Как Тони Монтана атомную бомбу заполучил

Отважной блондинке Хичкока Эжени Бушар

Недюжинной воли избранник богов, волею провидения лишенный эпилептической составляющей в пользу некоего не совсем вполне осознаваемого пророческого дара, строивший энергическую державу минимум на тысячу лет, многоходовочно кидавший через хер европейских партнеров и - итогом - оставивший после себя целесообразные руины никак не давался пресмыкавшимся и подвизавшимся поблизости двуногим, искренне не умеющим раскусить этот орешек : то ли придуряет незадавшийся рисовальщик, то ли, возведя самообман в абсолют, на самом деле верит в клубящуюся меж чуть оттопыренных австрийских ушей чушь и гиль, хотя, для справедливости, армия Венка все же пыталась пробиться к закольцованному парой советских маршалов Берлину, и не вина армии в неспособности продвинуться хотя бы на пару километров, любой, кто обладал минимальными арифметическими навыками, прекрасно понимал, что после блистательной атаки самураев на Пирл - Харбор весь блок стран оси обречен, можно было выводить синусы разгрома Советов, можно и нужно было маневрировать до Касабланки, дипломатически или на уровне разведок, но после твердо принятого решения похерить ублюдочный режим - аллес. Мощь заокеанской страны, столь нелюбимой моими соотечественниками ( аааааа, пытался я тута прочесть книжку пидараса Ивашова, дженерала и недомоторса, тупого и уё... ного настолько, что после пары страниц бесконечных сетований и звериного воя понимающего свою ничтожность мудака в адрес нео - романской республиканской империи удалил я инсинуации стратегицкого полководца, из той плеяды деятелей, что после сорок пятого просрали все и вся где только можно, кинув своих в Анголе, бросив ограниченный контингент в Бельгийском Конго и по - полной обосравшись в Афгане, не говоря о полнейшей сдаче хоть каких позиций после восемьдесят пятого, когда от двуполярной системы остался пшик ), явно продемонстрированная в первом акте Мировой бойни, притихше - отложенной на два десятка лет, оставляла временной зазор ровно до появления в козырном плаще, конечно, как обычно, самого Хамфри Богарта на песчаных отмелях Магриба, где и приняли вконец и бесповоротно решение накернуть подчистую, насрав на возможность сепаратности или хоть каких послаблений, то, что не сделали поганые западники в четырнадцатом, оставив всех нас с голой сракой мысленно - диванного сопротивления поганому режиму жуликов и бандитов, дураков и нечисти, некомпетентной и непрофессиональной по любому вопросу, кроме украсть и спрятать, впрочем, закамуристые извивы больших ребят из Уошингтона, умеющих играть на недостижимом славянами уровне многодесятилетних заглядываний за горизонт, мало понятны мне, потому вернемся к фюреру.

- По - моему, он вконец сбрендил, - заметил младший Борман, провожая юную Траудель из столовой в сад при Рейхсканцелярии. - Да курите, - махнул легкомысленный Борман, заметив неловкое движение тоненькой ручки под накинутым на зябнущие под апрельским свежим ветром плечи жакетом, - может и губной помадой пользоваться, я не настолько ограничен и туп, чтобы требовать от женщин Рейха спускания в глубины средневековой дикости.

Траудель хихикнула и закурила  " Кэмел ", смешно съежив пальцами вытянутую недоуменно морду верблюда. Борман всмотрелся в неожиданно гримасничающую картинку и тяжело вздохнул.

- Завидую я вам, - сказал он, забрасывая ногу на ногу и подвигаясь на влажной скамейке, освобождая место расхаживающей по взрыхленной земле секретарше фюрера, - молодым, хотя я и сам не так уж и стар, но знаете, милочка, те лишние семь лет, что разделяют нас, так вдарили мне по голове, - он потер гудящие виски, мотнув головой, - что понимание полнейшей безнадеги перевешивает хоть какой вымученный оптимизм, присущий вам, рожденным после двадцатого.

Траудель пожала плечами и затоптала окурок точными движениями остроносой туфельки, подаренной Магдой на свадьбу секретарши вождя. Запачкав туфлю, огорченно нахмурилась, и, достав носовой платок, аккуратно оттерла крокодилью кожу, по слухам, стоившую половины экспериментального  " Мессершмитта ".

- Все же он сбрендил, - поднимаясь говорил Борман, следуя за Траудель к входу в бункер, - я еще осенью сорок первого пробовал донести до Гудериана мысль о полном и окончательном крахе, а после декабря только крайний дурак мог бы питать хоть какие надежды. Сталь и бензин, - бормотал он, спускаясь по стальным ступенькам, утопленным в славный потсдамский бетон, способный выдержать и прямое попадание пятисоткилограммовой авиационной бомбы, хотя через неделю крупнокалиберная артиллерия Конева опровергнет горделивое хвастовство производителей цемента, раздолбав и вход, и железобетонный портал, и верхнюю часть лестницы в бункер, - миллионы монголов и несгибаемая воля Сталина ...

Они шли по бетонной кишке туннеля, приближаясь к хозяйственной части бункера, откуда уже доносился нестройный рев пьяных эсэсовцев, нагнанных рейхсфюрером за последние три дня, как и все побеждаемые забыв о важнейшем. Разгром всегда и всюду дает возможность развития в дальнейшем, а уж сумеет ли конкретный побежденный воспользоваться им или сербским образом просрет, возводя картонные маркеты или олимпийские недообъекты, вопрос другой, не столь мне интересный, ибо ( шикарное словечко ! ) хорошо зная историю моей милой родины, понимаю я заранее, что Россия привычно обосрется и засохнет где - то между веком шишнацатым и Северной Родезией. Да и х... й на нее, на паскуду, не хотим жить по - человечески - хер кто заставит.