Четыре тезиса для сары

ЧЕТЫРЕ ТЕЗИСА  ДЛЯ САРЫ

/внелитературная пародия/

Но сначала нечто вроде  предуведомления для господ читателей, коль скоро такие найдутся. Довольно давно, если исчислять не в днях даже, а в годах, в одной из газет мне довелось прочитать откровения некой дамы, автора сексуальных мемуаров, решившей, повидимому, что светлые воспоминания о прошлом помогут ей пережить сумерки настоящего. Как говорится, всякое случается со всяким и не к чему было бы придраться, если бы сама мемуаристка  не подставляла себя на каждом слове, так что необходимость в пародийном ответе напрашивалась сама собой.

Разумеется, я не мог  упустить момент. Оклик был написан, передан в редакцию, набран /дело происходило ещё в доинтернетовские времена/, но в последний момент отклонён на том основании, что пародируемая дама скандалистка и способна вовлечь в судебную тяжбу, а редакция, надо сказать, уже вела таковую с другой дамой, заснятой фотокорреспондентом на пляже в обществе не своих мужей. Случайно я вспомнил о давно написанном, перечитал и подумал /справедливо или несправедливо, решать не мне /, что кое-кого таким способом можно,   если не наставить на путь истины, то, по крайней мере, позабавить.

…

Статистике известно многое, но не всё. Это тезис.

Всё, что неизвестно статистике, знает женщина. Это антитезис.

Но не каждая женщина, а Сара Ительмен из редакции «Спутник Юга», в 267№ которого сообщила нечто, не поддающееся не только статистике, но и здравому смыслу. Задавшись целью выяснить, сколько любовников в период половой активности приходится на долю женщины, очень скоро от общих цифр перешла к конкретным фактам, то есть к собственной персоне.

Какая у сексуально-озабоченных женщин активность — не нам рассказывать и не вам слушать. Тем более, что женщина без любовной интрижки столь же мало представима, как сакура без японца.   Другое дело, чего и сколько. И тут выясняется, что с Сариной арифметикой и алгебре не разобраться. Ибо, по подсчётам самой Сары, на её долю приходится до полутора любовника в год. Так и хочется вздохнуть: «Бедная Сара»… Но не спешите. Во-первых, потому что на долю карамзинской «бедной Лизы» и этого не досталось. А во-вторых, смотря как считать, и смотря кто считает. Сара-то не сегодня родилась, а уже тридцать лет и четыре года колготиться на этом свете, а поскольку планета для секса вполне удачно оборудована, то.… Усекли?

Вижу, не очень. Тогда подсказываю: отнимите время пребывания в детском садике и неуверенные шаги к цели в детские годы. Выходит, что на плодотворную самоотдачу осталось не более двух десятков лет, зато сколько ещё впереди: и промежуточный / едва не написал, «промежный»/ финиш, и бабье лето, а уж коли очень повезёт, то и осенне-зимние листочки страсти не враз осыпятся.

Пока я предавался этим плотоягодным размышлениям, мимо проходили женщины, женщины, женщины… Я умножал, умножал, умножал.… Потом и рукой махнул. Лучше не расстраиваться. И вернулся к Саре, громогласно заявившей, что на её долю кругом-бегом приходится 15 любовников. И это после всего вышесказанного. Тут впору с ума сойти или согласиться с Эйнштейном, что всё в мире женской логики относительно. И, как всегда, учёный оказался прав. Эти пятнадцать — не окончательный результат, а, как говорят спортсмены, чистое время пребывания на площадке, в случае с Сарой — в постели. Это третий тезис. А поскольку было и нечистое — третий антитезис.

Дело в том, что в декларируемое  Сарой число любовников не вошли «повторники» и случайные прохожие. Но не только. Не оказалось в скромном донжуанском списке нескромной дамочки и тех, кто: не смог, хотя пытался, занемог, не захотел, обманул, не туда вошёл и не оттуда вышел, глядел, но не брал, брал, не глядя, ушёл, не простившись, обещал, но не заплатил, требовал плату, хотя ни о чём таком с ним не договаривались, притворялся умным, чтобы совратить, и дуриком дабы ни за что не отвечать, а уж количество тех, о ком дамочка решительно забыла /девичья память!/ не сосчитать. Вот и получается, кругом-бегом пятнадцать, а остальных кладём на ум.

Теперь поразмышляем, зачем Саре понадобился этот сТРЁПтиз. При большом желании можно было продемонстрировать свои формы и очертания не догола раздевшись. Повидимому, нас уже приучили, что публика должна видеть всё, даже то, до чего не добралась фантазия. Да и слава не помешает. Глядишь, зашевелятся джентльмены из другой редакции — Книги рекордов  Гинесса. Но не учла любвеобильница наша, что даже самая забубённая порнодива не уступит ей, добытого потом тела и кровью матки, своего места в рейтинге сексуальных достижений народного порнохозяйства. И, как бы мы, мужчины, не напрягались, из патриотических побуждений желая помочь Саре, общее число — пятнадцать — из-за своей малости навсегда останется позорным пятном на сариных гениталиях. Это четвертый — и последний — тезис. Повидимому, для достижения задуманного, ей следовало начинать не с того конца, сначала назвав  огромную,   до несуразности, цифру, а после, постепенно убавляя до её предельно допустимого максимума, чтобы, хотя бы в собственных глазах, остаться во главе почётного списка сексопЫльных гражданок. Это четвертый — и последний — тезис.

– А что если Сара пошутила? – осторожно спросите вы.

– Вполне допускаю, – отвечу осторожно на ваш осторожный вопрос. – Но этот клинический случай юмора явно по части Фрейда.

НЕОБХОДИМОЕ ДОПОЛНЕНИЕ

И всё же, несмотря на высказанные выше суровые упрёки, моя поэтическая натура, вопреки моральным принципам, не смогла остаться равнодушной к очевидному факту отчаянной женской смелости. Увы, мы, мужчины, — двуликие Янусы. Одной рукой щедро черпаем из неубывающей сокровищницы женских желаний, а другой — столь же щедро приводим цитаты из десяти заповедей. Но  иногда так хочется плюнуть на предрассудки и сделаться… лириком.

ПОСВЯЩАЕТСЯ САРЕ

Теперь не верю ничему,

Судьбе — и той не верю.

Я с Сарой Ительмен пойду

В какую хошь постелю.

Смогу на тумбочке, смогу

На потолке чердачном.

Смогу и через немогу

И в настроеньи мрачном.

Смогу во сне и наяву,

Смогу прилюдно даже…

Лишь одного я не смогу —

Суметь всё это — дважды.

Борис  Иоселевич