Талмудизьм волос рыжей Ландер. Всегда

Подарок для королевы Датской марки Каролин Возняцки

Мне жизненно необходимо было вспомнить хоть что - то из Миядзаки, вроде, этот величайший битник восточного пригорода Токио в сорок восьмом издал знаменитую книгу, вошедшую кирпичом анналов в любую частную коллекцию ценящих Сосо Павлиашвили личностей, с самой большой буквы " Х ", чей культ еды постепенно становился трендом группировки  " Ленинград ", они даже новые морозильные камеры начали выпускать на Северных верфях с клишированным автографом своего мерзотного вдохновителя Шнурова, бородатого пидора и гниды такой, что тут не токмо курить бросишь, жить перестанешь, лишь бы не знать, что такие сволочи есть. А они есть, королева хренова, чума сраная, уж поверь, падло с собакой, зуб даю, только ты не возьмешь, по кой хер тебе мой зуб, у тебя своих - как у акулы, то то твой шершавый гандон уныл видом, соображает, что схаваешь ты ничтожного и будет он тебе алименты уплочивать вплоть до высшей меры и седьмого колена. Все вы пидарасы, короче.

Я перечел первый абзац и с важностью покачал головой. Да, именно так, братан, руби правдой - репкой тупых спортсменок, это вам не это, я вспомню Миядзаки, бля буду вспомню и тогда держись интеллектуальный полусвет говенного рунета, ненавидимого мною наравне с россиянским тиви. Я там провода вырвал, а вот с рунетом не знаю, какой сверхфильтр замастырить, чтоб никто и никогда, даже пропитавшись духом любознательности - на х... й. Прям вот сразу. Шарахнет мне в башку желание глянуть, а тут же сразу  " Не балуй ! " и вместо рожи Навального или Путина - кругленькие попочки Рокси Рай и Изабеллы Кларк, крутятся, вертятся, хочут украсть здравый смысл у юного Максима, шагающего за Нарвской заставой навстречу рассвету.

- Бригада нас встретит трудом, - мужественно напевал Максим, вытирая вечно сопливый нос замаслившимся за сорок лет пролетарского труда на Путиловском пиджаком, от которого остались лишь карманы. - Опа, - вскрикнул он, найдя у обочины выползшего из леса партизана.

- Ты кто таков есть ? - щелкнул затвором МП - 38 партизан, привставая перебитым миной позвоночником над дорожной пылью. Максим еще подумал, что пыль да туман, холода тревоги и прочая залупа неизбежно выгнали партизана с лежбища, где он хоронился всю войну, самоподрывая по перелескам и луговинам, щупая щупом сапера гриб - ягоду и заготавливая зимние заготовки осенью при помощи тола и консервных банок от канадской тушенки.

- Билизованный, - охотно пояснил Максим, предъявляя мандат, лежавший в кармане. Он срезал его накануне ночью со случайно подвернувшейся буфетчицы на перегоне Салехард - Чикаго, острым свинорезом отпластовал ей манду и заформалинил формально гуталином, растопленным пополам с тосолом по инструкции техники безопасности. - Во мандат, товарищ партизан. А ты чего тута ?

- Курить есть ? - сипло спросил партизан, облизывая пересохшие губы.

- А то, - захохотал Максим, расстегивая ширинку. - Щас, браток, - бормотал он, приспосабливая нуждающегося, - зыбни, не в кипеш так.

Партизан поперхнулся и недоуменно уставился стеклянными вставными глазами на толстый хер Максима.

- Накурился ? - доброжелательно спросил Максим, застегивая штаны. - Миядзаки не знаешь ?

- Знаю, - достойно качнул фуражкой с целлулоидным подворотничком партизан, забрасывая пистолет - пулемет за спину. - Был, короче, случай такой, как раз аккурат в сорок восьмом.

Впадая в агонию партизан рассказал Максиму ужасающую интеллектуальным разумом историю, от которой тот благополучно скончался, но успел оставить мимолетную запись карандашом на обшлаге обтерханной рубашки. Ее и прочли эсэсовцы  в сапогах, сдали в архив ближайшей части СД, а я решил приоткрыть завесу тайны, но еще не время, Федор.

Ты, конечно, не Федор ни х... я, товарищ королева, но и время ведь еще не пришло. Потому песня. Хорошая. Том Арайя ее придумал и спел.

Но перед самой перед песней - суть.

Она еще немножко подождала, но все было тихо. Немного спустя послышался скрип колес и гул голосов. Их было много, и все говорили наперебой.

– А где вторая лестница?

– Я должен был привезти только одну. Вторую Билль привезет!

– Эй, Билль! Тащи-ка ее сюда!

– Ставьте их с этого угла!

– Надо сначала их связать! Они и до середины не достают!

– Достанут, не бойся!

– Эй, Билль! Лови веревку!

– А крыша выдержит?

– Осторожно! Эта черепица шатается…

– Сорвалась! Падает!

– Головы береги!

Послышался громкий треск.

– Ну вот, это кто же наделал?

– Сдается мне, что Билль!

– Кто полезет в трубу?

– Я не полезу! Сам полезай!

– Ну уж нет! Ни за какие коврижки!

– Пусть лезет Билль!

– Эй, Билль! Слышишь? Хозяин велит тебе лезть!