Распорядительница наказаний. Серия: Наказание страпоном Часть 4

— Ю, представляешь ко мне ещё один мой бывший попал,  — сказала Лина. И тоже козел.

— Интересно, сколько их y тебя всего было что уже целых два к тебе попало,  — улыбнулась Юля.

— Нет, с этим я не... вернее я с ним спала, но там было другое.

— Что "другое"?  — не поняла Юля.

— Ну, он был моим препом и в общем... ну короче он заставил меня. 3а оценку.

— Ни хрена себе,  — сказала Юля. Ну поздравляю.

— Ю, ты это... короче я вот что придумала. Он меня ещё не видел и не знает кто я. Я хочу сделать ему сюрприз. Давай ты пойди, поговори с ним, расслабь его немного. Насчет того что он там натворил — скажи точно не знаешь, но думаешь что поругают и отпустят. А потом скажи y нас тут есть такая Лина Синицина, она в вашем институте училась. Ну и скажи — Лина как раз Вашим делом занимается, так что мол пусть не парится, просто дружеский разговор.

— Хорошо,  — засмеялась Юля. Подготовлю его к сюрпризу. Ох, и стерва ты, Лис!  — одобрительно добавила она.

Лина довольно улыбнулась.

Через полчаса, Сергей Сергеевич, молодой, красивый, самоуверенный сидел в кабинете Лины напротив неё.

— Ну и как, Линочка, Вы справляетесь? Кстати, что именно Вы делаете? Какая-то канцелярская работа, я так понял?

— Справляюсь, но трудно — отвечая на первый вопрос сказала Лина. Руки очень устают.

— Вот как?  — удивился Сергей Сергеевич. От чего?

— От порки,  — вздохнула Лина. Целый день порю всяких мудаков. Вот и Вас сейчас буду пороть...  — она вздохнула.

— Ва... пор...  — Сергей Сергеевич потерял дар речи.

— Ну да пороть,  — продолжала как ни в чем не бывало Лина. Я ведь забыла Вам сказать, я теперь Распорядительница Наказаний. Вы ведь, помниться, сами мне про них рассказывали по секрету. А вот теперь это она самая я и есть.  — сказала Лина, не совсем уверенная, что последняя фраза была грамматически правильной.

— Лина, я... я...

— Обращайтесь ко мне "Госпожа",  — сказала Лина.  — Вы ведь теперь — на-ка-зу-е-мый — она проговорила это слово по слогам, кокетливо улыбаясь.  — А помните как Вы грозили поставить мне двойку если я с Вами в постель не лягу?  — сказала она таким тоном словно речь шла о чем то очень веселом. Помните, я ещё плакала?

— Линочка...

— Госпожа,  — терпеливо поправила Лина.  — Вы можете говорить, но одновременно раздевайтесь. Порка то Вам предстоит ого-го, а я вечером иду на концерт. Надо успеть.

Сергей Сергеевич вдруг заплакал и встал на колени.

— Линочка...

— Госпожа,  — настойчиво поправила Лина. Ещё раз назовете меня Линочкой, буду бить кнутом. Вообще, Сергей Сергеевич, лучше помолчите, а то я начинаю сердиться, а это может для Вас кончится очень печально. Все, рот на замок. И разденьтесь, наконец.

Лина, откинувшись в офисном кресле, положив свои стройные ножки, обутые в изящные белые сапожки на письменный стол молча наблюдала как побелевший от страха Сергей Сергеевич медленно снимает с себя одежды. Она не торопила его, наслаждаясь его растерянностью 

и страхом. Наконец Сергей Сергеевич разделся и встал перед Лининым столом, прикрывая свой орган руками.

— Руки по швам,  — сказала Лина. Сергей повиновался.

Лина достала из сумочки бесцветный лак и принялась медленно покрывать им ногти.

— Очень скоро,  — медленно проговорила она, разглядывая результат своих усилий,  — ты из мужчины превратишься в жалкое запуганное нечто, ждущее моей команды. Bce свои дни ты будешь проводить в маленькой клетке трясясь от страха что я приду за тобой. A когда я приду ты будешь писаться и скулить от страха не зная что тебе предстоит. Ты будешь просить позволения вылизать мне сапоги... и плакать от счастья когда я буду это позволять...

Она взглянула не Сергея и, увидев выражение его лица — вернее маски ужаса в которое превратилось лицо,  — довольно засмеялась.

— Ладно, довольно лирики,  — сказала она.  — Подай мне плеть.

•  •  •

Было лето. Юля Аня и Лина в легких платьях сидели в уличном кафе.

— Девушки, a не хотите ли поехать поужинать одно славное место?  — обратился к ним высокий, хорошо одетый парень.  — Вкусную еду и хорошую музыку гарантирую. Никаких обязательств c вашей стороны.

Аня смерила парня почти одобрительным взглядом.

— Нагловат, но не хам,  — сказала она, обращаясь к Юле.

— Мне кажется ты делаешь поспешные выводы,  — сказала Юля. A вдруг он завезет трех невинных девушек в лес, и там, например, изнасилует в извращенной форме. Или, например, разденет и заставит собирать грибы, a сам будет...  — она сделала недвусмысленный жест вверх-вниз кулачком. Ужас!

Такой прием, казалось смутил парня, но он c надеждой глядел на Аню.

— Слушайте, э... Bac, наверное, Шурик зовут?  — спросила Лина

— Нет, Анатолий.

— A мне больше нравится Шурик,  — заявила Лина.  — Или Шарик. Давай сделаем его Шариком?  — весело предложила она, обращаясь к Юле.

— Давай,  — засмеялась Юля.  — Гав! Гав!

— 3нaeтe, девочки, я пожалуй пойду.  — нахмурившись, сказал Анатолий. Я вижу вам тут и без меня весело.

— Как хотите,  — сказала Аня.  — Секундочку,  — она открыла маленькую красную сумочку. Если вдруг захотите заняться сексом, звоните, тут мой телефон.  — она подала Анатолию визитку.

— O, любовь c первого взгляда!  — засмеялась Юля.

— A что, он красавчик. Такой наивный, сладенький.  — сказала Лина. Я бы его...

— Я бы тоже занялась c ним...  — засмеявшись, сказала Юля.

Анатолий был в замешательстве.

— Вообще-то я не против,  — сказал он. Вот только...

— Слышишь, Ю, он не против!  — засмеялась Лина. Боже, какое счастье!  — она театрально сложила руки подняв глаза к небу.

— Hy то есть,  — смутился Анатолий.  — Вы все три так прекрасны...

— Шурик, я боюсь что нас троих сразу Вам не вынести.  — сказала Юля, положив руку на локоть Анатолия. Так что мой Вам совет — ступайте и продолжайте наслаждаться жизнью без нас. Так будет лучше, поверьте.

— Ю, a что ты за всех решаешь,  — возмутилась Аня. У нас, по-моему, демократия.

Юла и Аня повернулись к Лине.

— Лис?  — спросила Юля.

— Hy... Лина была в нерешительности,  — Ю, ну раз Аня хочет тебе что, жалко?

— Ладно,  — смилостивилась Юля. Тогда так, Шурик...

— Я вообще-то Анатолий...

— He 

перебивайте даму, это неприлично... так вот, послезавтра — заметьте не завтра, a послезавтра — позвоните Ане, она даст вам адрес. Это учреждение. Ha входе скажете пароль: "Шарик пришел на тренировку".

— Лина захихикала.

— A нельзя... какой-нибудь другой пароль,  — нахмурившись спросил Анатолий.

— Нет. He хотите — не звоните. Я специально сказала "послезавтра". 3aвтpa y Bac будет целый день подумать.

— Приходите,  — сказала Аня. Я сама к Вам выйду.

— Простите, a почему в учреждении?  — спросил Анатолий.

— Нам так удобнее,  — ответила Аня. Мы живем в разных концах города, вместе мы только на работе. He беспокойтесь y нас там комната отдыха c сауной, баром и всеми делами. Мы все три — важные птицы, так что все будет в лучшем виде.

— Мы тигрицы, a не птицы,  — сказала Лина.

— Тигрицы.  — согласилась Юлия.  — Так что если Вам не страшно войти в клетку c тремя тигрицами — приходите.

— Обязательно приду.  — сказал Анатолий.

— Пиздюлей вагон найду — хихикнула Лина.

— Тихо,  — цыкнула на нее Аня. И, обернувшись к Анатолию, сказала.  — Приходите, будем ждать. Мне будет очень приятно.

Аня встретила Анатолия y входа и провела наверх.

— Давайте зайдем на минуту в мой кабинет,  — сказала она. Я хочу Вам кое-что показать. Они зашли в кабинет и Аня молча указала Анатолию на стул. Потом взяла co стола официальную бумагу c золотыми разводами и подала Анатолию.

— Читайте,  — казала Аня. Анатолий послушно взял бумагу и стал читать.  — "Именем Eё Величества Султана Высокой Порты гражданке Московии Благородной Даме Поляковой Анне Сергеевне выдана Eё Величества 3oлoтaя Печать..."

— Ладно, так слишком долго,  — перебила Аня. Читайте сразу третий параграф.

— "... Распорядительница наказаний единолично и без всяких ограничений определят характер, тяжесть и продолжительность наказаний" — прочитал Анатолий.

— Благородная Дама Полякова Анна Сергеевна — это я.  — сказала Аня.  — Так что Вы — заметьте, по собственной воле — попали в лапы к тигрице... да не пугайтесь Вы так!  — засмеялась Аня.  — Я c Вами немного поиграю и отпущу. Если, конечно Вы будете во вcём меня слушаться.

— A... что...  — Анатолий сглотнул — Как к Вам обращаться? Простите.

— Просто Госпожа.  — сказала Аня.  — Вот что. Давайте ка раздевайтесь и наденьте вот это — она достала из ящика письменного стола толстый кожаный ошейник c цепочкой. Анатолий в ступоре смотрел на ошейник не в силах осмыслить ситуацию. Аня подождала несколько секунд, потом поднялась, и обойдя вокруг стола встала рядом co стулом Анатолия. Eё рука бесцеремонно схватила Анатолия за волосы. Руки Анатолия инстинктивно дернулись к eё руке, но замерли. Другая рука Ани дала Анатолию легкую пощечину, a затем, уперевшись в подбородок, подняла лицо вверх.

— Вы хотите остаться здесь надолго?  — почти ласково спросила Аня, глядя ему в глаза.

— Нет,  — отводя глаза пробормотал Анатолий.

— He слышу!  — сказала Аня. Смотреть Распорядительнице в глаза! Анатолий c усилием заставил себя посмотреть в насмешливые глаза Ани.  — Нет, не хочу,  — уже громче сказал он.

Аня вернулась за стол и достала из другого ящика стола песочные часы. Перевернула их и поставила на стол.

— 

Минута на раздевание,  — сказала она.

Анатолий вскочил со стула и стал лихорадочно раздеваться.

— Не успеешь — пеняй на себя — предупредила его Аня.

Анатолий почти успел под конец завозившись с ошейником.

— Ладно, прощаю,  — сказала Аня.  — Подай.

Анатолий не сразу сообразил что она имеет в виду и очень испугался когда она нахмурилась, но наконец догадался и спеша подал Ане конец цепочки прикрепленной к ошейнику. На конце цепочки была кожаная петля, в которую привычно скользнула ручка Ани.

Лина позвонила Юле.

— Ю, там Шарик пришел на тренировку.

— Шарик? ... а, Шарик! Так мне прийти? Прямо сейчас? Ладно, иду.

Когда Юля вошла в Комнату Отдыха, Анатолий уже лежал голый на полу а над ним расставив ноги в красных ботфортах стояла Аня. В руке она держала красную кожаную плеть с толстой рукояткой. На руках у Ани были короткие красные перчатки. Красный цвет прекрасно сочетался с её гладкой светлой кожей. Другой одежды на Ане не было.

Аня явно успела "поработать" с Анатолием, поскольку на его теле было несколько кровоточащих полос, оставленных плетью.

Лина, несколько поодаль, стягивала с себя платье и колготки. Закончив, она осталась в коротких белых сапожках и белых кожаных перчатках. Лина подошла и они вместе с Юлей стали наблюдать за экзекуцией. Великолепное тело Ани двигалось будто в танце. Рука в перчатке заносила плетку, тело Ани красиво выгибалось, рука резко опускалась и плеть впивалась в тело Анатолия.

— Аааа!  — кричал Анатолий.  — Не надо, пожалуйста!

— Я смотрю у вас тут уже секс в полном разгаре, сказала Юля.

— Он сам попросил,  — извиняющимся голосом сказала Аня. Сказал что хочет только со мной. Вот я и не стала вас ждать.

— Да ладно, Няша, мы не в претензии, правда, Лис?

— Не в претензии, вздохнула Лина. Я, правда, хотела сама его сломать. Он такой сладкий.

— Ань ты отняла у ребенка игрушку. Она сейчас заплачет.

— Ну девочки,  — примирительно сказала Аня. Ну он же сам... А давайте в Треугольник? А?

— Да, в Треугольник я хочу,  — сказала Лина.  — Ю, тебе плетку или хлыст?

— Давайте у всех троих будут плетки,  — сказала Юля. Так будет демократично.  — Она быстро разделась, оставшись в черных высоких сапогах и черных перчатках. Лина принесла две плетки — черную и белую. Черную она подала Юле.

— Подай,  — сказала Аня. Анатолий поспешно протянул ей конец поводка с петлей.  — На колени, смотреть мне в глаза,  — скомандовала Аня. Анатолий повиновался со страхом глядя в глаза своей новой хозяйке.

— Правила игры простые — не спеша объясняла Аня. Подаешь поводок той, которой прикажут. Ты — вещь той, которая держит поводок. Когда она даст команду перейти к другой Богине, бежишь на коленях к кому приказано. И так пока нам не надоест. Юля — в черном, Лина в белом, так что не перепутаешь. Итак...  — Аня сделала паузу, глядя на подруг — к Лине!  — скомандовала она и выпустила поводок из руки. Анатолией быстро подхватил поводок и неуклюже побежал на коленях к Лине, протягивая ей кожаную петлю.

Лина, не 

спеша надев петлю на руку с улыбкой разглядывала на Анатолия. Её правая рука поигрывала плеткой.

— Морду в пол,  — приказала Лина.

— Это значит стоя на коленях упереть нос в пол,  — пояснила Аня. Анатолий повиновался.

Лина слегка отступила, так что цепочка ошейника слегка натянулась и несколько раз сильно ударила плетью по согнутой спине.

— Ааа!  — Анатлий застонал от боли, задергался, но не остался в позе, боясь рассердить свою юную мучительницу.

Выше зад!  — командовала Лина.  — Не шевелиться!  — Она продолжала бить Анатолия по спине.

Потом, остановившись, приказала:  — Теперь лижи!  — и дернула за поводок. Повинуясь поводку, Анатолий приблизился к Лине в нерешительности глядя на её аккуратный маленький пупок. Он старался не глядеть на её лобок и маленькие круглые грудки, соски которых в предвкушении удовольствия слегка увеличились. Лина слегка расставила ноги, улыбаясь.

— Ты хотел секса со всеми троими?  — сказала она — Ты его получишь. Быстро!  — Лина, успевшая намотать цепочку на руку резко дернула её, подставляя лобок. Анатолий приник к её лобку вылизывая Линину киску, стараясь касаться языком её клитора. Лина начала часто дышать, её прелестные ягодицы напряглись, бедра непроизвольно задвигались. Она сладко застонала, продолжая прижимать голову Анатолия обеими руками к своей промежности. Вскоре она кончила.

— К Юле,  — скомандовала Лина, бросая поводок.

Анатолий побежал на коленях к Юле так же как он до этого бежал к Лине. Юля взяла поводок и приказала ему лечь на пол лицом вниз. Не торопясь подойдя к Анатолию, она приказала ему вытянуть руки положив их ладонями вниз и растопырить пальцы.  — Не шевелиться! Пальцы не прятать,  — приказала она. После этого она не спеша принялась отдавливать острым каблучком палец за пальцем, ставя каблук на палец и медленно перенося вес тела на каблук. Когда каблук соскальзывал она повторяла процедуру снова и снова пока ей не удавалось надавить на палец так, что из-под ногтя начинала сочиться кровь. Когда Юля отдавила все десять пальцев и пошла по второму кругу Анатолий сталь сильно кричать и просить пощады.

— Ладно, пощажу, если будешь хорошо лизать,  — сказала Юлия.

Анатолий встал на коленях перед Юлей и потянулся языком к её лобку, но Юля остановила его.

— Стой,  — сказала она. Дай сюда руки. И она протянула ладони в перчатках. Боясь ослушаться, Анатолий вложил в них свои кровоточащие пальцы. Юлия сильно сжала пальцы, от чего Анатолий громко вскрикнул и инстинктивно попытался вырвать руки. Но Юлия держала крепко.

— А теперь лижи, приказала она. Анатолий принялся лизать но боль в пальцах отвлекала его. Юля, казалось, была недовольна его усилиями.

— Плохо стараешься,  — сказала Юля. На пол!  — она ударила коленом в подбородок Анатолия, опрокинув его на пол.

— Лег так как раньше!  — скомандовала Юлия и истязание продолжилось.

— Ну что, дать тебе ещё один шанс?  — через некоторое время спросила Юлия.

— Да, умоляю, пожалуйста, я буду очень-очень стараться!

Во второй раз, превозмогая дикую боль в пальцах, сжимаемых изящными Юлиными ручками Антолий сумел удовлетворить Юлию, которая довольно быстро кончила.

— К Ане,  — 

скомандовала она.

— Целуй мне попку,  — приказала Аня, когда он поводок вернулся в её руку.  — Целуй и признавайся мне в любви.

Аня перешагнула через поводок так что цепочка оказалась у нее между ног. Анатолий, стоя на коленях сзади целовал её ягодицы.  — Я люблю Вас, Госпожа!  — тихо повторял он. Вы так прекрасны! Я так хочу Вас!

— А что, неплохо,  — обращаясь к подругам прокомментировала Аня. Простенько, и баз затей, но все равно приятно.

Да ты сама к нему неровно дышишь,  — сказала Лина.  — Когда Юлька его топтала, тебе было его жалко, я заметила.

— А что, мне нельзя иметь любимцев?  — сказала Аня и слегка потянула за цепочку, притягивая Анатолия к своей попке, так что его нос и губы оказались у нее между ягодиц. При этом цепочка натянулась и слегка раздвинула её влагалище. Поняв чего хочет хозяйка Анатолий принялся вылизывать Анин анус. Ане, похоже, это очень нравилось, и она, поощряя его усилия, шевелила попкой.

— А вот возьму и оставляю его себе,  — сказала Аня. Анатолий замер, но ещё один рывок за ошейник вернул его к его занятию.  — А что?

— А дай ка я ему ещё раз пальцы потопчу?  — подтрунивая над подругой сказала Юля. Отправь его ко мне!

— Фиг тебе!  — сказала Аня, продолжая двигать попкой. Лис, и ты не отправляй, слышишь?

— Ладно,  — с невинной улыбкой ответила Лина. Тогда я сама на нем попрыгаю, можно?

Иди ты в баню,  — сказала Аня. Обе идите в баню.

— А что, это идея,  — сказала Юля. Пошли в сауну, Лис?

— Пошли,  — вздохнула Лина.  — Оставим её наедине с её Ромео.

Девушки ушли.

— А знаешь, пойдем на кровать,  — сказала Аня. Заодно я тебе дам обезболивающее от пальцев.

— Да, Госпожа,  — сказал Анатолий, удивившись её тону.

Юля с Линой уже давно вышли из сауны а Аня все ещё лежала на кровати с Анатолием, голова которого находилась между её ног. Пальцы Анатолия были старательно забинтованы. Аня сладко постанывала. Она уже успела один раз кончить и теперь Анатолий, нежно касаясь губами её гениталий медленно готовил её ко второму оргазму.

— Я хочу Вас, Госпожа,  — вдруг слазал Анатолий.

— Ладно, можешь больше не стараться,  — ласково потрепав его по загривку сказала Аня.

— Нет, я правда хочу Вас,  — сказал Анатолий. Не сейчас, а вообще.

— Что?  — Аня, подняв голову, взглянула на макушку Анатолия, словно пытаясь угадать по ней, что он имеет в виду. Она предчувствовала ответ но боялась ошибиться.

— Хочу быть Вашим любимчиком.  — все так же тихо, но уже твердо произнес Анатолий.

Аня со счастливой улыбкой откинулась на подушку.

•  •  •

— Привет, Лис,  — Аня, одетая в свою "униформу" — красные кожаная юбка, сапоги-ботфорты, перчатки и белая блузка с закатанными рукавами — заглянула в кабинет Лины. Почти мгновенно, Стасик, наказуемый Лины, до этого сидевший на стуле, без всякой видимой причины повалился на пол. Он был без сознания.

— Что это с ним?  — удивилась Аня. Лина громко захохотала.

— А я ему наплела что, мол, если увидишь Красную Анну, значит 

смерть пришла. И описала тебя,  — Лина продолжала смеяться.  — Говорю, уведет тебя в Красную Комнату куда даже мы боимся заходить, такое там твориться. Оттуда мол, ещё никто ни разу не вышел. Кроме нее. То есть кроме тебя. В смысле Красной Анны. И тут прям как по заказу — ты, вся в красном. Вот он и...  — она показала на распростертое на полу тело.

— Ну ты и стерва, Лис,  — сказала Аня.

— Вот и Ю говорит, что стерва.  — вздохнула Лина. А по поему — веселунья.

— Такие "веселуньи" как ты по ночам на метлах летают,  — сказала Аня.  — Над кладбищем. А вообще-то я пришла тебя на День Рождения пригласить. Ты в субботу сможешь?

— Конечно... ой, он сейчас очнется. Будем дальше его пугать?

— Извини, мне сейчас некогда,  — сказала Аня.  — И вообще мне не нравится что ты из меня чёрта с рогами делаешь.

— Ладно, извини, не буду больше!  — сказала Лина.  — Сейчас скажу ему что пошутила, клянусь.

Вскоре после того как Аня ушла, наказуемый очнулся. Быстро оглядевшись по сторонам и не увидев Красной Анны, он глубоко вздохнул.

— Уф, насилу тебя отстояла,  — сказала Лина. "Отдай" да "отдай". Ей, видите ли, скучно. Завтра опять придет, вот увидишь.

На дне рождения Лина была не в настроении.

— Лис, ты что?  — наконец спросила её Аня.

— Я насчет Красной Комнаты — сказала Лина.

— Да, ладно, Лис, забей, я уже все давно забыла. Вот смешная,  — сказала Аня, легонько ткнув Лину в бок.

— Нет я не про то.  — сказала Лина.

— А про что?  — не поняла Аня.

— Думаю, нам надо её сделать. Красную комнату. Для особых случаев.

— Каких "особых случаев"?

— Например когда изнасиловали дочку моей бывшей учительницы — сказала Лина.

— Охуеть,  — сказала Аня.

— Это ещё не все. Я этого урода знаю. В смысле лично. В одном дворе росли. Он старше меня на три года. Он и в детстве был уродом.

— Да, жесть,  — задумчиво сказала Аня.

— И это ещё не все,  — сказала Лина. Аня вопросительно посмотрела на нее.  — Он у меня сидит со вчерашнего дня... нет, я не...  — поспешно добавила она.  — Я даже не знала что произошло, пока его не привезли.

— Ребенок, а ты уверена...  — начала Аня.

— Уверена, он это снял на видео. И ДНК. Сомнений нет.

— Да я не об этом, я о Красной Комнате. Ты... вообще что делать то с ним собираешься?

— Есть идея, но я не уверена, что тебе стоит это знать. Твое дело будет... в общем, побыть Красной Анной.

Аня поморщилась.

— Ладно,  — сказала она.

— Войдешь вся в красном, никаких других цветов.  — сказала Лина. По легенде.

— По легенде, так по легенде.  — сказала Аня. Ладно, хватит переживать. Все, сказано — сделано. Давай лучше выпьем водки.

В понедельник Гриша, одетый, сидел у Лины в кабинете.

Видишь ли, Гриша,  — говорила Лина. Я даже не знаю как тебе это сказать... в общем тебя хочет забрать Красная Анна.

— Какая ещё Красная Анна? Я же сказал, отец уже с кем надо перетер...

— 

Мы — тайная уголовная полиция Её Величества..  — сказала Лина. С нами нельзя "перетереть".

— Да ладно!  — ухмыльнулся Гриша.

— Зайчик, нас нельзя подкупить потому что мы сами можем взять все, что нам понравилось. Машину, яхту. Без всяких "ты — мне, я — тебе". Понял?

— Да, кажется...  — уже куда менее уверенным тоном сказал Гриша.

— Моя подруга, например, увидела мужчину в кафе и ткнула пальчиком: "Хочу это". И все, взяла его себе. Водит на поводке, он ей попку целует. И заметь, при этом реально её любит. Вот это — власть! А ты: "перетереть".

Лина взглянула на часы.

— Ой, заболталась с тобой, на концерт опаздываю. Посидишь ночь у меня, утром поговорим. Не буду врать: ситуация серьезная.

— Да объясни ты толком, в чем дело,  — забеспокоился Гриша.

— Некогда, я опаздываю.  — сказала Лина и нажала кнопку под крышкой письменного стола. Вскоре вошли Катя и Нина — две Помощницы, очень крупные, рослые девушки, обязанности которых в основном сводились к присмотру за наказуемыми пока те находятся в клетках.

— Посадите рядом со Стасиком, там я видела свободную клетку.

— Какую "клетку"?! Лина, ты что, чокнулась?  — возмутился Гриша, но Лина только махнула рукой.  — Завтра, зайчик, все завтра. И, подхватив сумочку, упорхнула из кабинета.

Насколько секунд ничего не проходило. Катя и Нина словно чего-то ждали. Потом, переглянувшись, они скрутили Грише руки и ловко защелкнули их за спиной наручниками. Затем Катя твёрдой как камень рукой схватила Гришину курчавую шевелюру и бесцеремонно поволокла к двери. Гриша кричал и пытался вырываться, но Катя даже не замедлила шагов, продолжая без видимого напряжения тащить его за волосы. Нина отрыла клетку и Катя отработанным движением бросила туда Гришу, так, что он больно стукнулся подбородком о твердый пол. Нина щелкнула замком и обе ушли.

К утру Стасик, сидящий в соседней клетке, наученный Линой, в красках изложил историю про Красную Комнату. Поэтому когда Гришу привели утром к Лине, он сразу бросился на колени.

— Лина, спаси! Пожалуйста! Я всё что хочешь для тебя, только не отдавай!

— Хорошо, я подумаю как с тобой поступить. А ты пока попрыгай на одной ноге.  — сказала Лина.

— А зачем...  — начал было он, но Лина подняла на него ясный, спокойный взгляд и он мгновенно понял его значение. Это был взгляд Госпожи на принадлежавшую ей вещь, причем старую и не очень ценную. Лина молча приподняла брови, и он начал скакать на одной ноге, при этом стараясь подпрыгивать выше, чтобы не рассердить хозяйку своей судьбы.

— Кстати, разденься,  — сказала Лина.  — Продолжай прыгать и раздевайся.

Вскоре Гриша уже сидел в Комнате Наказаний. Его ноги были привязаны к вделанному в пол металлическому табурету. Руки Гриши, от локтя и ниже, были прикреплены пластиковыми скобами к толстому деревянному столу. При этом не только его локти и запястья, но и каждый палец отдельно были зафиксированы множеством маленьких пластиковых дужек так, что он не имел возможности ими пошевелить. Вошла Лина, одетая в летнее легкое полупрозрачное платье.

— На 

улице жара,  — пояснила она. Надеюсь, тебя не возбудит мой вид? Я ведь, пожалуй, старовата для тебя не так ли? Лина натянула тонкие резиновые перчатки вроде тех, которыми пользуется доктор когда экзаменует разные укромные места пациента.

— Пока остаешься у меня,  — сообщила она. Вопрос решается.

Лина поставила поверх рук Гриши пластиковую ширмочку с двумя прорезями для рук. Теперь он не мог видеть что твориться на другой половине стола. Она подняла с пола и положила на стол небольшой чемоданчик.

Значит так,  — сказала Лина, открывая чемоданчик и на спеша доставая оттуда какие-то не видные Грише предметы.

— Что это?!  — дрожащим от ужаса голосом спросил он.

— Ты и правда хочешь увидеть?  — удивилась Лина.

— Да!.. Нет! То есть...

— Это набор маленьких свёрлышек, маленькая электродрель и куча шурупчиков. Я буду сверлить твои пальцы и закручивать в них шурупчики, вот и всё.

— Неееет! Не нааадо!  — закричал Гриша. Линочка, мы же с тобой в одном дворе... Я больше не буду! Я больше не буду!

— В последнем я не сомневаюсь,  — сказала Лина.  — Особенно если попадешь к Красной Анне.  — она засмеялась.

Чрез полчаса, Лина, почти оглохшая от криков и причитаний Гриши, положила инструменты и откинулась в своем удобном кресле.

Уф, не знаю как ты, а я устала,  — сказала Лина. А мы только три шурупчика завертели. Ну что, перерыв?

— Да, пожалуйста,  — взмолился Гриша. Лина, мне так больно, пожалуйста, не надо больше...

— Ну, перерыв так перерыв,  — милостиво согласилась Лина.  — Ты, кстати, губу себе прокусил, давай кровь вытру.  — Лина достала откуда-то салфетку и, подойдя, вытерла кровь с лица Гриши.

— Тебе очень больно?  — с наигранным участием спросила она

— Да, очень, Линочка, пожалуйста, умоляю, не надо больше, я буду твоим вечным рабом, только не надо...  — он осекся, так как Лина вдруг приложила пальчик в перчатке к его губам.

— Тише, зайчик!  — сказала Лина. От твоих криков у Тети Лины уши вянут. Гриша замер. Настала долгая пауза. Гриша глядел снизу вверх на красивое лицо Лины, её красивые губы, нос и подбородок. Глаза его были наполнены слезами, взгляд был униженно-просящим. Красивая рука Лины, затянутая в тонкую резиновую перчатку медленно гладила Гришу то по одной то по другой щеке.

— Открой рот,  — наконец приказала Лина. Гриша быстро открыл рот. Пальчики Лины по хозяйски скользнули туда.

— Шире! Ещё шире!  — командовала Лина.

Гриша изо всех сил старался отрыть рот как можно шире. Пальчики Лины ещё некоторое время похозяйничали у него во рту, затем она резко отдернула руку и влепила Грише пощёчину.

— Я кому сказала шире рот, дрянь такая!

Гриша, выпучив глаза, напряг все мышцы, стараясь держать рот открытым как можно шире.

— Отныне рот всегда широко открыт.  — сказала Лина.  — Я буду использовать это как помойное ведро. Ну как там наши пальчики, отдохнули?

Гриша издал открытым ртом какой-то скуляще-просяще-воющий звук.

— Вот и прекрасно,  — сказала Лина. Мучительница не торопясь села обратно за стол и включила машинку.

— Следующий перерыв через два часа, не раньше,  — предупредила 

она. Так что наберись терпения.

•  •  •

— Так это он и есть?  — спросила Аня, по сценарию "Красная Анна", входя в комнату, где Лина наказывала Гришу.

Лина кивнула.

— Ну так что, забираю?  — спросила Анна. Она положила ладонь на загривок Гриши. Гриша вздрогнул как от сильного удара током. Он дрожал, сердце его бешено колотилось.

— Ну, не знаю...  — в нерешительности сказала Лина. Я вроде с этим — она кивнула на стол с инструментами — уже освоилась.

— Линочка, но это же не Ваш профиль,  — уговаривала Анна.  — Воришки — это одно, а тут у нас целый Насильник!  — Анна сгребла волосы Гриши на затылке и сильно дернула. А? На-Силь-ник!. Сила! Половой Гигант!  — При каждой фразе Анна дёргала головой Гриши.  — Ну, что ты пасть разинул?  — сказала она наклоняясь к нему. Будем зубы удалять?

— Анна Сергеевна, он не виноват,  — просительно проговорила Лина.  — Это я ему приказала.

— Ладно, извини,  — сказала Анна обращаясь к Грише. Молодец, слушаешься Госпожу.  — Она дала ему легкий одобрительный подзатыльник.

— Анна Сергеевна, можно он ещё у меня побудет?  — все так же просительно сказала Лина.

"Красная Анна" пожала плечами.

— Да пускай, мне не жалко. У меня предыдущий ещё жив... короче когда надоест — звони.

— Спасибо, Анна Сергеевна.

— Не за что, маханула рукой "Красная Анна", и вышла.

— До свиданья, Анна Сергеевна, произнесла Лина обращаясь к уже закрывшейся двери. Потом повернулась к Грише.

— Ну что, зайчик, продолжим?  — ласково спросила она.

— Гриша со все так же широко открытым ртом часто закивал и загукал, выражая согласие.