороженно.

Варрак как раз откусил рогалик, так что мне пришлось подождать, пока он расправится с ним.

— Сказал что?

— Я поблагодарила вас за заботу. При чем тут то, что вы горячий? — Я тут же поняла, что ляпнула. — Что температура орков выше человеческой!

— Вчера вы продрогли до костей и…

Мне казалось, он хотел сказать что-то другое, но увидев мою реакцию изменил решение.

— Это моя ошибка, не рассчитал ваши возможности, — сухо вывернулся он.

А я вдруг снова вспомнила стук его сердца, как жалась к его груди… так это было не во сне?!

Я продрогла, он горячий… во всех смыслах этого слова… И он меня… ОТОГРЕЛ? Телом что ли?

Я уткнулась в чашку. Щёки предательски заалели.

Чтобы не думать о том, что произошло, я отпила горячего чая и молча откусила рогалик — нежный, чуть сладкий. В животе предательски заурчало.

— Ешьте, — сказал Варрак. — первая рабочая ночь вышла слишком насыщенной.

— Обменник починили? — пискнула я.

— Да, уже начали выплаты. И вы справились хорошо. Бумаги я посмотрел. Заполнено аккуратно.

— Спасибо, — сказала я и, сама удивившись, добавила: — Вы тоже… хорошо управляете толпой.

— Приходится, — кратко ответил он и чуть кивнул в сторону двери: — Через час — обед.

— Уже обед? — я тут же выглянула в окно, и правда - светло, как днём.

Варрак усмехнулся.

— Потом — едем на завод. Контракт подпишем у меня в кабинете в главном здании Ядра. Есть вопросы?

— Эмм… а мои вещи?

— Точно, попрошу, чтобы их доставили сюда. И… Аделина.

Я отложила рогалик.

— Я хочу, чтобы между нами не было недосказанностей.

— Тогда скажите, что произошло ночью, — попросила я, уже заранеее зная, что мне его ответ вряд ли понравится.

— Ночью, когда вас трясло от холода, — сказал он просто, — вы сами сели ко мне на колени на заднем сиденье. Это был, скорее, инстинкт — прижаться к источнику тепла. Скажу сразу: для меня это — не сигнал. Вы замёрзли и были истощены. Эта ситуация ни к чему вас не обязывает и нигде не будет упоминаться. Нас никто не видел.

Я выпрямила спину.

— Спасибо, что сказали, — выдохнула я. — И… за то, как вы это сформулировали.

Он встал.

— В шкафу — халат. Платье высушат. Пальто вам верну после чистки. Если понадобится что-то ещё — скажите. В одиннадцать сорок пять я жду вас внизу.

Я тоже встала и проводила Варрака.

Когда дверь за ним мягко закрылась, я вспомнила эти его слова “это был, скорее, инстинкт — прижаться к источнику тепла”...

Сейчас мне не холодно. Так почему меня до сих пор тянет к нему?

Я выдохнула, допила чай с рогаликом и пошла выяснять, как здесь работает душ.

Пульс только потихоньку вернулся в норму после встречи с Варраком, но ванная комната снова выбила меня из равновесия!

___________________________

Для любителей настоящих, властных и горячих мужчин наш литмоб "Помощницы орков"

Елена Сергеева и Таша Тонева "Бесценная помощница для орка"

Читать здесь:

— Я снял все со счетов. Мне срочно нужны деньги, сестренка.

— Но это мои деньги, Рик! Я их заработала! — вырывается у меня.

Взгляд брата тяжелеет.

— Мои, сестренка. И дом тоже мой. Ты забыла? Ни в одном документе не стоит твое имя.

Он растягивает губы в победной ухмылке.

— Ты никто без моего имени, Ларрин, — глаза брата опасно сверкают. — Хватило ума работать и прикрываться мной, значит, и это в состоянии понять.

Я понимаю, что спор бесполезен. В нашем мире у женщин почти нет прав. Я знаю, что брат заберет все. Но это не значит, что я сдамся.

Пусть для этого мне и придется пойти на настоящее безумство — стать помощницей орка.

Читать здесь:

Глава 8. Как избавиться от трупа

Я застыла на пороге ванной комнаты.

О боги, как же давно я не принимала такой ванны!

Она парила над полом на медных ножках в виде лап грифонов. Большая, тяжелая, молочно-белого цвета. Я даже испустила вздох предвкушения.

Быстро сбросила одежду, чуточку поколдовала над бойлером маникюрными ножницами, что лежали в открытой коробочке у большой раковины, и, собрав волосы в пучок на макушке, наконец погрузилась в воду.

Чудесно. Можно было переехать к Варраку только ради этой ванны!..

Я нашла и вспенивающийся порошок, сыпанула немного, вода зашипела и распространила аромат мыла с кедром. Этот запах неожиданно вернул меня в детство. Я легла поудобнее и прикрыла глаза, перед внутренним взором стоял наш старый дом. Светлый, двухэтажный. Тогда он казался мне огромным!..

Мой маленький шалаш на дереве с разными верёвочными механизмами… я даже провела верёвку на кухню, чтобы мама могла поставить в моё ведёрко кружку воды. И пускай, к моменту, как я притягивала ведёрко обратно, воды в кружке почти не оставалось, всё равно папа хвалил меня за чудесное изобретение и называл великим инженером.

Папа… он пропадал в мастерской, залитой золотым светом. Впрочем мама тоже пропадала — в саду, я так и запомнила её с сикатором в руке и разговаривающую с розами.

Хорошее было время…

Я открыла глаза и сжала пену в кулак. Да, нечего страдать по тому, чего не вернуть. Надо в настоящем строить своё будущее. Желательно счастливое.

И план у меня простой.

Пройду испытательный срок Варрака, стану главным инженером “Ядра”, выплачу долг, который папа оставил, а потом… накоплю на такой дом и на такую ванну и тоже буду разговаривать с розами. Или пропадать в мастерской… не знаю!

Мысли вернулись к моему начальнику.

Испытательный срок начинался сегодня, и выглядеть нужно было соответствующе — не как испуганная мышка, а как специалист, который знает себе цену. Цена пока что составляла три оклада рядового инженера и крышу над головой, но главный инженер получает больше, так что пора собираться и приводить себя в порядок.

Я с легким сожалением вылезла из благоухающей воды, завернулась в пушистый, впитывающий всю влагу халат и направилась в свою новую спальню. Мой скромный дорожный саквояж уже лежал на стуле. Я расстегнула его и с чисто инженерной методичностью принялась за сбор “рабочего инструмента” — себя.

Бельё, чулки… Вспомнила, как Варрак застал мои чулочки на кухне, и щёки обдало жаром.

Рубашка обычная, хлопковая, которую если что не дорого заменить и легко отстирать — инженер я или погулять вышла? Затем корсет — дань приличиям, хотя я бы с радостью сожгла бы этот предмет своего гардероба. Зашнуровала его привычным движением, не стягивая слишком туго, чтобы можно было свободно дышать и наклоняться к механизмам.

И, наконец, длинная шерстяная юбка темно-синего цвета, густого, как ночное небо над Искроградом. Она была немодной, но прочной и теплой, что в промозглом климате города ценилось куда выше сиюминутных тенденций. И волосы туго заплела, чтобы не мешали при осмотре шестерёнок.

Хотя… сейчас-то я больше не инженер, а личная помощница!

Я встала перед зеркалом.

Наверное, надо одеться более соответственно своей новой роли? Но у меня вся одежда такая!..

Я закусила губу и несмело распустила волосы, собрав в тонкую косичку только те, что были у самого лица.

Непривычно, но кажется, очень даже уместно.

Я вздохнула, кивнула своему отражению и поспешила вниз, время было уже одиннадцать сорок пять!

В прихожей никого не было, но из-за полуоткрытой двери в кабинет доносился низкий голос Варрака:

— Обеспечьте данные по цеху №4 до конца дня.

Тик Шарнир, его помощник задал какой-то вопрос, но я не расслышала, какой именно.

— Да, все, включая журналы утилизации.

Я замерла у двери в нерешительности, не зная, стоит ли входить, но Варрак, будто почувствовав мое присутствие, жестом пригласил меня внутрь, не прерывая разговора.

— Особенно журналы, мы должны найти утечку.

Я отвлеклась разглядыванием книжных полок. Его домашний кабинет мне нравился больше. Здесь было уютнее.

— Всё, Тик, можешь идти.

Гоблин недовольно мне кивнул и вышел из кабинета.

Мы с Варраком остались одни.

Его цепкий взгляд скользнул по мне, словно бы ища, что изменилось, и задержался на распущенных волосах дольше, чем того требовала простая вежливость. Я почувствовала, как по щекам разливается румянец.

Да что же это такое… Где мой хвалёный самоконтроль?!

— Вам идёт…

— Что? — растерянно спросила я.

Он кивнул на моё лицо и покрутил пальцами в воздухе, видимо имея в виду вьющиеся у лица пряди.

Я хохотнула, он улыбнулся, и сразу атмосфера в комнате потеплела.

Варрак протянул мне папку с контрактом. На его руках снова не было перчаток…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Тик привёз договор, — пояснил он. — Присаживайтесь, расквитаемся с этим прямо сейчас.

Мы сели за стол. Он в массивное кресло, я в более изящное напротив.

Я стала читать. Мой внутренний инженер требовал вникнуть в детали.

Через некоторое время я ткнула пальцем в один из пунктов.

— “Иные задачи, не входящие в прямые обязанности”? Это что, выносить ваш мусор?

— Если потребуется, то и мусор, а может, и чей-нибудь труп.

Я уставилась на него в шоке.

Он осёкся.

— Я говорил, что юмор у орков своеобразный.

Я улыбнулась, пытаясь развеять напряжение.

— Так это был юмор? А то я думала, зачем выносить труп из дома, если можно его растворить в вашей прекрасной ванне.

Он усмехнулся.

— Какая кровожадность, Аделина. От вас я ожидал всего, но не этого, — серьёзно сказал он.

Улыбка спала с моего лица. Действительно, что за чёрный юмор, Ади? Ты должна вести себя, как главный инженер, а не могильщик со стажем..

— И потом, — добавил он хитро. — После такого рода процедур было бы не очень приятно принимать ту ванну.

Я засмеялась.

— Да, об этом я не подумала.

— Ничего, это же только ваш первый рабочий день, — ободряюще сказал он.

Ванна… отчего-то я представила, как Варрак её принимает. Весь в пене, обнажённый…

Я шумно выдохнула и опустила глаза в договор. Надо прекратить вести себя как идиотка.

— А это? — я указала на пункт о неразглашении любых фактов, касающихся его личной жизни. — У вас есть что скрывать, мистер Шторн?

— Разумеется, — его губы дрогнули в подобии улыбки. — У любого в этом городе есть, что скрывать, не правда ли?

Я ничего не ответила, дочитала договор до конца, ещё раз обрадовалась обозначенной оплате труда и размашисто подписала бумагу.

— Поздравляю, мисс Ветрова. Вы официально моя подчинённая. А теперь обед.

Он встал из-за стола, и я последовала его примеру. Проходя мимо полки, я задела плечом фолиант по паровой динамике, и книга тяжело полетела вниз.

Я ахнула и инстинктивно попыталась поймать ее, но Варрак оказался быстрее. Его рука молнией метнулась вперед, и он схватил книгу, прежде чем та успела с грохотом удариться о пол.

В этот момент я поняла, что оказалась в ловушке. Он стоял так близко, что я чувствовала исходящее от него тепло, его рука все еще была вытянута передо мной, а тяжелый том замер в воздухе между мной и полками.

Я подняла взгляд на своего начальника и увидела, что он тоже смотрит на меня... И клянусь! В его взгляде читалось что-то темное, голодное и бесконечно заинтересованное…

______________________________

А у нас в литмобе "Помощницы орков" история новой помощницы!

Личная ассистентка для орка

Тая Мару, Рина Мадьяр

ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ:

Мой отец умер и оставил мне только чудовищные долги. Чтобы выжить я решаюсь на отчаянный шаг. Устроиться на работу к орку!

Да только это не нравится ни знати, ни другим издательствам, ведь личной ассистенткой он нанял женщину.

Но под таким властным взглядом и уверенным руководством забываешь о любых проблемах.

Читать здесь:

Глава 9. Слишком горячо

Воздух между нами стал густым, тягучим.

Казалось, еще мгновение, и случится нечто непоправимое. Его взгляд скользнул к моим губам, и я, словно заворожённая, облизнула нижнюю..

Не знаю, что меня дёрнуло это сделать!

Рядом с ним мой разум сбоит!

— Ша-Каар! — с чувством сквозь зубы процедил Варрак, проследив за мной.

Затем он тяжело выдохнул и взял себя в руки, довольно быстро стирая с лица этот дикий мужской интерес. Он поставил книгу обратно на полку, где она должна была быть.

— Извините, — пропищала я.

— Нас ждёт обед, — произнес он, и его голос прозвучал непривычно хрипло.

Я лишь кивнула, не в силах вымолвить больше ни слова, и последовала за ним в столовую.

Нас ждал очень красиво сервированный стол. Супницы, закрытые крышками, блюдо с картофельным пюре и поднос с куриными ножками.

От одного вида на это великолепие у меня в животе протяжно заурчало.

Мы уселись, Варрак снял крышку с супницы и… снова прорычал что-то на орочьем.

— Моя кухарка уже ушла, обычно я обедаю чуть раньше, совсем забыл, что еда имеет свойство остывать.

— Никаких проблем, — тут же вскочила со стула я. — Вот и тот самый момент для “личного поручения”.

Я улыбнулась и взяла свою и его супницы, чтобы унести в кухню и подогреть еду. Варрак пошёл следом за мной, держа в руках поднос с мясом.

Мы снова оказались в помещении вдвоём.

Кухня сияла медью. Я взялась за кастрюлю, Варрак включил паровую плиту. Мы действовали молча, но даже как будто слажено, будто управлялись с обедом в кухне уже много-много раз.

Потом я нашла на полке луковицу и предложила добавить в суп, так что Варрак быстро для меня его порезал, не проронив к слову ни слезинки!

Когда суп забурлил, я по неосторожности схватилась за ручку крышки без прихватки. Резкая боль заставила меня вскрикнуть и уронить крышку.

Варрак оказался рядом мгновенно. Он схватил мою руку и поднял вверх, а сам повёл меня к крану с холодной водой.

— Аделина, вы сведёте меня с ума!.. — пробормотал он с досадой, включая воду, но я чувствовала, что в его голосе сквозила тревога, а не недовольство.

Когда первая боль утихла, он осторожно вытер мою руку своим платком.

На пальцах краснел свежий ожог.

— Пустяки, — выдохнула я, но голос предательски дрогнул.

Варрак внимательно посмотрел на ожог, потом на меня. В его глазах читалась внутренняя борьба.

— Не знаю, в курсе ли вы, но у орков... есть одна особенность, — тихо сказал он. — Наши предки в степях лечили раны таким образом…

— Каким? — спросила я.

Пальцы жутко ныли… это теперь несколько дней не взять в руки отвёртку!

— Вы мне доверяете? — спросил он неожиданно.

Я поколебалась, но кивнула.

— Тогда закройте глаза, Аделина.

Я смотрела на него, он на меня. Довериться?..

Я всё же закрыла глаза.

И прежде чем я успела что-либо понять, он поднес мою ладонь к своему лицу и я почувствовала на пальцах его дыхание…

Он что же сейчас поцелует мне руку?

Пульс подскочил, но ничего не происходило.

— Так же как вчера в паромобиле, Аделина, некоторые вещи мы делаем просто инстинктивно, — сказал он, а я не поняла к чему он это, пока….

Пока он осторожно не провел языком по моей обожженной коже.

Я не распахнула глаз, только застыла, даже дышать перестала.

Мир остановился. Я почувствовала лишь тепло его дыхания, влажность языка и странное, мгновенное облегчение в месте ожога. Вскоре от боли осталось лишь приятное, пульсирующее тепло, расползавшееся по руке и всему телу.

Когда я наконец посмотрела на Варрака, в его взгляде не было ни торжества, ни хищничества. Только глубокая, почти болезненная серьезность.

— Боль прошла? — тихо спросил он.

— Да, — прошептала я.

Он посмотрел на меня с вызовом, будто ожидая, что я побегу прочь. Но мои ноги будто вросли в пол.

Я чувствовала... его. Легкий привкус дыма и диких трав, ощущение силы, текущей по моим венам. Это было пугающе и пьяняще.

— Не знала о таких свойствах вашего… языка, — сказала я, пытаясь говорить непринуждённо, но выходило прямо скажем так себе.

— Дело не в языке, дело в слюне. Мой организм вырабатывает повышенное количество борющихся веществ по сравнению с вами, людьми. Потому орки и не болеют.

— Вы не болеете? — удивлённо спросила я.

— Почти никогда, — ответил он. — А теперь идите за стол, Аделина, я принесу еду.

— Но…

Он только прикрыл глаза и предупреждающе приподнял бровь, как я всё поняла и с неохотой отправилась в столовую.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Это я должна за ним ухаживать, а у нас как-то всё наоборот получается!..

Варрак принёс еду и даже наложил её мне в тарелку и заботливо открыл крышку супницы.

— Ммм… а с луком и правда вкуснее, — заметил Варрак, пробуя суп.

Я заулыбалась… хоть чем-то удалось угодить.

— Руке уже гораздо лучше, спасибо, — сказала я.

— Обращайтесь, — ответил он, отрывая себе кусок чёрного хлеба.

Я застыла с ложкой в воздухе, глядя на него. “Обращайтесь”?

Он как себе это представляет?

“Уважаемый Мистер Шторн, не могли бы вы полизать мне царапину”? “Да, вот так, и синяк на пояснице тоже”!

— Я не то имел в виду, — сказал Шторн, очевидно заметив моё замешательство.

Ситуацию спасло то, что в комнату постучали.

____________

Приглашаю вас в новинку от Дины Дружининой “Очень личная помощница орка” 18+

Отчаянные ситуации требуют от женщин отчаянных мер. Мой отец разорен и требует от меня выйти замуж, чтобы поправить свои дела. Лучшее, что я смогла придумать - это сбежать от навязанного жениха и... стать личной помощницей орка. Очень личной!

Читать здесь:

Глава 10. Лорд Элрик

— Входи, Альберт, — расслабленно отозвался Шторн.

Я же, в отличие от него, резко выпрямила спину и нервно посмотрела на отворяющуюся дверь.

В столовую вошёл гном в безупречной ливрее, правда с шестерёнками вместо пуговиц. Его седая борода была заплетена в аккуратные косы, а сам он излучал холодность и деловитость. Ну прямо эталон старого преданного слуги!

— Лорд Ван-дер-Хольт ожидает в гостиной, — произнёс он голосом, напоминающим тиканье хронометра.

— Что этому ублюдку понадобилось у меня дома? — прорычал Варрак, сжимая кулаки.

— Он не докладывал-с, — ответил гном.

— Это Аделина. Аделина, это Альберт, мой дворецкий.

— И камердинер-с, прошу заметить, — вставил гном и сурово кивнул мне. — Альберт Зубчатый к вашим услугам, мисс…

— Ветрова, — подсказала я.

— Интересная фамилия.

— У вас тоже очень интересная фамилия, — сказала я, пытаясь поддержать непринуждённый диалог. — Ваш предок был зубным врачом?

Гном вдруг улыбнулся обнажая заострённые кончики зубов.

— Мой предок однажды загрыз напавшего на него вепря, — пояснил он как ни в чём не бывало. — С тех пор в память его подвига мы затачиваем зубы.

— М-м-м, — вежливо улыбнулась я и покивала.

Нет, непринуждённые разговоры точно не мой конёк.

— Господин, — гном повернулся к Варраку. — Лорд Элрик Ван-дер-Хольт настаивает на срочной встрече. Что ему передать?

— Чтобы шёл в…

— Подождите, — неожиданно для себя вмешалась я. Оба мужчины уставились на меня. — Этот лорд наш враг?

— Он представитель нашего глубокоуважаемого Совета, — пояснил Варрак, смерив меня долгим взглядом. — Самый неприятный его представитель.

— Давайте пригласим его с нами пообедать? — предложила я.

И Варрак, и Альберт посмотрели на меня, как на сумасшедшую.

— Врагов лучше держать поближе. И на сытый желудок они менее опасны.

Я пожала плечами.

Уголок губ Варрака дрогнул. Он перевел взгляд на дворецкого.

— Альберт, пригласи лорда Ван-дер-Хольта. И принеси еще один прибор.

Гном посмотрела на Варрака, потом на меня.

— Как угодно господам, — сказал он и, развернувшись на пятках, быстро вышел.

— Думаю, это плохая идея, впрочем сейчас вы сами убедитесь в этом, — задумчиво произнёс Варрак.

— Вы не возражаете? — спросила я, уже переставляя свои тарелки так, чтобы сидеть поближе к Варраку, оставив противоположную сторону стола для гостя.

Лорд Элрик оказался человеком. И полной противоположностью Варраку.

Если Варрак — мощь, грубая сила и сдержанность, то лорд Элрик — воплощение утончённой, почти опасной грации.

Высокий, стройный, с осанкой аристократа, которая выдавала — он с пелёнок привык, что мир склоняется перед ним в низком поклоне. Чёрные волосы уложены с вызывающей аккуратностью, черты лица — слишком правильные. Прямой нос, высокие скулы, тонкие губы, которые сейчас складывались в улыбку, но до глаз она не доходила.

Он вошел с театральной паузой в дверях. Его взгляд сразу нашел меня.

— Варрак, я понимаю, что нарушаю твой уединенный обед, но дела не ждут.

Он презрительно посмотрел на меня и нехотя представился…

— Лорд Элрик Ван-дер-Хольт. Член городского совета.

— Аделина, — тут же ответила я, протягивая ему руку для рукопожатия.

— Мой новый личный помощник, — добавил Шторн.

Лорд посмотрел на меня по-другому — более внимательно и одобрительно.

— Очаровательно, — он сел напротив. — И как наш упрямый орк нашел такое сокровище?

Варрак налил ему вина с таким видом, будто наливает яд.

— Мисс Ветрова сама меня нашла.

— Ветрова? — Элрик слегка наклонил голову. — Какая интересная фамилия.

Слизские шестерёнки, только не снова про фамилии!..

— Не родственница ли вы тому самому Геральду Ветрову? Гениальному, хоть и... неудачливому изобретателю? — спросил он меня о папе.

Я хотела ответить, но Варрак опередил меня:

— Ближе к делу, Элрик, как ты сам выразился, у нас тут уединённый обед.

Элрик посмотрел на него и будто очнулся — вспомнил, зщачем пришёл.

— Совет крайне обеспокоен постоянными авариями с искролитом, Варрак, — сказал он, хмурясь. Его пальцы принялись барабанить по столу, выводя раздражающий ритм. — Твоя монополия на энергию обязывает. И, должен заметить, ты с этой обязанностью не…

Варрак медленно поставил бокал и он звякнул о стол.

Лорд Элрик тут же замолчал.

— Мои инженеры работают над причиной аварии, — холодно и вежливо ответил Варрак, однако голос его прозвучал глухо, как предупреждающий рык. — В отличие от Совета, который только и может, что выражать “обеспокоенность”, сидя в своих кожаных креслах.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Мы не только выражаем её, — Элрик улыбнулся, и эта улыбка была острее бритвы. — Мы готовимся к действиям. Уже на следующем заседании будет поставлен вопрос о создании надзорной комиссии.

— Что за комиссия? — невинно поинтересовалась я.

— Комиссия, которая получит полный доступ ко всем объектам “Шторн ИскраЯдро”, мисс Ветрова, — Его взгляд скользнул по мне. — И ко всем сотрудникам. Внезапные проверки имеют обыкновение вскрывать самые интересные тайны. Не так ли?

Варрак красноречиво встал из-за стола.

— Благодарю за гостеприимство, — сразу засобирался на выход Лорд Элрик, который слегка побелел, когда встретился с Варраком взглядом. — Было невероятно познавательно.

Не дожидаясь ответа, он развернулся и вышел из столовой, оставив за собой тяжёлый аромат дорого парфюма.

Альберт, словно седая тень, последовал за ним, чтобы проводить.

— Надворная комиссия? — прошептала я. — Это серьёзно?

Варрак мрачно смотрел в пространство перед собой.

— Они не получат ни мою компанию, ни моих сотрудников, — его голос прозвучал низко и гортанно, словно предупреждающий рык, от которого по коже побежали мурашки.

Мой порыв оказался сильнее разума. Прежде чем я успела осознать, что делаю, моя рука легла поверх его сжатого кулака. Пальцы едва охватили массивные костяшки и нежно сжали.

Мне хотелось поддержать его.

Варрак замер. Его взгляд упал на наши руки, и я уже готова была отдернуть свою, смущённая собственной дерзостью. Но он не дал мне этого сделать. Вместо этого его тёплая и большая ладонь разжалась и повернулась, чтобы принять мою.

— Как ваши пальцы? — спросил он неожиданно тихо, поднося мою руку к своему лицу, как делал это совсем недавно на кухне…

____________________________

Дорогие читатели!

Приглашаю вас в свой телеграм канал.

Вся информация лежит в разделе "обо мне":

У нас там весело, горячо и случаются промокоды на книги)

Глава 11. Цех

Дыхание Варрака осторожно коснулось кончиков моих пальцев.

— Почти не болят, — выдохнула я.

К гоблинам перчатки. Если его ладони всегда такие тёплые и успокаивающие… плевать на приличия, пусть берёт меня за руки, когда хочет!

А ведь я ещё думала, что орки на нежность не способны. Как такой суровый, огромный мужчина может одновременно быть и таким тактичным?

— Заканчивайте обед, Аделина, — сказал он, отпуская мою руку. — Позже за вами приедет Тик.

Я была так погружена в свои ощущения, что не до конца поняла, к чему он вёл…

— Что? А вы?

— Я на завод. Первым делом они пойдут проверять цех, на котором была изготовлена та кассета, из-за которой случилась авария. Я должен побывать там первым.

С этим он опустил мою руку и вышел из комнаты.

Ещё некоторое время я стояла, заворожённая, а потом до меня дошло, что это мой первый рабочий день, что мой непосредственный начальник сейчас укатит в цех, а меня хочет тактично оградить от дел!

Да как ещё я смогу ему доказать, что чего-то стою как инженер, если я не буду там рядом с ним?!

— Я с вами! — крикнула я ему в спину, когда он уже поставил ногу на подножку паромобиля.

— Аделина... — начал он тем тоном, который предвещал отказ.

— Я не просто “помощница”, — перебила я, опережая его возражения. — Я инженер.

Он долго смотрел на меня, а потом будто решил, что со мной бесполезно спорить, и резко кивнул.

Я запрыгнула в мобиль с другой стороны и захлопнула дверь.

— Трогай, Тик.

Гоблин фыркнул, внутри паромобиля отозвались шестерни, послышался ровный бас двигателя, и мы наконец поехали.

Тик, поймав мой взгляд в зеркале, фыркнул, но промолчал.

А я вот молчать не стала.

— Вам следует поменять подшипник на переднем правом колесе, он скоро сломается, — сказала я, смотря туда же — в зеркало.

— Вы у нас ещё и прорицательница, мисс Ветрова?

— Нет, просто отчётливо слышу, как подшипник рушится.

— Да что вы? Какой острый слух. И многое вы слышите?

Я закатила глаза.

— Не хотите — не меняйте, я своё дело сделала — сообщила о поломке.

Варрак уставился в окно. Он будто и не слышал нашу перепалку. Его мысли были далеко отсюда.

Красивый.

Но об этом думать нельзя!

Я тоже повернулась к окну. Город за ним менялся: ухоженные фасады Верхнего кольца сменились дымящими трубами и приземистыми корпусами производственного района.

Я смотрела, как мимо проплывают бесконечные кирпичные стены, опутанные паутиной труб. Воздух здесь был густым и горьковатым на вкус — смесь тёплого камня, раскалённого металла и искролита.

Это был запах власти Варрака. Запах его империи.

Паромобиль свернул за угол, и перед нами возник огромный фабричный корпус с гигантской светящейся эмблемой «Шторн ИСКРОЯДРО». Через открытые ворота было видно пекло цеха: ослепительные вспышки сварок, клубы пара и тёмные фигуры рабочих.

Варрак обернулся ко мне. Его лицо было суровым.

— Готовы, мисс Ветрова?

В его тоне я услышала не насмешку, а вызов. И предупреждение.

— Да, — твёрдо ответила я, чувствуя, как сердце заколотилось в груди.

Паромобиль остановился, и нас окутало горячее, тяжелое дыхание завода.

Ой мамочки, самый опасный цех!

Я не обманывала — действительно работала в разных цехах завода, но у механика обычно свой маленький участочек с несколькими станками, за которых он несёт ответственность.

На своём участке я знала каждую трещинку, каждую царапинку на станке. Знала, из какой трубы может пыхнуть паром, откуда ждать вибрацию, где может брызнуть масло.

Сейчас же Варрак шёл напролом через весь цех, по всем участкам.

Это было всё равно, что идти по минному полю!

И о орочьи боги! Как же быстро он ходит!

Я еле поспевала за Варраком. Спешила, обходя рабочих, мастеров и инженеров. А один раз вскрикнула, уворачиваясь от пара.

Вот тогда он и притянул меня к себе.

Я в шоке посмотрела на Варрака Шторна, который держал меня за талию посреди работающего вовсю цеха.

Скосила глаза на его ладонь — в перчатках, ну хотя бы так.

— Я провожу, — хрипло сказал он. — Здесь опасно.

Я хотела выпрямить спину и высокомерно заявить, что я желаю быть главным инженером, но вдруг поняла, что возможно мне и не стоит больше метить на эту вакансию.

— Спасибо, — единственное, что я сказала.

И дальше мы пошли с Варраком, а точнее, с мистером Шторном, вместе.

Он слишком крепко обнимал свою помощницу, но это же можно списать на заботу о рядовой женщине. Можно же?

— Этот, — шепнул он мне, когда мы встали напротив огромного станка, запечатывающего кассеты с искролитом.

Наша бракованная кассета была отлита здесь.

— Ты сможешь услышать, что здесь сломано? — спросил меня Варрак, и единственное, о чём я могла сейчас думать — это его притягательный запах, жар его ладони на моей пояснице и этот задумчивый взгляд.

Но я покачала головой, чувствуя жгучую досаду.

— Здесь слишком шумно. Это как пытаться услышать шёпот во время урагана.

Я бы хотела ему помочь… жаль, что это невозможно.

— Можем вернуться ночью, когда здесь будет потише, — тут же предложила я, хотя всё равно не была уверена, что смогу помочь.

— Люди Совета придут раньше, а после них осматривать будет уже нечего…

Я закусила губу.

Но Варрак вдруг поднял руку вверх.

— Остановить линию!..

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 12. Её слово - моё слово

Я недооценивала его власть над людьми.

Честно говоря, я и представить не могла, что вот так вот одной фразой, одной поднятой рукой можно остановить работу всего цеха.

В огромном ангаре образовалась тишина.

Варрак повернулся ко мне.

— Теперь можешь услышать поломку?

Я ещё несколько раз похлопала глазами, прежде чем поняла, что всё это было сделано для того, чтобы создать хорошие условия труда для… меня!

Кивнула.

— Надо запустить только этот станок, — сказала неровным голосом.

Варрак кому-то кивнул, станок заработал.

Я положила руку на машину, чтобы лучше и быстрее настроиться. Всё-таки я оторвала от работы сотни сотрудников “Ядра”. Которые теперь будут считать меня ненормальной…

Я закрыла глаза. Постаралась “стереть” общий гул — как с чертежа лишние линии. Как учил папа.

Вдох, выдох.

Стук валов. Скрип подшипников.

Ничего.

Точнее много чего, но всё не то.

Станок “говорил” честно: грубоватый бас редуктора, ровная дробь рычагов подачи, едва слышное подскрипывание пружины тормоза. Всё казалось нормальным.

Мгновение, второе, третье…

— Всё в порядке, — сказала я. — Надо смазать шарниры маслом и заменить ремень привода, но это всё не критично. Нет никакой поломки.

Варрак прошипел орочье ругательство. Снова. Хотела бы я знать, что значат эти его “Ша’Каар”, “Грак-Марр”...

Он резко повернулся к механику.

— Осмотри его весь до последнего шпунтика. Возможно, кто-то его уже починил.

А потом громко, так, чтобы все слышали:

— Продолжить работу!

Амбар загудел, застучал, поднялся обычный шум.

А я и забыла, что мы с Варраком здесь не одни.

Точнее с мистером Шторном, на работе лучше называть его официально.

Варрак грозно посмотрел на техника.

Тому даже повторять не пришлось, он сразу начал проверять все пломбы на станке.

— А что если поломка где-то выше по линии? До станка, — спросила я Варрака. — Что если искролит в кассете изначально был неправильным?

— Исключено, — отрезал Варрак. — У нас единый общий склад искролита, он подаётся по трубам к каждому из станков. Тогда бы у нас было много, очень много бракованных кассет.

— Возможно, эта была только первая, — предположила я.

— Надеюсь, ты ошибаешься, Аделина. Пошли.

Аделина…

И он снова приобнял меня, выводя из цеха в административное здание. Ладно хотя бы в перчатках!.. Но ощущение было, что ни перчаток, ни платья между нами не было!

По заводу мистер Шторн шёл с уверенностью хозяина.

И что-то мне подсказывало, что даже если бы он вёл под уздцы крылатого козла или горбатого единорога, всё равно никто бы не посмел посмотреть на него косо.

Рабочие — в основном орки, гномы, гоблины и люди в промасленных комбинезонах — смотрели на него исключительно с восхищением и уважением. Заслуженно, конечно — нигде в городе столько не заработаешь как на предприятиях Шторна. А потому, встретившись с хозяином взглядом, рабочие с удвоенной энергией бросались к своим станкам.

На меня, кажется, не обращали внимания. Только один раз я услышала обрывок фразы: “...девка в цеху…”. Мои пальцы непроизвольно сжались, но я быстро взяла себя в руки. Мне не впервые приходилось такое слышать.

А вот Варраку нет. Не приходилось.

А потому он резко остановился и остановил меня, лёгко привлекая к себе за талию.

Щёки мои наверняка стали пунцовыми.

— Ты! — Варрак указал пальцем на огромного орка, работающего с массивным станком. — Подойди.

Орк отложил инструмент, вытер руки о комбинезон и тяжёлой походкой приблизился. Его взгляд скользнул по мне с безразличным презрением.

— Имя. Жетон.

— Раг, третья смена. Жетон ЗКЛ-47.

— В чём твоя позиция, Раг?

— Считаю, что девкам не место в цеху, мистер Шторн.

— В моих цехах нет «девок». Есть сотрудники. Видишь её? Это мой личный помощник и инженер. Её слово здесь — моё слово.

— Понял, — глухо выдавил орк, глядя в пол.

— Ещё есть что сказать? — надавил Варрак.

Все окружающие застыли.

Тот опустил взгляд, сжимая массивные кулаки.

— Нет, господин Шторн. Прошу прощения... мисс.

— У вас правый супорт скрипит, — сказала я, сглотнув.

Раг моргнул.

— Наверное, масляная чашка пустая, — предположила я.

Он машинально проверил — действительно пустая.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Раг кивнул.

Я тоже кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Варрак жестом отпустил рабочего, и тот вернулся к своему станку.

Варрак повернулся ко мне, и его взгляд смягчился.

— Пойдёмте, Аделина.

Варрак начал двигаться вперёд, я пошла за ним. И чувствовала, что иду за большой крепкой стеной, которую ничем не пробить.

Удивительное чувство. Давно я его не ощущала. В последний раз… когда ещё папа был жив.

В административном корпусе к нам бодро подбежал Тик.

— Господин, по отчётам за смену…

Варрак поднял ладонь. Гоблин захлопнул рот.

У двери в его кабинет я застыла, не зная, куда мне теперь деваться.

— Что застыли? ? — сказал Варрак, пропуская меня вперёд. — Проходите, Аделина.

Глава 13. Помощница

Я вошла в кабинет и мгновенно растерялась — куда себя деть, где сесть, чем дышать.

— Садитесь, уже Аделина. И чувствуйте себя как дома, — сухо велел Варрак, отодвигая для меня стул напротив своего. — Для второй помощницы места у Тика в закутке нет, поставим ваш стол здесь, у окна. Удобно?

— Э-э…

Неловко сглотнула.

Представила и от ужаса (и совсем не только ужаса) вспыхнула: как я смогу работать, если перед глазами всё время будет… он?

К своему стыду, я почему-то представила его сидящим за своим столом без кителя, рубашки и… Аделина, кошмар. Это недопустимо даже в мыслях! Он твой начальник!

Чтобы отвлечься, осмотрела территорию, на которую меня пустили.

Всё как в первый раз: карта Искрограда на всю стену с фиолетовыми огоньками искроприёмников, стальной сейф с защитными знаками, закрытые пневмотрубы под потолком, строгий стол с латунными вставками.

Ничего не изменилось. Кроме меня. И нашего «рабочего статуса»: в прошлый раз он меня чуть не прогнал, в этот — силой заставляет усесться поудобнее.

— Пишите, — сказал Варрак.

Я выложила перо, чернильницу, блокнот. Диктовал он быстро, без пауз. Я записывала, временами едва поспевая.

— Успеваете? — поднял он на меня глаза.

Во мне? Сомневаться?

— Я вас опережаю, — не удержалась уколоть его я.

Он едва заметно хмыкнул — и прибавил темп. Через пять минут у меня свело пальцы от скорости письма. Я, честно говоря, уже мысленно плакала над собственной самоуверенностью, когда он наклонился к самому уху:

— Тут пропустили пункт.

Я дёрнулась от неожиданности и щекотки, перо мазнуло чернильную кляксу. Варрак мягко удержал меня за плечи.

— Спокойнее, — он выпрямился и отошёл, а я краем глаза увидела, что не одна я испытываю сложности в том, чтобы держать себя в руках — он с силой сжал кулаки, а потом видимым усилием воли расслабил руки.

Я покраснела до корней волос. К счастью, пневмотруба спасла меня от дальнейшего самосожжения — с характерным «пф-ф!» выплюнула капсулу, следом ещё одну, и ещё… пока третья не застряла.

— Началось, — сухо констатировал Варрак.

— Я сейчас, — сказала я и, скинув сапожки, вскарабкалась на своё кресло, чтобы дотянуться до лючка. Латунь тёплая, винт разболтан, контакт дрожит — понятно.

Широкие ладони легли мне на талию — крепко, но осторожно. Он просто фиксировал меня, чтобы я не навернулась.

— Спасибо, — прошептала я, подкручивая винт шпилькой.

Разумеется, он был без перчаток. У него с ними на самом деле какая-то нелюбовь.

Мои пальцы кстати почти зажили. Остался только лёгкий дискомфорт.

Щёки обожгло краской, когда он приподнял меня и медленно опустил на пол.

— Осторожнее, Аделина.

Капсула со вздохом съехала вниз.

Чтобы вернуть разговор в рабочее русло, я подошла к карте. Огоньки дышали, переливались — целый город в миниатюре.

— Кто её делал? Потрясающе точно и красиво.

— Орочья работа, — в голосе Варрака появилась тихая гордость. — Нет картографов лучше орков.

— Вижу, — улыбнулась я.

Я подошла ближе, чтобы рассмотреть огоньки, которые символизировали искроприёмники на карте города. Яркий огонёк на Нижнем кольце плясал особенно горячо.

— Вот этот горит ярче — там сейчас боольше всего людей, — пояснил Варрак.

— А этот? — я указала на совсем слабенький огонёк и Варрак тоже это сделал, наши пальцы соприкоснулись.

Меня так пробрало. От одного сиюминутного касания!

Между нами словно молния пробежала.

— Надо разобрать корреспонденцию, — сказала хриплее, чем следовало.

— Да, — кивнул он, но взглядом задержался на моих губах на секунду дольше, чем положено. А я их зачем-то снова облизала..

Мы сели друг напротив друга. Я вскрыла первую капсулу, подала письмо. Он пробежал глазами, отдавая мне короткие поручения. Со второй капсулой я увязла — крышка прикипела.

— Давайте, — сказал он уже снова у меня за спиной.

Почему он всегда появляется бесшумно? Меня накрыло его теплом, запахом — дым и что-то хвойное. На один миг я позволила себе облокотиться лопатками на его грудь… Так было хорошо… И тут же я выпрямилась, беря себя в руки.

— Следующее — из Совета, — вручила я новый конверт.

Он распечатал, так и стоя рядом.

Я теребила край капсулы, а когда подняла взгляд, увидела, что Варрак смотрит вовсе не в бумаги.

— У вас чернила… — он неопределённо повёл пальцем у моего декольте, взгляд опустился туда же.

Я вспыхнула.

— Здесь, — сказал он.

— Где? — растерянно переспросила я, сгорая от стыда.

Он достал из кармана платок — белоснежный, накрахмаленный — и осторожно стёр кляксу у основания шеи. Но пятно, видимо, упрямо не исчезало.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Не стирается, — сказал он серьёзно, как о производственном браке.

— Останется на память, — выдохнула я, не отнимая взгляда.

Варрак коротко посмотрел мне в глаза. В этот момент одна из капсул со звоном скатилась на стол и, как назло, укатилась к его стороне. Я резко потянулась за ней вперёд и схватила.

А когда обернулась, поняла, что Варрак слишком близко. Его ладони упёрлись в холодную столешницу по обе стороны от меня, а мои колени почти касались его бедра. Он будто замкнул вокруг меня невидимый контур.

— Аделина, — произнёс тихо.

В голосе не было приказа. Только предупреждение. И… вопрос?

Я кивнула, сама не зная чему. Сердце билось где-то в горле…

__________

ух искрит!..

Аделина

Обычно декольте Аделины прикрывает шарфик, но в этот раз что-то пошло не так…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Искроград 2

Кстати, пока жаришка у нас только начинается, информирую! Сегодня “Травница для орка” со скидкой, если ещё не читали, приглашаю:

А это небольшая зарисовка нашего необычного города.

Расскажу немного про Искроград.

Все механизмы работают на паровых машинах и… жизненной энергии!

Каждый горожанин обязан платить городу налог - ИСКРУ, благодаря которой и работают трамваи, дирижабли и вся городская инфраструктура.

Искра - это капелька энергии живого существа.

Если каждый день складывать излишки энергии в кассету, то ты даже не заметишь, как за месяц соберёшь необходимое количество Искры на налог. Но если забудешь, не захочешь или если у тебя украдут кассету… то останешься должен городу либо жизнь, либо кошелёк.

Папа Аделины ввязался в какую-то авантюру и остался городу должен, и этот долг после его смерти перешёл на Аделину. Именно поэтому она искала работу с зарплатой повыше.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 14. Взаимно?

Мгновение — всего одно мгновение — мы смотрели друг на друга, и воздух между нами сгустился, стал тягучим и сладким, как патока.

Потом с моих губ сорвался сдавленный выдох — и этого оказалось достаточно.

— Ша'Каар... — его низкое рычание прозвучало не как ругательство, а как молитва и одновременно как приговор.

Он не приблизился — он вобрал меня в себя. Его руки, твердые и уверенные, обхватили мои бедра, подтянули к себе, и в следующее мгновение его губы захватили мои.

Мир опрокинулся. Я откинулась назад, одной ладонью инстинктивно упершись в холодную столешницу, другой вцепившись в складки его кителя — в мой якорь в бушующем море наших взаимных чувств.

Взаимных?

Его поцелуй был не просто жарким. Он был голодным и требовательным. Будто Варрак отпустил на свободу всё то желание, что томилось в его груди. А я отвечала. Отвечала, идиотка! Безумная, безрассудная Аделина!

Он глава крупнейшего предприятия города. А ты? Ты кто такая Аделина?

Помощница. Даже у меня в голове это слово звучало унизительно. Всего лишь помощница — ядовитый шепот разума отчаянно пытался достучаться сквозь нарастающий гул в крови.

Но его руки огладили мою талию, и та самая помощница тихонечко застонала.

Этот звук понравился Варраку. Он углубил поцелуй, почти укладывая меня на стол спиной, и развёл мои колени.

Воздух обжёг кожу.

А его ладони — грубые, привыкшие к работе — легким, почти невесомым движением провели снизу вверх, от колена к самому краю белья. И этот шершавый ласковый жест исцелил всё — и стыд, и страх, и сомнения.

Каким же горячим был этот поцелуй!

Варрак держал крепко.

Обхватывая меня, прижимая к себе так, что я ощутила каждый мускул его торса, каждую пуговицу его жилета, впившуюся в мою кожу сквозь тонкую ткань платья.

Он оторвался от моих губ всего на дюйм, его дыхание, горячее и прерывистое, обжигало мою щеку.

— Аделина... — моё имя на его устах прозвучало как заклинание, сметающее все условности.

Он снова захватил мои губы, но теперь его поцелуй стал медленнее, глубже, исследующим. В нем была не только страсть, но и вопрос, и обещание.

Одна его рука запуталась в моих волосах, слегка откинув мою голову назад, открывая шею для его губ. Я вздрогнула, когда его зубы слегка коснулись чувствительной кожи у ключицы, а затем уступили место влажному, успокаивающему ласканию.

Я тяжело дышала, не в силах справится с эмоциями.

Никогда прежде я не испытывала такого.

Никто раньше не целовал меня так.

Никто никогда не смел так… обладать мной! Он же просто делал, что хотел, а я позволяла. Я тоже желала этого. И вот это осмыслить было страшнее всего!

Я отпустила ткань кителя, и пальцы сразу же впились в его мощные плечи. Я тонула в нем. В запахе его кожи — в этом диком, первозданном запахе. В ощущении его силы, которая могла сокрушить, но сейчас лишь держала, подчиняла и опьяняла.

Когда его пальцы коснулись самого сокровенного местечка, я резко вдохнула и так и замерла, не смея выдохнуть.

Варрак словно почувствовал, что что-то не так, отстранился, заглядывая мне в глаза. Но руку не убрал. Погладил там, чуть надавил.

Я всхлипнула.

Он задышал громче.

— Я… — мой голос не был похож на мой обычный тембр.

— У тебя не было мужчины, — сказал он.

Просто сказал вслух то, что я бы ни за что не сумела произнести.

— Не было, — ответила я.

А он снова там что-то шевельнул, что моё тело само выгнулось ему навстречу.

Он приблизил губы к моему уху.

— Я очень хочу взять тебя Аделина, – сказал и прикусил за мочку, взял её в рот…

_____________

Мммм.... что скажете?))

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 15. Беги, пока можешь

Я не знала, что умею так чувствовать!

Варрак поцеловал мне шею, и я растаяла, как железо при должной температуре. Расплавилась!

В тот момент я вообще не могла соображать. Мыслительная деятельность отключилась. И не починить никак!

Варрак будто знал к моему телу какую-то неведомую инструкцию! Как скрытый шифр, код, от которого открывается дверь, от которого запускается самоочистка в почтовой трубе, от которого у меня мысли путаются, а сердце зашкаливает!..

— Я не должен, — выдохнул он мне в уголок рта.

— Вы не должны, — согласилась я шёпотом.

Мы оба были на грани. Это чувствовалось во всём: в том, как его ладонь задержалась под моей юбкой, в том, как отчаянно я хваталась за его плечо, как мы дышали, как стучали наши сердца…

— Ты достойна гораздо большего Аделина.

Я не могла с ним согласиться.

— Если тебе дорога твоя невинность, сейчас же выйди из моего кабинета и встретимся у паромобиля утром.

Он отпрянул, оставляя меня на столе. Отвернулся. Встал у окна.

Реальность слишком быстро вернулась на своё место.

Его дыхание было тяжёлым, как у загнанного зверя, но взгляд — мгновенно стал ледяным.

Я села, поправляя подол платья.

Мозг включился вместе со стыдом.

Я только что допустила катастрофу!

Я сползла со стола, мои ноги дрожали так, что я едва устояла. Платье было помято, волосы растрёпаны, губы жгло от воспоминаний о его поцелуях.

Он стоял ко мне спиной, его могучие плечи были напряжены. Он дышал тяжело, срывисто, сжимая и разжимая кулаки. Он боролся с собой. И его победа выглядела как моё унижение.

— Беги. Пока можешь. Пока я ещё в состоянии тебя отпустить. Встретимся у паромобиля. Утром.

Я выпрямилась, с силой сглатывая ком в горле. Подняла подбородок. Гордость — вот всё, что у меня сейчас оставалось. Растоптанная гордость.

— Как скажете, мистер Шторн, — выдавила я, цепляясь за формальности как за спасательный круг.

Не глядя на него, я повернулась и, стараясь идти твёрдой походкой, направилась к двери.

— Аделина?

Я остановилась, не поворачиваясь.

— Если ты захочешь продолжить…

— Не захочу, — отрезала я, резко дёрнула дверь на себя и вышла в коридор.

Какой позор.

И хуже всего, что я очень хотела продолжить. Он был прав. И в этом заключалась вся мучительная правда.

Это было взаимно. И от этого не было спасения.

— Тик, отвезите меня, пожалуйста, к мистеру Шторну, — сказала я нервно.

Прекрасно, сбегаю из его кабинета к нему домой!

Тик посмотрел на меня озадаченно.

— Тик, выполняй, — Варрак вышел из кабинета.

Мы встретились взглядами.

На несколько долгих моментов застыли, рассматривая друг друга словно бы по-новому.

— Но я не могу, — озадаченно ответил Тик, прерывая наш с Варраком контакт. — Я готовлю документы, у нас же проверка…

— Я сам… — сказал Варрак и схватив пальто, вышел из кабинета.

— Не стоит! Я дойду до трамвайной остановки и…

— Ты поедешь со мной, — его голос не оставлял места для споров.

— Нет, — я скрестила руки на груди, собирая остатки гордости. — Я поеду на трамвае. Как обычные люди.

Варрак медленно приблизился, и его взгляд стал тяжёлым, изучающим.

— На трамвае? — он мягко, но твёрдо взял меня за локоть. — С таким запахом ты до моего дома не доедешь.

Я застыла, чувствуя, как кровь приливает к лицу.

— Какой ещё запах? — прошептала я, оглядываясь на свои плечи, как будто могла его увидеть.

Тик, стоявший поодаль, сгорбился ещё сильнее, явно желая провалиться сквозь пол.

Варрак наклонился ко мне, его губы почти касались моего уха, а голос стал низким и опасным.

— Ты правда хочешь, чтобы я объяснил?

— Разумеется, если я спрашиваю! — вспыхнула я, хотя внутри всё сжалось от предчувствия.

Он выдержал паузу, давая мне время осознать свою ошибку.

— Люди не берут в расчёт, — произнёс он тихо, но отчётливо, — что у орков, гоблинов и эльфов обоняние в тысячу раз острее. А от тебя сейчас пахнет... — его глаза потемнели, — неудовлетворённым желанием. Так, что сбегутся все ближайшие мужчины. От тебя пахнет так, что хочется содрать эту одежду и попробовать тебя на вкус прямо на капоте моего паромобиля.

От его слов по телу пробежала смесь шока, стыда и порочного возбуждения. Я стояла, не в силах пошевелиться, полностью парализованная и его откровенностью, и тем, как моё собственное тело предательски откликалось на его слова.

Не говоря больше ни слова, Варрак решительно повёл меня к выходу, его пальцы твёрдо сжимали мой локоть.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Перчатки, — напомнила я.

Он посмотрел на свои руки, на меня. Выругался на орочьем, вернулася за перчатками…

Я подумала, может сбежать?!

Но он уже вышел за мной.

Ну всё… караул!

Я должна была сбежать от него, а не сбежать С НИМ!

— Судьба против нашего расставания, Аделина, — с усмешкой сказал Варрак, открывая передо мной дверцу паромобиля.

_________________

Поехали!))

Глава 16. Ша'Каар

Я уже готова была шагнуть в салон, в это тесное, пахнущее Варраком пространство, где нас ждало невысказанное продолжение того, что никак не должно было произойти… как вдруг из здания завода выскочил запыхавшийся гоблин из службы связи. Он бежал так быстро, что его уши хлопали по ветру.

— Господин Шторн! Срочное сообщение!

Варрак замер, его усмешка мгновенно испарилась, сменившись привычной маской деловой холодности. Он ловко поймал летящий в его сторону магический самолётик.

— Откуда? — голос Варрака снова приобрёл стальные нотки.

— С Нижнего Кольца! Одновременно три искроприёмника вышли из строя! Всё те же симптомы — перегрев, сбой матрицы!

Три сразу!

Воздух вокруг нас переменился, но на этот раз его наэлектризовала не страсть, а тревога.

Варрак развернул самолётик, его глаза быстро пробежались по тексту. Я видела, как сжимаются его челюсти.

— Новые бракованные кассеты, — он поднял на меня взгляд, и в нём читалась та же мысль, что зрела и в моей голове. — Их уже не одна. Целая партия.

— А станок тот же? — спросила я.

— Не знаю, на месте посмотрим.

Всё, что происходило между нами секунду назад, стало казаться далёким и незначительным. Перед нами была реальная, растущая как снежный ком проблема.

Варрак быстро сел в паромобиль.

— Передай сообщение Тику, что он берёт на себя тридцать четвёртый приёмник. Пусть берёт людей и выезжает сейчас же!

— Слушаюсь, господин! — гоблин бросился назад в здание.

Варрак снова посмотрел на меня, но теперь его взгляд был взглядом начальника, оценивающего ресурс.

— Справитесь, Аделина? Ваши знания могут пригодиться. Нужно проверить трубы от самого склада до станков.

— Конечно справлюсь, инженер я или кто? — кивнула я.

— Я еду на искроприёмники восемнадцать и девятнадцать. Восстановлю там работу. Встретимся…

— Когда получится, — согласилась я.

Варрак обошёл машину, сел за руль и резко тронулся с места.

Паромобиль взвыл и исчез за поворотом, оставив меня в клубах пара. Воздух, ещё секунду назад наполненный жаром нашего взаимного влечения, теперь был холодным и безликим. Стыд и досада медленно отступали, сменяясь чётким, ясным чувством долга.

Работа. Нужно работать.

Я развернулась и почти побежала обратно в здание, уже мысленно составляя план. Проверить трубы от склада. Значит, нужны схемы коммуникаций, журналы давления...

— Ну что, инженер, — пробормотала я себе под нос. — Пора соответствовать громкому званию.

Я развернулась и почти бегом вернулась в здание.

Мне нужен сильный высокий техник, желательно, чтобы он знал карту труб лучше меня…

Я подбежала к тому орку, что говорил, что “в цеху не место девкам”.

— Раг! Срочно, отключай станок, вызывай замену. Ты нужен мне для проверки магистралей.

Он медленно повернул свою массивную голову, и в его глазах читалось привычное недоверие. Я уже мысленно ругала себя за эту идею, но тут он коротко кивнул.

— Сейчас, мисс.

Я с облегчением сглотнула. Он послушался. Не из-за уважения ко мне, а из-за приказа, отданного именем Шторна. Но пока и этого было достаточно.

— Нам нужен кто-то, кто хорошо знает карту труб!

— Никто не знает картёжное дело лучше орков, — хвастливо сказал Раг.

Я вздохнула. Он не выглядел слишком умным… но с другой стороны и я тоже слишком умной наверное не выглядела, а я вроде бы ничего.

— Ладно, пошли, нам нужны карты.

Я думала, что мне будет сложно совладать с инженерами и механиками, но как оказалось, слухи по заводу разошлись быстро. Мне достаточно было сказать: “Я помощница мистера Шторна”, и двери открывались, папки с документами оказывались у меня в руках, а инженеры, ещё недавно смотревшие на меня с недоверием, теперь внимательно слушали мои распоряжения. Власть имени Варрака была абсолютной.

Спустя час мы с Рагом уже стояли в подвальном помещении, где сходились магистральные трубопроводы, подающие искролит со склада в цеха на станки.

Гул насосов заполнял пространство, а в воздухе витал сладковатый, электризующий запах чистой магии. Взяв в руки сложный прибор для диагностики потоков, я начала проверку на одном узле, Раг рядом проверял соседний.

Ему было в сто раз хуже, чем мне — он большой, а техническое помещение, в котором располагались трубы — маленькое.

От того я услышала много орочьих ругательств за следующие часы.

— Раг, а что такое “Ша'Каар”?

— Это наш Бог, — ответил Раг хмуро.

— Он у вас един или отвечает за какую-то область жизни?

Я перешла на следующий узел.

— Он Бог силы, битвы, войны.

— Странно, Варрак… то есть мистер Шторн часто поминает его рядом со мной.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Раг засмеялся низким гортанным смехом, распугал должно быть всех крыс!

— Почему ты смеёшься?

— Владыка Варрак поминает ШаКаар не поэтому, человеческая женщина!

— А почему? — спросила я, уставившись на Рага.

Он закончил с проверкой следующего узла и посмотрел на меня поверх трубы, и в его взгляде мелькнула озорная искорка.

— Ша'Каар — это ещё и бог желания. И страсти. Того самого зова, что ведёт нас на Гр'Кара'Та.

От этих слов по моим щекам разлился такой жар, что, казалось, можно было зажечь спичку. Я потупила взгляд, срочно делая вид, что изучаю показания прибора.

— Здесь непорядок, — усмехаясь сказал Раг. — Проверяйте, мисс инженер.

Нашли поломку!

Глава 17. Варрак Шторн

Когда я только припарковал паромобиль около первого неработающего искроприёмника, передо мной оказалась разъярённая толпа. Она гудела, как рассерженный улей.

В витрине мигало оранжевое «АВАРИЯ», из-за жалюзийной шторки сочился бледно-фиолетовый отсвет перегретой матрицы. Один из полицейских уже сипел от крика.

— Господин Шторн! — мастер смены почти побежал мне навстречу, бледный, как мел. — Мы по инструкции, я клянусь, кассета как обычно…

— Потом. — Я отрезал. — Сначала люди.

Пара коротких приказов — и рой начал распадаться на организованные потоки.

Не скажу, что это был приятный вечер. Но хотя бы в этот раз не лило как из ведра и людей, чтобы всё организовать, было достаточно.

Я прошёл внутрь. Жара стояла такая, что жгло лицо. Матрица ещё держалась. Кассету уже вынули.

— Документацию, — бросил я.

Мастер подал журнал приёма и карту партии. Я пробежал по строкам взглядом.

Время установки. Номер кассеты. Номер партии. Склад. Отметка станка отливки.

— Принесли в двадцать три сорок две, — промямлил мастер. — До этого… всё чисто.

Я поднял взгляд.

— Покажи журнал за вчера и сегодня по всем аварийным приёмникам. Связь уже прислала копии?

— Да, господин, — он поспешно разложил передо мной листы.

Я вчитался в строки.

Время ОТГРУЗКИ испорченных кассет со склада до смешного совпадало. Значит всё, что ушло в город из той партии теперь взрывает мне оборудование по всему городу.

Девятнадцатый приёмник подтвердил те же цифры. Та же партия. То же окно отгрузки. Те же симптомы.

Когда я наконец сел за шаткий столик в тесной конторке, передо мной были только карта, отчёты и неприятно ясная картина.

Испорченные кассеты были изготовлены на разных станках, но примерно в одно время.

Значит, Аделина была права. “Поломка” либо дальше по трубе, либо на складе искролита.

Аделина…

Стоило подумать — и рука сама собой сжалась в кулак. Как вспомню её мягкую, тёплую, растрёпанную на моём столе… Да я теперь ни за одним столом нормально сидеть не смогу, сразу она представляется. И вкус её кожи на языке.

Я шумно выдохнул, заставляя себя вернуться к цифрам.

— Всё в порядке, сэр? — осторожно спросил Тик.

Он уже закончил со своим приёмником и теперь стоял в дверях. Мы оба могли бы ехать по домам — технически.

— Кто-то хозяйничает на моём заводе, — напомнил я ему хмуро. — В моих трубах. В моём городе.

Гоблин кивнул и казал:

— Езжайте домой. Мисс Аделина ждёт.

Я резко повернул к нему голову.

— Что-то не припомню, чтобы я просил твоего совета.

У Тика глаза тут же округлились.

— Я не это имел в виду! — затараторил он. — Она послала посыльного два колокола назад. Сообщила, что они нашли поломку в магистрали и устранили её. Сказала, вы должны знать.

— Нашли… и починили? — я приподнял бровь. — Серьёзно?

Неприятное напряжение, которое держалось во мне последние дни, чуть-чуть отпустило.

— Тогда да, — сказал я. — Мне пора домой.

Я встал из-за стола и направился прочь из искроприёмника.

— Господин Шторн! — снова окликнул меня Тик.

— Что ещё? — я обернулся в дверях.

— Можно я всё-таки рискну здоровьем и дам вам… непрошенный совет?

Я свёл брови.

— Валяй, раз уж начал.

Он поёрзал, уши нервно дёрнулись.

— Девушки любят цветы, — серьёзно заявил он. — И когда их приглашают поужинать в красивые рестораны.

Я уставился на него.

— Нет, Тик, — медленно сказал я. — Всё-таки завязывай с советами, здоровье же у тебя не лишнее.

И вышел.

Достаточно на сегодня работы.

Цветы. Аделине.

Абсурд. Она скорее обрадуется какой-нибудь сверхпрочной отвёртке!

Она же инженер. Ади сама так сказала.

А ужин в ресторане… Серьёзно? Да у меня дома отличная кухарка!

И всё же, когда по пути домой я проезжал мимо закрывающейся цветочной лавки, я затормозил.

Мысленно поминая всех орочьих богов, я всё же вышел из паромобиля и направился к цветочнице.

Выслушав сбивчивые рекомендации перепуганной продавщицы, я выбрал самый дорогой букет, какой у неё был.

Уже выходя, поймал себя на мысли, что впервые за много лет так спешу домой. И меня там ждёт женщина.

Женщина, которая пахнет для меня как молитва Ша’Каару.

_________________________

А вы уже видели мою новинку?

Очень трогательная и горячая история про Ири и её необычных соседей)

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Для аудитории строго 18+

Космический замуж

Двойня для императоров

Читать здесь:

Я сбежала с программы оплодотворения, потому что не хотела отдавать своих детей. Мы спрятались на Лунаре, где нас никто не смог бы отыскать.

Но новый указ местных властей велит мне найти отца для каждого из моих близнецов! Двое мужей за семь суток, иначе государство назначит мне случайных мужчин?..

Мои горячие соседи предлагают фиктивный брак. И это прекрасный выход!

Вот только мне кажется, они не те за кого себя выдают…

КНИГА ЗДЕСЬ:

Глава 18. Долг отца

Когда мы с Рагом нашли “поломку”, я безумно обрадовалась. Наконец-то проблема с авариями решена! Можно начать заниматься реальными проблемами завода: сделать для работяг нормальную столовую, более удобный пропускной режим…

Но когда мы остановили линию, а это заняло мно-о-о-ого времени, ведь рядом со мной не было Варрака, который мог просто поднять руку и сказать “Тишина!” своими низким рокочущим голосом… Мы распечатали узел.

Это оказалось не трещиной, не засором, не износом трубы.

Внутри магистрали, чуть выше распределительного узла, сидел аккуратный металлический ободок с мелкими зубцами — как будто кто-то вставил дополнительное кольцо в систему.

— Вот гадость, — пробурчал Раг, когда мы вытащили находку. — Такого в схеме нет.

Конструкция была слишком ровной, слишком осмысленной… и знакомой.

Я уже держала такое в руках. Давным-давно.

Перед глазами всплыла совсем другая комната — папина мастерская в нашем первом доме.

— Пап, а это что? — я тогда стащила с верстака точно такое же колечко с зубчиками и просунула палец внутрь. Оно мелко дрогнуло, тонко звякнуло — и по стене побежала бледно-голубая искорка.

— Аделина! — папа подскочил так, будто я голой рукой схватилась за оголённый провод. Выдернул у меня кольцо, прижал к груди и только потом выдохнул. — Я же просил, ничего не трогай без меня!

— Но оно красивое… — пробормотала я.

— Красивое, — согласился он, уже спокойнее. — И ещё не готово!

Я всмотрелась в устройство. На внутренней стороне, почти у самой кромки, была гравировка. Крохотная, едва заметная, она заставила меня горько улыбнуться:

“Г.В.”

Геральд Ветров.

Мой отец.

Я застыла, уставившись на это крошечное клеймо, как на приговор.

— Мисс? — осторожно позвал Раг. — Это что вообще?

— Поломка, — произнесла я сипло. Потом взяла себя в руки и уже ровнее: — Нестандартный внедрённый узел. Его тут быть не должно. Это… паразитная вставка.

Разумеется, не могла же я сказать: “Это устройство моего отца, которое кто-то использует, чтобы красть или портить искролит”.

В горле пересохло.

— Надо проверить все узлы, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — И проверить магистраль дальше по линии.

— Записать в журнал? — Раг поднял бровь.

Я резко качнула головой.

— Нет. Мистер Варрак сам разберётся, а пока… давай напишем просто, что поломка устранена. Идёт?

Он какое-то время смотрел на меня, явно раздумывая, не оторвет ли ему за это голову начальство. Потом всё-таки кивнул.

— Понял, мисс инженер.

Но почему изобретение моего отца оказалось причиной аварий по всему городу?..

— Что же ты натворил, папа… — прошептала я.

Когда мы с Рагом, обливаясь потом и руганью, наконец собрали последний разобранный узел обратно и запустили магистраль, я уже еле держалась на ногах.

Голова гудела от шума насосов и от мыслей. В кармане, рядом с фотокарточкой родителей, лежало теперь уже несколько колец с мелкими зубцами и гравировкой “Г. В.”. Очень уместное соседство, ничего не скажешь.

И я должна была разобраться в этом. Сама…

Дома всё стало хуже.

Я сидела на кухне, уставившись в кружку с остывшим чаем, и пальцами нащупывала ободки колец через ткань. Они будто пульсировали.

— Мисс Аделина, — вежливый голос Альберта выдернул меня из тягучих мыслей. — Не угодно ли ужин?

— Спасибо, — выдавила я. — Попозже.

— Как скажете-с, — гном чуть склонил голову и исчез так же бесшумно, как появился.

Сквозь стекло окна донёсся знакомый низкий рык паромобиля. Я вздрогнула. Сердце сделало кульбит, потом ещё один.

Он вернулся.

И что я ему скажу?..

Я вскочила, потом тут же села обратно. Вставать или нет? Идти навстречу или спрятаться в своей комнате и сделать вид, что сплю?

Шаги в коридоре. Глухие, тяжёлые. Прятаться поздно…

В дверном проёме вырос Варрак. Высокий, немного уставший, китель распахнут, галстук ослаблен… и в руках — огромный букет цветов.

Я уставилась на него. И на букет. Потом снова на него.

— Это вам, — сказал он, протягивая мне цветы.

– Мне? — глухо переспросила я.

Я не помнила, когда в последний раз кто-то дарил мне хоть один цветок. Может, папа на мой шестнадцатый день рождения. И то он сказал, что букет это “нерациональное вложение средств”.

И как мне скрывать от него что-то, когда он так добр ко мне?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 19. На грани правды

Я приняла цветы, наши пальцы чуть соприкоснулись на стеблях. Тепло и волнительно.

— Спасибо, — сказала тихо, зарываясь носом в бутоны. — Они просто чудесные.

Он выглядел довольным. Я, наверное, тоже.

Повисла неловкая пауза.

— Тик сказал, что так… принято.

— Мм? — я приподняла бровь.

Варрак прочистил горло, явно чувствуя себя так же неуверенно, как и я.

— Принято дарить цветы, — сказал он. — Когда мужчине небезразлична женщина, которую он… нанял.

Лучше бы не продолжал, честное слово! Нанял?

Во мне вдруг проснулось хулиганское настроение.

— Так вы дарите их мне, как сотруднику? Или…

— Или?

Я подняла подбородок.

— Или как женщине?

Мы смотрели друг на друга.

— Я дарю их вам, как отличному инженеру, который нашёл большую поломку, и как самой красивой женщине, что я встречал в своей жизни.

Я заулыбалась.

— Тогда я принимаю ваши цветы, Варрак. Поставим их в вазу.

Я прошла в кухню и оглядевшись, нашла подходящий сосуд.

— Как прошёл ваш день? — спросил Варрак, последовав за мной.

— Я ужасно устала, — сказала я, красиво расставляя цветы в вазе. — А ваш?

– Какое совпадение, я тоже, — хмыкнул он.

Я повернулась, закончив с цветами, и наши взгляды встретились.

Он пристально всматривался в моё лицо.

— Что там было? — спросил он.

— Где?

— В трубе, — уголок его губ дрогнул в улыбке.

Кольца в кармане будто резко потяжелели. Я торопливо отвела взгляд.

— Всего лишь… — начала я. — Всего лишь маленькая паразитная вставка в магистрали. Ничего глобального. Мы все проверили и устранили детали, которых нет в чертежах.

— “Всего лишь”, — повторил он медленно. — В трубах моей компании оказался неучтённый узел, из-за которого перегреваются кассеты по всему Нижнему кольцу. Это не просто “всего лишь”, Аделина.

Я закусила губу.

— Мы всё сняли, давление стабилизировалось, — ответила я. — Поговорим об этом завтра? Как я уже сказала, я сильно устала.

Я сглотнула.

— Послезавтра, — ответил он.

— Почему? — спросила я.

— Завтра у вас выходной.

Странно, что слово “выходной” отозвалось в душе такой тоскливой пустотой. О пресвятая Искра, да он мне не просто нравится…

— Варрак, я… — начала я.

Я уже открыла рот, чтобы рассказать ему всё: и про отца, и про изобретение, и про долг, и, возможно, про свои чувства… но в комнату вошёл Альберт.

— Господа, изволите ли ужинать сегодня? Я немедленно прикажу накрыть на стол.

— Нет, — поспешно сказала я. — Благодарю вас, Альберт.

— Как угодно-с, — поклонился он и отступил.

— Мистер Шторн, — я учтиво склонила голову, подхватила вазу с цветами и почти бегом ретировалась к себе в комнату.

Сбежала. В который раз.

Сначала долго сидела на кровати, уставившись в вазу с цветами, которую зачем-то принесла в комнату. Они выглядели… неправдоподобно красивыми. Как будто из чужой жизни. Не из той, где у тебя в кармане лежит изобретение отца, которое взрывает город.

Спать я, разумеется, не легла.

Встала перед своим большим саквояжем. Хорошо, что Варрак тогда настоял, чтобы перевести его сюда, а не оставлять в старой мастерской.

В нём лежали папины чертежи.

Я давно не касалась его вещей, но сегодня должна была это сделать. Я должна была разобраться, что это за кольца, и зачем папа их создал.

В конце концов я вздохнула, села за стол и принялась за работу…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 20. Моя Аделина

Я давно так хорошо не спал.

Проснулся от запаха кофе и блинчиков. Я уже говорил, что у меня отличная кухарка? Скажу снова! Она готовит лучше, чем в этих дурацких ресторанах!

Настроение было неожиданно хорошим.

Я размялся, принял контрастный душ и спустился вниз.

Сам накрыл на стол.

Настроение было… подозрительно хорошим.

Я размялся, принял контрастный душ, натянул чистую рубашку и спустился вниз.

Сам накрыл на стол

Кофе был крепким, как положено, блинчики — горячими, с хрустящими краями.

— Альберт, — позвал я.

Дворецкий объявился почти сразу, как всегда, из ниоткуда.

— Да, господин?

— Мисс Ветрова ещё спит?

— К сожалению, нет-с, — ответил он, чуть виновато покашляв. — Мисс Аделина покинула дом около часа назад.

Кофе вдруг показался горьким.

— Как это — покинула? — медленно переспросил я. — Одна?

— Да, господин. Сказала, что у неё личное дело.

Я сжал чашку так, что фарфор грозился треснуть.

— Личное дело, — повторил я, чувствуя, как внутри поднимается раздражение. — И ты её отпустил?

— Я предложил сопровождение, она отказалась.

Ша'Каар, эта женщина — ходячая проблема.

И всё равно первый импульс был один: найти. Проверить, что жива, цела, не вляпалась в очередной Латунник.

Я поставил чашку на стол.

— Если вернётся раньше меня — накормить, — коротко бросил я. — И… пусть больше одна из дома не выходит.

— Понял-с, господин, — Альберт чуть склонил голову. — Но боюсь, мисс Аделина — не из тех, кого легко удержать.

С этим спорить было сложно.

Я взял пальто и перчатки, задержался на миг у дверей, прислушиваясь.

Дом пах кофе, блинчиками и… её отсутствием.

Странно, как быстро это стало ощутимо.

— Ладно, Аделина, — буркнул я себе под нос, выходя. — Раз у тебя личные дела… у меня тоже они есть.

— Когда вас ждать, господин? ГрКараТа сегодня?

Гр’Кара’Та. Ночь Зова.

Древний орочий обычай, когда каждый взрослый орк по традиции должен пустить свою стрелу — дать Ша’Каару право указать ему пару.

— Да, Альберт. Так что я приеду на рассвете.

Он понимающе кивнул.

***

Всю ночь я корпела над папиными чертежами, пытаясь понять, что это за кольца, и для чего они нужны.

Вчитывалась в заметки: “снять пики давления”, “равномерное распределение искролита”, “исключить риск перегрева при резком скачке”.

Всматривалась в чертежи, схемы, стрелочки, перечёркнутые, перезаписанные.

К утру я поняла, что папина оригинальная идея была прекрасной.

Кольцо Ветрова должно было делать искролит более устойчивым к зарядке и даже улучшало

отдачу энергии

после.

Если внедрить такие кольца на заводе, то город мог потреблять гораздо меньше искры! И налог с жителей можно было бы снизить в разы!

Я пыталась понять, в чём же проблема. Почему эти кольца работали по-другому?

Считала, рисовала, чертила, всё стирала, снова считала.

А потом смотрела на его выкладки и плакала, потому что папина идея была искорёжена.

Угол зубцов был изменён. Профиль выемок — тоже. Вместо того чтобы улучшать свойства искролита, кольца его портили.

И я не знала, был ли он сам к этому причастен, или его разработки кто-то тупо украл и изуродовал.

Но одно было ясно: чтобы впихнуть такие кольца в магистраль, нужен был доступ к трубам, к чертежам.

И деньги. Материалы, из которых сплавлены кольца — очень дорогие. Такой металл найти тяжело.

Я вспомнила слова папы незадолго до его смерти: “Они помогли мне, Ади. Они поверили в меня. И мы им должны”.

Утро подкралось незаметно. В окно уже пробивался бледный свет, когда я наконец сложила бумаги в стопку. Губы пересохли, пальцы дрожали.

Я переоделась в самое скромное платье, собрала волосы в удобный пучок. В сумку сунула: папин блокнот, одно кольцо и копию схемы. Остальное оставила в комнате. Вдохнула. Выдохнула.

— Ладно, Аделина Ветрова, — сказала себе в зеркало. — Идём платить по счетам.

Первым делом я отправилась в Бюро долгов и учёта. Место унылое: серые стены, серые клерки, серая пыль на папках.

— Фамилия? — буркнула дама за конторкой.

— Ветрова. Аделина. Мне нужны сведения по долгам… семьи.

Она пролистала несколько журналов, потом полезла в шкаф. Достала пухлую папку, пролистала, прищурилась.

— Долг начислен четыре года назад, третья луна Осени, — монотонно продиктовала она, ведя пальцем по строчке.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Это месяц, когда папа умер…

— Долг списан…

— Что?! Долг списан? Но когда?

— Если не будете меня перебивать, то я скажу! — гневно процедила гномка.

— Извините, — ответила я.

— Сегодня утром он списан, — нахмурилась она.

— Но…

— Повторяю, по линии Городского Совета задолженность списана, — сказала гномка. — Перекуплена частной структурой.

— Какой структурой?

Она посмотрела на меня как на назойливую муху.

— Контора “Городские вложения”, — наконец ответила. — Долг выкуплен и закрыт полностью.

— Закрыт? Совсем? — у меня пересохло в горле.

— Ни одного медного талера больше не значится. Радоваться бы вам, а вы всё допрашиваете.

— Но кто бы стал закрывать чужой долг?

Она осмотрела меня с ног до головы.

— Молодая, красивая. Приглянулась кому-нибудь небось. Следующий!

Я вышла из Бюро долгов задумчивой. Вдохнула пропылённый воздух улицы и крепче прижала к себе сумку…

Контора “Городские вложения”...

Сокращённо “Г.В.”, как на кольце, что лежит в моей сумке!..

Надо рассказать всё Варраку! — решила я и направилась к трамвайной остановке, но вдруг передо мной встала проблема…

Глава 21. Зря…

Передо мной встала проблема.

Очень изящная, высокомерная и пахнущая дорогим парфюмом проблема.

— Мисс Ветрова, — голос лорда Элрика Ван-дер-Хольта нельзя было перепутать ни с чьим. — Какая… интересная встреча.

Он словно вырос из тумана прямо у меня на пути. Слишком чётко по времени, чтобы быть случайностью.

— Лорд Ван-дер-Хольт, — я вежливо кивнула. — Прошу простить, я спешу.

Я попыталась обойти его слева. Он сделал полшага вперёд и перекрыл дорогу. Улыбался. А глаза холодные, как лёд.

— Вы были в Бюро долгов, — сообщил он, как факт.

Меня пробрало холодом.

— У меня выходной, — ответила я. — Могу посещать любые заведения, какие захочу. Семейные дела, знаете ли…

Он чуть склонил голову набок, рассматривая меня, как механизм, в котором нашёлся неожиданный лишний винтик.

— Ваши семейные дела, — протянул Элрик, — внезапно стали делами гораздо более серьёзных людей, чем вы думаете.

— Каких людей? — нахмурилась я.

— Ваш отец был… талантлив. И слишком любопытен. Вы ведь не собираетесь повторить его ошибку?

Я посмотрела на Элрика в шоке.

Он намекает на то, что причастен к убийству моего отца?

— Вы!..

Все слова кончились. Я поверить не могла!..

На миг на его лице исчезла маска вежливости. Взгляд стал хищным.

— Зря вы раскапываете то, что так хорошо закопано, — мягко сказал он. — Очень зря, мисс Ветрова.

Я инстинктивно шагнула назад — и наткнулась на чью-то грудь. Чьи-то пальцы сомкнулись на моём локте, крепко, как кандалы.

Я дёрнулась.

— Полагаю, нам стоит поговорить в более… уединённом месте, — произнёс Элрик. — Здесь слишком много ушей.

— Я не желаю с вами разговаривать! — твёрдо сказала я. — И если вы меня не отпустите, я закричу.

Он сделал шаг ближе, наклоняясь так, что только я могла слышать следующие слова.

— Ваш отец тоже кричал, — шепнул лорд.

В этот момент мне на лицо опустилась сильно пахнущая чем-то резким тряпка…

***

Гр’Кара’Та я никогда не любил.

Но у владыки орков города, у старшего рода Стальных были свои обязанности, игнорировать которые было запрещено.

По традиции именно я должен собрать орков Искрограда и открыть Ночь Зова.

Но любить это мероприятие я не обязан.

К вечеру один из просторных цехов освободили от работников.

На моём заводе все орки были освобождены от службы, так что народу было много.

Гр’Кара’Та для нас — святой праздник.

Воздух был густой от запаха масла, железа и ритуальных трав, которые раздобыл кто-то из стариков — на углах горели жаровни, пламя отражалось в стальных поверхностях.

Я стоял на импровизированном помосте и смотрел, как мои орки выстраиваются полукругом. Молодые переглядываются, нервно подшучивают; старшие молчат, но глаза у всех одинаковые: предвкушающие.

Ночь Зова.

Гр’Кара’Та.

Каждый взрослый орк обязан “пустить стрелу” — дать Ша’Каару право указать, на кого ляжет его выбор.

Раньше так и делали — пускали стрелу в небо, и кто из орчанок найдёт её — на ту и указал Ша’Каар.

Сейчас всё было куда сложнее.

Чаще всего орк просто отдавал свою ритуальную стрелу, созданную собственноручно, избраннице. И это считалось символом его чувств к ней.

Но многие всерьёз запускали стрелу! С крыши самой высокой башни завода или с любого другого места в городе.

Я же… У меня был свой ритуал.

Я всегда использовал одну единственную стрелку хрономатрикса, которую за тем на год убирал сейф в своём кабинете.

— Тише, — сказал я.

Гул стих. Меня всегда слушали быстро.

— По старому обряду, — произнёс я, взял первую из подготовленных орками стрел, поднял над головой. — Каждый из вас сегодня отдаёт свою волю Ша’Каару.

Орки одобрительно закричали.

— Кто не готов — шаг вперёд, — добавил я мрачно.

Никто не двинулся. Конечно.

— Тогда начнём! И да будет Ша’Каар милостив к своим воинам!

Я окунул первую стрелу в густую чёрно-зелёную смесь, что дымком поднималась из чаши, и передал её первому орку. Он рассёк ладонь ритуальным клинком и сжал наконечник стрелы, забирая у меня своё оружие.

— Ша’Каар с тобой, Владыка, — поклонился орк и отошёл, дав остальным совершить ритуал.

Я снова и снова окунал стрелы в смесь трав.

Аромат древней магии поднялся такой волной, что у меня в груди едва не зазвенело.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Говорят, что эта смесь пахнет для каждого орка по-особенному.

Для меня она пахла Аделиной. Домом, уютом, нежностью и лёгкостью, а ещё стойкостью и упрямством.

Она сейчас должна сидеть дома. Спокойно. В безопасности. Альберт обещал не выпускать её в Гр’Кара’Ту.

Ша’Каар, надеюсь, хотя бы дома она не сумеет никуда вляпаться!

Это если она вернулась домой… а если нет?

Я был так занят кучей этих вопросов, что не уточнил у Альберта, вернулась ли она. Надо послать кого-то…

— Господин, — Раг тихо дёрнул меня за рукав, когда я выдал последнюю стрелу.

Раг Стальной, здоровяк из третьей смены, тот самый, что бурчал про “девок в цеху”, подошёл, сжимая в лапе свою стрелу.

— Господин, — он чуть склонил голову. — Можно… слово?

— Уже целых два сказал, — хмыкнул я. — Говори.

Он замялся, посмотрел по сторонам, понизил голос:

— Это насчёт вашей… — он сглотнул, — помощницы.

В груди неприятно кольнуло.

— Осторожнее, Раг, — тихо произнёс я.

— Я понял, господин, — он поднял ладони. — Я… уважать её стал. Не в этом дело. Она железо слышит, как гномы. Иногда даже лучше.

Это я и так знал.

— Что случилось?

Раг поёрзал, перехватил стрелу получше.

— Когда она приказала мне станок оставить и магистраль смотреть… я думал, дурь бабья. А потом… — он почесал затылок. — Потом мы нашли эти кольца и уж как-то подозрительно долго госпожа инженер их рассматривала. И испуганная была. И попросила не записывать ничего в бумаги — вашего решения дождаться.

В животе неприятно потянуло.

— Спасибо, что предупредил Раг.

Он живо кивнул.

Я смотрел, как орки один за другим выходят во двор — дальше по обряду они должны были выпускать стрелы в ночное небо с заводской крыши. Вниз, в город, потянулся гулкий, древний напев.

Ночь Зова вступала в силу.

А меня грызла только одна мысль: когда закончится Гр’Кара’Та, я найду Аделину. И она станет моей союзницей до конца. Или признается, что давно играет против меня.

Ша’Каар, надеюсь, хотя бы в этот раз ты на моей стороне.

— Тик, езжай домой и выясни, в порядке ли Аделина.

Глава 22. Джентльмен

Я очнулась в не самом приятном расположении духа.

И тела.

Руки сведены за спиной и перетянуты грубой бечёвкой до онемения. Лодыжки привязаны к ножкам стула.

В темноте методично капала вода, а где-то подальше гудел пресс, его мерный, тяжёлый стук отдавался в полу вибрацией, словно сердце этого проклятого места.

Это явно был заброшенный склад. Воздух был спёртым и холодным, пахнущим ржавым металлом, пылью и чем-то прокисшим. Я вдруг осознала, что продрогла до самых костей, и мелкая дрожь пробежала по спине.

— Наконец-то, — бархатистый, масляный голос отозвался слева.

Элрик сидел в кресле: идеальные перчатки, безупречный галстук, и эти мерзкие холодные глаза.

— Поговорим спокойно, мисс Ветрова? Как взрослые сознательные люди.

Меня повело от притворной учтивости, но я удержалась, впившись ногтями в ладони.

— Говорите, — хрипло выдавила я. — Вы искорёжили идею моего отца, чтобы навлечь проблемы на “Шторн Искраядро”?

— Какая смелость, — Элрик склонил голову, и на его губах играла тонкая, ядовитая улыбка. — И какая глупость. Вы ведь понимаете: если вы произнесётe это вслух не в том месте — закончите как он.

От этих слов по телу пробежали ледяные мурашки.

— Воды, — прошептала я, хрипя. — Пожалуйста.

Элрик небрежно махнул рукой.

За моей спиной скрипнул пол.

Я дёрнулась.

Краем глаза заметила худенькую фигурку в рабочем переднике и косынке. Ведро, швабра… Да это же Ладка! Гномка из латунника, мы с Шторном приезжали к её сестре в доковый район, чтобы предупредить, что за её детишками нужен присмотр!

Наши взгляды встретились всего на миг — в её серых, усталых глазах мелькнуло узнавание, а затем — животный страх. Она быстро отвернулась, сделав вид, что не заметила меня, и, вытерев ладони о передник, налила воды в жестяной стакан из грязного кувшина.

Ладка подошла. Когда она поднесла кружку к моим губам, я едва слышно прошептала, не шевеля ртом:

— Скажи Шторну.

И тут же отпила воду.

Я молила всех богов, чтобы она послушала меня и сделала, что я прошу! Пусть вспомнит моё добро!

Элрик нетерпеливо взмахнул рукой:

— Убирайся.

Ладка метнулась в тень и растворилась в ней, как призрак.

Значит, надеяться надо только на себя!

— Итак, — Элрик наклонился вперёд, будто хотел втолковать мне что-то. — Вы сотрудничаете, Аделина, или я перестаю быть джентльменом. Выбирайте.

— Вы трус, — сказала я тихо. — И никогда не были джентльменом.

Он вздохнул, как человек, которому испортили вечер, а потом медленно подошёл ко мне.

— Мы с Геральдом не ладили. — Его голос прозвучал почти ностальгически.

Папа… Сердце сжалось от боли.

— Он всегда был умнее меня, но в конечном итоге побеждает не тот, кто умнее, а тот, кто хитрее.

— В конечном итоге тайное становится явным, и вы получите по заслугам, — парировала я, пытаясь провернуть запястье в верёвке.

— Я так и думал, что с вами договориться мне не удастся.

Он снял перчатки, и достал из внутреннего кармана кинжал.

Я похолодела.

Ну всё, пора прощаться с жизнью. Когда Варрак придёт, чтобы вызволить свою непутёвую ассистентку, меня уже не останется в живых.

Если он вообще придёт!

Холодный металл на мгновение коснулся кожи у ключицы, заставив меня вздрогнуть.

— Что вы делаете?! — осипшим голосом спросила я, стараясь отклониться от него насколько это было возможно.

— Достаточно одного движения — и вы останетесь без воздуха, — выдохнул он. — А ведь мы могли бы стать союзниками. Вы бы взяли на себя инженерную часть, я организаторскую. Может, из нас получилась бы даже пара.

Его пальцы, холодные и сухие, как змеиная кожа, легко коснулись моей шеи. Я задёргалась и попыталась его укусить.

— Но вы упрямитесь, прекрасная Аделина. Что же. Позвольте продемонстрировать вам, какую цену имеет упрямство. Думаю ночь в холодном складе добавит вам сговорчивости.

Он щёлкнул пальцами. Двое в плащах отделились от тени у стены и подошли ближе.

Сам Элрик поднялся.

— У меня, к несчастью, дела, а иначе с радостью провёл бы с вами вечер, — лениво сообщил он. — Город, знаете ли, живёт своим расписанием. Сегодня Гр’Кара’Та, мне ещё нужно подложить свою феечку в постель вашего начальника. Ну а вам, счастливо оставаться с ребятами. И хорошо подумайте, стоит ли разменивать жизнь на гордость.

Он повернулся к ухмыляющимся мужчинам и сказал:

— Сильно не ранить, но если придётся — не стесняйтесь.

Элрик подмигнул мне и отправился к выходу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Внутри всё похолодело.

— Элрик! — позвала я.

— Вы уже передумали? — он остановился в дверях.

Я посмотрела на него и мстительно улыбнулась.

— Варрак этого так не оставит.

— Да, милая Аделина, у меня уже подготовлена интересная история о том, как вы с отцом его обманывали, и он несомненно в неё поверит. Как и в то, что именно вы сегодняшней ночью заложите в цехах взрывчатку.

— Что?.. Но там же люди, Элрик! Ночь завод не пустует, там множество рабочих!

— О да, но гораздо меньше, чем днём.

— Но они же живые, сколько бы их ни было! — с надрывом сказала я.

— Поэтому подорвём мы его утром, когда на смену придут ВСЕ. Все кроме орков, у них же Гр’Кара’Та. Какое совпадение. Подозрения сразу лягут на них, чувствуете, Аделина?

— Он придёт сюда! — крикнула я без сил.

Элрик — чудовище!

— Я надеюсь, что Варрак придёт, тогда его встретит целая армия моих людей, — усмехнулся он. — Счастливо!

Бежать? Нереально. Верёвки больно врезались в кожу.

— Поиграем с ней немного? — спросил один из мужчин…

Глава 23. Моя

Когда Тик сказал, что Аделина так и не вернулась домой, мой пульс подскочил.

— Во сколько ты понял?

— Полколокола назад, господин. Я проверил у Альберта, мисс вышла утром и не появлялась. Он посчитал, что в свой выходной ей это позволено.

Выходной!

Словно у нас с ней были простые, честные рабочие отношения. Словно я не видел, как она тает у меня на столе, не чувствовал её вкус на своих губах. Словно она не стала тем единственным местом в этом проклятом городе, куда мне хотелось возвращаться. Центром моего притяжения.

Нет, она не могла уйти так надолго не предупредив меня.

Весь день меня не отпускало чувство — смутное, назойливое, как зубная боль. Чувство, что я упускаю что-то важное. Оказалось, я упустил всё.

Ша’Каар! Ночь Зова — а у меня пропала женщина.

— Она ходила в Бюро долгов, — добавил Тик, нервно теребя свой жетон.

— В районе доков? — резко спросил я.

— Да, — пропищал Тик, чувствуя моё настроение. Злить орка в Ночь Зова — самоубийство.

Грязь, отбросы и подонки, кишащие у доков. И моя Аделина, с её умными глазами и упрямым подбородком, одна в этом аду.

“Моя”.

Слово пришло само, пустив корни где-то глубоко внутри, и сомнений не оставалось.

Я двинулся к выходу, хватая с вешалки пальто. Оно всё ещё пахло ею — сладкими булочками, чаем и её духами, лёгкими, как первый ветер весны.

— Собрать людей, — бросил я Тику через плечо. — Всех, кто свободен.

— Господин, Гр'Кара'Та… — начал было Тик.

Я обернулся, и слова застряли у него в горле. Он увидел в моих глазах не хозяина корпорации, не расчётливого стратега. Он увидел орка.

— Город может гореть, — сказал я ровно. — Но она будет найдена. Сегодня. Сейчас.

Мы выехали в ночь, разодетую в праздничные огни. Я ненавидел этот праздник. Ненавидел его пустой ритуализм, пока Аделина могла быть в беде.

Прочёсывали улицу за улицей вокруг бюро долгов.

Никаких следов. Никаких зацепок.

Внутри меня кипела чёрная, ядовитая лава. Если с ней что-то случится… Если хоть один волосок упадёт с её головы…

— Владыка. Здесь женщина. Гномка. Говорит, что её зовут Ладка. Просит передать вам сообщение.

Сердце замерло у меня в груди.

— Какое?

— Она сказала, что мисс инженер на заброшенном складе у дока номер двадцать два, и что нам надо поторопиться, — произнёс орк.

Я не стал спрашивать, кто она и откуда она узнала об этом.

Я просто сел в паромобиль и помчался к доку двадцать два. Город превратился в размытую полосу огней.

Держись, Аделина. Держись. Я уже в пути.

Мы мчались по ночному Искрограду, и каждый удар моего сердца отстукивал одно-единственное слово, которое теперь значило для меня больше, чем весь этот город, чем корпорация, чем что бы то ни было ещё.

Моя Аделина.

Когда я вышел из паромобиля и оглядел док, то понял, что здесь можно возится до утра и так и ничего не найти. Он был огромным и заброшенным,

Что-то дёрнуло меня сделать это: моя стрелка хрономатрикса, которую я использовал на Ночь зова каждый год, лежала у меня в кармане, она уже была обработана магической смесью, оставалось лишь добавить каплю моей крови.

Я быстро порезал палец, оставляя отметину.

Ша’каар, помоги мне найти мою женщину.

И я будто бы и правда её почувствовал. Словно меня манил лёгкий шлейф её запаха. Цветочный. Манящий. Сладкий.

Но все входы в док были заперты изнутри.

Я взревел от недовольства. Мои мышцы налились яростью. Кажется, я сорвал один из металлических замков прямо с цепью!..

Когда я вошёл в огромное медленно гниющее здание, то сразу почувствовал её.

Пошёл на этот зов.

И увидел Ади.

Привязанную к стулу. Бледную. И двух ухмыляющихся ублюдков, которые осмелились рядом с ней дышать.

— Поздновато для визита, мистер Шторн, — сказал кто-то из тени, делая вид, что не боится.

— Да, надо было прийти раньше!

Время остановилось.

Я не помнил, как схватил с пола валяющийся монтажный лом. Не помнил, как отбивался от кучи вооружённых воинов. Я кажется даже получил пулю в плечо, которое теперь пульсировало болью. Но она была где-то на втором плане, потому что сейчас всё моё существо было сфокусировано на Аделине. Только на ней.

Когда всё было кончено, я рухнул перед ней на колени, и мир сузился до её изодранных запястий, до предательской дрожи в её плечах.

Подмога уже подъехала, слышны были звуки сирен, полицейские сновали туда-сюда, что-то спрашивали.

Но я ничего не слышал.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ничего кроме стука её сердца.

Веревки порвались под моими пальцами как гнилые нитки.

— Аделина, — её имя вырвалось у меня хриплым шепотом, клятвой и молитвой одновременно.

Она плакала.

Смотрела на меня, и в её взгляде читалось не облегчение, а новая, свежая паника.

— Варрак, — её пальцы впились в мой рукав, задевая ранение, холодные и цепкие.

Я сделал вид, что мне не больно. Даже виду не подал, что пуля от её неосторожного движения подвинулась внутри меня, только сильнее стиснул челюсти.

— Взрывчатка, — торопливо произнесла она вместо “спасибо”.

— Что? — непонимающе переспросил я.

Единственное, чего мне хотелось, это сгрести её в охапку и унести домой. В пещеру. Спрятать. И… и много чего ещё с ней сделать. Такой сладкой, вкусной, спасённой, отвоёванной, моей.

Но Аделина доверчиво заглядывала мне в лицо и пыталась донести до моего затуманенного магией разума какую-то отчаянную мысль.

— На заводе, Варрак! Взрывчатка под главным корпусом! Он сказал… это “подарок” к Гр’Кара’Та. Под главным корпусом! Это всё Элрик!

Взрывчатка. Завод. Элрик…

Лёд пронзил меня острее любой стали.

Он не просто похитил её. Он использовал её как приманку, чтобы отвлечь меня, пока его подручные устраивали ад в сердце моей империи. В сердце

нашего

города.

“Моя”. Слово обрело новый, страшный смысл. Моя женщина. Мой город. Моя ответственность.

Бегло осмотрел Аделину. Вроде бы цела, не считая натёртых запястий и лодыжек!

— Больно?

— Терпимо, — прошептала она и поднялась… качнулась.

Моя ладонь легла ей на поясницу, чтобы удержать. Жар полоснул по моим нервам. Ночь Зова зарычала в крови.

Держи себя в руках.

Я не спросил, может ли она идти. Я просто подхватил её на руки, ощущая свинец в плече и прижимая Ади к своей груди так, чтобы она не видела кровь на моём плече. Она не сопротивлялась. Наоборот, её рука обвила мою шею. Она слабо прижалась ко мне, маленькая и хрупкая, и ледяная.

Отогреть!

— Я их услышу, — прошептала она прямо мне в шею, и её губы коснулись кожи. — Услышу механизмы бомб!.. Едем скорее!..

Я зарычал. Вынес её на улицу, в огненное зарево праздника, которое теперь казалось зловещим предзнаменованием. Мои люди уже окружили склад.

Я усадил Аделину в паромобиль, сам ринулся к рулю.

— Ты уверена, что сможешь? — я смотрел на дорогу, но вопрос был обращён к ней — к единственному человеку, чьему чутью и уму я доверял безоговорочно.

Она выпрямилась на сиденье, проводя руками по помятому платью, собирая остатки сил. В её глазах зажёгся тот самый огонь, что свел меня с ума в первый день нашего знакомства.

— У нас нет выбора, — сказала просто. — Варрак, мне так много всего тебе надо рассказать!

Паромобиль рванулся вперёд, на этот раз — к “ШторнИскраЯдро”.

— Расскажешь, если мы переживём эту ночь.

Глава 24. Слушай сердцем

Праздничные огни ещё пылали в Искраграде, но их веселье казалось зловещей насмешкой. Паромобиль, ведомый моей волей, её отвагой и нашим общим страхом, мчал нас к заводу, оставляя в ночи клубы пара.

Последнее, чего я хотел — чтобы Аделина ехала туда, где её ждала опасность. Но как часто мы получаем то, что хотим?

Она молчала, уставившись в лобовое стекло, но её пальцы всё судорожно разглаживали складки платья. Я видел, как она борется с шоком, как заставляет мозг работать, отодвигая ужас на второй план.

Моя храбрая, моя упрямая

помощница

.

— Рассказывай, — нарушил я тишину, сворачивая на магистраль, ведущую к «Ядру». — Всё, что знаешь.

И она заговорила.

Быстро, отрывисто, будто озвучивала доклад по техбезопасности.

Рассказала про изобретение отца. Про “Городские вложения”. Про то, что Элрик и Геральд учились вместе и что Элрик всегда завидовал её отцу. Что в конце концов Элрик убил Геральда, насмехался над его памятью и цинично извратил его изобретение.

Мои пальцы сжали руль так, что кожа на костяшках побелела. Я видел картину целиком. Гениальное и подлое преступление.

— Он ответит, — пообещал я, и это были не просто слова. Это был обет, данный ей и самому себе. — Но сначала мы спасаем то, что он хочет уничтожить.

Мы ворвались на территорию завода, проигнорировав все ночные посты охраны. Паромобиль выглядел как призрак, явившийся с того света. Да я и сам, должно быть так выглядел.

Ударил кулаком по тревожной кнопке у проходной и сразу сорвал трубку внутренней связи:

— ОСТАНОВИТЬ ОБОРУДОВАНИЕ И ПОКИНУТЬ ЗДАНИЕ! ПОВТОРЯЮ: ВСЕМ ОСТАНОВИТЬ ОБОРУДОВАНИЕ И ПОКИНУТЬ ЗДАНИЕ!

Положил трубку и встретился с её взглядом.

Гр’Кара’Та уже пела в крови — глухо, настойчиво, как низкий барабан. Как зов битвы, когда защищаешь своё.

Неизбежно. Неотвратимо.

До самых костей.

Вдруг из всех запахов я выхватил мягкий аромат её кожи, пальцы начали зудеть от простого желания коснуться Аделины.

Всё моё существо тянулось к ней.

Ша’Каар, не сейчас.

Она тоже это почувствовала? Или мне показалось?

Задержала взгляд на моих руках, облизнула пересохшие губы и упрямо выпрямилась.

Между нами на миг натянулась горячая, опасная тишина.

— Там, — её глаза распахнулись, и она указала на массивный люк в полу, ведущий в технические тоннели под главным корпусом.

Как мне не хотелось тащить её вниз. Где в любой момент могло вспыхнуть.

Я боролся с ужасающим чувством внутри. Закрыть её. Спрятать. Обездвижить. Обезвредить. Освободить. От карсета, от чулок, от этих дурацких перчаток, как я их ненавижу.

— Идём, Варрак! Начнём с магистрали “А”, — сказала она, разрушая мои иллюзии.

Аделина уже на бегу подвернула рукава своего платья.

Я поднял тяжёлый люк. Моя Ади стояла, застыв изваянием, и я понял — она слушает.

Последний шанс остановить её… Связать и увезти подальше отсюда!..

— Пожалуйста, Варрак! Нам надо спешить!

Она права.

Я сжал зубы и кулаки и первым ступил на лестницу, ведущую вниз.

***

Шум обрушился на меня, едва я ступила на первую ступеньку железной лестницы. Глухой, оглушающий гул. Не тот размеренный гул работающего завода, к которому я привыкла, а хаотичный, предсмертный хрип.

Где-то шипел сорвавшийся клапан, где-то с грохотом падала металлическая деталь, оглушительно визжали аварийные сирены, и поверх всего — крики, топот, голоса, пытающиеся перекрыть этот адский оркестр.

Одно слово — эвакуация.

Сердце ушло в пятки.

Как? Как в этом шуме мне услышать тихий стук механического таймера бомбы?

Варрак шёл впереди, его мощная спина заслоняла меня от возможной опасности. Но не от шума. Он проникал внутрь, бился о кости черепа, мешая думать.

Я инстинктивно прижала ладони к ушам, но это не помогло. Шум был везде. Он вибрировал в металле под ногами, дрожал в воздухе.

Мы спустились в тоннель. Здесь было чуть тише, но гул никуда не делся, он шёл сверху, отгибая стальные пластины и заставляя сыпаться с потолка ржавую пыль.

Я остановилась и закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться, вычленить нужный звук. Но это было невозможно. Это было как пытаться услышать шёпот в центре урагана.

Паника, холодная и липкая, подползла к горлу.

Я не смогу. Я подведу его. Я подведу всех.

— Ади, — Варрак взял меня за руки. — Всё нормально, возвращайся наверх, я сам всё проверю и…

Я выхватила руку, бросила перчатки к ногам и положила пальцы ему на губы.

— Тшш… — сказала тихо.

И тут, сквозь грохот, сквозь собственный страх, до меня донеслось эхо его низкого голоса, прорвавшееся сквозь годы:

«Дело не в ушах, Ади. Уши обманывают. Слушай сердцем. Найди своё спокойствие и почувствуй душу механизма!”

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Слова отца, сказанные в его мастерской много лет назад, звучали сейчас отчётливо.

— Душа. У этих стальных чудовищ есть душа!.. — воскликнула я.

Но как мне найти спокойствие?

— Обними меня, Варрак?

И он обнял.

Даже не спросил, зачем это.

Не сказал ничего. Просто шагнул ко мне, и его большие, тёплые руки окутали меня теплом, заботой и… любовью?

Он стоял сзади, не двигаясь, просто закрывая меня собой от хаоса. Его дыхание было ровным и глубоким у моего уха. Моя стена. Мой щит.

Я расслабилась.

Перестала пытаться услышать. Вместо этого я начала чувствовать.

Сначала — только бешеный стук собственного сердца. Потом — ровный, мощный ритм его, доносящийся через спину. И постепенно, медленно, сквозь эту двойную барабанную дробь жизни, я начала различать другое.

Не звук. А ритм. Тонкий, чужеродный, звучащий не в такт с гигантским сердцем завода.

Тик-так-так… Тик… так…

Глава 25. Стрела

Я много чего слышала в тот момент.

Не ушами, а всей кожей, каждым нервом, каждой клеточкой своего организма.

Неровный, сбивчивый ритм первой бомбы, спрятанной слева. Она была похожа на испуганное животное, загнанное в угол.

Размеренный, неумолимый ход второй, прямо по курсу. Холодный и расчётливый зверь, как сам Элрик.

Глухой, мощный гул аварийных систем завода — его тяжёлое, прерывистое дыхание.

И неровный ритм хрономатрикса, что лежал у Варрака в кармане. Странно, но это неправильное тиканье манило меня больше всего! Этот ритм будто стал моим якорем. Моим компасом во всём этом хаосе.

— Я знаю, где они, — сказала я, и мой голос прозвучал удивительно спокойно в его объятиях. — И я знаю, как их остановить.

Его руки медленно разомкнулись. Я почувствовала прохладу на спине, где только что было его тепло, и мне тут же захотелось вернуться.

Но как часто мы получаем то, что хотим?

Я шагнула вперёд, Варрак за мной.

Мы не успели добежать до первой развязки, как из бокового туннеля выкатился экипаж аварийной бригады. Первым — Раг. Взъерошенный, чумазый, довольный, будто на праздник явился. Хотя… сегодня же и есть этот их орочий праздник!.. Гр’Кара’Та.. Ещё бы знать, что они там отмечают.

— Владыка! — рявкнул он и, увидев меня, добавил: — Мисс инженер.

За ним — Тик с сумкой инструментов и два дежурных механика из ночной смены. Сирены уже выли, красные лампы резали глаза, пол под ногами жил своей жизнью — то вздрагивал, то замирал.

— Три устройства, — отчеканила я, перекрывая грохот. — Первое — у боковой магистрали слева, за стык-камерой №4. Второе — на верхней развязке у главного паропровода. Третье... — я закрыла глаза на секунду, ловя тот самый, самый тихий и зловещий ритм, — ...прямо под центральной магистралью, в сердцевине опорной колонны!

А дальше Варрак взял дело в свои руки. Быстро разделил людей, раздал указания, проконтролировал работу. Я же только подсказывала, где именно лежал таймер-установщик. И всё слушала-слушала-слушала… вдруг где-то что-то пропустила? Но нет, только резал слух неровных ход хрономатрикса, что лежал у Варрака в кармане.

Первую бомбу нашли и обезвредили легко.

Когда я привела группу ко второй, Раг посмотрел на меня, как на божество.

— Ша’Каара призываю свидетелем! — вдруг выдал Раг, — как вы это слышите?!

— Папа научил, — отрезала я и побежала к последнему устройству, чувствуя, как самый тихий и опасный ритм третьего устройства манит меня, как сирена, в самое пекло, под центральную магистраль, где от нашего успеха зависело всё.

Пришла ещё помощь. Орки. Все какие-то удивительно довольные. Но я ни на кого не обращала внимания!

Третий ритм вёл меня вглубь, под самые фундаменты, туда, где сходились все магистрали в стальном сплетении, напоминавшем сердце.

— Здесь! — я остановилась у массивной опорной колонны, панель в которую была свежезаварена. — Оно…

Я растерянно посмотрела на Варрака.

— Оно внутри!

Я в отчаянии уперлась руками в металл. Кто-то правда заварил этот аварийный вход внутрь! Да как же они! Я чуть не расплакалась от бессилия!

Ведь слышала его — размеренный, смертоносный тик-так, доносящийся из-за преграды. Он был так близко!

И тут Варрак мягко отодвинул меня в сторону.

— Отойди.

Он не стал искать обходных путей. Не стал ждать инструментов. Он просто смерил взглядом преграду. Упёрся плечом в край массивной заслонки и напрягся. Мускулы на его спине и плечах вздулись под тканью рубашки. Тут же ему на помощь пришёл Раг, а потом и остальные орки!

Они говорили на орочьем. Все вместе. Одни и те же слова.

Ша’Каар ур-на!

Грак-Маар та-шар!

И от их звучания, что-то внутри меня зашевелилось, потянулось к Варраку!.. Какие странные ощущения.. волнующие..

Вместе у них получилось сдвинуть заслонку. А а нам с Тиком и инженерами только это и надо было!

Внутри колонны, в специальной нише, пульсировало устройство, от которого шёл тот самый ритм. Оно не было похоже на предыдущие. Это был апофеоз механического коварства Элрика — сложнейший хронометрический детонатор, шестерёнки, пружины и маятники которого были объединены в единый, неумолимый алгоритм уничтожения.

— Я ошиблась, — сокрушённо ответила я. — Это не просто таймер. Где-то здесь спрятаны ещё очаги с взрывчаткой. А это — устройство контроллер. Сдетонирует оно — и отправит искру на другие очаги. И я не знаю, как его остановить…

Инженеры стали рассматривать механизм.

Один не выдержал.

— Я не могу! — выкрикнул он и побежал к лестнице, ведущей наверх.

Я не стала провожать его взглядом — лихорадочно искала слабое место, решение. Но логика механизма была безупречной и замкнутой на саму себя. Тупик.

Закусила губу, рассмотрела механизм с разных сторон. Достала свою шпильку, которую часто использовала, как инструмент.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Загасить. Мне надо всего лишь спокойно загасить этот механизм.

Я прижала пружинку шпилькой. Подстёрла руну. Вытащила один болтик.

— Мне нужна тонкая, ровная… палочка, — выдохнула я.

Инженер стал шарить в сумке с инструментами. И всё не то. Слишком толстые отвертки, слишком мягкая проволока.

— Варрак, дай свой хрономатрикс? — я повернулась к нему.

— Откуда ты… — он осёкся.

— Это ведь тот, что ты обычно держишь в сейфе? Тот, что я уже настраивала один раз?

Он как-то напряжённо кивнул.

— Там стрелка как раз подходящего размера.

— Ты можешь взять что-то другое? — вдруг спросил он.

— Давай! Мне нужен именно твой хрономатрикс! Стрелка сюда идеально войдёт.

Я требовательно вытянула руку.

Подняла взгляд и поняла, что с Варраком что-то не то. Вернее, не только с ним. Воздух вокруг сгустился, стал тяжёлым, сладковатым. Победа была так близка, но все, включая Рага и Тика, замерли в странном, почти ритуальном ожидании.

Варрак медленно, не сводя с меня глаз, вынул из кармана хрономатрикс и подал мне. Молча. Но его внимание было обжигающе пристальным, будто он отдавал мне не часы, а что-то бесконечно более ценное.

Дрожащей от адреналина рукой я отстегнула латунную крышку.

— Я же его настраивала, почему он опять ходит неправильно?.. — пробормотала я больше для себя, пытаясь сосредоточиться на механике, а не на его взгляде, прожигавшем мне спину.

Вытаскивая центральную стрелку, я остроугольным краем порезала палец.

— Ай!

Инстинктивно сунула ранку в рот, почувствовав вкус собственной крови.

Варрак, не говоря ни слова, поднял с пола упавшую стрелку и протянул её мне.

Его пальцы едва коснулись моей ладони.

И всё.

Это мимолётное прикосновение отозвалось во мне гулом, по сравнению с которым все сирены завода показались шепотом. По телу пробежала волна жара, и внизу живота сжалось тугим, тревожным и сладким узлом. Нужда. Острая, животная, всепоглощающая.

Я сглотнула, пытаясь отогнать это безумие, и, не дыша, повернулась к механизму. Вставила стрелку от его хрономатрикса в паз главного маятника. Она встала идеально, заблокировав смертоносный ход.

Щелчок. Тиканье медленно угасло.

Контролер замолк.

Наступила тишина, которую через мгновение разорвал крик инженера: “Победа!”.

Остальные тоже подхватили: “Сработало!”, “Мисс Ветрова, вы волшебница!”.

Раг взревел, подбрасывая в воздух Тика! Все вокруг ликовали.

И мне бы засмеяться, мне бы обрадоваться, мне бы расслабиться, но…

Я смотрела на Варрака. И у меня было ощущение, что кто-то поместил в меня мой собственный, личный контролер. И он сейчас отсчитывал секунды до моего личного внутреннего взрыва.

— У орков есть обычай, Аделина, — сказал Варрак. Его голос был низким и тихим, но я услышала его сквозь всеобщее ликование.

— Что за обычай, Варрак? — мой собственный голос прозвучал хрипло. Мне страстно захотелось протянуть его имя, прочувствовать его вкус на языке. Именно сейчас.

Он сделал шаг вперёд, сокращая расстояние между нами.

— В Ночь Зова каждый орк отправляет в небо стрелу. И та женщина, что найдёт эту стрелу... — он посмотрел на мои губы, — ...должна будет провести с этим орком ночь.

Глава 26. Гр’Кара’Та

Когда Варрак сказал то, что он сказал, воздух перестал поступать в мои лёгкие. Весь шум, все крики отступили, превратившись в фон для бешеного стука моего сердца.

— То есть как это “ночь”? — произнесла я дрожащим голосом.

— Едем домой, Аделина, — грубо оборвал меня Варрак. — Тик на тебе общение с полицией, донеси мысль, что виноват Элрик. Раг, до рассвета разобрать взрывчатку, отвечаешь головой.

Он снова повернулся ко мне. Зубы сомкнуты, кулаки сжаты, по виску сползает капелька пота.

— Идёмте, Аделина. Лучше нам быть наедине, когда вас накроет.

Я хотела запротестовать.

Честно!

Но когда его большая тёплая ладонь коснулась моей поясницы, чтобы подтолкнуть меня к выходу, я почувствовала то, что всегда ощущала в присутствии Варрака… Только теперь это было в тысячу раз ярче.

Мы шли по подземному туннелю “ШторнИскраЯдро”, мои каблучки отстукивали ход. Сирены перестали кричать, но аварийные огни всё ещё мигали.

Я остановилась и повернулась к Варраку.

— Что происходит?

— Ты нашла мою стрелу, Ади, — сказал он с какой-то непонятной решимостью. — Сейчас мы приедем домой и подумаем, что с этим можно сделать.

Я тяжело дышала, стоя в узком коридоре с этим мужчиной. Который был бесконечно силён, красив и властен.

— Хорошо, — выдохнула я, всё ещё не понимая… — Горячая ванна сейчас бы не помешала, — сказала я легко, пытаясь разрядить обстановку и указывая на свой окровавленный палец.

Варрак, стиснул челюсти сильнее и схватил меня за запястье. Поднёс руку к губам, будто боролся с собой.

Я сначала испугалась, но от этого его прикосновения мне стало так хорошо… по запястью ,по предплечью растекалась такая сладкая нега, что я прикрыла глаза от удовольствия.

Варрак зарычал.

— Быстрее, Аделина!

Вместо такого желанного поцелуя, я вдруг оказалась перевёрнутой!

он взвалил меня на плечо! На плечо! Как мешок с мукой — если бы мешок мог жарко дышать и возмущённо шипеть.

Шляпка свалилась и так и осталась лежать в туннеле.

Я завопила, чтобы он поставил меня на место, но в тот же миг почувствовала, как он осторожно меня держит, как я практически всем телом чувствую его, хоть и через пять миллионов слоёв одежды. Я притихла.

И молчала до тех пор, пока Варрак не поставил меня у лестницы, ведущей наверх, на воздух.

Мы оказались слишком близко друг к другу. Я стояла на третьей лесенке, когда развернулась и оказалась с Варраком на одном уровне. Странное, опасное равенство.

Единственное, чего мне хотелось в этот момент… Просто до выпущенных в полёт пружинок, до мурашек, когда из горячей ванны бросаешься в мягкий снег, до сумасшествия, до помешательства!

Я хотела его поцеловать.

Коснуться его губ своими.

Испытать это.

Какой у него вкус.

Испытать его!

Как он поведёт себя?

Оттолкнёт? Напомнит о том, что я его помощница?

Или прижмёт к себе крепче и…

— Поднимайся, Ади, — сказал он низким хриплым голосом. — Стоит мне только прикоснуться к тебе, и я не смогу остановиться.

Я нервно выдохнула и развернулась к лесенкам.

Варрак раздавал ещё какие-то указания. Много. Я присела на капот паромобиля, пока он делал это.

Около меня вдруг выросли двое орков из охраны — встали спинами, заслоняя меня от чужих взглядов.

Сначала я напряглась, всё-таки недавно меня украли и… но потом увидела Варрака. Он посмотрел на меня спокойно и кивнул.

Я ждала, пока он закончит, и мы сможем отправиться домой.

Домой. Домой. Домой.

В голове звучали его слова “приедем домой и подумаем, что с этим можно сделать”.

Да что с этим можно сделать?!

Я чувствовала, что со мной что-то происходит. Что-то невероятное!

Мне было жарко. Безумно жарко. Так жарко, что хотелось снять одежду. отсутствие перчаток даже не ощущалось. Хотелось избавится вообще от всего.

Я судорожно схватила шарфик и стянула его с шеи.

Но даже лёгкий ветерок, который коснулся верхней части груди, не принёс мне облегчения.

— Скоро станет легче, мисс Инженер, — сказал один из орков.

— Что вы имеете в виду? — спросила я, обмахиваясь шарфиком.

— Мистер Шторн позаботится о вас. Потерпите ещё немного, — сказал он, старательно не смотря на меня.

— Как вы узнали, что мне плохо? — спросила я, незаметно немного распуская шнуровку корсажа. — Вы же стоите ко мне спиной.

— Запах, мисс. У орков обоняние острее.

Мои щёки заалели бы сильнее, если бы они сейчас уже не были такими горячими.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Какие такие запахи улавливали орки? Думать об этом не хотелось.

Варрак подошёл с одним из постовых и открыл передо мной дверь паромобиля, скользя взглядом по моему декольте.

Я поспешно прикрылась шарфиком и села в салон, Варрак сел за мной следом, а за рулём был незнакомый мне человек.

Плохо. Дело плохо.

— Вы сказали “когда тебя накроет”. Что это значит? — спросила я.

— Ты же сама уже чувствуешь, — сказал он, всё ещё крепко сжимая кулаки и смотря исключительно вперёд.

— И когда мы успели перейти на “ты”? — спросила я как-то пьяно.

— Когда ты взяла в руки мою стрелу.

— Но…

— Ты взяла её ещё в первый день нашего знакомства, когда ворвалась в мой кабинет. Но сегодня… особенная ночь.

Мы мчались по направлению к его дому. К моему дому тоже. Хоть и временно.

Губы сами собой разомкнулись, но я ничего не могла вымолвить.

— Вы… ты… ты тоже чувствуешь это? — спросила я.

— Будет только хуже, — припечатал он.

— Но…

Сердце стучало в висках. Грудь ныла. Внизу живота сжалось.

— Со мной что-то не то, — всхлипнув сказала я.

Он резко повернулся ко мне.

— С тобой всё то, — сказал отрывисто. — Просто это Гр’Кара’Та. Она так работает. Усиливает то, что ты чувствуешь. В тысячи раз.

Я сжала колени, но стало только хуже.

Паромобиль остановился и я с удивлением обнаружила, что мы уже приехали.

— До рассвета несколько часов, Ади, — тихо сказал Варрак, наклоняясь, чтобы открыть мне дверцу изнутри. Его рука прошла в опасной близости от моей талии. — Я позабочусь о тебе. Так или иначе. Сначала примешь ванну. А дальше… посмотрим, что укажет Ша’Каар.

Я сглотнула.

Всё о чем я моогла думать, это о том, как Варрак будет обо мне “заботится”...

Мы вдвоём вошли в дом.

___________________________

Ну что же...)

Глава 27. Ранение

Как только дверь за нами закрылась, я начала снимать пальто. Но пуговицы никак не хотели растёгиваться моими дрожащими пальцами.

Варрак взял меня за плечи и развернул лицом к себе.

— Успокойся, Ади, — сказал он, быстро расстёгивая мои пуговицы, хотя я видела, что ему тоже не было легко. — Ты должна расслабиться. Если будешь сопротивляться внутреннему огню, всё станет ещё хуже.

— Х-хуже?

Куда уж хуже?

Я смотрела на Варрака.

На его губы. На уверенные руки. На плечи… стоп!

— Ты ранен! — вскрикнула я.

Он скривился.

Моё пальто полетело на пол. Я тут же помогла Варраку снять его собственную верхнюю одежду, когда дошла до левой руки, он зашипел.

— Я аккуратно, — сказала, медленно стягивая рукав.

Рубашка вся была залита кровью!

— Боги, Варрак! Почему ты ничего не сказал?!

— Было немного не до того… — прошипел он.

— Скорее! Садись на диван, я принесу, чем обработать рану!

У меня даже ум прояснился от паники. Миска с водой, чистая ткань, аптечка…

Когда я вошла в гостинную, всё, что я знала раньше о Варраке, разлетелось в прах. Все представления о нем как о магнате, начальнике, суровом орке…

Он сидел на диване без рубашки, откинувшись на спинку, и его торс, освещенный мягким светом настольной лампы пригвоздил к себе мой взгляд.

Мощные плечи, способные, я знала, взвалить на себя груз всего Искрограда, плавно переходили в рельефные бицепсы. Грудь широкая, с четким контуром мышц, а ниже — упругий пресс, разделенный вертикальными линиями, будто броня, скрывающая под собой стальную мощь.

Какой же мощный. Атлетичный. Красивый.

Его кожа, зеленоватого оттенка, гладкая и натянутая над этим ландшафтом мускулов, блестела в свете лампы, словно слегка влажная от жара, который мы, кажется, делили на двоих.

Я должна была опустить взгляд, должна была… и опустила, но не в пол а к его бедрам, скрытым мягкой тканью брюк.

Вот тут-то я окончательно смутилась.

Выдохнула с усилием и как ни в чем не бывало села рядом с ним на диван. Намочила тряпицу, начала осторожно обтирать вокруг раны, чтобы понять, с чем вообще имею дело.

Но трогая его, я чувствовала бешеный ураган в своём теле.

Варрак вдруг заправил волосы мне за ухо.

Я посмотрела ему в глаза. И потонула в них.

Мне срочно надо было как-то выплыть! Я отвела взгляд, упёрлась им в его рану и вдруг заметила, что…

— Внутри раны… там что, пуля? — нервно спросила я.

— В аптечке есть инструменты. Действуй, инженер, — сказал Варрак хрипло и усмехнулся краем губ.

Ещё шутить в такой момент может!

Я сглотнула и обработала инструменты.

В руках у меня был обеззараженный пинцет, ткань, спирт.

— Я не смогу, — проговорила, смотря на всё это.

— Сможешь.

Он вдруг обнял меня и притянул… к себе на колени!

— Так будет удобнее, — хрипло сказал Варрак.

Я. Сидела. Верхом. На. Его. Бёдрах!

— Это… точно медицинская позиция? — выдавила я, чувствуя, как у меня горят уши.

— Научно обосновано, — отозвался он и положил ладони на мою талию. — Мне так будет легче терпеть боль.

С этими словами он подтянул меня ещё ближе. Теперь я ощущала его возбуждение физически.

Я снова выдохнула и повернулась к его ране.

— Будет больно, — сказала я. — Может, дать тебе что-то.. ну в рот? В зубы? Чтобы ты зажал что-то между зубов?

Я говорила, а сама всё краснела и краснела.

— Если ты разрешишь, я просто буду целовать тебя, пока ты будешь вынимать свинец.

Я сглотнула. Это недопустимо.

Трогать мужчину без перчаток тоже недопустимо.

Сидеть у него на бёдрах с широко разведёнными коленями…

Он втянул носом воздух у моего уха.

— Это меня отвлечёт.

Я ничего не ответила, только покрепче схватила пинцет, прежде чем начать.

Кончик пинцета скользнул в разрез. Металл задел осколок.

Варрак с шумом выдохнул мне в шею, но больше не издал ни звука, только мышцы у меня под ладонью каменно напряглись.

— Ещё немного, — предупредила я. — Сейчас поддену.

И когда сделала новую попытку, почувствовала, как он коснулся губами моей кожи.

— Дыши, Ади, — прошептал он почти беззвучно.

От этого поцелуя волна прошла по спине.

— Не… шевелись, — процедила я, хотя это “не шевелись” было сказано скорее мне, чем ему.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Сфокусировалась, нащупала свинец, обхватила его пинцетом. Варрак снова поцеловал меня. Видимо, ему было очень больно!

Одно усилие и я вытащила пулю!

— Готово, — выдохнула я обрадованно. — Ты молодец!

— Это я-то? — хрипло усмехнулся он. — Молодец — ты.

Кровь вновь толкнулась наружу, и я поскорее обработала рану и забинтовала её. Варрак молчал, но пальцы с моей талии так и не убрал. А ещё… я чувствовала на себе его взгляд. Горячий, откровенный, открытый.

— Я наверняка сделала всё неправильно, — выдохнула я. — Всё, — сказала уже тише.

Я сидела на нём, и мне казалось, что изнутри меня кто-то раздувает кузнечные меха. Кожа горела, во рту пересохло, внизу живота тянуло и пульсировало так отчаянно, что хотелось одним движением стереть до невозможного расстояние между нами.

— Варрак… — получилось почти шёпотом, виновато и дерзко сразу.

Его пальцы на моей талии стиснулись крепче. Он дышал часто, неглубоко, как после бега, и взгляд не прятал.

— Я чувствую, Ади, — хрипло сказал он. — Я могу помочь тебе пережить Гр’Кара Та, но не уверен, как ты отнесёшься к этому завтра.

Слова должны были остудить, но стало только хуже. Корсаж вдруг оказался слишком тесным, ткань платья — лишней.

— Поцелуйте меня, Варрак? — попросила я дрожащим голосом.

Глава 28. Думать будем потом

Я сидела, застыв, как истукан, опершись ладонями на его плечи. Мои пальцы впились в твёрдые, как камень, дельтовидные мышцы. Под подушечками пальцев я чувствовала ритмичную, дикую пульсацию его крови.

Его огромные ладони лежали на моей талии, и большие пальцы медленно, почти лениво, выводили на моей коже круги чуть выше линии бедер. Каждое прикосновение было как раскалённая игла, вонзающаяся прямо в мои нервы. От него исходил жар, как от топки паровоза, и я чувствовала, как плавлюсь изнутри.

— Ади, — его голос прозвучал как низкий рычание, идущий прямо из груди, что была в сантиметрах от моей.

Одной рукой он провёл от моей талии вверх по позвоночнику, заставив меня непроизвольно выгнуться и издать тихий, сдавленный стон. Другой рукой он погрузил пальцы в мои волосы, отклонив мою голову назад.

— Да… — только и смогла выдохнуть я.

Его губы нашли мои.

Мгновение.

И я почувствовала вкус Варрака.

Дымный, терпкий, совершенно чужой и до головокружения желанный.

Я тоже безотчётно вцепилась пальцами в его коротко остриженные волосы, прижимаясь к нему всем телом.

Как же это было горячо.

Как же хорошо.

Будто после долгого пути вернулась домой. Будто оголодавшему дали кусок хлеба. Будто перешла пустыню. Переплыла океан.

Свет замигал, домашняя кассета Варрака, очевидно, тут же оказалась переполненной.

Нашими чувствами. Нашими эмоциями.

Варрак с усилием отстранился.

— Аделина…

— Этот поцелуй меня не успокоил, — ответила я, тяжело дыша.

Он не утолил жажду. Он подлил масла в огонь.

Его руки скользнули ниже, обхватив меня за бедра и прижимая ещё сильнее к себе, и я почувствовала твёрдый, мощный бугор возбуждения, упирающийся в самое сокровенное место между моих ног.

От этого прикосновения, даже через слои ткани, по моему телу пробежала судорожная волна сладкой боли, заставившая меня содрогнуться и издать ещё один стон, на этот раз громче.

Стыдно.

Его дыхание было тяжёлым, почти хрипящим. Его губы переместились ниже, к моей шее, оставляя на коже влажный, горячий след. Он прикусил нежную кожу у ключицы, и я вскрикнула — не от боли, а от шквала ощущений, который это вызвало.

Мои собственные руки сползли с его плеч на грудь, ладони скользили по рельефному, горячему прессу, чувствуя, как каждый мускул напрягается под моим прикосновением.

— Варрак... — мой собственный голос был мне больше не знаком, хриплый, полный отчаянной, унизительной нужды.

В ответ он лишь глухо зарычал.

— Аделина, — его голос прорвался сквозь стиснутые зубы, хриплый и срывающийся. — Я хочу тебя до безумия.

Я закусила губу.

— Я хочу слышать, как ты кричишь моё имя. Хочу чувствовать, как ты дрожишь подо мной. Хочу видеть следы моих зубов на твоей коже и знать, что это — моё. Только моё.

Его взгляд, тяжёлый и горячий скользнул по моим распущенным волосам, покрасневшим губам, по груди, вздымающейся в такт его собственному дыханию.

— К такому ты, возможно, не готова. Поэтому я дам тебе только один шанс уйти. Сейчас. Если ты уйдёшь к себе в комнату, я туда не войду.

Он словно выбросил спасательный круг в бушующее море моих чувств. И этот жест, эта попытка быть джентльменом в самый разгар дикого Зова, переломила что-то во мне.

Я должна была отстраниться.

А потому я медленно, очень медленно опустила руки. Мои пальцы дрожали. Всё тело дрожало. Я оторвалась от его груди, от этого источника всепоглощающего жара, и попыталась встать.

Это было неуклюже. Унизительно неуклюже.

Ноги, затекшие от того, как я сидела на его коленях, подкосились. Я едва не рухнула обратно, но успела схватиться за край стола.

Пальцы скользнули по полированному дереву. Я не смотрела на него. Не могла.

Если бы я увидела его взгляд сейчас — полный дикой надежды и готовности отпустить, — я бы, наверное, осталась.

Когда бежала к лестнице, спиной я чувствовала его тяжелый, прерывистый взгляд, будто физическое прикосновение.

Дверь в мою комнату показалась спасением. Я шагнула за нее, захлопнула и прислонилась спиной к прохладному дереву, закрыв глаза. Сердце колотилось где-то в горле, отдаваясь глухим стуком в висках.

В зеркале раскрасневшееся лицо, расширенные зрачки, на ключице тёплое, дерзкое эхо его поцелуя. Мысли рванулись в разные стороны: папа, Элрик, завод, бомбы… и его руки. Его “моя”.

Что я делаю? Что я сейчас сделала?

Я прошла в помывочную, не включая света, и повернула кран. Вода с грохотом хлынула в ванну. Пока она набиралась, я смотрела на свое отражение в темном окне — растрепанная, с распухшими от поцелуев губами, с лихорадочным блеском в глазах.

Это не я.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я разделась, сбрасывая платье, будто оно горело. Залезла в воду. Горячая, почти обжигающая влага обволокла кожу, но не смогла прогнать внутренний жар, тот, что разжег он. Я погрузилась с головой, пытаясь смыть с себя его запах — дымный, терпкий, въевшийся в кожу. Но он был везде. В легких. В мозгу.

Я думала. Думала, думала, пока голова не пошла кругом.

Гр'Кара'Та. Зов. Магия.

Но было ли это просто магией? Древним колдовством, которое лишало воли? Или оно лишь срывало покровы, обнажая то, что было скрыто все эти недели?

Его властную заботу. Моё непослушание, которое искало его одержимости. Нашу общую, жгучую тягу, которую мы так отчаянно пытались игнорировать.

Я провела рукой по своему телу. Провела пальцами по шее — медленно, как он — и из груди вырвался тихий, беспомощный звук. Ладонь скользнула ниже — по груди. По животу, где все еще горели отпечатки его больших пальцев. По бедрам, сведенным судорогой желания.

Резкий, сладкий спазм пронзил меня, и я закусила губу, чтобы не застонать. Нет. Это было не колдовство. Это была я.

Та самая Аделина, которая бросала вызов орку-магнату, которая чинила механизмы под взглядами других инженеров. Та, что всегда хотела доказать, что она лучше.

И сейчас я хотела его.

Не потому, что так велела магия, а потому, что он — Варрак Шторн — был единственным мужчиной, который видел во мне равную.

И единственным, чье прикосновение сводило с ума.

Мысль оформилась внезапно, кристально ясная.

Кусая губы, я резко вышла из остывшей воды, не вытираясь. Капли стекали по коже.

Но если задержусь хоть на мгновение – передумаю.

Я не надела ночную рубашку. Просто накинула шелковый халат, что висел на дверце и вышла из комнаты.

Коридор был пуст и тих. Сердце колотилось.

Я подошла к его спальне. Дверь была приоткрыта, из щели лился тусклый свет. Я толкнула ее.

Он стоял у окна, спиной ко мне, без кителя, в одной расстегнутой рубашке. Плечи были напряжены, кулаки сжаты. Он услышал меня, но не обернулся.

— Я сказал, что не войду, — его голос прозвучал глухо. — И я сдержу слово.

— Я знаю, — прошептала я, и голос не дрогнул. — Поэтому вошла я.

Он медленно повернулся. Его взгляд, черный и горящий, скользнул по моей фигуре, по мокрым волосам, по халату, под которым не было ничего.

— Ты уверена? — спросил тихо.

— Да, — ответила. — Думать будем потом…

Он прикрыл глаза, будто взвешивал последнюю грань, и когда открыл, в них полыхнул тот самый ровный, спокойный огонь, от которого у меня подгибались колени.

— Иди сюда, Ади, — сказал он низко.

Я закрыла за собой дверь.

Глава 29. С этой ночи. И до последнего вздоха

Я сделала шаг к Варраку. Мне вдруг стало страшно.

Может, убежать пока не поздно?

Варрак не двинулся с места, и это обнадёживало. Он лишь проследил за мной горящим взглядом.

И я приблизилась.

Его пальцы нежно скользнули по моим плечам, освобождая меня от шёлка. Я сглотнула, когда почувствовала, прохладный воздух комнаты, остужающий капельки воды на моей коже. И его взгляд, медленно скользящий по каждому моему изгибу.

— Моя женщина, — прохрипел он, и в его голосе не осталось ничего, кроме чистого, необузданного инстинкта.

В следующее мгновение мир перевернулся, потому что Варрак взял меня на руки и уложил в кровать.

В широкую, устойчивую деревянную кровать с резными столбиками и чёрными шёлковыми простынями.

Я не успела вскрикнуть, не успела испугаться.

Он отстранился, чтобы снять с себя одежду, и теперь уже я жадно следила за каждым его движением. За каждым мускулом, что двигался под его кожей.

Стыдно. Страшно. И горячо.

Долго разглядывать себя он мне не дал. Сначала наклонился и поцеловал грудь.

— Нет-нет-нет…

— Не нравится? — спросил он, отстраняясь.

Я замотала головой.

Он нахмурился, не понимая. А я сама себя не понимала! Мне было до ужаса приятно. Мне нравилось! Но между тем и было очень стыдно, так стыдно, что я вся зажалась, скрестила руки на груди, отвернула голову, не смотря на него.

— Ади… — позвал он и нежно повернул моё лицо за подбородок. — Ты самое лучшее, что со мной случалось. Доверишься?

— Я уже здесь, — сказала я, набравшись смелости и посмотрев ему в глаза. — Просто мне страшно.

Он лёг рядом и крепко обнял меня. Его тело прижималось к моему, и я чувствовала его тепло. В этом было что-то до ужаса эротичное, ведь я касалась его грудью. И правильное, ведь мы с ним совпадали каждой впадинкой наших тел.

Его пальцы огладили мою спину.

— Ты такая красивая.

Сжали ягодицы, притягивая меня ближе к нему, заставляя почувствовать его возбуждение, упиравшееся теперь в моё бедро.

Я резко выдохнула, и он дёрнулся в такт.

А Варрак не останавливался меня. Трогал, гладил разминал, словно хотел вплавить меня в себя. Он был повсюду — его запах, его жар, его руки, заставляющие мое сердце биться в унисон с его.

Он поцеловал меня. Легко. Нежно. Дождался, пока я начну отвечать сама. Пока сама не потянусь к нему. Пока мои руки не оплетут его шею. Пока мой язык не коснётся его языка.

И я была рада тому, что он позволил мне разобраться сам. Что почувствовал мой инженерный склад души и дал возможность поэкспериментировать.

И я медленно и несмело начала своё исследование тела Варрака Шторна.

Его могучих плеч, сильных рук, его груди, живота. Потом испугалась и снова поднялась к шее. А Варрак всё сдерживался, позволял мне вести этот танец. Но когда и скользнула к его животу, не выдержав.

Его руки заковали мои запястья, прижав их к изголовью над головой. Это не было жестоко. Это было… неизбежно. Как смыкание стальных тисков. Как финальный щелчок механизма, который больше не остановить.

— Моя Ади, — прорычал он прямо мне в губы, и это был не вопрос, а констатация факта, выжженная в реальность силой его воли и древнего обряда. — С этой ночи. И до последнего вздоха.

И вот тогда уже поцеловал он меня, а не наоборот…

Не было нежностей, неторопливых ласк. Был только голодный, яростный порыв, сметающий все на своем пути. Вот такой поцелуй он мне подарил.

И я с удивлением обнаружила, что теперь на одной с ним волне. Что готова быть в этом шторме. Готова к тому. что должно случиться.

Он развёл мои ноги шире. Скользнул пальцами там. Я всхлипнула.

— Влажная. Какая же ты влажная… Я осторожно, Ади…

Один его палец оказался во мне, и я замерла, пытаясь осознать свои ощущения.

Он снова поцеловал мою грудь. Теперь мне было приятно и не страшно. Движения его языка сверху волнующе отдавались движениями его пальцев…

С удивлением я обнаружила, что с моих губ срываются стоны. Таких механизмов своего тела я ещё не знала… И не понимала, как это всё работает, но Варрак будто на скрипке играл на мне. И он был виртуозным исполнителем и композитором этой странной, волнующей симфонии.

Его пальцы были терпеливы и безжалостны одновременно. Он изучал каждую реакцию моего тела, выпивал её. Без холодного анализа, но с жарким, почти болезненным восторгом первооткрывателя.

Своими пальцами он нашел ритм, который заставил моё дыхание спотыкаться. Внутри меня все натягивалось, как тетива, сжималось в тугой, сладкий узел. От наслаждения у меня темнело в глазах, и я понимала, что на меня надвигается что-то…

— Варрак… — его имя сорвалось с моих губ хриплым, чужим шёпотом.

И я выгнулась, чтобы пропустить через себя всю страсть, которая будто взорвалась во мне, распространяясь по каждому нерву!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

И вот тогда он вошёл в меня. Острая, обжигающая боль смешалась с удовольствием, заставляя меня захлебнуться эмоциями. Но за болью, почти мгновенно, пришло нечто иное. Чудовищное, всепоглощающее чувство наполненности. Единства. Слияния.

Он двигался в ритме Гр'Кара'Та — диком, первозданном, не оставляющем места ни для чего, кроме ощущений. Мои стоны терялись в его плече, куда я впивалась зубами. Его низкое, хриплое рычание было единственной музыкой в этой ночи.

Вскоре я уже отвечала ему — встречная ярость, встречное безумие. Я обвивала его ногами, притягивая глубже, царапала спину, требуя больше, быстрее, сильнее. Стыд сгорел в этом пламени, оставив лишь чистое, животное откровение.

Это было жестоко. Прямо. Первобытно. Откровенно. Честно. Это было самое честное, что случалось со мной за всю мою жизнь.

После первого раза я думала, что сильнее ощущений не бывает. Как же я ошибалась.

Когда вторая волна снова накрыла меня, смывая последние обломки разума, я не вскрикнула. Я просто прошептала его имя, снова, задохнувшись, будто это было единственное слово, которое я знала. И его ответный рык, когда он последовал за мной, отозвался внутри меня удовлетворением. Диким. Усталым. Всеобъемлющим.

Я с удивлением обнаружила, что за окном светло и Гр’Кара’Та давно закончилась…

Тишина, наступившая в этот момент, была оглушительной. Он не отпускал меня, все еще тяжело дыша, его тело, покрытое испариной, прижимало меня к простыням. В комнате мигал перегруженный искролит, отбрасывая на стены безумные тени.

Я лежала, глядя в потолок, чувствуя, как боль и наслаждение сплетаются в странный, новый узор на моей коже и глубоко внутри. Никогда еще я не чувствовала себя такой… разобранной. Словно все мои кусочки Варрак только что раскрутил, разложив на столе. И никогда ещё я не чувствовала себя такой целой.

— Гр’Кара’Та кончилась, — сказала я тихо, стараясь прояснить это в своей голове.

— Три удара назад, Ади, где-то на твоём втором оргазме, — усмехнулся Варрак.

Я засмущалась и закрыла лицо руками…

Варрак поцеловал мои пальцы.

— Я хочу так до конца жизни, дорогая помощница.

Он убрал мои руки, и мы посмотрели друг на друга.

— Станешь моей женой?

__________________

Какая же пааааара чудесная у нас получилась!..

Глава 30. Сердце Искрограда

В большом, светлом зале нашей усадьбы на Верхнем кольце царил веселый хаос. Не гул станков, а звонкий смех и азартные возгласы. Пятнадцать пар детских глаз, сияющих от возбуждения, были прикованы к разобранным на столе хрономатриксам-мини.

— Внимание на мои руки! — скомандовала я, подняв инструмент. — Маленькая шестерёнка не любит силу! Её нужно уговорить!

— Тётя Аделина, а у меня пружинка убежала! — пискнул рыжий гномёнок, сын нашего нового начальника цеха.

— Лови, — улыбнулась я и ловко подкинула ему запасную детальку. — Самый главный инструмент инженера не отвёртка, а голова. Думайте!

Они с азартом воззрились на мою руку с молоточком.

Бам!

Дети начали собирать хрономатриксы.

А я услышала, как за дверью раздались тяжёлые, знакомые шаги. Дети даже не обернулись — слишком увлечены были гонкой.

В дверном проёме возник Варрак. Он подмигнул мне и снял дорожное пальто, и в его взгляде, скользнувшем по комнате, по мне, по ребятишкам, по разбросанным деталям, не было ни капли привычной суровости. Только глубокое, спокойное удовлетворение.

Он молча наблюдал, как я помогаю маленькой эльфийке вставить детальку на место. Как ученики из приюта и дети рабочих “Ядра” соревнуются в скоростной сборке механизмов.

С недавних пор я тренирую их почти каждый день.

В городе вообще много чего поменялось.

Ладка возглавила Учётно-контрольный отдел “Шторн ИскраЯдро”, благодаря её криминальному опыту она находила воришек только так! Я даже думаю, может её пристроить в Совет? Дети её сестры поступили в подготовительный класс при заводской школе: один в хронометристы, вторая — в литейку.

Тик тоже внезапно нашёл время на личное, его девушкой стала Марьяна, мастер второго литейного участка. Высокая полкуровка с эльфийскими корнями, и я подозреваю, без серен там не обошлось, потому что мало того, что она выше Тика в два раза, так она ещё и громче его, но поёт она очень красиво. Они самая необычная пара, которую я знаю.

— И… готово! — хором прокричали два мальчика, поднимая вверх собранные хрономатриксы.

Это был шумный восторг! Вручив мальчишкам приз, я похлопала по плечу тех, кто не успел собрать хрономатрикс первым.

— А теперь, — подняла я голос, — всем спасибо! Альберт ждёт вас на кухне с горячим шоколадом и кренделями! И завтра — новый урок. Будем разбирать паровую форсунку!

С топотом и смехом детвора умчалась, оставив после себя тишину и лёгкий запах металла и машинного масла. Я начала собирать инструменты.

Варрак подошёл, взял с моего стола забытую кем-то пружинку и аккуратно положил её в коробку.

— Завтра в третьем цеху тебя ждут, — сказал он тихо. — Мастер-класс по диагностике подшипников для новичков. Записалось тридцать сотрудников. Говорят, только миссис Инженер может объяснить так, чтобы даже гоблин-грузчик понял.

— Так и быть, — вздохнула я с преувеличенной усталостью, хотя сердце пело, я обожала учить!

Он обнял меня за плечи, и я прижалась спиной к его твёрдой, надёжной груди. Из окна был виден Искроград — наш город. Не дымящийся, задыхающийся монстр, а живой, ровно пульсирующий организм.

— Пришло сегодня донесение от городской стражи, — сказал Варрак, его голос был ровным и деловым, но в нём слышалось глубокое удовлетворение. — Все подручные Элрика, кто участвовал в подлоге кассет и закладке взрывчатки, дали показания. Следствие закрыто.

— А он сам? — спросила я, уже догадываясь, какой будет ответ, но желая его услышать, чтобы поставить жирную точку.

— Пригородный Латунник номер семь. Надолго. Очень надолго. И ещё одна хорошая новость — всё его состояние конфисковано в городскую казну.

— Здорово! — я повернулась к мужу, размышляя, как мы можем теперь реализовать громадный особняк и другую недвижимость Элрика. Один большой дом точно отдадим под нужды детей!

Почему мы?

Совет в Искрограде теперь преобразовался. Вместо семи бессменных лордов у нас избираемая коллегия из представителей всех колец и гильдий. Первые выборы через луну. Варрак ещё не согласился участвовать, но его кандидатуру уже выдвинули и поддерживают. Так что мы точно проследим, чтобы деньги никто не растащил. Всё до последнего талира будет работать на благо жителей города.

Жизнь в городе, кстати, налаживалась с огромной скоростью благодаря железной воле Варрака, очистившего городские системы от гнили. И благодаря нашим общим решениям — моим идеям по оптимизации сети, его ресурсам для их воплощения.

Мы были счастливы. Не в сказочном, безоблачном смысле. А так, как могут быть счастливы два сильных, упрямых существа, нашедших в другом не слабость, а опору. Не тихую гавань, а соратника в буре. Он — моя непоколебимая скала. Я — его чуткий камертон.

— А дети сегодня собрали хрономатрикс быстрее, чем Тик, — с гордостью сказала я, меняя тему на столь же важную.

Варрак рассмеялся — низко, глухо, по-оркски. Звук, от которого мне становилось тепло даже в самый холодный вечер.

— Тогда завтра утром, прежде чем ехать на мастер-класс, загляни в сейф. Там для тебя кое-что лежит. Новые чертежи. Одна безумная идея по стабилизации магистралей…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Мой инженерный дух встрепенулся.

— Опять усовершенствования? Варрак, мы только всё наладили!

Но глаза у меня уже горели.

— Ади, не понимаю… Ты… и не хочешь браться за новое усовершенствование? — он приподнял бровь, и в его взгляде вспыхнул тот самый вызов, который я обожала. — Главный инженер “Шторн ИскраЯдро” боится сложной задачи? Мою жену подменили?

Я встала на цыпочки и поцеловала его в упрямый, твёрдый уголок губ.

— Вообще-то да, главный инженер боится.

Варрак посмотрел на меня серьёзно, а я не знала, как ему сообщить.

— Боишься, что мы вечно будем всё улучшать? — серьёзно спросил он, хмурясь.

— Нет… — я опустила взгляд. — У нас кое-какой внезапный проект надвигается.

— Что за проект? — спросил Варрак, напряжённо вглядываясь в мои глаза.

— Очень серьёзный, масштабный, большой. Он поменяет нашу жизнь.

Несколько мгновений Варрак стоял напряжённый, а потом широко улыбнулся.

— Ты беременна, Ади?

Я улыбнулась в ответ.

— Как ты догадался, Варрак Шторн?!

Улыбка спала с его лица.

— Серьёзно? У нас будет ребёнок? — переспросил он меня.

И я засмеялась.

Через девять лун случился обряд ещё более таинственный и сложный чем Гр’Кара’Та, и у нас появился симпатичный мальчик полукровка. А ещё через три года — девочка. Варрак души не чает в детях. И они действительно стали для меня самыми важными “проектами”.

Теперь каждое утро у нас начинается с большого и шумного завтрака! Днём мы с Варраком работаем на благо Искрограда, а вечером вместе возвращаемся в дом, где на стенах висят не портреты лордов, а чертежи самых удачных изобретений нашей семьи, вставленные в рамки.

И иногда перед сном мы вдвоём выходим на наш балкон, и под ровный гул довольного города стоим, обнявшись — орк-магнат и его истинная помощница.

Тогда я неизменно прислушиваюсь и неизменно понимаю, что сердце Искрограда бьётся ровно. И пока моя ладошка покоиться в огромной руке моего мужа, всё работает, как должно.

Даже его хрономатрикс перестал тормозить!..

_________________________

Дорогие читатели!

Благодарю, что были рядом и поддерживали историю комментариями и лайками/звёздочками! Это очень ценно для меня.

Если у вас есть настроение на первобытных горячих орков, то приглашаю в “Травницу для орка”.

Если хотите почитать про начальника(ов)) и подчинёную, то приглашаю в “Ассистентку для звёздных боссов”

Через две недели вас ждёт новая история про… ай не буду раскрывать секрет, скажу одно: девушку в жуткой беде спасёт настоящий мужчина. В сущности, какая разница, будет это в космосе, королевстве или латунном городе?

Но я бы хотела знать ваше мнение, в какое измерение нам с вами отправиться в следующей книге?

Шлю Вам лучи любви!

Ваша Ева Мир

6.12.2025

Конец