Сложный выбор одной из трех (Кремпай сразу в трех дырках рассказ)

Истинный национал - социализм, без привнесенного фюрером сионизма, выглядел совершенно иначе, крепко отличаясь от миролюбия и доброго отношения к женщинам Христа, даже не задумывавшегося о готовности подонка Савла преобразиться и возвести на крови и боли человеконенавистническое здание церкви, прямо проклявшей женщину, а Гитлер, зациклившийся на антисемитизме, даже не догонял, что антисемитизм придумал именно сионизм; международное еврейство, обладая собственной идеологией, по определению не могло существовать без врагов, настоящих или вымышленных, и порождающих необходимость идеологии.

Я еще раз перечитал вышеизложенное и раздулся от гордости. П... дец, я такой умный. Прям вот хоть к Витухновской иди в конюхи. Буду такой в сапогах, дико орать на масквичей и гостей столицы : " Пади ! Гайда !" А Витухновская, трясясь сзади жопой по дерматину седушки, станет мне нашептывать и искушать :

- Дави ! За каждую старуху рубль плачу !

Жаль, конечно, что Нина Ургант давно уже кони двинула, я б ее бесплатно и семь раз подряд переехал бы. Лишь бы в радость, как говорится.

У Кикабидзе его года были его богатством, а у меня ум. Щеперится в черепушке, пухнет и грузнет, ероша волосы с той стороны, инда аж жутко становится.

- Мой мозг - мое богатство

По аэродрому словно лайнер улетел,

На борьбу с всемирным рабством

Разум мой поспел.

А там - борцунов хоть жопой жуй ! Все за борьбу, все против рабства, даже талибы, которых нет, оказываются национальными и освободительными, почему - то вовсе непонятно назначенные террористами. Твою ж ты мать, еще язык поворачивается у политиканов бурчать о двойных стандартах, какие, на хрен, двойные, бери ширше, черпай глыбже.

- Я царь царей - Сарданапал,

Воздвиг я своим х... ем

Общепланетную столовку

Под вывеской  " Се коммунизм".

За мной стоит тот Ганнибал,

Что непременно всех и нае... л.

Три строфы вылетают из рифмовки, можно, конечно придумать новый слог, обозвав его умно и в меру новомодно  " колхозный ямхоей ", упуская двусмысленно твердую  " р ", дабы потом, по прошествии, густо ржать над сонмами мудаков - исследователей, ломающих копья о свои злоупорные лбы.

- А вот, помнится, еще Гомер говорил мне на причале Пицунды, - частит взахлеб вздорным еврейским тенорком жутко грамотный гость Феклуши Толстой, - что не всегда и нужен привычный стилю, так сказать, ритм и слог.

- Сволочь ! - взгайкает тогда имеющий свою теорию всего и во все стороны второй гость грудастой и рыженькой Феклуши.

А Мариэтта Чудакова, злобно перднув, скажет :

- Не трогайте Пушкина, ради Бога !

Но трогают Пушкина, и за яйца - то его щекотят, и бакенбарды рвут шандалами коваными, потому не балуй. И шалишь, конечно. Ты пошто хлапа винового передернул ? Передернул и передернул, с кем не бывает, вон, сам Федька Толстой Американец шулером знатным был, Кречинский опять же, да и Сухово - Кобылин не абы кому, ты зачем, кудряш афророссиянский, попался - то после передергиванья. Да кому ! Изюмцам.

- Швыряй его вниз башкой в окно ! - рычит молоденький корнет, держа Пушкина за горло.

- Кий бильярдный в сраку ему вогнать ! - конструктивно предлагает усатый ротмистр, пиная Пушкина под зад сапогом с малиновым звоном серебряных шпор.

И ежели б не случился поблизости полковник отчаянных и пьянущих гусар, то несдобровать и Пушкину.

- Это, ребята, - смеется Давыдов, легонько отталкивая гусар от рвущегося из их цепких рук поэта, - Пошкин, я его знаю.

- Щас скажет, - шепчет корнету ротмистр, - голосом Ренаты Литвиновой, что это он ему подарил эти ботники. А ты ответишь такой : " Оно тебе надо ? "

Мариэтта Чудакова сурово осматривает увлекшегося коалу, мотает осуждающе гривой и говорит в сторону :

- Ничево святого у людей - то и не осталось .

А ты с какого, баушк, всего - то лишь пиита и посмешанца по сути святыней - то ставишь ? Так у вас, граждане бандиты, и Путин стратегицким гением становится, пока фактом физической кончины не подтвердит присущий нам всем вывих наоборот : помер царь - гнида стал, подонок и негодяй. Лишь один дедушка Ленин хороший был вождь, а все другие такое говно, все другие дураки. Ухойдакали Иисуса и все его учение извратили, убивать кошерно стало, не сопротивляться - шалишь. И не балуй, конечно.

Подкатываю, значится, Витухновскую к самому к Кремлю, на кременной Маскве высящемуся башенками. Высаживаю и думаю, что она на трон Мономашичей попрет. А вот х... й вот вам вот, товарищ Лоськов ! Лезет она в Мавзолей, к Ильичу подходит и обрушивает на него дубину народного гнева.

- На, сука !

Это она правильно. Легче с проще любой х... ней страдать, нежели пойти и реально, как Савинков, как Перовская, как Робеспьер или Дзержинский шкуркой личной рисковать. А п... деть ни о чем я и сам умею. Недаром вон Потупчик от моего умения изрыгать слова, слагая их когда в бессмысленные, когда в смешные фразы, сквиртует и тащится. Прется. Кайфует. На Безумное Чаепитие напрашивается, к Королевскому Крокету пристраивается. Значит : есть в моих малых литературных формах нечто такое, что даже Боливару торкнуло в его конячью голову, раз уж прокремлевская блогерша без ума от меня, всего такого шикарного и шибко умного. Эх, возвернуться, что ли, к первому абзацу - то, там, вроде, интеллектуально донельзя.