Фашистский офицер

На следующее утро , я побежал на позиции к немцам . Прихватив из дома немного яиц, молока , сметаны и сала для немецких солдат.

Мать начала кричать на меня, что бы я не смел кормить фашистских гадов, но я сказал ей, если она не замолчит, то я пожаулюсь на нее офицерам . Мамка испугавшись, замолчала , а я побежал к фашистам. - Гутен морген- здоровался я со всеми встречными немцами , они улыбавшись, отвечали мне. По дороге в штабную землянку мне встретился симпатичный офицер и я подбежал к нему, предложил купить у меня продукты. Тот долго не мог понять, что это не подарок, не угощение, что это я хочу продать.

Когда до него дошло, он забрал крынку со сметаной и протянул мне какуюто банкноту. - Найн... Найн марк.... Сигаретен битте, шоколад, - запротестовал я Офицер сказал, что у него нет ни сигарет с собой, ни шоколада. Но есть у него в землянке. Я радостно закивал и побежал за ним вслед. Он пропустил меня в свою землянку, выгнав из нее своего денщика , что то сказав ему и закрыл дверь. Я сел на стул, оглядываясь вокруг. -Дас ист гут... зер гут... гут хауз- сказал я. Немец заулыбался и погладил меня по голове.

Потом сел на кровать и жестами попросил с него снять сапоги. Я вскочил со стула и принялся снимать их с него, рассчитывая за это получить какой-нибудь презент. Немец встал, снял с себя китель и бросил на кровать. Я попросил померить его. Офицер разрешил. И я надев его на себя , сказал ему по русски: - ух-ты... жаль мамка и пацаны меня не видят в нем. Вот бы мне такой . Немец что то сказал, и стал снимать его с меня, а потом обнял меня и прижал к себе, поглаживая по голове и спине.

Я вспомнил папку, на глазах выступили слезы. А немец стоял, прижав меня к себе, что то говорил. А я думал, что он вспоминает свою семью, своего сына. И что я напоминаю ему его. Офицер, отодвинул меня от себя и начал растегивать галифе. Я увидел как из отверстия его кальсон выскочил его член и захихикал. Фашист снял с себя потом рубашку и и взяв меня на руки , уложил на кровать. Тут я понял, что он хочет со мной сделать. Сердце мое радостно забилось и я в предкушени блаженства сам схватил его за член.

Немец навалился на меня и начал раздевать меня, шепча что то на ухо. Было так щекотно, что я захихикал. Но он зажал мне рот своей ладонью, призывая к тишине. Наконецто я остался голый, фашист снял тоже кальсоны . Потом он лег на спину и перевернув меня , стал толкать меня вниз, к своим ногам, прижимать мою голову к низу его живота. Я уперся лицом в его огромный член и начал его лизать. Немец застонал.. и зашептал чтото. Но я сам понял, что нужно делать, открыв рот , я как можно глубже, заглотнул его.

Офицер дернулся и застонал. А я начал работать, ускоряя темп, одной рукой лаская его яйца, а другой поглаживая ему живот. А в голове вертелась Мысль, -чего бы потом попросить за это. Пистолет не даст. Сапоги для деда ? Может бинокль? Немец стонал, прижав мою голову к низу живота. Вдруг он замер, отодвинул меня от себя, Встал. Поставил меня на четвереньки , начал тыкать мне в задницу своим ***м. Было так приятно ощущать это, что я сам застонал, изогнув свою спину, подставляя свою попу.

Фашист поплевал на свой член , на пальцы и н смазал мне дырку. Потом осторожно ввел один палец, я застонал от кайфа. Немец увидев это, засунул второй , а потом треыий палец и начал разрабатывать мою грешную дыру.. Хотя почему грешную? Ничего еще толще моего указательного пальца, не нарушало ее девственность. А тут уже 3 пальца массировали мой задних проход, доставляя мне неописуемое блаженство.

Вдруг пальцы выскользнули оттуда и что то другое уперлось в дырку, пытаясь попасть внутрь, Я попытался помочь, раслабляя мышцы. Я Ощутил страшную боль и хотел закричать, но офицер , предвидя это закрыл мне рот ладонью и начал заталкивать мне туда кусок своих кальсонов. В глазах потемнело, рот был забит, нехватало воздуха, в заднем проходе рагорелся огонь. Я готов был потерять сознание от нарастающей боли, Из глаз потекли слезы.

Но вдруг боль начала отсупать и на смену ей пришло какое то новое чувство. Немец наконецто протолкнув свой член, начал равномерно двигаться, я готов был кричать от кайфа, который разлился по моему телу, но рот был забит кальсонами фашиста, который одной рукой поддерживал меня за живот, а другой за плечо. В тишине отчеливо было слышно, как стучат по моей заднице его яйца. Офицер резко ускорил темп и.... замер... Зарычал и упал на меня, придавив меня своей массой. Он застонал, покусывая меня за ухо ...

Потом замолчал, засопел... по моей шее потекла его слюна. Так он лежал на мне минут 5 , потом зашевелился и , что то спросил по немецки. Я его не понял, но на всякий случай сказал ему> И Видно я угадал, потому что немец сказал мне тоже и встал с меня. Он достал полотенце и вытер себе член. Я провел по горевшей огнем дыре, рукой и посмотрел на нее... она была в крови и сперме. Немец засмеялся, и полотенцем стал вытирать мне мою задницу.

Потом он жестами попросил меня встать И кинул мне мои вещи. А сам достал новые кальсоны, начал их одевать. Я оделся первый, а потом помог офицеру одеть сапоги. ОН встал и сказал мне