Где была жена?. Серия: Жена страпон муж

– Маш! Погладь мне галстук!

– Ты хочешь надеть галстук?!

– Ну, конечно! Такой случай! Моя первая пресс-коференция!

– Это-то да... Просто ты сам всё время говоришь, что там, где требуют парадной формы одежды, там больше всего и обманывают: казино, бракосочетание...

Ты же даже на нашу свадьбу заявился без галстука!.. Я не забыла!..

– Вот видишь: и это работает! Живём уже чуть ли не двадцать лет... А с предыдущими жёнами я и до десяти не дотягивал!

– Ну, и где логика? Зачем тебе сегодня галстук?

– Сегодня другой случай. Во-первых, я надену его добровольно! Во-вторых, принцип тот же: чем респектабельнее я буду выглядеть, тем с большим правом смогу говорить на щекотливые темы. Ты же помнишь, чему посвящена пресс-конференция: «На грани эротики и порнографии: произведения Владимира Титова. »

– Ну, ладно. Щас поглажу.

... В зале, где должна была состояться пресс-конференция, собралось человек двадцать журналистов и приблизительно столько же наиболее горячих поклонников писателя и художника Владимира Титова.

Что особенно его порадовало: среди журналистов были и представители радио и телевидения. Стояло две больших телекамеры.

Не успел он пройти за своё место в центре  стола, как уже две-три поклонницы бросились к нему с цветами. С каллами. Его лирический герой в нескольких рассказах называет их самыми сексуальными. И на его картинах они появлялись не однажды...

При этом поклонницы обдали весь стол запахом дорогих французских духов...

– Так! Пожалуйста! Всё по порядку! – громко возопила его пресс-секретарь, вставая со стула. – Цветы, автографы, фуршет – это всё потом!

Она соблазнительно улыбнулась, как это умела делать только она:

– Сейчас, пожалуйста, рассаживайтесь на ваши места, и мы начинаем пресс-конференцию. Владимир Игнатьевич сам будет выбирать, чей вопрос он захочет услышать...

Потом, наклонившись к нему, шепнула:

– Ровно тридцать минут. Не больше. Не меньше.

Владимир посмотрел на часы, потом в зал. Там поднялся лес рук.

Он кивнул пожилому дядечке с клинообразной бородкой.

– Здравствуйте, Владимир Игнатьевич. Сергей Петров. Журнал «Здоровье». Я не поклонник Вашего искусства. Более того, я не вижу в нём никакой грани между эротикой и порнографией. По-моему, это сплошная порнография.

Тем не менее, Вас не запрещают. Вас печатают. Вас читают. И это на фоне последних громких скандалов, связанных с закрытием фотовыставок, отменой спектаклей...

Как вы это объясняете? У Вас есть блат в высших кругах?

Здесь надо было реагировать резко:

- У меня есть блат в вашей семье, господин Петров!

- Простите, не понял?

Зал притих.

– Сергей Мстиславович, а Вы спросите лучше об этом у Вашей жены!

– Что Вы имеете в виду?

– Моя постоянная читательница, Ирина Владимировна Петрова, Ваша супруга, недавно пожаловалась мне в одном из писем, что в личной жизни Вы совершеннейший импотент, хоть и считаете себя специалистом в вопросах сексологии...

В зале громкий смех. Со словами «Я протестую» незадачливый Петров демонстративно покидает зал.

– Зачем Вы оскорбляете достойного человека?! – громко вступается за Петрова сорокалетняя с ярко накрашенными губами женщина из зала.   – Думаете, Вам всё позволено?!

– Нет, я так не думаю. Но зато, мне кажется, я теперь знаю, почему господин Петров стал импотентом в семейной жизни...

Зал снова взрывается от смеха, а защитница Петрова с возмущением бросается в след за журналистом "Здоровья":

– Чёрт знает, что такое! Безобразие!

Владимир отмечает направленные на него восхищённые взгляды молоденьких поклонниц. Некоторые из них подёрнуты романтическим флёром.

История с письмом жены Петрова, честно говоря, была импровизацией...

Продолжение следует...