Я научу тебя... ненавидеть

Дождь. Капли барабанят по листьям. Воздух сырой и холодный пробирается под одежду, касаясь и так ледяной кожи.

Она чихнула и беспомощно огляделась в поисках убежища. Взгляд случайно выхватил среди кустарников темный провал пещеры…

Вскоре маленький свод пещерки озарился пляшущими бликами костра, благо кто-то оставил в дальнем углу достаточное количество дров, чтобы их хватило на всю ночь.

Он продирался сквозь заросли, тихо шипя от боли: раненое плечо кровоточило, а дождь и препятствия все больше изматывали его. Наконец сквозь завесу дождя он заметил тусклый свет.

Раздался шорох и она, резко обернувшись, застыла от изумления и шока…

– С… Саша?

–Маша? – в темных глазах мелькнуло удивление, он пошатнулся.

Девушка бросилась к нему и, вовремя подхватив, оттащила к костру. Ее руки озарились зеленоватым свечением его глаз. Раны были несерьезные, но он потерял слишком много крови. Она закусила губу, мысленно уговаривая его не умирать.

Очнулся он от тихого похлопывания по щекам. Взгляд зелёныхглаз уже без единой эмоции смотрел на влюбленные изумрудные глаза.

– Я не вернусь, – предвосхищая ее просьбу, произнес он.

– Но…

– Нет.

– Саша…

– Что тебе от меня нужно? – слишком резко и грубо спросил он. Грустная и едкая полуулыбка пробежала по губам: – Все еще любишь?

– Да, – тихо прошептала она, едва заметно краснея и глядя в пол.

– Мм… Вот как… Хм… Хорошо, – он потянулся к ее губам.

Ее сердце сбилось с ритма и замерло…

Ей показалось, что мечты все же сбываются… Но реальность оказалась не такой радужной как девичьи грезы…

Он повалил ее на землю, заломив руки за голову. Жадно приник к ее губам, свободной рукой исследуя ее тело, заставляя ее извиваться и плакать от боли и унижения… и презрения к самой себе, к своему телу, отвечающему на эти грубые ласки.

Раздался треск рвущейся ткани.

Извернувшись она укусила его.

– Ну-ну, зачем же так, - его губы исказились в каком-то зверином оскале. Он слизнул кровь с кожи и наотмашь ударил по лицу. – Не надо меня злить.

Она уже захлебывалась собственными криками, мольбами, но он не слушал ее, с мрачным торжеством и каким-то садистским удовольствием продолжая начатое.

– Разве ты не об этом мечтала? – его дыхание обожгло кожу, влажный язык прошелся по краю уха.

– Прекрати… – слезы неудержимо текли по ее щекам.

– Зачем же? – он почти нежно коснулся ее искусанных в кровь губ. – Ты ведь хотела быть моей…

– Нет… я…

– В любом случае поздно… - он резко дернул ее на себя, переворачивая на живот.

Шум дождя прорвал дикий крик боли.

– Ты… ты… сволочь, – тихо слетело с губ, и она потеряла сознание.

Ливень кончился. Сквозь листву пробились первые лучики солнца, осветив фигуру у выхода из пещерки.

Саша оглянулся на сжавшуюся во сне в комочек девушку и стремительно исчез среди деревьев. Затаившуюся в глубине зрачков печаль не увидел никто, даже егокоманда, поджидавшие его в условленном месте.

Солнечный лучик добрался до спящей девушки и лег на щеку. Она нахмурилась и, вздрогнув, проснулась. Ей понадобилось лишь мгновение, чтобы все вспомнить… Но одежда была цела, а на коже не было ни единой царапинки или синяка.

На глазах появились злые слезы. Ударив кулаками о каменный пол Маша испустила долгий протяжный крик:

– Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! САША!!

Крик вспугнул стайку птиц и далеким отголоском докатился до четверых отступников.

– Что это? –Миша оглянулся.

– Ничего. Мы спешим – не отвлекайся.

–Да-да, – неохотно согласился мечник, покосившись на Сашу.

Держась позади всех, наследник проклятого клана все же оглянулся. В глазах промелькнула острая боль.

"Прости, Маша… Но я должен был научить тебя… ненавидеть…"