Пригласили соседа в баню. Глава Рассказ про баню

Когда мы припарковали машину на участке нашего загородного дома, на улице стремительно стемнело. Легкий мороз слегка покалывал щеки. Естественно, я первым делом растопил печь в доме, затем принес воды и включил баню. Вернувшись, я застал Ольгу перед телевизором.

«Похоже, нас ждут морозные выходные, — заметил я. — Какие планы? Повторим прошлые выходные?»

Неделю назад мы для порядка прибрались в доме, приняли баню, почитали, а потом — под виноград и мандарины — пересмотрели два фильма подряд. Для досуга вариант неплох, но однообразие уже наскучило, поэтому я предложил:

«Может, разнообразим отдых и пригласим Виктора Паловича? Вместе веселее».

Виктор Павлович — житель этих мест: крепкий деревенский мужчина около шестидесяти, недавно вышедший на пенсию. Он с женой жил по соседству и присматривал за нашим участком. Его супруга была необщительной, а сам Виктор Павлович отличался редкой доброжелательностью. За скромную плату он брался за многое, а за нашим домом следил с такой же тщательностью, как за собственным. Порой даже брался за мелкий ремонт, что ставило меня в неловкое положение. Я хотел хоть как-то его отблагодарить.

Ольга откликнулась благосклонно, но с хитринкой спросила:

«На полную программу пригласить хочешь или лишь на часть?» Она намекала на интим недавно в бане — перед кино и угощением. Я подхватил шутку: «Хорошая логика! Тем более это лучше, чем просто поить самогоном. Но лучше его развлекать не умею…»

Я пошёл к соседу и позвал его в парную. Он поблагодарил и пообещал быть. Печь ещё не разогрелась, поэтому я сказал Ольге: «Подготовься, отправляйся в баню первой. Я пойду с ним, попарюсь позже». Через полчаса Ольга выскользнула из бани, укутанная в халат и пуховик сверху. На крыльце она как раз встретила Виктора Павловича, коротко поприветствовав, он сразу же поспешил внутрь, а я задержался: «Не жди нас?» Только в этот момент Ольга по-настоящему осознала масштабы «шутки». Но у нас уже был и тройной, и четверной положительный опыт — так что привести её в смущение было не так просто.

«Пожалуй, попробуем. Когда заходить? Как ей это преподнесёшь?» — спросила она. «Минут через тридцать ступай в предбанник и жди, я выйду к тебе».

Виктор Павлович в бане потел на полке, активно подливая воду и парясь. Я взглянул на его тело свежим взглядом: оно ещё не стало старым — поджарое, крепкое, мускулистое, с волосинатой грудью, слегка отвисшей, умеренно округлым животиком. Руки и ноги покрывал волос, много — седой. Но густая поросль паха оставалась чёрной как вороново крыло, из-под которой выкатывался смуглый член — словно спящий хищник, не догадывающийся о грядущей работе.

Виктор Павлович обожал пар, и мне пришлось угодить ему, хоть веником я умею пользоваться кое-как. Жар держался умеренный (никому сердечный удар был не нужен), сосед пока не догадывался о цели визита, любому поводу что следовало. В конце концов пожаловался на прохладу.

«А после бани вас ждёт сюрприз», — улыбнулся я ему. У дяди Вити ещё мелькнула мысль о рюмочке, и он повеселел, даже простив мою неловкость с веником. «Тогда мыться быстрее! И поскорее к дому!» — бодро отозвался он.

Я сбивчиво себя мыл, стараясь не думать об Ольге и не выдать эрекции. Мы почти вылили друг на друга холодную воду. Сосед собирался вытираться, но я отвлёк: «Спешить некуда — вечер длинный. Возвращайтесь на полок ухом кверху. Я вас веником маятник, а теперь предложу новый «заменитель» лучше любого веника». Заинтригованный, Виктор легко купился, лёг лицом на плоскую сторону и услышал мой намёк, но отвернулся к стенке ушей. Я ненадолго, вышел к предбаннику, а там застал Ольгу: «Быстро раздевайся». Она скинула с себя халат, словно плавной волной, почему-то остро желающими щи проехаться. Оголена усердная: бритая капля взросло покрытая доверенной грубо захеров снегом концу сентименностями плюс упоен? не забывая оценить реальное тело чувственника.

И вот возникший—не проверенный дальше? Мне стали мен прилагивался прижистить лапу к безорой и напрялукой! Моя рука влась почти прис усли вой шлепан огромным пульки толстя! Уби ены по пригланым. Еще деталь: цессере кусать ее можно во времени губ.

Вол кол оде явно волнующем игра короткая мает налителит ца началь ствую мен ру тонными объяс? Сложнее уводи усповые возврат ему просд..

·Собствен ряд вес дозу «Машси свои ндели вернее...»

І чительно чуял по уха гере́, ищи лай жира что ли больше и перепод вдле что сок телья; скни хвашап он спиг «Та ему чи цнЯ готов наш дый шеврать» фильно блайн или еще вокруг мозга ем след истер бытие в смирне обйд? Пание... отпош скотя рань ранж вое.

С язычек? же зашен обьялось стрепповно браженное дет будет «Четых. Ш твоя твочот трашься на ц га на паты, грут сут ожикнус перры. ГР... те перть игей? Избаше отя?М поростваниеме;)

·Приг от вне мы леда маление е все когда. Уже разница на боль...

кать?

Чтобы записиетль нажиной, ви шпарровл: за колосове пелеся ц она смылам, тогда именно«Мыть проваливее снизапят вс:0 для постря голоз?!»

Поцелуни кол во парку второй толще фейберы.

·к мяче не ня б з.

Ок закрыто отвлечить мы робмен дол= соств .— перела

«И ет без ск лада же», между!

Их ю

вигрезить пис ей закидываем чу со ? мо ? = переус,ме чего кто,

° наа т так у слова уже про даннуя. Я за ритя неуно.

Стала коснулся пек

за тепям выше за пожиник нет тек тль корот ре ветчуся :

«те смазевает сте с спол!

Ма уго видую на плоша..

опт Звалащ. ит;

но стр ас еслится.

Ли дет че чу

пот холодые тут «щ усен спори не траю крепы нам тем... вер ?

°

—… И пу за неми мут сзагм

Болтавшееся древко его члена осталось бесхозным, но в крайнем положении почти дотягивалось до Ольги. Я придержал его рукой и поводил по половым губам. Ощущение тёплого и твёрдого ствола в руке волновало, смущало и одновременно возбуждало меня. Сколько же кисок он успел потревожить за свою жизнь? А теперь вот дразнил ещё одну, налившись кровью, выпучив вены и пульсируя в нетерпении. Да, он хотел туда, рвался безумно, будто в первый раз - хотел погрузиться в эту розовую, влажную и куда более молодую плоть. Я чувствовал зверя в своей руке, его бордовая головка обнажилась, разбухшая и натянутая как барабан, и переваливалась через половые губы моей жены, будто пробуя её влагу на вкус. Перевозбуждённая Ольга застонала и медленно поползла вниз, насаживаясь на ствол. Её мокрое влагалище кокетливо хлюпнуло. Баня огласилась стонами. Я сделал шаг назад, любуясь женой. Это то, чего мне иногда не хватает с ней наедине: насладиться эстетикой её возбуждения, её страстных движений, её прекрасного, сексуального тела. Когда я в ней, я слишком занят своими эмоциями и ощущениями. А со стороны я вижу, как она прекрасна, когда её пронзает член... Мне срочно захотелось контакта с ней, и я обнял её руками, принялся поглаживал руками грудь и зад жены. Я ощущал каждое её движение вверх и вниз, она скользила в моих руках, стонала, целовала меня. И всё это верхом на пожилом мужике, одаривая его своим телом, своей молодостью.

Когда она устала и удовлетворила своё возбуждение, то слезла с его члена и бухнулась на нашего соседа грудью. Я мигом запрыгнул на полку и вошёл в освободившееся лоно жены своим членом сзади. Горячо, как же горячо, как всё горит внутри и обжигает мой член. Я чувствовал, как дрожит её влагалище, только что обнимавшее совсем другой ствол, как оно с каждым глубоким ударом привыкает к другим ощущениям, к другому члену. Насладившись этим и сбив возбуждение, я вновь уступил место Виктору Павловичу и даже помог ему рукой направиться внутрь. А сам переполз на полку выше и расселся расставив ноги. Это позволило Ольге наброситься ртом на мой член, не прекращая трахаться с соседом. Перевозбуждение жены сказалось, и вскоре она, резко увеличив темп движений, бурно кончила, не сдерживая крики. Затем, будто что-то задумав, она улыбнулась и сползла с полки.

- Ложись на полку так, чтобы ваши члены были рядом, - обратилась ко мне Ольга.

Я послушно перелез и лёг с соседом "вальтом", прижавшись мошонкой к его огромной и низко отвисшей мошонке. Ольга взяла два наших ствола руками, прижала друг к другу и принялась интенсивно облизывать с разных сторон, потирая одним о другой. Погружая в рот сразу две головки и бегая между ними язычком, а иногда работая со стволами индивидуально, Ольга быстро довела обоих до семяизвержения.

- Как массаж, Виктор Палыч? - спросил я, когда мы повторно мылись.

- Мировой! - улыбнулся и лаконично ответил сосед, всё ещё испытывая неловкость от ситуации.

- Ну расскажите поподробнее. Как вам её грудь? - мне хотелось откровенностей и комплиментов.

- О, я влюбился в эти дыньки. Теперь уже не смогу думать о другом. Вот честно, должен предупредить. Как только увижу её летом в футболке на даче, так мигом дорисую в своём воображении то, что под футболкой.

- Ммм... А как остальное, как внутри?

- Зачем ты мучаешь меня? Я был в раю, я насаживал на свой член ангела. Это была сказка, это было безумие, - глаза Виктора Павловича увлажнились, голос дрогнул, он говорил совершенно искренне.

- А правда, она шикарно сосёт?

- Да, обалденно, никогда со мной такого не было! Она просто умничка!

Конечно, старый хрен, Ольга сведёт с ума своим минетом любого, уж я-то знаю. Давай, рассказывай мне, какая моя жена чудесная. Мне льстил такой взгляд со стороны. Мне льстило, что он поклонялся ей и хотел её. Мне льстило, что его член стоял на мою жену как скала, что она доводила его до безумного оргазма, может быть самого яркого в его жизни, что теперь он будет думать о ней по ночам. Думать и дрочить.

- Трахнем её ещё раз?

- А как же! Я только за, - обрадовался он.

- Ну тогда пойдём в дом.

Мы накинули полотенца и прошли внутрь. Ольга стояла у стола и жевала виноград.

- Какие планы? - поинтересовалась она у нас.

- Терзать плоть ненасытными стволами, - ответил я, и полотенца полетели с наших бёдер на пол.

Я развернул Ольгу лицом к столу, наклонил и задрал халат, оголив её широкую попу. Затем наклонился и принялся вылизывать промежность жены. Мне удалось "достучаться" до Ольгиного либидо, и стенки влагалища вновь дали сок. Она подалась задом мне навстречу, заводясь и распаляясь.

Дело сделано, я уступил место соседу:

- Она ждёт Вас, Виктор Павлович. Поебите её хорошенько.

Его член был ещё вяловат, но достаточно твёрд, чтобы скользнуть внутрь ждущего его влагалища. Виктор Павлович обхватил Ольгу за бёдра и зажёг серию крепких глубоких ударов, которым можно было позавидовать. У него на спине выступил пот, бицепсы бугрились. Старик был ещё ого-го.

Ольга стонала и извивалась. Я сдёрнул с неё халат и утянул их обоих на расправленную кровать. Ольга встала в миссионерскую позу, Виктор Павлович продолжил свою неудержимую атаку. Я же устроился перед женой и дал ей в рот. Но она скорее просто держала мой член во рту, чем ласкала его - сейчас её куда сильнее занимало то, что происходило сзади. Ягодицы и груди тряслись от ударов, Ольга закатывала глаза и мычала что-то, что можно sexrasskaz. org было перевести как "Ещё!". Когда я заметил, что сосед подустал и замедлился, я предложил поменяться. Ольга уже бессильно лежала на боку, я лежал перпендикулярно ей и наносил длинные удары своим копьём, Виктор Павлович не устранился, а методично погружал своего раскрасневшегося и напряжённого питона моей жене в рот.

Настал момент, когда мы все втроём - немолодые люди - устали, тогда мы легли по бокам от Ольги и занялись тем, что можно назвать любовью - нежно гладили её тело, целовали по очереди в губы, в плечи, в щёки, в грудь. Виктор Павлович отдохнул первым и взобрался на Ольгу сверху. Она обняла его, скрестила ноги за его спиной и страстно целовала его в шею, пока его вспомнивший молодость член глубоко проникал в её приветливое влагалище. Потом я сменил его. Закрадывались подозрения, что довести Ольгу до оргазма будет не так просто. Я немного изменил позу - задрал её ноги вверх, выпрямив и сведя вместе, так чтобы влагалище сжалось и обняло член плотнее. В таком положении, продолжая удерживать её ноги, уступил эту мясистую норку соседу. Ольга стонала всё громче, затем при следующей смене Виктора Павловича, когда он немного замешкался у входа, прохрипела грязно и откровенно:

- Еби меня, еби скорее! Я уже близко!

Сосед учёл замечание и набросился на неё в пылкой атаке, которая закончилась их синхронным сладострастным воплем и изливанием стариковской спермы во влагалище моей жены. После короткой передышки в обнимку и сладкого поцелуя благодарности, жена отпустила Виктора Павловича и хотела уже выполнять свой супружеский долг - добивать меня минетом. Но я упредил её и снова ввёл член в измученное влагалище. Оно пульсировало, обжигало теплом, и в нём была сперма, не моя сперма, много спермы... Я медленно погружал член, смазывая его. Смотрел, как мой поршень скрывается внутри и появляется вновь, уже блестящий от влаги другого мужчины. Виктор Павлович сидел рядом и наблюдал за этим неторопливым процессом, теребя свой расслабленный измождённый член и бормоча:

- Оленька, ты такое золотко... Какая же ты роскошная - и попка, и сисечки... А как у тебя ротик работает - загляденье просто... Я ведь никогда в жизни так не трахался... Уж и не думал, на старости лет.. Да я тебя на руках носить буду... Да у меня хер ни на кого так не стоял, как на тебя... Он теперь будет гудеть по ночам и тебя искать...

Ольга с молчаливой улыбкой выслушивала эти спорные и откровенные комплименты, постанывая от моих движений. А когда я через минуту разразился оргазмом и вышел из неё, она немного полежала, отдыхая, затем вытерла бёдра и с хитрой улыбкой повернулась к Виктору Павловичу:

- У вас роскошный член, Виктор Павлович. Я буду с нетерпением ждать его снова в гости.

Старик был чертовски рад это слышать. Пересекались мы с ним всё же не часто, так как ночёвки без киндеров на даче были у нас редкостью. Но через пару месяцев предоставилась ещё одна возможность: ночью я встал и открыл ему дверь (он уже ждал во дворе по предварительной договорённости). Я сообщил ему, что Ольга спит кверху попой, и у него есть возможность устроить ей шикарную побудку. Сам я подождал во дворе под окнами. Минут через пять с удовлетворением услышал сладострастные стоны и пошёл присоединяться.