Заголовок
Текст сообщения
После коротких летних каникул, наступил второй год учебы девушки по имени Юкико в школе-интернате для совершеннолетних девушек, находившемся в окрестностях города Саппоро в префектуре Хоккайдо.
За год учебы в школе, Юкико преодолела "испытания" устроенные новой ученице старшими подругами. Особенно старалась садистки настроенная глава их комнаты Мисуки. Она подвергала Юкико жестким испытаниям.
Даже потом, когда Юкико вроде бы прошла все "тесты" и была принята в круг с подругами как равная, над ней ещё продолжали делать жестокие опыты. Мстительнная Мисуки не простила ей драку случившуюся в середине первого года учебы, и всячески старалась задеть или унизить новую ученицу.
Юкико постепеннно привыкла к суровым порядкам в школе, и обзавелась новыми подругами. Особенно она дружила с одной из них, девочкой по имени Аи, соседкой по комнате, которая всячески помогала юной Юкико преодолеть первые испытания.
Ученицам не разрешалось покидать территорию женской школы, за исключением редких экскурсий. А так как страсти и гормоны кипели у молодых девушек, они часто предавались оргиям друг с дружкой в общежитии, или с немногочисленными мужчинами-учителями.
Юкико постепенно перестала стесняться, и тоже принимала участие в оргиях с учителями, которые случались после уроков. Тогда по пять-шесть девушек обступали учителя, согласившегося принять участие в их шалостях. Они все вместе визжа раздевали учителя, а затем по очереди весело садились писечками на его член, и прыгали на нем вверх-вниз, визжа от возбуждения, в то время как подруги смотрели на это и смеялись, дожидясь своей очереди. Или ученицы заходили к учителям в кабинет по одной после занятий, чтобы получить долгожданную порцию наслажний.
Это было не секрет, и даже поощрялось суровым руководсвтвом школы. Считалось, что девушки должны были выйти из школы окрепшими и сексуально развитыми. Правда, иногда это заходило слишком далеко, по мнению юной Юкико.
А по вечерам соседки и подруги устраивали лесбийские оргии в общежитии, где сначала, по традиции, молодые ученицы вылизывали вагины более старшим, а потом все веселились, по очереди засовывая друг дружке в пизду вибратор. Батареек едва хватало на одну ночь оргии.
— Ойй, оййй, аааа! — визжала её подруга Аи, когда Юкоко водила у той в пизде жужащим вибратором, — Аааа, Аааа, Ой ещё чуть-чуть, ой, хватит! Хватит!
А потом, когда более страшие подруги удовлетворялись, наступал черед юной Юкико, и ей вылизывали попку и вагину, а потом засовывали ей в пизду вибратор, и Юкико веселилась и наслаждалась процессом, крича от непрерывных оргзамов.
Её щелочка растягивалась до предела, и Юкико визжала и брызгала слезами и соками из вагины, когда толстенный вибратор засовывался в её вагину по самую рукоятку, и там жужал и вибрировал.
— Ааа, ааа, Ойй, Ай, не надо так глубоко, — вскрикивала Юкико когда ей засовывали изрядно потрепанный толстый вибратор, — ой, что вы делаете, ааа, ААА!
А потом она кончала, и громко кричала, они вытаскивали вибратор, гордость их комнаты, и клали его в коробку, и её подруги наконец угомнились и засыпали, обняв друг дружу голыми в кроватях.
Юкико обычно
спала на кровати в обнимку с Аи, доброй и ласковой девушкой, оказавшейся её лучшей подружкой в сексуальных развлечениях.
Юкико была невысокого роста и щуплой девушкой. Но можете себе представить, что щелочка вагины у юной Юкико, ещё недавно такая маленькая, к началу второго года учебы, после таких развлечений растянулась уже настолько, что могла принять даже самый здоровый толстый член.
Однако, иногда, по ночам, в школе происходили вещи и похуже, такие как сексуальные извращения и издевательстава над ученицами. Об этом помалкивали, боясь наказания, и предпочитая сохранять это в тайне даже от подруг. Только зареванные глаза и лица соседок по общежитию говорили Юкико о том, что что-то случалось.
• • •
Однажды вечером, перед ужином, к Юкико подошла её извечная противница и мучительница Мисуки, глава их комнаты в общежитии. Юкико сразу почувствовала, что от разговора с ней не приходилось ждать ничего хорошего. Мисуки постоянно выдумывала для Юкико всякие гадости или дополнительную работу.
— Юкико, — сказала Мисуки, противно щурясь, — сегодня ночью есть для тебя работа. И не вздумай отказываться. Ты пойдешь ночью в кладовку, к дворнику, господину Като, и садовнику, господину Ямада. Ты помнишь, где это. Ты пойдешь, и удовлетворишь их как следует. Выполнишь все что они ни потребуют.
— Но почему же опять я?! — возмутилась Юкико. Она помнила, как в прошлом году она уже отправлялась туда, и была жестоко выебана, сначала членами обоих мужчин, а затем концом швабры, за то что им сопротивлялась.
— Мы все вынуждены делать это по очереди, — терпеливо объяснила ей Мисуки. — Каждая комната должна отправлять им ученицу хотя бы по разу.
— Но я ведь уже побывала там, — упавшим голосом возразила Юкико.
— Ты была там в прошлом году, верно. Но в этом году ты ещё ни разу не отрабатывала. А некоторые девочки отработали уже по два раза, так что не ёрничай. И не вздумай отказываться. А то всем нам в комнате хуже будет.
— Но зачем над нами так издеваться, — взвилась Юкико, и у нее глаза наполнились слезами, — что мы им такого сдели? Нельзя что ли поебаться по нормальному?
— Не знаю, — пожала плечами Мисуки, которая возможно была с двумя садистами в сговоре.
— Возможно им просто нравится над девушками издеваться. И им нравится когда каждый день из общежития им присылают новую жертву. Может руководство школы нарочно поощряет их к этому, в воспитательных целях. А может они какие-нибудь извращенцы. Почем мне знать.
И Мисуки, злорадно улыбаясь, повернулась и пошла прочь.
А у бедной Юкико напрочь отпало желание есть что-нибудь на ужин. Да и не стоило перед экзекуцией ей есть, подумала Юкико, а то ещё стошнит и вырвет, во время экзекуции. От этого лучше не станет.
А в том, что там предстоит экзекуция, Юкико не сомневалась. Она сама уже один раз испытала это. Поговаривали, что двое извращенцев ещё не сильно издеваются над новенькими девчонками, по первому разу то... А уж на второй или третий раз, пощады
не жди, так измусолят, что едва до своей комнаты потом обратно дойдешь...
Весь вечер бледная Юкико сидела в сторонке, готовясь к предстоящеми испытанию, и не видя, как его избежать. Но делать было нечего. Надо было выполнять. В половине десятого, после отбоя, когда ходить по школе не разрешалось, бедная Юкико, набравшись храбрости, засеменила по темным коридорам школы в комнату двоих садистов.
Сердце Юкико бешено колотилось, когда она стояла в дверях, не зная, чего ожидать. Комната была слабо освещена, лишь несколько мерцающих свечей отбрасывали тени на стены. В центре комнаты на полу лежал большой матрас, а на старом диване сидели двое мужчин, оба уже пьяные.
Школьный уборщик, мистер Като, улыбнулся ей, когда она вошла.
— А, новенькая, — сказал он. — Ты снова пришла к нам. Надеюсь, тебе понравилась наша первая вечеринка.
При этих словах, седце юной Юкико забилось ещё сильнее. В прошлом году, когда она приходила сюда, эти двое её довольно жестоко оттрахали, а потом ещё поиздевались концом рукоятки швабры, чтобы она подольше запомнила. Что же они задумали на этот раз? — вертелось у нее в голове.
Юкико стояла молча, сжимая в руках подол юбки. Она не знала, что сказать, чувствуя себя не в своей тарелке в незнакомой обстановке.
Мистер Като усмехнулся и жестом пригласил её подойти поближе. Его жест выглядел дружелюбно, почти по отечески, когда он разговаривал с ней,
— Проходи, присаживайся здесь на матрас.
Юкико послушно подчинилась и села на матрас, скрестив ноги.
— Спасибо, — пробормотала она, все ещё чувствуя себя неловко.
— В прошлый раз мы были с тобой здесь одни, потому что ты была ещё новенькой, — сказал мистер Като, все ещё улыбаясь.
— Тебе нужно было привыкнуть к обстановке, для начала. — продолжал он, — Но на этот раз мы решили разделить удовольствие от нашей вечеринки с несколькими друзьями.
После этих его слов, дверь распахнулась, и в комнату один за другим вошли около дюжины мужчин. Юкико переводила взгляд с одного на другого, пока комната заполнялась.
Мистер Като усмехнулся, когда мужчины уселись, похлопал их по спинам и налил саке из большой бутылки. "Добро пожаловать, добро пожаловать", — говорил он. "Давайте запомним этот вечер".
Юкико почувствовала, как у нее скрутило живот от страха и предвкушения. Она не знала, что должно было произойти, ей было не по себе от этого.
Когда комната наполнилась шумом и оживлением, сердце Юкико забилось быстрее от страха. Вошедшие мужчины были одеты по-разному: одни в трусах или нижнем белье, другие — в традиционных кимоно. Все они радостно вошли и окружили матрас, на котором сидела испуганная Юкико, крепко сжав руки на коленях. Она лихорадочно вглядывалась в их лица, пытаясь угадать, что с ней сейчас произойдет.
Когда мужчины расселись, мистер Като встал, и на его лице появилась широкая улыбка.
— Добрый вечер, друзья мои, — сказал он, и его голос перекрыл шум разговора. — Сегодня вечером я хочу представить вам особого гостя.
Мужчины обратили своё внимание на неё, и Юкико почувствовала, как у нее внутри все
сжалось, когда она поняла, что находится в центре внимания. Мистер Като подошел к ней и положил руку ей на плечо.
— Это наша новая ученица, юная госпожа Юкико, — сказал он, не переставая улыбаться. — Я пригласил вас всех сюда сегодня вечером, чтобы познакомиться с ней и вдоволь насладиться её искусством.
— Надеюсь, ты их не разочаруешь, дорогая, — сказал он, обращаясь к Юкико, — иначе я буду очень сердит. Очень, очень сердит. Ты же этого не хочешь. — Он заглянул Юкико в глаза, и его зрачки угорожающе сузились.
— Вот и хорошо, будь паинькой и все будет замечательно. — И он потрепал ученицу по щеке.
В комнате стало ешё громче, их голоса низким гулом отдавались в её ушах. Сердце Юкико бешено колотилось в груди, когда она пыталась разобрать слова, которые они произносили. Она не могла отделаться от ощущения, что попала в кошмар, от которого никак не может очнуться.
Пока мистер Като говорил, Юкико почувствовала, как её тело напряглось от страха. Она подчинилась его желанию и легла на матрас, дрожа и обливаясь потом от страха. Она посмотрела на лица окружавших её мужчин, чувствуя себя пойманной в ловушку и беспомощной.
Из группы мужчин выделялись двое наиболее старших, сурового вида, одетые в цветастые кимоно. Очевидно они и господин Като были здесь главными. А господин Като, хоть и занимал в школе скромную должность уборщика, на самом деле был предводителем их шайки извращенцев.
На него очевидно была возложена обязанность приводить на их ночные вечеринки новых молодых девушек из состава учениц её школы.
Двое мужчин быстро подошли к ней, их руки были твердыми и безжалостными. Они схватили её за руки и прижали их к матрасу, а ещё один зажал ей рот ладонью, заглушая её сдавленный крик.
Двое других мужчин двигались с привычной легкостью, стягивая юбку с её ног. Затем они сорвали с нее трусики, оставив её в одной кружевной блузке. Они небрежно сняли с нее прочные черные туфли и тонкие белые чулки, оставив её с голыми ногами, так бессовестно раздетую на виду у десятка мужчин.
Глаза Юкико расширились от шока, когда она попыталась вырваться из рук мужчин. Она дико задрыгала босыми ногами, пытаясь освободиться от их хватки, но они только рассмеялись и усилили хватку.
— Видишь, моя дорогая, — мрачно произнес господин Като зловещим тоном. — Сопротивление и борьба будут бесполезны. Как и мольбы отпустить. Так что тебе лучше расслабиться и провести остаток вечера с моими лучшими друзьями наслаждаясь нашей вечеринкой.
Юкико молча слушала его, испуганно моргая глазами.
— Согласна, дорогая? — спросил он, угрожающе заглядывая ей в глаза.
Юкико молча кивнула, и перестала брыкаться и дергаться. Мужчины, державшие её за ноги, ослабили хватку, и она почувствовала, что обмякла на матрасе. Её сердце бешено колотилось, и она боролась с желанием заплакать. Она не могла поверить, что это происходит с ней, в этом незнакомом месте, в окружении незнакомых людей, которые раздели её. Осознание того, что она в их власти,
душило её.
— Уверяю тебя, ты тоже получишь массу удовольствия. Ты не пожалеешь. Редко какой девушке в нашей школе удается получить столько мужчин сразу.
Действительно, в женской школе где она находилась, мужчин, кроме немногочисленных преподавателей, не было, и девчонки нещадно конкурировали за их ласку и внимание. А тут ей предоставили дюжину возбужденных мужчин сразу.
Юкико как-то сразу об этом не подумала. Все как-то предстало перед ней в ином свете, и Юкико непроизвольно улыбнулась.
— Вот так то лучше, — улыбнулся господин Като. — Теперь, моя дорогая, ты можешь расслабиться, и предаваться потоку удовольствий, которых ты заслуживаешь.
А потом Юкико снова повалили на матрас спиной вниз, прижав её руки сильными мужскими руками так что она снова почувствовала себя беспомощной. Ей снова сделалось страшно. Что будет?
И тут её ноги поймали и с силой завалили назад, позади её головы, так что даже гибкая Юкико от неожиданности вскрикнула. Ей казалось что её тело практически сложили пополам. Её вагина развернулась кверху при этом. Окружавшие матрас где она лежала мужчины одобрительно зашумели.
— Оооо, — раздался шум голосов.
Несколько мужчин сразу стали трогать, шарить руками по её голой выставленной наверх вагине, по её попе сзади, по грудям и по ляжкам, кому где удавалось дотянуться. Некоторые даже засовывали пальцы в её растянутую вагину, расширенную в таком положении.
При этом мужчины галдели, шумели, делали одобрительные замечания.
Юкико постаралась им улыбаться, хотя улыбка вышла какой-то натянутой. Ей снова стало страшно. "Ойй, что сейчас будет", — подумала бедная Юкико. — "Сейчас станут драть".
Двое наиболее пожилых мужчин подступили к ней, сбрасывая кимоно. Их напряженные эрегированные члены торчали кверху над ней, как два блестящих стержня.
Юкико снова вжалась в матрас и напряглась, в её глазах читалась мольба.
— Только пожалуйста, не надо так сразу, — взмолилась Юкико, — Вы хотя бы поласкайте меня, подготовьте, что-ли...
Мужчины переглянулись. Один из них надменно сделал знак более молодому парню из их компании. Её ноги отпустили, и она безвольно их опустила обратно на матрас.
Молодой японец в очках с металлической оправой подошел и слегка поклонился им. Затем он что-то ласково сказал, обращаясь к Юкико, которая лежала на матрасе с разведенными в стороны голыми ногами, с испугом глядя на окружающих.
Он приблизился, и встав на корточки над взволнованной Юкико, медленно поцеловал её в губы. Юкико ответила неожиданно страстно, обняв его за шею и буквально впившись в его губы своими губами. Он казался ей спасителем на фоне всех остальных бессовестных фигур, окружавших её.
— Помогите мне... — многозначительно прошептала Юкико ему на ухо. Посреди всеобщего гвалта её почти никто не расслышал.
Её просьбу можно было толковать двояко, как именно она просила бы ей помочь. Но молодой японец понял это одним способом. Он опустившись пониже, просунул голову практически между её тонкими ногами, и губами притронулся к её заветной вожделеющей писечке, которая внезапно не по воле самой Юкико а сама по себе вдруг наполнилась влагой и соками.
— Оооо, — прошептала Юкико и зажмурилась, когда его
язык умело прошелся по её половым губам, по клитору, и даже попытался просунуться в щелочку, — оооо!
На мгновенье, Юкико забыла о неприятной обстановке, в которой она очутилась, об угрожающей толпе возбужденных мужчин вокруг, о противном жестоком господине Като, который заправлял всем этим. Она просто прикрыла глаза, и придавалась мгновенному удовольствию. Ей показалось, что её оргазм уже где-то близко на подходе.
Но опытный парень не стал доводить юную ученицу до оргазма, а то она потеряла бы интерес к процессу. Он только довел её до такой точки, когда вся вагина наполнилась влажными соками, а жар внизу живота подталкивал девушку ко все новым испытаниям.
Когда он убрал губы, Юкико несколько разочарованно вздохнула. Мгновения блаженства окончились, и она догадалась по лицам окружавших, что настала её очередь.
Её ноги снова поймали и завалили назад, позади её затылка, так что бедная Юкико опять сложилась пополам, и её голая растянутая вагина красовалась выставленная прямо кверху, для удобства главных мужчин, подступивших к ней. Один подошел к ней вплотную, и с негромким выдохом он вставил свой эрегированный член в её растянутую писечку.
— Оооо, аааа, — простонала Юкико, то ли от растяжения, ли от возбуждения.
А мужчина взяв её руками крепко за бёдра, начал трахать её, делая все ускоряющиеся фрикции вперед-назад, вглубь — обратно, под её все уюащающиеся вздохи.
Юкико стонала и визжала под ним, в то время как он величественно кончил в её вагину и гордо поднялся и отошел, уступая место следующему по возрасту.
Пока первый старший мужчина надевал своё кимоно, следующий уже вставлял ей свой член и так же трахал её, вперед-назад, вглубь — обратно, под её непрекращающиеся вздохи и вопли.
Так и продолжалось. Юкико трахали по очереди, то завернув назад за голову её ноги, то опуская их на матрас, то разворачивая её легкое тело как куклу, задом, в коленно-локтевой позе, в зависимости от того, чего захотелось очередному гостю.
У Юкико брызнули из глаз слезы, она взвизгивала и стонала, сама не понимая, плачет она или радуется неожиданному удовольствию. Да-да, Юкико получала удовольствие от этой жестокой трёпки. Она даже испытала оргазм и сама была на какое то мгновение близка к вершине блаженства, Но оргазм прошел, и она хотела расслабиться и отдохнуть, но её все трахали и трахали.
Так продолжалось неизвестно сколько. Во всяком случае сама Юкико времени не помнила. Как и не помнила сколько раз её оттрахали, ведь некоторые гости делали это по нескольку раз.
Потом к середине ночи, все мужчины постепенно удовлетворились, ведь запас мужских сил ограничен. Они постепенно разошлись и перешли к другим занятиям. Одни сели за стол играть в карты и пить саке. Другие, натянув белье, потянулись в смежное помещение, где были горячие ванны.
Юкико какое то время лежала одна, неподвижно, наслаждаясь внезапно наступившим чувством блаженства и покоя.
Все. Это закончилось. Меня наконец-то оставили в покое, думала она. Юкико уже даже не переживала. Это было уже вне сферы её восприятия. Она просто
лежала, закрыв глаза на матрасе, и улыбалась. Из её писечки текла сперма, разливаясь по матрасу. Было липко и пахло сексом. Она не замечала и не обращала внимания.
Очнулась Юкико от того, что кто-то трепал её по щекам, по одной, затем по другой.
Она с трудом раскрыла глаза, перед ней все двоилось. В неясном свете перед ней стоял тот самый молодой японец, который ей отлизал в начале писечку, и которого она наивно попросила о помощи.
— Вставай, иди обратно, уже все закончилось, — сказал он ей.
— Уже? Что?! — не сразу поняла Юкико, оглядывая помещение. Темные стены, полумрак, какие-то мужчины за столом и на скамейке...
Потом до Юкико начало доходить. Ясность сознания возврвщалась. Он с трудом села на матрасе. Она была голая, вся измазанная спермой, оййй.
Чьи-то руки помогли ей подняться на ноги, кое-как натянуть белье, юбку и блузку. Потом ей натянули чулки и надели на ноги туфли.
Юкико не возражала, Ей просто было все равно. Закончилось... Думала она.
Затем её снова поствили на ноги. Молодой японец заботливо придерживая Юкико под локоть, повел её из комнаты к выходу. Другие даже не поглядели в её сторону.
В коридоре было свежее, и она скорее пришла в себя. Потом она услышала его голос,
— Сама добраться до комнаты в общежитии сумеешь?
Юкико кивнула.
— Ну, тогда иди, — послышался в полутьме голос.
И вдруг чьи-то губы прижались к её губам и жадно поцеловали. Юкико ответила ему таким же жадным поцелуем.
— Спасибо вам, — прошептала она ему на ухо.
— За что? — спросил молодой японец.
— Что вы мне помогли тогда, ну, в начале, — смущенно ответила она, — и вообще, что вы тут были. А то я бы сама не справилась.
— Ты бы и сама справилась, — ответил он, — ты сильная девушка.
— Спасибо вам все равно, — прошептала Юкико.
Ей вруг захотелось чтобы этот молодой японец ещё как-нибудь пришел и её здесь нашел. Но в слух она этого не сказала. Ведь если бы она сказала, то это нарушило бы неожиданность.
А так, может он и сам когда-нибудь догадается. Хотя, вряд ли, подумала она, еле ступая по темным коридорам, придерживаясь за стену, — ведь мужчины все такие тугодумы. Сам он не догадается.
Юкико кое-как дотащилась по коридорам до своей конаты, и почти без сил постанывая упала на кровать, не раздеваясь.
Некоторые девушки, после ночных походов в ту комнату, потом всю ночь ревели. Но Юкико не ревела. Она была не такая. Она просто лежала, стараясь уснуть.
Её верная подруга Аи оказалсь тут же, и взволнованно прошептала,
— Ну как ты, Юкико?
— Ничего, — простонала судоржно хватая воздух Юкико, — уже все хорошо.
• • •
Первое время у Юкико все внизу болело и саднило, от того что её так натерли. Это вскоре прошло. Её молодая тренированная вагина быстро восстановилась.
Но вот моральная травма оказалсь сильнее. Юкико все ходила грустная и не хотела ничего есть. Она все недоумевала, как же это можно, обращаться с ней как с куклой. Как с вещью, так и
думала она.
Раньше она имела имела секс с парнями, с учителями и с лезбиянками подругами в общежитии, принимала участие в групповухах, но всякий раз она чувтствовала себя желанным партнером в этой игре. И она сама как правило желала секса и стремилась к нему. А тут её просто взяли и по очереди оттрахали, и забыли о ней вовсе, так она это себе представляла. Её просто обижало такое обращение.
Если бы только тот молодой японец в очках о ней вспомнил. Если бы хотя бы он...
Юкико ходила такая сумрачная, что её верная подруга Аи всерьез начала о ней беспокоиться.
— Ты должна побольше есть, — говорила ей Аи, — и чаще бывать на свежем воздухе.
Так прошло несколько недель. Потом кто-то передал Юкико, что некто справляся о ней, и о её здоровье. Кто бы это мог быть? — удивилась Юкико. Родители, с тех пор как определили её в эту школу, больше о ней не справлялись, и она их почти не видела. За все время учебы в школе её никто не посещал.
Потом её спросили в дирекции школы. Ей сказали, что некий молодой мужлина хочет её видеть. Он не назвал своего имени. Её спросили, согласна ли она видеть его. Таковы были официальные правила визитов в школе. Юкико с замиранием сердца сказала, да, она хочет его видеть. Ну что же, — сказали ей, — это будет устроено.
Через несколько дней, Юкико пригласили и предложили следовать в комнату, где обычно устраивались свидания с родственниками и посетителями. Юкико шла туда, чувствуя как сердце замираяет от страха и беспокойстава. А вдруг это будет тот молодой японец? А что если это окажется не он, а кто-то другой?
В комнате свиданий с посетителями было уютно обставлено. Вазы с цветами лилий на подоконниках. Чистые дорогие циновки с изображениями животных и птиц. Большая кровать на низньких ножках. Там же в комнате имелась ванна с горячей водой, излюбленный предмет гигиены японцев, без которого они не представляют быта.
Посреди комнаты стоял тот самый молодой мужчина японец в очках, которого она так хорошо запомнила во время того злосчастного вечера. Он был конечно намного старше её, но по сравнению с остальными участниками того вечера, он был самый молодой. Ему не было и 30 лет. Он церемонно поклонился ей, и назвался. Моё имя — Тору Фудзита.
— Здравствуйте, Фудзита сан, — вежливо поклонилаясь Юкико, как её учили.
— Здравствуйте, госпожа Юкико, — поклонился он в ответ, — Как вы себя чувствуете? Я слыхал что ваше здоровье вызывало беспокойство.
Он не уточнил, у кого её здоровье могло вызывать беспокойство, подумала Юкико. Ведь ей казалось что здесь в школе всем, кроме её близкой подруги Аи, до нее нет никакого дела.
— Не беспокойтесь, — ответила Юкико, — были проблемы, но уже все прошло.
— Рад слышать, госпожа Юкико, — ответил церемонно японец. — И все же я слыхал о некоторых проблемах. Я понимаю, что то что произошло могло вызвать у вас душевную таравму.
Юкико беспокойно подняла брови.
Говорить об этом ей не хотелось.
— Я даже побывал в храме и посоветовался с монахами, что может помочь молодой девушке пережить душвную травму и забыть о ней. — продолжил невозмутимо Фудзита сан.
— И они мне ответили, что лучшим лекарством от душевной травмы для молодой девушки может быть секс, и очень много секса, как она пожелает.
Юкито посмотрела на него с нескрываемым удивлением и благодарностью.
— Ну так чего же мы ждем, — улыбнулась Юкито, до которой дошел смысл сказанного им. Глаза её просветлели.
И она начала поспешно расстегивать пуговицы на блузке, затем стаскивать с себя юбку.
Через мговенье она почти голая в одних чулках оказалась в объятиях молодого японца. Он сначала поцеловал её в губы и она ответила ему тем же. А затем он неспеша уложил Юкито на кровать, и стал покрывать её поцелуями. А она млела в его объятиях, чувствуя как становится горячо там внизу живота и мокро в её маленькой но уже изрядно растянутой вагине.
А потом был секс. Они сношались и в миссионерской позе, и раком, и стоя прижавшись к стенке шкафа, и сзади оперевшись на подушки дивана. Ох, это был самый замечательный секс в жизни юной Юкико. Она и не представляла себе, что секс может быть так классно.
А потом они лежали вместе в горячей ванне, обнимая и гладя друг друга в воде.
Юкико млела от удовольствия, ласкаясь всем своим телом к Фудзита сан, обнимала, и охватывала в воде его мускулистое тело руками и ногами.
А потом Фудзита сан медленно поднялся из воды, тщательно вытерся большим махровым полотенцем, и начал одеваться.
Юкико поняла что время их встречи подходило к концу. Ей было жалко с ним раставаться. Но она понимала что всему своё время.
Фудзита сан церемонно поклонился ей, и сказал,
— До свиданья, госпожа Юкико. Было очень приятно повидать вас. Надеюсь вы будете в добром здравии.
Юкико церемонно поклонилась ему в ответ, как положено, и ответила:
— До свиданья, Фудзита сан, надеюсь вы ещё придете...
— Обязательно приду, — ответил он с улыбкой, ещё раз поклонился, и ушел.
Юкико вздохнула и долго стояла в конате свиданий. Потом она взяла один из цветков лилии из вазы на подоконнике, надела легкий шелковый халат, собрала свою одежду, и неторопясь вышла и пошла обратно по коридорам в свою комнату. Сердце её в тот момент пело, и она чувствовала что от её временной хандры не осталось и следа. Она подумала что и в её быте в этой школе бывают незабываемые минуты радости и блаженства.
Когда она зашла в свою конату, её подруга Аи по веселым глазам Юкико поняла, что та в порядке.
— Ой, я так рада, — кинулась Аи к ней на шею.
— Да, я тоже рада, спасибо тебе, — ответила Юкико.
— Значит все в порядке? Это был он? — спросила Аи.
— Да, это был он, — ответила улыбаясь Юкико.
— Он ещё придет к тебе? — спросила Аи.
— Не знаю, может быть, — вздохнув ответила Юкико, —
хотелось бы...
— Может он даже женится на тебе, когда закончишь школу, — мечтательно произнесла Аи, не исправимая романтичка.
— Может быть, — вздохнула Юкико, — если я соглашусь...
И они обе радостно засмеялись. За этим их душевным диалогом злобно щурясь наблюдала другая их соседка по комнате, Мисуки, её извечная противница. Она-то не была рада везению юной Юкико, и хотела бы подстроить ей какую-нибудь новую пакость.
Вам необходимо авторизоваться, чтобы наш ИИ начал советовать подходящие произведения, которые обязательно вам понравятся.
Комментариев пока нет - добавьте первый!
Добавить новый комментарий