Главная русская оппозиция, 1917-2017 aka Русская заставила лизать

Кто я?

Я - оппозиция.

Кто-то в высоком кабинете сейчас вздрогнул и громко икнул. Хотя я это так, они здесь не ходят.

Успокойся, господин-товарищ, и отхлебни коньяка, который стоит внизу твоего имперского стола. И не переживай ты так, сердешный, и не махай руками, как пьяный поп от дьявольского наваждения!

Еще раз повторяю внятно и доходчиво: я - оппозиция!

... А Пушкин кем был? отнюдь не для того, чтобы карябать им стишки.

А Лермонтов? припоминаете Да напиши кто сейчас такое, его через две минуты в психушку увезут, потому как де-мо-кратия!

И обоих поэтов власть  с радостью проводила на тот свет, вдогонку зло прошипев: Собаке собачья смерть!

А Блок? про сытых за жолтыми окнами.

Я - оппозиция, и в этом нет ничего преступного и предосудительного.

Ба! И тут подоспела новая Красная власть, и с прежним рвением и усердием принялась изводить поэтов!

А Гумилев? которого тотчас поставили к стенке.

А Есенин? которого то ли повесили, то ли сам с тоски повесился.

А Мандельштам? который погиб в лагерях...

А Цветаева? которая покончила с собой от безысходности и отчаянья.

А Ахматова и Пастернак? кто ходили по краю...

Неужели кто-то остался? Ах, да, один Маяковский; и тот не известно по какой причине, но вероятно, как человек, в котором проснулась совесть, взял в руки тот самый злосчастный маузер...

Всех! никого не пропустили...

Далее высланный Бродский и советские диссиденты.

И опять поменялась власть! И что, извинились? За смерть и кровь извинились? Молчат суки! как воды в рот набрали. Зато детишек по стихам убиенных и замученных учат в школе о любви к нашей великой и могучей Родине! Не по трескотне же кровавых вождей, дремлющих генсеков и поздних болтливо-пьяных отпрысков...

Слава России! Россия, вперед!..

1917, 2017

НОВЫЕ ЛОЗУНГИ

Солнце сияет

в небе синем,

стал свободным

и счастливым народ...

Слава России!

Слава России!

Россия,

вперед!

1917, 2017

РУССКАЯ ИНКВИЗИЦИЯ

Да, здравствует

самая лучшая в мире

российская власть,

у которой за любезностью

готова новая любезность!

Все стихи

нужно немедленно

расстрелять,

остальные

повесить!

1917, 1991