Тухачевский

В 14 ЛЕТ, я прочитал солженицинский "Гулаг". Тогда еще был 1990. Я осилил эти 3 тома меньше чем за неделю. Ни один раз я откладывал книгу в сторону, что бы поонанировать на персонажей.

Я представлял себя офицером НКВД, который вел допросы "врагов народа". Я рисовал себя в гимнастерке и темно-синих галифе, с кантом малинового цвета. В ярко-начищенных сапогах. Представлял, как сижу, и ко мне в кабинет заводят, например Тухачевского. Кстати он был довольно симпатичным, я пару раз даже порукоблудил, увидев его фото в линялой красноармейской гимнастерке и буденовке. Я киваю красноармейцам, которые привели Тухачевского на допрос, что бы они вышли и предлагаю арестованному сесть. Он садится, и я протягиваю ему папиросу. Он жадно затягивается и затравленно смотрит на меня. А я дружелюбно ему улыбаюсь.

Я предлагаю Тухачевскому чай и бутерброд. Он благодарит меня и ест бутерброд, обжигаясь горячим чаем. Я выхожу из-за стола, и подхожу к герою Гражданской войны. Кладу ему свою руку ему на плечо. Он прекращает жевать, а я прижимаюсь к нему, начинаю расстегивать пуговицы на его гимнастерке. Он не сопротивляется. Я целую его в шею, запускаю руку под гимнастерку и начинаю поглаживать его волосатую, могучую грудь.

Он встает и начинает сопротивляться. Тогда я кричу красноармейцам. Заходят 2 бойца. Я им киваю на Тухачевского, а сам отхожу к окну, достаю папиросу, иногда бросаю взгляд на то, как красноармейцы избивают героя. Я говорю им, чтобы прекращали и убирались. Они уходят. А я помогаю подняться Тухачевскому, усаживаю его на стул. Достаю свой носовой платок и начинаю вытирать кровь с его лица. Он закрывает глаза, а я целую его в разбитые губы, ощущая солоноватый привкус крови..