Таки красота

На гребне вод голых,

Под досками в ветре,

Внутри шлюпок полых,

Согреты все в фетре.

Вот лодка на тверди

С командой застряли,

Гарпун, нож и жерди

Весь день заостряли.

Автор.

Двое молодых людей с сомнением посмотрели на старый дом, зная его историю. Они хотели приобрести тут квартиру после продажи предыдущей, в трущобке ещё дореволюционного времени. Домовладелец предложил влюблённым необычайно низкую  по меркам того года цену. Задумавшись, оба решили взять квартиру, выбор-то был не очень велик. Устроившись, они начали отмечать новоселье. Циля, закинув на Фиму ножку, села на него сверху, и прямо на ковре оба предались страсти, не сдерживая криков. Никаких там бритых рук и ног, всё у Цили было покрыто мягким от отсутствия бритья темноватым и мягким пушком, что очень заводило. Нежно двигаясь и ласкаю свою подтянутую грудь, Циля прикрывала глаза, а Фима массировал ручкой клитор любимой и любовался горячими лепестками вбиравшими его плоть лона, не забываю делать комплименты и двигаться навстречу перед долгим снопом искр от кульминации этой бешеной скачки. Довольные, они так и уснули, не расцепляя ни на минуту страстных объятий.

Утром Циля, ощущая Фиму в себе, игриво потёрлась о его губы носиком и встала готовить завтрак. Встреченная утром соседка бурчала про ночные крики, была отправлена дальше на базар, чтобы усмирить зависть, прикрытую, как всегда, "нравственностью". Сама же Циля завязала волосы в узелок перед не разбитом соседями зеркалом в подъезде и пошла в магазин. Хоть дом и был как бы проклят, но нормальные отношения и страсть не давали всяким злым духам, хоть зови их призраками и проклятиями с нежитью джиннами, прижиться на новых жильцах. В этом и секрет силы разных наговоров проклятий, зацикленные на себе граждане, и озлобленные в силу эгоизма, становятся их пищей. Циля и Фима были не такими, их страсти не мог помешать никто, даже без квартиры они предавались страсти в природном лоне под клёнами и тополями в рощах. Фима же к приходу Цили расставил столы и стулья, развесив ковры и поставив свечик для романтики. Циля-то в магазинах расслаблялась по полной программе и снова пришла, как всегда, с двумя сумками продуктов и новым платьем. Очередной вечер страсти на сытый желудок привёл к новым воплям соседей, но на них никто уже не обращал внимания.

С пивком протянешь

Новый год. Мы вдвоем сидим с мужем под свежей и приятно пахнущей ёлочкой, как всегда, в костюмах Снегурочки и дела Мороза. Мой костюм это просто синенькая сеточка сеточка с декольте на голое и хорошо тренированное годами правильной женской жизни тело, и синяя шапочка с меховой оторочкой. На муже же лишь шапочка, борода белая и все. Приставать начинаю первой я, просто седлая мужа после ласкового опрокидывания его на мягкий и пушистый белый ковер, без прелюдий особых и лишь после пары поцелуйчиков. Не стоит говорить, что ротик и ручка ласкали его минуток пять перед этим, правда ведь, дорогие женщины?

Скачу я на нем долго, в позе ковбоя на особо яростном степном мустанге, кричу победительницей и прихожу к наслаждению очень скоро. Да! Да! Мой и только мой! Не отдам его другой даже в мыслях, поняли, сучки крашеные и малеванные, лошади мелированные?

Придя к финалу и чувствуя его, сжимая лоно, я с криком сама залила любимого соком, подгадав под бой курантов, как мы оба любим. И, пока все на экране телевизора орали за Новый год и алкоголь там растекался рекой, моя киска лучше любого ротика испила семя мужа, а сосочки балдели от язычка его. Никакого спирта, никакого алкоголя только страсть, пьянящая нас обоих.

Про закуску ноют, типа, с пивком потянет, только сучки, которые бухают и потом безуспешно надеются на чудо со здоровыми детьми. Хочу сказать им: сами вы с пивком потянете, метлы тупые!

После курантов, балуя моего любимого, сидя сверху, активно поздравляла с другим праздником, для коего дата и прочие поводы не нужны. С праздником настоящей любви!