За что не любят евреев

— Вот за что все в мире не любят евреев, кукла Лена?

— Вопрос риторический. Откуда я знаю? Не лапай меня сейчас.

— Евреев не любят за то, кукла Лена, что у нас слишком высокие моральные стандарты. Умение евреев держать слово тоже всем хорошо известно.

— А вы бы давали нормально жить коренным народам, и не спали с их самумами красивыми женщинами — вас бы никто и не обижал. А так — чего ты хочешь?

— А вот тут изменить ничего нельзя, кукла Лена. Писать против ветра строя светлое будущее — это очень по-еврейски.

— Угу. Тут ведь главное — писать с гордо поднятой головой. И — чтобы ветер в лицо. То-то я смотрю — у тебя то писька вечно поднятая от малейшего дуновения ветерка. И опять не вовремя. Халат он с меня снимает. Не видишь — у меня плита включена.

— А что делать, кукла Лена? Да, у тебя включена плита. Но для этого нас обрезала судьба. И тут уже или ты в постели, со всеми твоими сиськами рядом лежишь, или моя голова в кустах чайных роз покоится. Третьего не дано. Так что обещай, что в этом случае ты будешь безутешной.

— Да клянусь перед лицом своих товарищей, блин! Ты же мне, пока живой, деньги на карточку «Мир» переводить за то, что я с тобой сплю. Не забыл еще, я надеюсь?

— Такие суммы не забываются, кукла Лена, никогда. Так что не волнуйся. А все беды и победы евреев от их запредельной правдивости, кукла Лена. За это нас и не любят.

— Угу, пребываю от твоей детской наивности и веры в светлое будущее в абсолютном восторге, христопродавец. Да плевать всем на вашу правдивость запредельную. Она просто никому не интересна кроме психиатра по мету жительства. Даже на Мерседес твой всем плевать — он всё равно в грязи застрянет. Даже на манеру вашу всюду делать революцию плевать.

Ну зовете вы вечно Россию к топору, железные дровосеки — ну и зовите, сарацины духа. Всё бы вам опылять окружающих пыльцой своей гениальности, блин. А нас и без вас звать не надо — только топор подавай.

Вся деревня под Рузой тебя люто ненавидит, горбоносый, потому что я у тебя в постели, простоя женщина из народа с большими свистками, раскинув руки лежу. Гендерным угнетарием, да еще на родной земле, кому приятно себя ощущать?

Н ты самое святое же нагло у государственно образующей нации зубами рвешь, сметая всё на своем пути. Причем на глазах у всех, демонстративно, в кустах чайных роз не от кого не прячешься. Внизу местной социально-половой пирамиды вам то не сидится — всё парить в облаках хочется.

— Бери больше, кукла Лена — в безоблачном небе. Только ты и я. И где-то, далеко внизу, скрипач на крыше.  

— Угу, в небе, конечно. Со мной то, полуголой, да на Мерседесе, неспеша, да по деревне под Рузой проехаться? Ты не против, нет? И, после этого, ты думаешь, тебе, при случае, про обрезание не напомнят? А потом еще и обижаются, что их брали тепленькими. А ну, быстро Аль Аксу отдали, агрессоры чертовы! Оглянуться не успеешь, как вынудит чистую девушку из народа трусы снять, космополит ты безродный (см. картинку над текстом).

— А сильным женщинам трусы не нужны, кукла Лена. Это кто-то из видных революционеров говорил. И пламенных.

— Правда? Сильные женщины и без них прекрасно обходятся? Чу! И шокирующая для громадян деревни под Рузой поплыла новость... И уже из зала доносятся аплодисменты потерявшей терпение публики. А революционных матросы достают свои маузеры. Сабли, сабли, товгищи, наголо — это требование революционного момента!   Нет, двигатель  на броневике не глушите — революция пока в постности....

А землю то мы потом крестьянам раздадим, хоть в Гренаде, хоть где — вы только не волнуйтесь. А сами в Израиль свалим с русским женами с большими сиськами. От греха подальше, пока в деревне под Рузой опять что-то делят...

Не выйдет! Завтра на рынок в Рузу меня повезешь — в Торговый Центр зайдем. Зубы он мне заговаривает.

— Просто ветер в паруса мой личной каравеллы попал — вот и улетел я с тобой в рай. Причем тут «зубами рвешь», кукла Лена? Рыба ищет, где глубже, а человек ищет эту рыбу, что с этим поделаешь? Да и клыками мясо с кровью рвать — это нее моё.  

— Ну-ну, тешь себя иллюзией, космополит, это тоже очень по-еврейски: «Всё-таки 21 век во дворе, не 20-тый — интернет повсюду. Теперь даже жизнь черных тоже имеет значение». Без таких иллюзий то жить совсем страшно? Не ощущаешь?

— Да есть маленько, кукла Лена. Не знаю, как у тебя, а у меня за жизни черных душа то болит...

— Понятно. Как говорит моя мама:

— В евреях удивительно гармонично сочетаются по-детски наивный идиотизм и старческий хитрожопый прагматизм, доченька. Простой женщине из народа от еврея то всё равно не уйти, да и не надо, наверное. А вот в узде держать его надо!

— Кукла Лена, да прекрати свои ваши упражнения в боксе! Ты же меня сейчас убьёшь насмерть.

— Нет, не прекращу, пока не нанесу тебе удара в грудь. Убрал от меня руки, пока у меня плита включена! Нехристь ты царя небесного... Старый вроде, от семи болезней лечится — а из рук не вырваться, блин...