Заголовок
Текст сообщения
Пролог
Тяжело и хрипло закашлявшись, я выплюнул кровь и попытался перевернуться на спину. Левую руку прострелило резкой болью и я, не выдержав, тихо заскулил, кусая и так разбитые до состояния желе губы.
— Лежать, тварь! — Проорал над головой звонкий, наполненный ненавистью и презрением голос молодого парня и сильный пинок по рёбрам дёрнул моё измученное тело. Новая волна боли пошла от руки, заставляя захрипеть. Моя левая ладонь надёжно прибита к дощатому полу ржавым железнодорожным костылем и не позволяет ни встать, ни уползти от сыплющихся сверху побоев.
— Хватит, пойди подгони машину к воротам. — Произнёс отец молокососа и тот, пнув меня ещё раз, вышел из полумрака гаража.
— Ну что же, Стас, наш разговор подошёл к концу. — Немолодой уже, с проседью на коротко стриженых висках, мужчина присел передо мною на корточки. Взгляд его карих глаз был наполнен спокойствием, пробирающим до костей, ужасающим и сводящим мышцы окоченелой судорогой.
— Я... Я во всём признаюсь... Хватит... Я умоляю... — Через боль шевеля остатками губ, еле слышно пробормотал я и скривился, осколки зубов резали дёсны и наполняли рот кровью ещё больше. Дышать было с каждой минутой всё тяжелее и тяжелее, я чувствовал, что сломанные рёбра нарушили что-то внутри, и теперь кровь медленно заполняет грудную клетку.
— Не стоит, твоё признание не искупит вины. За всё следует платить свою цену. Ты месяцами насиловал мою дочь, снимал это на видео, шантажировал, запугивал, издевался, доводил до нервных срывов. Неужели ты думаешь, что я доверю твоё наказание полиции и суду? Ведь ты так на это надеешься, не правда ли? Нет, твой отец не сможет купить или надавить на судей, его министерское кресло ему не поможет, их вообще не будет, я твой судья.
— Не надо... Я умоляю... Пожалуйста... — Тусклый свет от единственной лампочки плыл пред глазами, слов моих было почти не слышно.
— Алина тоже умоляла тебя, ползала перед тобой на коленях и плакала, что ты ей ответил? Не помнишь? А я помню, я на всю жизнь запомнил то, что нашёл у неё на компьютере. Я хочу знать лишь одно, сколько их было? Моя дочь ведь не первая? — Всё так же спокойно, не повышая голоса, прямо глядя в мои мутные глаза, спросил бывший подполковник.
— Отвечай, иначе наш разговор будет длиться всю ночь. — Его крепкая рука ухватила меня за волосы и начала оттягивать голову. Я засипел от боли, на подбородок плеснуло кровью. Сил терпеть больше не было, в штанах значительно потеплело, я обмочился и почти отключился, как болезненная оплеуха всколыхнула начавшее меркнуть сознание.
— Девять... Девять... Их было девять! — Не выдержав, на всплеске адреналина почти выкрикнул в лицо своему мучителю я и попытался дёрнуться, но тут же оцепенело замер, увидев как тот, медленно кивая, достал откуда-то из-за спины нож.
— Десятой не будет. — Холодно произнёс он и одним умелым движением вскрыл мне глотку вместе с артерией. Кровь залила горло, я попытался вдохнуть, но не сумел, лишь упал на пол, обливаясь кровью и отстраненно наблюдая, как мой убийца выпрямился и принялся безразлично вытирать с широкого лезвия охотничьего ножа кровь каким-то куском ветоши что валялся на столе, мою кровь. Спасительная темнота затопила всё вокруг, боль ушла, наконец-то...
— Допрыгался? И почему я не удивлена? — Пробился сквозь тьму недовольный женский голос. От удивления я резко распахнул глаза и тут же начал щуриться, от резанувшего по зрачкам яркого света.
— Ты кто? Где я!? — Чуть проморгавшись, в панике воскликнул я и подскочил на ноги, принялся лихорадочно ощупывать себя, ничего не болело.
— Заткнись и не мешай. И почему отец наплодил ублюдков, а заниматься вашими ничтожными душонками должна именно я? — Раздражённо листая какую-то книгу, пренебрежительно махнула мне рукой незнакомка. Я ошеломлённо уставился на молодую девушку, сидящую за письменным столом в нескольких шагах от меня, кроме этого стола в комнате больше ничего не было, я даже не смог определить, откуда исходит свет.
— Вот, нашла, не особо хороший вариант, но тебе и такой сойдёт. — Прекратив перелистывать шуршащие страницы одну за другой, произнесла она и позволила увидеть своё лицо. Я бы не назвал её красавицей, не в моём вкусе, слишком уж волевое и уверенное лицо, никогда не любил таких стерв, а то что это стерва, видно с первого взгляда.
— Ну что же, ублюдок, тебе повезло, есть подходящее место для твоей поганой душонки. Вот честное слово, если бы не приказ отца, дала бы вам всем сдохнуть и раствориться в небытии. И почему именно я разгребаю всё это дерьмо? — Словно ни к кому не обращаясь, поднялась она на ноги и пошла ко мне, стол перед незнакомкой исчез. Я моргнул и испуганно сделал несколько шагов назад, пока не уперся спиной в холодную стену.
— Да не шугайся ты как крыса, не собираюсь я тебя бить, даже наоборот, дам немного силы, чтобы сразу не сдох, а то потом опять с тобой возиться. — Брезгливо скривила тонкие губы она и положила обжигающе холодную ладонь мне на лоб, прижимая затылком к стене. Я хотел оттолкнуть её, вырваться, но тело перестало откликаться на команды, я застыл соляным столпом и лишь чувствовал, как с кожи непонятной девки в моё тело проникает нечто необъяснимо жгучее и в то же время неимоверно приятное. Кровь побежала по венам горной рекой, сердце заколотилось часто-часто, мышцы наполнила сила и эйфория, на мгновение я забыл кто я и где я, лишь чувство всемогущества заполнило каждую клетку тела.
Всё прошло так же резко как и началось, тело вновь заимело вес и я медленно сполз по стене.
— Теперь у тебя есть шанс, постарайся сразу не сдохнуть, второй раз я засуну тебя в такую клоаку, что сам запросишься в небытие. — Брезгливо вытирая ладонь платочком, не оборачиваясь произнесла она и махнула рукой, стена за моей спиной исчезла и я провалился в пустоту.
Глава 1
Воздух... Так мало воздуха, почему вокруг такая духота? Я помотал головой и сумел высвободиться из-под одеяла. Плотная ткань накрывала меня с головой, вдохнув порцию свежего воздуха, я тут же скривился и открыл глаза. Особого результата сие действие не возымело, кромешная тьма окружала меня и лишь запах дыма и чего-то неприятного, кислого, витал в воздухе. Рядом кто-то шевельнулся и только сейчас я заметил, что нахожусь под одеялом не один. Шею мою оплетала чья-то рука, на бедро заброшена нога, и о кожу трётся... Могу с уверенностью сказать, что рядом женщина, обнажённая и она только что проснулась. Воспоминания скачками запрыгали в голове, вспыхивая яркими образами и молниеносно сменяя друг друга. Последние часы жизни промелькнули одной яркой полосой и меня заволокло силой, тем неведомым чувством, что ощутил при прикосновении незнакомки.
Сила наполнила не только мышцы, но и кое что ещё, моментально окрепший член уперся в жёсткую ткань и налился кровью до болезненного дискомфорта. Тяжело выдохнув сквозь стиснутые зубы я постарался отдышаться, но руки мои уже сами собой заскользили по телу лежащей рядом молодой девушки. А она действительно молода, я чувствую это своими ладонями, что уверенно и бесцеремонно ухватили её грудь, небольшую но упругую и нежную. Она дёрнулась и попыталась отстраниться, но как-то неуверенно и с... Опаской? Никакие странности не могли смутить меня в этот момент, лишь желание, непреодолимое и неутолённое, такое сильное и поглощающее довлело над всем. Не обращая внимания на слабые попытки сопротивления, я одним движением поднялся на локтях и, перекинув ногу, оказался над девушкой. Я не видел её, но чувствовал кожей, ощущал как её обнажённое тело прикасается к моему, как трётся кожей, слышал её учащённое, испуганное дыхание. Руки мои действовали привычно и уверенно, поймав тонкие запястья я ухватил их и поднял руки девушки вверх, прижал к кровати над головой. Не рассчитав силы, ударил её руки о деревянную спинку кровати, не знал что она там есть, девушка тихо вскрикнула, но вторая моя ладонь тут же сжала её горло, не позволяя издать больше ни звука.
Опустив голову, жадно припал к молодой девичьей груди, принялся остервенело лизать и целовать нежную бархатистую кожу, чуть солоноватую на вкус но от того не менее приятную. Она ещё несколько раз дёрнулась и затихла, позволяя мне с жадным урчанием покусывать соски. Отпустив шею опустил руку вниз, нырнул ладонью к самому желанному и сокровенному, наткнулся на густые и жёсткие локоны, но не остановился, настырно пробился сквозь это подобие защиты пальцами и начал играть ими с мягкой чуть скользкой плотью. Долго это продолжаться не могло, она ещё старалась сжать колени плотнее, когда я без труда преодолел это препятствие и, навалившись, одним резким движением ворвался в узкое горячее лоно. Мгновенное сопротивление и мой член провалился вглубь, а я упал на локоть, крепко вжимая девушку в жёсткую кровать. Она вновь вскрикнула и заплакала, руки её перестали напрягаться и я, сделав несколько остервенелых движений, встал на два локтя, нависая над своей жертвой, слушая её всхлипы и ощущая горячее прерывистое дыхание на щеках. Раз за разом я толчками заталкивал член по самые яйца в доселе девственное влагалище, осознание этого пришло только сейчас, когда кровь перестала колотить в висках оглушительным барабанным боем. Но остановиться сейчас было уже не реально, я наслаждался ощущением того, как мой член проникает в горячее нутро, как скользкие стенки обнимают и ласкают его, как головка с каждым толчком ощутимо упирается в шейку матки и как незнакомка всхлипывает и размазывает слёзы по щекам. Она уже даже не думает сопротивляться, не знаю почему, но девушка подо мной очень быстро смирилась со своей участью и теперь послушно лежит подо мною, раздвинув колени и стараясь унять слёзы. На миг устыдившись, я наклонился ближе и, нащупав в темноте губы, уверенно поцеловал партнёршу. Лишь через несколько секунд на сумела ответить, робко и очень неумело, словно это был её первый поцелуй в жизни.
Ощущая медленную перемену в настроении девушки, я перестал лезть к ней в рот языком и слегка убавил пыл, движения мои стали несколько плавнее. Так жарко, оторвавшись от губ девушки, я поднялся и отбросил одеяло, по плечам повеяло освежающей прохладой. Вынув член, я на ощупь перевернул незнакомку и, ухватив за бёдра, заставил встать передо мной на четвереньки. Сколькую от смазки и крови головку пощекотали жёсткие волосы, но я вновь попал меж сладостных складок и снова вошёл в уже ставшее моим лоно. Из горла девушки вырвался тихий стон, наклонившись, ухватил в ладони её грудь и, массируя, продолжил приучать к взрослой жизни. Пламя безумия подугасло во мне и теперь я уже более менее контролировал происходящее, темп перестал быть суматошным и дёрганым, член мой двигался размеренно и на всю длину, почти выходя из начавшей влажно чавкать вагины а стоны незнакомки стали раздаваться чаще и всё более переставали походить на болезненные выкрики.
Утратив чувство времени и пространства, я отдался в волю удовольствия и наслаждения. Моя партнёрша тоже перестала страдать и даже немного раскрепостилась, несколько раз я замечал её робкие прикосновения. Узкие ладони с длинными пальцами прикасались к моим, держащим её за грудь, неуверенно гладили предплечья, пару раз даже сжали, когда ей становилось приятно. Не знаю, сколько это происходило, но уже приближаясь к финалу, я понял, что это будет мощно. Так и получилось, спермы было много, она горячим потоком хлынула в застонавшую от удовольствия девушку, наполняя её влагалище целиком п полностью, просачиваясь наружу, смачивая волосы и размазываясь по внутренним сторонам бёдер. Я ещё несколько раз двинул начинающим слабеть членом и с чавканьем вынул его из столь гостеприимного убежища. Глубоко дыша, я довольно улыбнулся в темноте и упал лицом в подушку, рядом рухнуло горячее девичье тело. Уже засыпая, ощутил, как её руки накидывают на нас одеяло а потом вновь оплетают мои плечи, щека прижимается к плечу и всё вновь уплывает в туман.
Что-то влажное и шершавое назойливо елозит по моей физиономии. Я поморщился и недовольно открыл глаза, моргнул несколько раз и уставился на молодую симпатичную девицу, сидящую у моей кровати с неказистым тазиком и тряпкой.
— Вы очнулись, милорд. — Тихо произнесла она и стыдливо отвела глаза в сторону. Недоуменно хмурясь, я попытался сесть и скинуть с себя натянутое по самую шею тяжёлое шерстяное одеяло.
— Нет-нет! Милорд, вам нельзя подниматься с постели! — Девица вдруг вскочила и начала торопливо укладывать меня обратно, толкая в плечи.
— Да отстань ты. — Раздражённо отмахнулся я от неё и резко выпрямился, садясь на кровати и оглядываясь. Незнакомка шагнула назад, задела тазик и тот с грохотом покатился по полу, разливая воду. Я оказался в какой-то непонятной... Землянке? Да, судя по потолку и виднеющемуся на противоположной стене входу, это именно землянка. В очаге деловито потрескивали дрова, окон не было а освещением служили несколько неимоверно чадящих толстенных свечей, расставленных по полкам на стенах.
Да уж, ну и амбре от этих светильников, явно не ароматические смеси и благовония использовали местные производители. Стоп, а местные это какие? Где я вообще оказался? Что это за лютая деревня и что вообще происходит? Помотав головой, я снова начал вспоминать события последних суток. Нет, никакая амнезия меня не сразила, я отлично помню как меня отыскал отец Алины с её идиотом братом, помню как они зажали меня в подворотне у бара и увезли в тот долбаный гараж, помню как добрых три часа месили меня ногами и помню как... Убили меня... Стоп, если меня убили, то... Так, стоп, что там несла та брюнетистая стерва? Её я тоже очень хорошо помню, что-то про ублюдков, силу и варианты, а потом я очнулся здесь и... Вспомнив, я резко посмотрел на продолжающую стоять у моей кровати и сжимать в руках тряпку девушку. Судя по фигуре и размеру груди это она, теперь понятно почему так смотрит, а точнее не смотрит, судя по всему, ночью я её изнасиловал...
Нет, я это дело конечно люблю, но всегда подхожу к вопросу обдуманно и с планом, а ночью было что-то непонятное, и она просто попала под руку. Так-так-так, а почему она ещё не пожаловалась и почему меня снова не прибивают к полу гвоздями? Что-то тут не так, и почему она зовёт меня милордом и так мнётся? Перегруженный кучей мыслей я с силой размял лицо ладонями и замер, медленно отнял руки от лица и уставился на пальцы. Не понял юмора, это не мои руки, у меня никогда не было мозолей и такой кучи шрамов. Нет, был конечно один на запястье, но пластический хирург его почти свёл и он не был заметен без пристального разглядывания, а это что за грабли покрытые рубцами? Чувствуя неладное, я медленно ощупал всего себя, всё больше и больше приходя к выводу, что это не я. Окончательно меня добили непроходимые дебри, которые я нащупал, когда в панике полез под одеяло.
— Как вы себя чувствуете, милорд? — С опаской поглядывая на меня, неуверенно поинтересовалась девица, заметив мои непонятные телодвижения.
— А... Это... Я... — Только и сумел проблеять я, одной рукой держась за длиннющие спутанные патлы на голове а другой за член. Картинка складывалась, но я не мог до конца поверить в её реальность, ещё раз всё проверил и наконец перевёл взгляд на насторожившуюся девушку.
— Эм... А что произошло? — Стараясь хоть немного разрядить напряжение, повисшее в воздухе, поинтересовался я и наконец достал руку из-под одеяла.
— Вы провалились под лёд три дня назад, во время очередной атаки химстов, милорд. Таирла сказала, что вас нужно согревать телом, я удостоилась этой чести как единственная незамужняя благородная леди и... — Девушка запнулась и закашлялась, щеки её покрыл такой румянец, что стал виден даже при неверном пляшущем свете свечей.
— А ночью произошло то что произошло. — Не сильно вслушиваясь в то что она там лопочет, пробормотал я.
— Да, милорд. Но знайте, я вас не виню. Честно-честно, я понимаю, что вы не понимали что творили, вас три дня колотила лихорадка, я очень боялась что вы не выживите, ведь тогда всё зря, все эти жертвы, всё напрасно. Я никому не скажу, я клянусь честью рода, только умоляю, не вините себя за произошедшее, вы нужны нам милорд... — Быстро-быстро затараторила девица, заметив моё отстранённое отупение, упала на колени перед кроватью на колени и разрыдалась, обхватив мою руку и прижимая её к щеке. Лицо моё явно приобрело ещё более тупое выражение, хотя это маловероятно, куда уж сильнее-то, но она взглянула мне в глаза снизу вверх своими широкими наивными заплаканными карими глазёнками, что я вздохнул и машинально погладил её по волосам.
— Тихо, угомонись, ничего я себя не виню. — Пробормотал я, и при этом сказал чистую правду. Ну трахнул я её, и что? От неё разве убыло? Ах да... Я же ей целку сорвал... Но с другой стороны, надо же когда-то начинать, первый раз он такой, мало у кого вызывает приятные воспоминания, впрочем не в этом дело, а в её реакции. Сумасшедшая либо она, либо я, и точного ответа на этот вопрос пока не имеется.
— Как тебя зовут-то хоть? — Аккуратно отбирая у девчонки свою конечность, я привычно щёлкнул пальцами и размял шею.
— Баронесса Раварта аль Турирд, но милорд... Неужели вы забыли моё имя? — Удивлённо вздёрнула она брови.
— Да запамятовал слегка, под лёд же провалился, гипоксия все дела... — Вспомнил её слова и постарался тут же отбрехаться я.
— Эм... Ну да... Может мне лучше Таирлу позвать? Она хоть и не настоящая знахарка, но хоть немного в этом понимает... — Неуверенно пробормотала Раварта.
— Нет, никого звать не надо, я приказываю. — Заметив её отношение ко мне, решил попробовать кое что я.
— Да, милорд. — Тут же подскочила на ноги и поклонилась девица. Опаньки, а вот это уже интересно. Судя по всему, я тут какая-то большая шишка, и относятся ко мне соответственно... Не то чтобы сильно непривычно, но чтобы вот так открыто, с поклонами и всем прочим... Я невольно погладил подбородок, мысли снова поскакали галопом.
— А сколько тебе лет, Раварта? — Неожиданно вспомнил я.
— Через несколько восьмиц будет девятнадцать, милорд. — Как-то стыдливо опустила взгляд баронесса. Я снова задумался, не зная с чего начать расспросы, информации катастрофически не хватало.
— Мы сейчас поступим вот как, слушай меня внимательно. Сейчас пойдёшь и скажешь всем что со мной всё нормально, но никого пускать ко мне пока нельзя, это приказ, поняла? — Хорошенько подумав, решил начать я.
— Да, милорд. — Поклонилась девушка.
— Отлично, сама возьмёшь еды и придёшь ко мне, мне нужно серьёзно с тобой поговорить, иди делай. — Не очень умело распорядился я и Раварта с лёгким испугом в глазах выбежала за дверь землянки, на ходу набрасывая нечто похожее на тулуп.
Вернулась она минут через сорок, с подносом и раскрасневшаяся, даже немного злая.
— Чего случилось? — Не понял я.
— Ничего, милорд, просто пришлось долго объяснять, что вы пока не желаете никого видеть. — Начала кланяться она, я недовольно поморщился.
— Значит так, сейчас садись и начинай рассказывать всё с самого начала. — Отобрав у неё поднос, похлопал по краю кровати я.
— Но, милорд... — Начала было она, но я её тут же прервал.
— Не задавай вопросов, делай то что тебе говорят. — Сурово сдвинул брови я.
— Да, милорд, прошу простить меня за дерзость. — Низко поклонилась она, а я лишь закатил глаза, разговор будет долгим.
Мои опасения оказались не напрасными, разговор действительно получился очень долгим. Поначалу Раварта не очень понимала, для чего ей приходится рассказывать мне обо мне же, но когда уяснила, что из-за лихорадки я забыл кое какие моменты, разъяснила всё подробно и в деталях. Рассказчица из баронессы получилась хорошая, почти всё я уяснил с первого раза, лишь в некоторых моментах приходилось переспрашивать несколько раз, но не очень часто. Наконец закончив нашу беседу, я строго настрого запретил ей говорить обо мне что либо другим людями отправил к себе, сам же задул свечи, улёгся в кровать и принялся в темноте раскладывать полученную информацию по полочкам, стараясь разобраться в происходящем и решить что делать дальше.
Из рассказа девицы выходило, что я ни кто-то там с дальнего холма, ни хухры-мухры, а целый, мать вашу через пару пней, герцог. Да-да, сам охренел когда узнал, точнее не целый герцог, а единственный сын герцога, но раз отца моего казнили, значит герцог. Ах да, папеньку моего казнили три месяца назад, за то что он решил свергнуть местного короля, но не сумел. Не получилось, бывает, раскрыли акцию мятежа на уровне подготовлений и оперативно срубили тыкву, чтобы не учудил ещё чего нехорошего. Ваекор ван дер Джепрингтон, а именно так звучит моё полное имя, в заговоре не участвовал, и как показала глубокая проверка, даже о нём и не подозревал, поэтому сыночка мятежника казнить не стали, но и без репрессий не оставили. Да-да, а вы как думали? Чтобы другим не повадно было, новоиспечённого герцога вместе со всеми, кто согласился уйти с ним, отправили в бессрочную ссылку. Отправили не куда-то лес валить или руду добывать, благородный всё же, целый герцог, а вышвырнули со всей челядью за границы королевства, в неблагоприятную местность, не заселённую нормальными людьми из-за проживающих там враждебно настроенных аборигенов.
В состав челяди попали не только слуги из замка и верные воины из дружины, но и один вдовствующий барон с дочкой и трое безземельных рыцарей, зачем их со мной понесло, понятия не имею, но Раварта говорила что-то про клятвы верности и тому подобное. Опущу пока эту тему, самому не до конца ясно, нужно будет попозже разобраться поподробнее. Из так называемых благородных, в живых осталась Раварта, один из рыцарей и двое оруженосцев, хотя последних можно к благородным отнести? Честно, не помню, но пока посчитаю. А общим числом мой отряд составляет всего человек сорок, нет, три месяца назад было побольше, почти полторы сотни, но я не зря упомянул про недружелюбно настроенных аборигенов. Большинство погибло, пока выдалбывали в мёрзлой земле землянки и строили забор, король тоже молодец, нашёл когда в ссылку отправить, посреди зимы, молодец конечно, что сказать. Сейчас, если верить баронессе, середина весны, а я родимый, три дня назад умудрился провалиться под лёд. Понесло меня зачем-то на речушку, у которой мы лагерь устроили, и чуть не утоп. Судя по всему, герцог всё же утонул, а в его тело та неведомая баба засунула меня родимого, погибшего в занюханном гараже. Бр-р-р... Не верится с первого раза, да и со второго тоже не очень в голове укладывается, но факты штука назойливая, так и тычутся прямо в ноздри, дескать на, вот мы, смотри и делай выводы, а если не хочешь, то твои проблемы, сдохнешь и второй раз, чего мне не очень хочется.
Не понравилось мне умирать, очень не понравилось, как вспомню отца Алины, так в дрожь бросает и обоссаться хочется. А что тут такого? Нечего правду скрывать, напугал он меня знатно, и вправду нарвался я, слишком хорошо всё шло, сучки знали кто я и кто мой отец, знали что рот открывать себе дороже, лучше терпеть и коленки пошире раздвигать, авось и обломится чего если в хорошем настроении буду, а тут держите, получите и распишитесь, папаша бывший вояка который класть на всё хотел. Ладно, чего-то не туда ушёл, что было то было, сейчас у меня другое имя, другое тело и совсем другие проблемы, а хотя... Раварта очень даже ничего оказалась, молоденькая, симпатичная, ещё и заранее подчиняться приученная, тут даже есть чему порадоваться... Так, это потом, всё потом, сейчас нужно решить что делать. Та незнакомая стерва упомянула, что подыхать второй раз мне очень не желательно, и я ей почем-то верю. Не понимаю кто она, и с чего мне такая честь как второй шанс, но упускать его нельзя. Вот только как быть? Из услышанного я понял, что сдохнуть здесь легче лёгкого, по зиме аборигены не очень воинственны и нападали так, на дурняк, типа наскочим, отберём чего-нибудь, зарежем кого-нибудь, повеселимся короче. А как снег полностью сойдёт, так и писец котёнку, приедут и вырежут всех к ядрёне кочерёжке... Да на всех-то класть с прибором, что немаловажно, меня зарежут, а это уже проблема. Свалить куда подальше? Ещё лучше. Да и куда? Обратно в королевство? Повесят. К аборигенам? Зарежут. Куда ни плюнь — везде уже насрано. За раздумьями не заметил, как пролетело время и, судя по всему, на улице уже наступила ночь. Я вздрогнул, когда дверь в землянку слегка приоткрылась и воздух колыхнулся холодом, снова закрылась. Напрягшись, я вслушивался в осторожные шаги, пока в темноте не вспыхнул крохотный огонёк небольшой свечки и показалось искажённое столь неверным светом лицо Раварты.
— Греть пришла? — Убедившись, что никакой опасности нет, позволил себе усталую усмешку я и приподнялся на локте.
— Нет, что вы, милорд... Я проведать вас... Мало ли чего... — Вздрогнув, забормотала девица и огонёк в её ладонях лихорадочно задёргался, выплясывая фигуры.
— Да угомонись ты, зажги свечи лучше, и дверь запри. — Уже окончательно освоившись с этой своей знакомой, отдал приказ я и сел, наблюдая, как она послушно опустила засов на двери землянки и принялась одну за другой поджигать стенные свечи от своей маленькой.
Доселе ярко полыхавший очаг уже почти прогорел, лишь изредка робкие языки пламени вырывались из кучи тлеющих углей, но помещение неплохо прогрелось и зябко не было, так что я откинул одеяло и потянулся.
— Ну что? Как там дела? — Дождавшись, когда в маленькой комнатке станет достаточно светло, поинтересовался я, задумчиво разглядывая потупившуюся передо мной девушку.
— Всё спокойно, после последнего набега можно не ждать неприятностей в эту восьмицу, часовые на постах, все остальные легли спать. — Пояснила Раварта.
— Это правильно, расслабляться нельзя... — С умным видом покивал я, продолжая разглядывать девушку.
— Раварта, тебе не жарко? — Кивнул я, намекая на её тулуп.
— Нет, милорд, я сейчас уже ухожу. — Не поняла, а может быть сделала вид что не поняла баронесса.
— Может быть уходишь, а может быть и нет, может быть это я буду решать? — Прощупывая почву, задумчиво протянул я.
— Как вам будет угодно, милорд, если вы хотите, я могу остаться. — Тут же вышколено поклонилась она.
— А ты знаешь, пожалуй, хочу, так что снимай свою куртку и присаживайся, обсудим кое что. — Решил я. Раварта послушно стянула с плеч тулуп, оставшись в платье с длинными рукавами из плотной даже на вид ткани, однотонной и какой-то потёртой. На неё взглянешь и не скажешь что благородная, как-то по другому образ этого слова у меня воспринимается, у нас не в каждой деревне такую модницу найдёшь, ещё учитывая, что подол опускается до самого пола, скрывая тёплые кожаные сапоги.
— Что вам будет угодно узнать, милорд? — Присев на краешек кровати, робко посмотрела мне в глаза девушка, но тут же отвела взгляд.
— Почему ты отправилась в изгнание со мной? У тебя ведь была возможность остаться, не так ли? — Поинтересовался я.
— Мой отец, барон Турирд был верным вассалом вашего отца, милорд, и отправился за вами без раздумий, а я поехала за ним, после смерти матери у меня больше не было родственников, замуж я тоже выйти не успела, поэтому иного пути у меня не было. — Попыталась скрыть тяжёлый вздох девушка.
— И вернуться ты не можешь? Ты ведь не имеешь никакого отношения к мятежу? — Удивился я.
— Нет, милорд, не могу. Эта ссылка равносильна казни, пусть её и называют изгнанием, никто из ушедших вернуться уже не в праве, в королевстве их ждёт лишь виселица. — Ещё больше погрустнела Раварта.
— Вот значит как, и как ты здесь живёшь? Ведь твой отец погиб. — Прощупав почву, начал слегка поддавливать я.
— Помогаю слугам, делаю всё что в моих силах. — Пожала плечами баронесса.
— И как? Получается? Ты же благородная леди, много ли умеешь? — Приподнял бровь я.
— Нет, милорд, но я учусь. Ваша челядь относится ко мне с пониманием. — Благодарно кивнула она мне.
— Я немного поразмышлял о произошедшем, Раварта, и ты знаешь... — Задумчиво протянул я и замолчал, девушка вопросительно посмотрела на меня.
— В свете всего произошедшего, я просто не могу не взять тебя под своё покровительство. Всё же ты спасла мне жизнь, согревала меня своим телом, когда я в этом нуждался, нехорошо будет если я оставлю это просто так.
— Нет, что вы, милорд, это мой долг помогать вам во всём. — Пылко вскочила на ноги баронесса.
— Правда? Во всём? Тогда ты не будешь против, если я попрошу тебя сейчас снять платье? — Не в силах удержаться от подобного соблазна, предложил я.
— Я... Но я... — Тут же зарделась и растеряла весь свой боевой настрой Раварта.
— Что-то не так? Разве с этим есть какие-то проблемы? — Изобразил удивление я.
— Нет, милорд, если вам будет угодно... — Тихо произнесла она и, пунцовая, потупившись в пол, завела руки за спину и принялась расстёгивать пуговицы. Несколько минут и платье опустилось на пол землянки рядом с кроватью.
— Вот видишь, ничего страшного не произошло. — Улыбнувшись, я оглядел её с ног до головы. Под платьем на девушке оказалась рубашка из более мягкой ткани и толстые шерстяные штаны, заправленные в сапоги.
— Скажи мне, если я буду не прав. Я ведь твой сюзерен, и мой титул, несмотря на изгнание, куда как выше твоего, разве не так? — Откинув одеяло, я поднялся на ноги, не обращая внимания на холодный ледяной пол. Мой уже окончательно вставший член покачнулся и приковал к себе взгляд красной Раварты. Она то и дело пыталась смотреть в сторону, но то и дело её глаза находили его.
— Ну же, не надо стесняться, девочка, позволь я немного помогу тебе. — Уже окончательно убедившись в правильности своих выводов, я неторопливо подошёл к застывшей баронессе и легко расстегнул пуговицы на её рубашке, легким движением рук распахнул её и довольно уставился на красивую, пропорционально развитую грудь уверенного второго размера. Соски у неё были крупными, словно спелые горошины окружённые тёмными ореолами.
— Не надо. — Остановил я дёрнувшуюся было девушку и она замерла, так и не прикрыв срам ладошками.
— Я ведь твой сюзерен, и ты принадлежишь мне, не так ли? — Двумя пальцами коснувшись её подбородка, заставил Раварту поднять лицо и посмотреть мне в глаза. Да уж, во всём происходящем со мной безумии я нашёл очень хорошую отдушину, вчерашняя девственница, зажатая и красная как рак — просто великолепный способ сбросить накопившийся стресс.
— Тебе ведь понравилась прошлая ночь? Скажи мне честно. — Продолжая удерживать её за подбородок и не позволяя опустить голову, задал вопрос я.
— Милорд... Я... — Сбивчиво забормотала она, отводя взгляд и с трудом шевеля пересохшими губами.
— Я попросил тебя честно ответить. — Напомнил я.
— Мне было больно... И страшно... — Помолчав несколько секунд, собралась с духом она и взглянула мне в глаза.
— А сейчас тебе страшно? — Чуть наклонил голову я.
— Да, милорд. — Не выдержала и закрыла глаза она.
— Пожалуйста, смотри на меня когда я с тобой разговариваю. — Улыбнулся я, ощущая чувство полного превосходства, такое знакомое и такое возбуждающее.
Раварта медленно подняла веки, позволяя мне увидеть в её карих глазах отблески зеленцы, или мне показалось? и со второго плеча, осела на пол за спиной.
— Вот видишь? Ничего ужасного не случилось. — Улыбнувшись, я погладил Раварту по щеке и, подобрав с пола её платье и рубашку, небрежно отбросил их в сторону.
— А теперь, повернись ко мне спиной, давай, смелее. — Приободрил я баронессу, та помедлила несколько мгновений, а после медленно развернулась, позволяя мне полюбоваться на её подтянутую задницу и стройные ноги, облачённые в тёплое подобие лосин.
— Снимай сапоги, они будут лишними. — Налюбовавшись вдоволь, отдал новую команду. Раварта послушно присела на одно колено и принялась расшнуровывать правый сапог.
— Нет, не так. Наклонись. И спину держи прямой. — Довольно улыбаясь, слегка погладил напряжённый член я, довольно замечая, что в новом теле он у меня явно побольше нежели в старом, в прошлой жизни с таким мог бы отправиться в порно сниматься.
Раварта послушалась, выпрямила плечи и, медленно наклонившись, выставила свою жопу на полное обозрение ухмыляющемуся мне. Девчонка даже не думала спорить или сопротивляться, лишь её излишняя скованность и медлительность выдавали её нежелание происходящего, что придавало ситуации пикантности и возбуждения.
— Молодец, хорошая девочка. Теперь штанишки, точно так же. — Медленно теряя контроль, я всё больше переставал притворяться добрым и благородным сюзереном. Теперь юная баронесса медлила дольше, но всё же, с младенчества вколоченная в сознание аксиома подчинения вышестоящему титулу победила и она медленно, нерешительно стянула край лосин с бёдер, открывая прекрасный вид на полушария, которые так и просились в ладони. Ещё мгновение и показалась её аккуратненькая щёлочка, в обрамлении густых тёмных волос. Сзади её вагина смотрелась прекрасно, половые губы были чуть приоткрыты, совсем слегка, нежнейшая розовая плоть выглядывала на свободу еле-еле, но манила неимоверно.
Чем дальше опускалась ткань, тем глубже приходилось нагибаться Раварте, и тем полнее раскрывался её прекрасный бутон. Наконец она полностью стянула с ног лосины, переступила через них и в неуверенности замерла. Я с расстояния нескольких шагов слышал как часто и громко колотится её сердце, ощущал как пересохли её губы и чувствовал каким прерывистым и неуверенным стало дыхание. Полностью обнажённая, она стояла ко мне спиной, втянув голову в плечи и ожидая что будет дальше. Я подошёл к её спине вплотную, мой стоящий колом член коснулся ягодиц девушки, от чего она вздрогнула, но отойти не посмела.
— Расслабься, сегодня больно уже не будет. — Тихо сказал я, почти прошептал на ухо и положил ладони на её напряжённые плечи, погладил, провёл вдоль по подрагивающим рукам. Вверх они возвращались уже по талии, прямиком к груди.
Раварта тихо выдохнула, когда мои ладони уверенно, по-хозяйски сжали её грудь. Я прижал девушку к себе, мой член скользнул по её ягодице вверх и оказался зажат между нашими телами. Она хорошо чувствовала своей задницей его размер, его толщину и то какой он твёрдый, и сердце её от этого колотилось ещё сильнее. Мой первый поцелуй лёг на её шею за ухом, порождая по телу волны мурашек, ещё один, ещё, они покрывали всю шею сантиметр за сантиметром. Руки продолжали мерно мять сиськи и слегка прижимать соски, зажатые меж костяшками пальцев. Раварта слегка подалась назад, совсем чуть-чуть, но это было верным откликом. Одна ладонь отпустила грудь и принялась гладить живот, гладкий и ровный, с едва заметным слоем жирка, настолько малым, что казалось его словно нет вовсе. Пальцы коснулись мохнатых зарослей, начали пробираться сквозь них, перебирая пальцами и массируя лобок. Вот оно, нащупал, клитор оказался прямо под подушечкой среднего пальца и юная баронесса ощутимо задрожала, когда он начал свой танец, разжигая в ней новые, интересные и влекущие к себе чувства.
Раварта медленно, миллиметр за миллиметром откидывала голову назад, сильнее подставляя шею и медленно закрывая глаза. Это было не её решением, так хотело её тело и она сдавала позиции контроля над ним. Мой член уже болезненно ныл, переполненный прилившей в него кровью, но я продолжал играть с неопытной и такой невинной девицей, заставляя проснуться пламя в её груди. Наконец мои старания увенчались успехом, первый стон, робкий и неуверенный, но такой долгожданный вырвался из её приоткрытых губ с очередным выдохом. Я усилил натиск, вот уже мой палец, гуляя по её клитору, то и дело соскальзывает дальше, проникает в её влагалище, неглубоко, пока. Раварта начала незаметно елозить тазом, словно пытаясь насадиться на него, глаза девушки закрыты, дыхание глубокое и прерывистое, густые волосы на лобке уже слиплись от её выделений, между её ног стало горячо и скользко, первые густые капли мутной смазки медленно потекли по внутренним сторонам бёдер, разливая по комнате томный, ни с чем не сравнимый аромат, перебивающий своей силой и дым из очага, и вонь чадящих свечей, затмевающий всё, аромат потекшей суки.
Уже не стараясь прятать свою хищную, полную похоти и превосходства ухмылку, я за плечи развернул девушку к себе лицом и прильнул к её губам. Её тонкие изящные руки обвили мою шею, она ответила на поцелуй сразу, всё так же неумело, но с энтузиазмом и возбуждением. Обхватив ладонями её задницу, с силой принялся мять упругие полушария, оставляя на покрасневшей коже белеющие отпечатки. Чуть отстранив, надавил на плечи, опуская послушную и податливую баронессу на колени, мой вздыбленный член закачался прямо перед её носом, она нервно сглотнула прямо глядя на него и не решаясь начать первой. Долгая секунда игры в гляделки между нею и моим членом, с кончика головки, растягиваясь в воздухе, вниз потянулась густая капля выступившей смазки, опустилась на её грудь и заблестела на коже.
— Ты хочешь сделать приятно своему сюзерену? — Чуть хриплым от возбуждения голосом, произнёс я. Раварта с энтузиазмом закивала головой и пострела мне в глаза, снизу вверх, с моим членом под носом, о боги, только от этого возбуждённого взгляда чуть прикрытых поволокой похоти глаз я чуть не кончил.
— Тогда приступай, можешь взяться за него ладонью, ниже, у основания, вот так, умничка, а теперь поцелуй его, да, молодец, хорошо. Обхвати головку губами, плотнее, ещё плотнее, без зубов, только губами, хорошая девочка. — Я тихо командовал, прикрыв глаза и откинув голову от удовольствия. Само осознание того, что мой член в этом неумелом ротике первый, дарило наслаждение, так ещё и Раварта с прилежностью выполняла все команды, не артачась и не медля ни секунды.
— Какая ты молодец, соси, давай, работая языком, не ленись. — Приговаривал я, положив ладонь ей на затылок и медленно, очень плавно сношая в рот, проникая головкой до мягкого нёба, заставляя замереть так на несколько секунд не дыша. Тщательно выбрав момент, выдохнул и начал кончать.
— Не пугайся, всё хорошо, глотай, молодец, глотай. — Приговаривал я, ласково гладя баронессу по волосам и наблюдая, как ходит вверх-вниз её гортань, прогоняя в пищевод мою сперму, глоток за глотком, пока во рту не осталось ничего, лишь в уголках губ поблёскивали несколько капель.
— Ты у меня просто умничка, это тоже, держи. — Улыбнулся я и, собрав подушечкой большого пальца остатки, засунул его ей в рот, Раварта с готовностью обхватила его губами и начисто обсосала, выжидающе посмотрела мне в лицо.
Ответив ей довольной ухмылкой, потянул за подбородок, призывая подняться и, развернув спиной к кровати, легонько толкнул. Юная баронесса послушно легла на одеяло, продвинулась чуть дальше и с готовностью раздвинула колени, открывая доступ к своей истекающей соками щёлочке. Влагалище её было влажным и блестящим, дразня я провёл пальцем по клитору, заставляя её в предвкушении закусить губу, пристроился сверху, ухватил слегка ослабший после первой разрядки, но не утративший силу член и, приставив головку, очень медленно и плавно вошёл по самые яйца. Раварта закатила глаза и тихо застонала, когда мой ствол вошёл в неё полностью, расширяя эластичные стенки и упираясь головкой в шейку матки. Я остановился в таком положении, провёл пальцами по её груди, дразня и распаляя сильнее, а после начал движение. Очень размеренно, очень плавно, заставляя прочувствовать каждый миллиметр, каждую жилку на члене, что сейчас заполняет её изнутри, и она это чувствовала, ощущала всё что я хотел показать, и хотела большего, я качественно раздразнил доселе не знавшую наслаждения секса девицу и теперь она была готова к настоящей ебле.
С каждым моим движением, сила медленно нарастала, и вот уже через пять минут, я, довольно рыча сквозь стиснутые зубы, всаживал вновь окаменевший член глубоко в её влагалище, а оно влажно чавкало и хлюпало, нервно пульсировало и сокращалось в такт её неровному порывистому дыханию. Жёстче, грубее, крепко обхватив за бёдра, оставляя на нежной бледной коже синяки от пальцев, резкими толчками, буквально забивая член так, чтобы яйца со шлепками бились о раскрасневшуюся жопу начавшей подмахивать баронессы, а её сиськи болтались из стороны в сторону как у распоследней шлюхи. Сама Раварта лишь восторженно взвизгивала и стонала, судорожно изгибаясь в талии, подмахивая и елозя жопой, позабыв о застенчивости и стыде, позабыв об изгнании, позабыв о смерти отца, позабыв о заботах и опасностях, позабыв обо всём кроме члена, что хозяйничает у неё между ног. Я был уже на пределе, когда она наконец-то захрипела и выгнулась дугой, принялась дрожать в сладостных конвульсиях. Такие мягкие, такие нежные и податливые доселе мышцы её влагалища налились силой, крепко обхватывая член и буквально выдаивая его, вынуждая напрячься из последних сил и начать выстреливать семенем, заполняя девичье тело квинтэссенцией жизни.
Не в силах вдохнуть, я упал прямо Раварту, полежал так на ней пару секунд и скатился на бок, член с чвяком освободился от плена и устало опал. Из последних сил я подгрёб к себе потное тело девушки, прижал её к груди и, набросив на нас одеяло, обнял, ухватил за сиську и вырубился, уткнувшись носом в пахнущие дымом волосы.
Вам необходимо авторизоваться, чтобы наш ИИ начал советовать подходящие произведения, которые обязательно вам понравятся.
Комментариев пока нет - добавьте первый!
Добавить новый комментарий