Универ-сальный бардак

Свободный художник Спиридон Драки и поэтесса Вильма Обноски поддерживали не раскалявшуюся связь несколько месяцев, не видясь по простой причине - у них не было видео телефонов горячей линии.

Их первая встреча на бульваре Трясогузок сопровождалась восторженным борцовским приёмом атлетичной со всех сторон Вильмы.

Поначалу это вогнало его в краску лилового оттенка, в которой никогда ещё бывал, но потом он быстро освоился с положением в соседней песочнице "На лопатки!" и незамедлительно принял деловое предложение Вильмы отправиться к ней домой.

Хаос в гостиной походил на не убранную после застолья кухню, в которой невозможно было с ходу различить разбросанную кровать в смешении простыни, одеяла и подушек с торчащими из них перьями.

Налицо был отгулявший бардак.

Но и это не смутило закалённого в любовных боях Драки.

- Ваш взгляд напоминает приток реки, впадающей в неизгладимую печаль, - предугадала Вильма.

- Не волнуйтесь, - поспешил успокоить её он. У Вас так уютно, что я не знаю, что и сказать.

- Не надо слов. Действуйте как подсказывает Ваша незапятнанная совесть.

- Тогда я по-шпионски предварительно разоблачусь прямо перед Вами, если не возражаете.

- А вы рачительный эксгибиционист, - заметила она игриво, повернувшись задом, и ловко подоткнула за пояс ситцевую юбку, напоминающую непрожаренную тряпку из пиццерии.

- В хозяйстве всё сгодится, - согласился он, стягивая с себя трусы, обнажив трёх близких друзей, приютившихся в облысевшем паху, и добавил, - я Вам нравлюсь?

- Поживём, увидим, - улыбнулась она и запела, - Вам хочется знать, что ждёт впереди, застряв у меня в ягодицах?