Лифт в прошлое повесть. глава пятая 18 плюс. Эротические повести

Глава пятая.   Шла девчонка по лесочку…

-И они  разбудили? - спросил Артём.

-Да, разбудили, -ответил я. -Постучали в стенку, как и в прошлое  утро. Но поднялся я не сразу. Некоторое время сидел в постели, зевал и  чесал затылок, приводя в порядок ворох мыслей  после ночи с  Беатрисой.

Что это вообще было? Беата сама упала ко мне в постель, с этой целью и пошла за мной в мою келью после «раута». Сообщила, что по просьбе Дануты.   Секс с Бетси был изумительным,   нисколько не хуже,   чем  накануне  с Даной.   Лучше? Нет, я бы не сказал. Одинаково шикарным,   если быть точным. Девушки захотели поиметь со мной  ночное удовольствие в порядке  общей  очереди? Я был наслышан о таких  случаях  среди наших красоток-студенток  с фака «Источники питания элктросистем», например, когда  однажды  их поток отвязно гулял на даче одного из студентов.   Если  в обеих  красавицах после шампанского  проснулись инстинкты    активных горячих  гетер, то почему нет?   Или  полечки  что-то задумали на будущее?   Я вспомнил вчерашние слова Дануты: - «То ли найдётся  ей хороший  кавалер, то ли нет… Конечно,   кто мимо неё  пройдёт?   Но   вот  качество»…

Качество! Вот  оно что!   Дане понравилось  моё качество секса, которое видимо  они не часто у других  мужчин   встречали. Хоть  я  и не считал себя  «гигантом», но то, что почти  все девочки,   с которыми я до этого был близок, отмечали,   что я сильный сладкий, чуткий… И  нежный! Женщины, я давно  себе уяснил,   очень ценят нежность в  постели, когда после  бурных оргазмических  фейерверков  я старался  сделать паузу отдыха  очень трепетной, тонко  и благодарно лаская  моей пассии особо нежные  местечки тела, тихо их целуя,   постепенно пробуждая в девушке стремление  к новым соединениям наших сокровенных тонких оболочек, к новым  «атакам»… И что, Дана решила показать моё качество Беате? Зачем? Похвалиться новым кавалером? Но у них слишком  трепетное отношение друг другу, при таких отношениях хвалиться чем –либо не принято… Бетси должна была оценить качество моей близости для… себя?!!   И тогда  что получается?

Самое интересное,   что пока я молча копался в  себе и искал ответы на возникавшие  вопросы, я почувствовал,   что моё возникшее было  лёгкое чувство  к Дануте… начало раздваиваться… словно расщепляться «на-двое», на двух этих замечательных подруг.   Я и  удивился и даже  испугался.   Что, у меня  появилось стремление сразу ним,   двоим?   Но так  не бывает!.. Любить сразу двоих с  одинаковой  силой? И  тем не менее,   во мне властно просыпалось  чувство именно к  обеим, к  двоим, они  с  каждой минутой  становились мне обе  все  ближе  и дороже.

Знаешь,   Артём, как человек узнаёт, что он по-настоящему полюбил  женщину, которая не способна использовать его, а скорее  всего,   ответит на его чувство? Он ощущает желание ей  служить. Жить  для  неё, делать всё,   что в  его силах, помогать, защищать, оберегать, лечить - всё что угодно, но стремиться быть с ней  рядом и  дышать на неё, вдыхать её запах, легонько прикасаться  к ней, умиляться её словам, её взгляду.   Ты ни разу в жизни  не любил? А-ааа… А вот у  меня было,   - вздохнул я. – И  проснулось сразу к ним обеим. Я не знаю,   веришь ли ты мне, или нет, но я долго никому не рассказывал о том,   что полюбил двоих подруг-красавиц. меня сочли бы если не сумасшедшим, то, п - крайней  мере «товарища  со сдвигом  по фазе». Потом только родителям рассказал, они  у  меня замечательные…

Тут  мне в стенку раздался повторный  стук,   и нежный  серебристый голосок Дануты снова возвестил:

-Ларик, ну где ты? Мы тебя ждём! Завтрак уже начался, можем  вообще опоздать!

Я вскоре  появился у них  чистый, умытый, выбритый -  девоньки мои сидят, ждут меня,   обе  весёлые  и нарядные, одеты в коротенькие юбочки- «парашютики», блузочки без рукавов -прелесть девочки! Я  вхожу,   присаживаюсь  на стул,   они  - каждая сидит  на  своей кровати. Данута посмотрела на Бетси, потом  говорит  мне:

-Ларик, как тебе наше предложение? Мы хотим,   чтобы  ты стал нашим общим косhаnkiеm ( любовником). Не будешь против? –И пауза… Смотрят  на  меня,   ждут ответа.

-«Вот оно что! »- подумал я.-«Я влюбился- в  меня влюбились… Любовный треугольник. Равнобедренный. Ну, что ж, это замечательно. Будем жить! »

Немного помедлив, отвечаю:

-Нет. Не буду против. Вы мне обе нравитесь,   с  каждой  прошла  прекрасная ночь… Обе  мне стали дороги.   Согласен, короче.

Девочки обрадовались,   и Данута мне стала торопливо пояснять:

-Ты понимаешь, так получилось… мы   взрослые люди,   и это нам всё это очень нужно… И тебе, и  мне,   и ей…  организм кипит, требует секса, чувств, радости…

-Дан, ну зачем   ты оправдываешься?   -перебил я девушку.   -  Я  согласен, всё замечательно! Пошли   в  столовую!

-Лари, ты  знаешь,   как мне дорога моя Беата, -продолжала быстро говорить Данута, не обращая  внимания на мой призыв,   словно боясь,   что я передумаю.- Я тебе ещё  вчера  обо всём говорила, милый! Подумала,   что если  у вас с ней  пройдёт хорошая ночь,   то зачем Бетси  размениваться на ваших приезжих парней - вожатых?

-Всё, всё, всё, девушки,   я ваш, а  вы - мои, без вариантов! –поднял я обе руки  вверх. – Я люблю вас! Мы  ещё успеем всё сказать  друг другу! Гоу!

Девчонки прослезились и молча, благодарно расцеловали меня в обе щёки. На улице  они взяли меня под руки с обеих сторон,   прижались ко мне и мы двинулись завтракать.

В столовой  к нам  сразу подошёл начальник лагеря,   и  сказал, что заезд детей  перенесён  на   послезавтра,   на 4-е июля.   Там , в Москве  что-то случилось с одной  польской  вожатой,   я уже не помню,   в общем, заезд перенесли  на один день. Спросил девушек, готовы ли они к встрече своих харцеров? Беата и Данута шутливо откозыряли  начальнику руками « по-военному», сказав,   что очень даже готовы, мол,    в корпусах  всё нормально,   постели укомплектованы, в палатах чистота и порядок.

Позавтракав,   мы  вышли на воздух. По дымке  на чистом безоблачном  небе было ясно,   что день  обещается быть сухим,   солнечным  и жарким.

-Ну и  прекрасно,   у нас  целых два дня  свободы!-  сказал я. –Чем займёмся?

-Можно в лес сходить, там не так жарко будет,- предложила Беата.

-А,   может,   сходим на Оку,   позагораем?- сказал я..

-Можно, -отозвались девушки, - но  тогда нужно сходить  в домик и надеть купальники, или хотя бы  взять их  с собой.

И мы настроились на купанье до  обеда.

Взяв купальники и плавки, мы выступили по небольшому шоссе в  направление вторых (маленьких) ворот, за которыми сразу начинался  спуск к реке. По дороге я, помню,   сказал девушкам,    что мне очень нравятся польские народные песни. Мелодии некоторых  я слышал по радио ещё в детстве, и хорошо их запомнил.   А знают ли мои паненки, те самые  песни?

-Напой мелодии,   если  сможешь, –предложила  Беата, закручивая свои пышные чёрные волосы  в  причёску «конский  хвост». (То же самое быстро сделала и Данута). -Сможешь?

-Обижаешь!   - ответил я.- У  меня неплохой  музыкальный слух.   - И  напел мелодию одной из моих самых любимых. Девушки с любопытством переглянулись и воскликнули:

-О!   Это же наша  «Шла дзенвчёна до ласечка! »,   её поют в каждом доме на праздниках, она застольная!   Сейчас  тебе  споём!

И  они запели, да так чудесно,   да на два голоса, чистыми сильными  голосами, почти профессионально, на мой взгляд. Девушки спели несколько куплетов той  песни  по- польски,   а последний  куплет  исполнили по русски:

Шла девчонка  до лесочку

За малинкой шла,

За малинкой шла, ха-ха! (Это уже Данута)

За малинкой шла. ха-ха! (Это опять Данута)

А нашла она стрелочка,

Паренька нашла,

Паренька нашла,

Паренька нашла.

Припев; ля-ля ля.

……………………

Мои аплодисменты были бурными и продолжительными. Я  расцеловал своих девочек,   растроганно сообщив  им:

-Ну, спасибо, порадовали   мою душу!   Такая  красивая песня!

Выяснилось,   что и Беата и Данута  два года назад представляли Польшу на  музыкальном форуме студентов  стран народной демократии в Бухаресте. Они там исполнили четыре песни, причём,   последний  куплет, по условиям конкурса,   нужно было спеть по-русски.   И ещё сказали,   что  существует вариант этой песенки, но  с другими словами и называется она  Gdzie jest ta ulica?

-А, ну-ка,   вот эту, знаете? – и  я напел мотив другой  песни,   бойкой  и озорной.

-И  эту  знаем!- отозвались девушки.   - Это шуточная народная песня «Едут сваты»,   её мы тоже  исполняли  в Бухаресте.   - И они снова запели. Всю песню –по-польски, а  два  куплета и  припев - по русски. Моим восторгам не было предела!

1. Едут сваты чуть свет,

Дворик мой проедут.

Бесприданница я —

Ко мне не заедут,

Припев:

То и холя, холя, ля, ля,

То и холя, холя, ля!

2. Нету хаты своей,

А мне горя мало:

Не отдаст меня мать

За кого попало………..

-В этих двух песнях мне чувствуется какой-то… скрытый сексуальный  подтекст, -сказал я  с  улыбкой. – Особенно в  женском  исполнении.

-Наверное, потому, что большинство польских девушек любвеобильны и сексуальны, любят шутковать и флиртовать  с  парнями, а потом… сам понимаешь - улыбнулась Беата. -На сельских праздниках  раньше любовь бурлила  очень горячая… дань природе.

-Ну и вот эту ещё люблю,   сказал я.   - И если её  вспомните, то концерт художественной  самодеятельности  может быть окончен. И напел третью мелодию, тоже  озорную  и бойкую.

И  эту  песню  поют почти  в каждой  польской  семье!   - чуть ли не хором воскликнули девушки. -  Это « Марыся» - и  они запели  её сначала на польском, а последний куплет исполнили на  русском.   Увы,   я запомнил только четыре  строчки:

-По лужку, вдоль бора,

Шла моя Марыся

Шла моя Марыся,

И платок  вязала…

Ещё раз я восхитился вокальными способностями моих паненок, сказав, что и  в этой песенке эротика  тоже сквозит. Девушки  на это ответили,   что, к  сожалению,   не все польские мужчины понимают, что им достались весьма горячие польки  из общего славянского рода - племени.

За малыми воротами  лагеря  открылась песчаная  дорожка вниз к реке. Спустились. Помню, как сильно запахло водой, когда  мы  приблизились  к Оке!   Выбрав более  -  менее  приличное место,   мы переоделись в кустиках в  купальные одежды и  девушки прибрали свои волосы в короткие пучки. Потом   мы расстелили  на песке две покрывашки, прихваченные  с собой из домика, и  побежали в воду. Долго наслаждались купанием,   и потом,   утомлённые, выбежали  на берег и  попадали  загорать, сушить свои капли на теле, млеть под солнцем,   и  вообще захотели  превратиться на время в «недвижимость».   Но солнце начало припекать,   и мы снова побежали  плавать.

-А  что,   подруженьки милые,   слабо вам  сейчас  голышом здесь позагорать? Снимаем тряпочки и?..

-Это ещё зачем?- нахмурилась Беата.- Это нельзя!   Видишь, там  вдали пришли и загорают  люди из лагерной обслуги?   Заведующая  столовой,   с ней, кажется, рядом  -  заведующий  лагерного банно- прачечного блока, и ещё один пожилой  дядечка? Они нас  точно увидят,   нам  этого не нужно.

-Так они  же далеко, -возразил я. – Да и очень нужно им  на вас смотреть! Давайте, снимайте   купальнички,   замечательно смотреться будете!

-Ларик! На нас,   голых,   у тебя будет возможность полюбоваться  сегодня вечером, - сказала Беата  серьёзным тоном.- А эти люди имеют старую мораль в головах,   и что они о нас с Даной  подумают? Мы приехали сюда как вожатые детей младшей возрастной  группы, серьёзные люди, воспитатели. А  в их глазах мы будем  выглядеть, как падшие женщины, зачем нам  это? Голышом  можно сюда ночью прийти, когда темно, ничего не видно. Если ты шутишь, то так шутить не нужно. А если сюда начальник лагеря заявится? А  мы - как кто?

-Но вы же в Крыму жили совсем без всего!- попытался возразить я. -Сами же рассказывали. И  вас видели совсем голыми  подехавшие  мужчины, но  вы там их совсем не стыдились, даже разрешили  себя сфотографировать! Они же, небось, заторчали  от вида ваших женских прелестей!

-Лари,   но это совсем другое дело!- чуть  ли не хором стали мне возражать девушки.-  Мы там были туристы, мы там отдыхали, -сказала Беата. - Пустынный дикий берег, море,   солнце,   две юные девушки,   как дикари,   ходят рядом с палаткой,   без одежды, только головы прикрыли.   И  что? Кого мы там смогли возмутить?   Две пары молодожёнов? Да они и сами были готовы там голыми искупаться. Трое  мужчин? А  мы  их не звали и не ждали.

- Но   прикрываться же при них  тоже не стали, - продолжал развивать тему я. – Хотя  бы «для приличия»? Хотели произвести  впечатление  смелых и дерзких  сексуальных  сирен?

-Не стали прикрываться, - ответила Данута, и обе подруги вдруг, неожиданно расхохотались. –Знаешь…-сказала Беата, отсмеявшись.- мы  решили им дать понять, что  мы на море,   на пустом берегу,   каждый загорает так, как ему удобней, если нет вокруг детей и пожилых тётушек. И потом, что  такого, если трое одетых мужчин- туристов посмотрят на двух голых девушек,   и увидят там тайны  их  половой  анатомии? Конечно, захотелось немного поозорничать. Парни возрастом постарше тебя, культурные, вежливые, мы  и решили их немного… повозбуждать, и даже разрешили  сделать фото. Они раз десять нас щёлкнули, пусть теперь разглядывают наши сосочки, грудки,   половые губки и щёлочки!   Ведь мы не так в целом плОхи фигурами, ты же сам восхищаешься!

-Пусть посмотрят на те наши  местечки, куда вход разрешён только избранным  мужчинам!- сказала Данута и снова рассмеялась.

-Представляю, какая «каша» творилась и варилась  в их трусах!- сказал я. – Для мужчин видеть такое  вблизи и  вживую - это почти пытка. Потекли наверняка! Мне их жалко…

-Ну,   так ничОго, -  отозвалась Беата, и легла лицом на свою надувную подушечку. – Это их проблемы… Отъехали,   небось, метров за триста от нас и подрОчились, всё  вполне  естественно. Я, между прочим,   перед Крымом  с лобка очень много  волос тогда удалила, оставила лишь малый «кустик».    А моя  Дана - та вообще удалила почти  всё,   оставила  каких-то десять злотых волосочков. Но  для чЕго?   А  чтобы  наши губки и щёлки  всегда  под солнышком загорали. - Бетси  прыснула со смеху, добавив:

-Мальчишки у меня не только щёлку видели, но кое-что  и  в самой щёлке… лепестки  моего  «тюльпанчика».    Зато им будет, что вспомнить!

- Лари,   мы же им свои ****энки  показывали  не специально, не   в трёх проекциях, а естественно, как они смотрятся, когда девушка стоит. Но  с позиции  «замшелых пней», это страшное бесстыдство, с этим не поспоришь. Хотя если смотреть с другой  стороны, почему на пляже взрослый  мужчина не может посмотреть на голую девушку и  её ****энку?   Что  это за «таинство», если не  слушать проповеди ксендзов, и понимать, что у природы  всё гармонично в свободном движении тела, а не в  нарочитом прилюдном  изготовлении этого тела к сексу с кем-то?

-М-да, -ответил я.- разве можно спорить с  железной логикой  педагога –математика?.

Некоторое  время  мы  лежали  молча.   Но потом Беата  снова тихо засмеялась.

-Дана, расскажем нашему мужчине, что было потом, после визита  тех трёх фотографов?

-Можно, -отозвалась Данута.

-Примерно через час после визита  мужской  троицы,   мы слышим- трещит мопед и к нам на берег влетает  с шоссе  самый низенький  из тех троих, - начала рассказывать Беата.- Быстро соскочил с мопеда и  -к нам, взмолился, мол, девушки, можно ещё на вас посмотреть? Ведь не усну!..   Мы с Данкой  переглянулись, и как ни в чём ни бывало,   серьёзно  говорим ему:

-А что  просто так на нас  смотреть?   Раздевайтесь совсем, как и мы, пошли искупаемся; просто поговорим,   побщаемся,   но ненадолго, мы здесь без мужчин отдыхаем, так задумано. Он снял с себя одежду, плавки,   и мы видим, что у него ***  - ну  очень большой! – Беата снова начала смеяться, а Данута сказала :

-Не такой  уж и был грозный! Сантиметров восемнадцать, мы с тобой  и побольше   видели! Но «глОва»  у него оказалась знатная, как гетманьская  булава. Встал и торчит всё время, не опадает - Обе подруги снова стали хохотать, почти до слёз, повалились на покрывашки, и долго не могли остановиться.-Но мы, конечно, делаем  вид, что  у него ничего  такого  не замечаем,   мы  же культурные паненки, ведём с ним светские беседы,-снова начала Беата. –А дана улучила момент и говорит мне:

-Нам пора ужин готовить, картошку чистить,   а этот  коротышка со своим «перпендикуляром» уже стал мне на нервы действовать. Всё смотрит, смотрит мне между ног, словно хочет прямо  в дырочку заглянуть.. . раздражает он меня, я на корточках сижу, а он всё рядом, всё  напротив,   и  всё смотрит, смотрит...   никакого такта. Принесло его со своим «долбежником»! – Я ей отвечаю:

-Ну и пусть смотрит,   а ты занимайся  своим делом.   Дай  ему консервы открывать, пусть отвлечётся. Тебе то что? А Данутка мне снова :

-Как что? Я же так не можу!   Ни дать, ни взять…  беспокойство одно!

-Ну, так дай  ему! -говорю.   - Пригласи в палатку и займись там им, а я картошку почищу и приду к вам, сменю тебя. Моя Дана просит пана пройти к нам в палатку, а там уж… сам понимаешь, пошли охи-вздохи. Потом  я  на смену  в палатку прошла, а  Данутка стала жарить картошку на спиртовке и делать салат. Короче, пригласили его к ужину, у него аппетит разгулялся.   И  потом мы с ним… всю ночь.-Беата  перевела дух и завершила свою сагу:

-Под утро мы его довели до состояния  бледного моллюска,   он был, как выжатый  лимон, и ***  его  был тоже…тряпочка. Сел на  свой мопедик  и погнал  от нас прочь. И  больше мы его не видели.

Тут уж,   Артём,   долго хохотал я. Понравилось «ни дать, ни взять», что, по словам Беаты, там  выдала Данутка.   Потом  я сказал девушкам:

-Однако, вы рисковали, красавицы. Малознакомый мужчина, мало ли что мог вам  «подарить»...

-Он аспирантом  оказался, учёным, они все немного  того…  с  «чудинкой».   Видно было, что по женщинам  не ходок, ничего нам не преподнёс из «даров Венеры», -ответила Данута.   -  Мы потом дома проверились.   Ну да… был с ним такой  «технический  секс», можно сказать – вынужденный.   Нам  с Беатой уже  надоело друга  с дружей,   захотелось мужчину, давно же  у нас  никого не было!...    Но  зато как знатно мы его измочалили! Потом долго вспоминали и  смеялись. Нет, а  что? Он же был, как шимпанзе, просто сдурел от нашего вида, глаза лезут из орбит, слюни текут, дурак ужасный и его дурак, его ***,   тоже торчит…  и  из него капает… Достал нас…как это по –русски?.. до пЕченок!

Нам захотелось  окунуться.   Мы встали и дружно направились к воде.

-Так мы сегодня вечером… будем любить друг друга?-  осторожно спросил я Дануту,   плывя рядом с нею,   и догоняя шуструю Беатрис

-Да, - ответила она,   блеснув на меня  своими чудесными глазами. –Все вместе  сегодня будем. Тебе понравится... Одно сердце женщины хорошо,   а два- лучше!

От избытка переполнивших меня радостных чувств  я глубоко нырнул  в  чёрную воду.

КОНЕЦ  ПЯТОЙ  ГЛАВЫ