Заголовок
Текст сообщения
Затем она сказала с усмешкой:
— Возможно, это из-за твоего предыдущего комментария о том, как сильно тебе нравятся маленькие сиськи. А потом ты сказал, что собираешься показать мне, насколько ты фанат маленьких грудей... Если я захочу. Что ж, ответ таков: ДА. Да, я так хочу, чтобы ты делал все, что захочешь, с моими маленькими холмиками... с моими сосками. То, как ты смотрел на меня несколько минут назад, когда я снимала футболку, вызвало дрожь по моему телу. Никто никогда не смотрел на меня так, как ты только что. Я думаю, что если бы я все ещё стояла там, ты бы все ещё наслаждался, просто глядя на меня. И не смотрел мне в глаза.
Потом она добавила, глядя на меня с усмешкой:
— Бог знает, что я бы наслаждалась собой. Чтобы просто позволить тебе посмотреть на меня.
Я ничего не мог с собой поделать: просто наклонился и легонько поцеловал её в макушку.
— Я никогда особо не задумывалась о том, чтобы называться "Другом с привилегиями".
Алекс поднимала руку в "воздушной цитате".
— Всегда казалось, что это может привести к беспорядку. Что где-то на этом пути один из партнеров захочет большего, чем просто физические отношения. Кто-нибудь может пострадать.
Наступила тишина, если не считать ветра и стука снега в окно.
— Я тоже никогда особо не задумывался об этом. Я имею в виду, зачем мне это? Просто подумал. Если мы сделаем это. И просто, чтобы ты знала, да, я хочу. Я думаю, что это будет по-другому, чем между двумя людьми, близкими по возрасту. Я имею в виду, давайте посмотрим правде в глаза, это не значит, что мы не собираемся влюбиться и пожениться.
Алекс хихикнула:
— Да, теперь я это вижу... Папа — это парень, за которого я собираюсь выйти замуж.
— И я представлю тебя своим сыновьям как их будущую мачеху. Я вижу, что все прошло хорошо.
Это чрезвычайно подняло настроение. Я хотел поделиться ещё одним комментарием.
— Но, Алекс, это не значит, что между нами не установится личная связь. Я имею в виду, просто за то время, что я провел с тобой здесь, в моей постели, я почувствовал, как формируется связь. И это не только потому, что твое теплое, сексуальное и обнаженное тело прямо здесь, прижатое к моему теплому и обнаженному телу.
Послышался смешок.
— Ты прав. Обнажая перед тобой свою душу несколько минут назад, я могу сказать то же самое. И у меня нет проблем с этим... с формированием связи. Потому что я почти уверена, что ты не причинишь мне вреда. Называй это женской интуицией.
— И, Алекс, как ты сказала, настанет день, когда ты найдешь того особенного. Потому что, как ты сказала, я знаю, что есть какой-то парень, который ищет девушку, похожую на тебя. Просто знай, что я буду рад за тебя... Может быть, немного грустно расставаться с моим любимым "Другом с привилегиями". Но это случится. Все, о чем
я прошу, это пригласить меня на свою свадьбу. Чтобы я мог познакомиться с тем счастливчиком.
За это я получила нежный поцелуй в грудь. Затем она сказала с ухмылкой:
— Итак, "я расчешу твой зуд, если ты почешешь мой"? Возможно, у меня много мест, которые нужно почесать.
— Часто такое будет?
— Может быть.
— Тебе придется вспомнить... что я немолод.
— Что ж, может быть, почесывание твоего зуда будет похоже на источник молодости.
— Можно только надеяться.
Снова тишина, кроме завывания ветра.
— Алекс, просто последняя серьезная мысль... Давай дадим простое обещание не причинять друг другу боль. Я думаю, что если мы будем открыты и честны друг с другом, это может помочь никому из нас не причинить боль другому. Если ты хочешь замедлить ход событий по какой-либо причине... или просто прекратить то, что мы делаем, и просто быть дружелюбным, когда я хожу за покупками, я не против. Я просто не хочу разрушать или терять нашу дружбу. На самом деле, я бы просто хотел как-нибудь приготовить тебе ужин, если захочешь. Просто ужин.
— Я могу с этим смириться. Со всем этим... И с тобой то же самое. Если ты хочешь замедлить ход событий. Поговори со мной. И ещё кое-что... Пожалуйста, не влюбляйся в меня. Я знаю, что ты одинок, и, вероятно, тебе было бы легко это сделать. Мы оба знаем, что ничего не могли с этим поделать. хорошо? И то, что ты готовишь мне ужин, иногда звучит чудесно. Особенно, если твои ужины хоть немного напоминают по вкусовым качествам твои супы.
— Алекс, я понимаю. Но я буду любить тебя, когда мы будем вместе. Я собираюсь заняться с тобой любовью единственным известным мне способом... Медленно... нежно и со страстью.
— Я тоже могу с этим смириться. И я буду любить тебя, когда мы будем вместе, как сейчас, и через несколько минут, если ты захочешь. Или мы можем просто лежать здесь и наслаждаться теплом друг друга. Близостью друг друга. Прошло много времени с тех пор, как я чувствовала такую близость.
— Нет, Алекс. Я хочу заняться с тобой любовью. Прошло много времени. Я знаю, что все ещё работает, хотя, возможно, потребуется немного уговоров.
Алекс хихикнула:
— Я думаю, уговаривать может быть весело. Давай просто повеселимся, сейчас и когда бы мы ни собрались вместе. Только ты и я. Пусть завтра будет завтра.
— Ты почистила зубы. Мне нужно почистить свои, прежде чем я поцелую тебя... и я так хочу целовать тебя, и целовать тебя... и целовать тебя повсюду... везде.
— Ммм... Мне бы этого хотелось.
Алекс запечатлела ещё один легкий поцелуй в середину моей груди.
Стоя перед зеркалом, я чистил зубы и улучил минутку, чтобы осмотреть это "древнее" тело... Не так уж плохо. Немного седых волос на груди. Нет пивного живота, может быть, маленький мешочек. Нет мужских сисек. Ну, может быть, немного дряблость. Моя задница выглядела прилично. Затем смотрю вниз на то, что
вскоре привлечет внимание Алекса. В то время как волосы на моей голове и груди стали серебристо-седыми. Мои волосы на лобке все ещё сохраняли свой юношеский темно-каштановый цвет. Я думаю, эта часть ещё не состарилась. Я подстригал их только потому, что... и я держал свой мошонку гладко выбритой. Да, когда я смотрел порно, это было приятно.
Смотрю на свой член. Я думаю, что он начинал понимать, что должно было произойти, и играть будет не моя рука. Свисает вниз на добрых 12 см, уютно устроившись между моей свисающей мошонкой, с яичками, обрамляющими её с каждой стороны. Каждая выпуклость четко выделялась на фоне гладкой розовой кожи. Левая ниже.
Стоя рядом с кроватью королевских размеров, настала очередь Алекс бесстыдно разглядывать моё древнее тело. Она несколько секунд удерживала мой взгляд, прежде чем сфокусироваться на объекте своего желания.
— О боже. Это для меня?
— Да... это для тебя... если ты хочешь.
— Он хочет поиграть?
Алекс игриво улыбнулась. Возвращая Алексу улыбку:
— Если ты сможешь убедить его поиграть, я уверен, что ему понравится.
— Я не могу дождаться, когда увижу и почувствую его, когда он будет готов играть... и играть... и играть.
Мне пришлось рассмеяться...
— Не завышай своих ожиданий слишком сильно... Помни о моем возрасте.
— Что ж, тогда нам просто придется подождать, пока он снова не будет готов играть... Я уверена, мы сможем придумать, чем заняться за это время.
— Алекс. Не хочу портить настроение, но у меня нет презервативов. Не то чтобы я думал, что у меня больше получаются хорошие пловцы.
— Тебе это не нужно. Я знаю, что ты в безопасности. У меня давно ни с кем не было отношений, так что я в безопасности. Кроме того, я принимаю таблетки. Это помогает моему циклу. И спасибо, что думаешь обо мне. Многие парни просто окунулись бы в это. Если бы что-то случилось, это была бы моя проблема.
Я не мог не улыбнуться откровенности Алекс.
— Я готова, малыш, — тихо сказала она.
Сестра стояла в дверях, одетая в одно из тех красивых прозрачных ночных платьев на тонких бретельках, которые совершенно не скрывали ее сексуального тела. На ней был самый обычный черный лифчик, который надежно прикрывал ее грудь. Мои руки ныли от желания прикоснуться к ним, но это было запрещено. Я не собирался делать ничего, что могло бы заставить ее аннулировать наше пари из-за того, что я не соблюдал правила. Ее попка была моей, но это было больше, чем мне нужно. На ней не было трусиков, но она прикрывала свою киску одной рукой, а другую протянула ко мне.
— Ты выглядишь потрясающе, сестренка!
Я взял ее за руку, и она повела меня в свою комнату. Играла тихая музыка. Она зажгла несколько свечей. На середину кровати было брошено несколько подушек.
— Спасибо, малыш. Может, снимешь штаны и присоединишься ко мне?
Она забралась на кровать, на несколько мгновений обнажив передо мной свою киску, затем легла на живот,
подложив подушки под живот и верхнюю часть бедер, подставляя мне свою попку. Я сбросил брюки и всю остальную одежду, и прежде чем они успели упасть на пол, я уже присоединился к ней на кровати. Каким-то чудом я не вогнал свой член прямо в ее анус, хотя мне этого очень хотелось. Не столько благодаря какому-то сверхчеловеческому усилию воли, сколько потому, что я хотел сделать так много всего сразу. Я сходил с ума от вожделения и потребности. Я провел руками по ее чудесной попке. Я стал лучше понимать, какие части тела она считает моими владениями, какие в какой-то степени относятся к "серой зоне", а какие и вовсе находятся за ее пределами. Я чувствовал, как волны оргазма захлестывают меня, когда я ласкал ее попку, любуясь ею вблизи, изучая каждую складочку. Аромат ее духов, смешивающийся с ароматом ее мокрой киски, который не был полностью скрыт. Как сильно я хотел попробовать ее соки в тот момент, но мне в этом было отказано.
Вместо этого я наклонился, широко раздвигая ее ягодицы. Затем, не задумываясь, я прикоснулся языком к бутону ее розы. Я почувствовал вкус ее абрикосового геля для душа, немного ее духов и немного того, что было ароматом моей сестры. На вкус она была восхитительна. Я начал по-настоящему водить языком по ее сморщенным складочкам и чувствовал, как ее дырочка сжимается снова и снова, пока я делал это.
Ее дыхание стало прерывистым, и вскоре она уже стонала в подушку каждый раз, когда мой язык заставлял сокращаться ее задний проход. Тот эффект, который я явно производил на нее, возбудил меня сильнее, чем когда-либо прежде, и без каких-либо оговорок или стыда я погрузил свой язык в ее читаемый проход, трахая ее анус своим языком. Почти мгновенно это заставило ее начать брыкаться и стонать еще громче.
— Да, да, не останавливайся, я кончаю!
Получив такое поощрение, я продолжил с остервенением. Зарывшись лицом в ее попку, я лизал ее анус, исследуя его языком так глубоко, как только мог. Два дня назад я бы не поверил, что когда-нибудь добровольно буду лизать кому-то. Особенно своей сестре. Но я был здесь и изо всех сил старался продолжать, несмотря на то, что она упиралась, словно пыталась меня отшвырнуть. Влага сочилась между ее пальцев на руке, которой она все еще пыталась прикрыть свою киску, хотя пара пальцев, казалось, забыли о своем предназначении и вместо этого проникли внутрь нее.
Ее бедра были мокрыми, подушки — мокрыми, она была вся в своих соках, и я видел, как по ее руке стекала кремово-белая жидкость, оставшаяся после того, как она кончила. Прикрываясь сменой позы, я умудрился смахнуть пальцем несколько капель ее нектара с ладони, а затем переложил его себе в рот. Это было остро-сладкое, и, должно быть, это было основой для всех наркотических средств, вызывающих привыкание, потому что мне сразу же захотелось большего. Вместо того, чтобы
и дальше тешить себя этой мыслью, я начал двигаться к ней сзади, упираясь своим членом в ее анус.
— Подожди... э-э... подожди секунду...
Она тяжело дышала. Сунув руку под одеяло, достала маленькую баночку.
— Кей джелли, нашла это в маминых вещах...
Мне не нужно было этого знать, но, ладно, я думаю, смазка, вероятно, была хорошей идеей. Я имею в виду, я собирался войти в нее совершенно сухим, как сумасшедший, только потому, что был достаточно возбужден, я даже не подумал о практичности. Я взял банку и открыл ее. Абрикос. Я намазал немного на свой член и начал растирать его вверх и вниз по стволу, затем начал втирать немного в ее розовый бутон.
— Я уже смазалась, когда была готова, — прошептала она мне. — Просто сделай это, извращенец, по-своему поработай с моей задницей. Наполни ее так, как ты этого хочешь!
Ладно, это было все, в чем я нуждался. Я приблизил свое твердое, как скала, мужское достоинство к ее розовому бутону, на мгновение задержавшись у промежности, и полюбовался ее розовым бутоном. Пока она изо всех сил старалась расслабиться, он был слегка приоткрыт, совсем чуть-чуть, давая намек на темный туннель за ним. Я прижался к ней. Сдерживаясь, двигаясь медленно, сопротивляясь желанию просто погрузиться в нее по самую рукоятку одним быстрым движением. Когда я надавил, я почувствовал, как ее отверстие очень медленно расширяется вокруг головки моего члена. Ощущение было таким тугим, болезненно тугим и абсолютно чудесным. По мере того как головка все больше и больше погружалась в нее, сопротивление росло. Она зарылась лицом в одеяло, костяшки пальцев побелели в тех местах, где она сжимала их. И вдруг головка оказалась за ее мясистым кольцом, и сопротивление сразу же значительно ослабло. Она ахнула от внезапной перемены.
— Малыш! Пожалуйста, подержи его там немного... это... огромно!
Сам пораженный этим ощущением, я был вынужден держаться очень тихо, чтобы не выстрелить прямо здесь и сейчас. Так что несколько минут я просто наслаждался ощущением ее тела вокруг моего члена. Затем, решив проникнуть в нее глубже, чем прошлой ночью, я начал продвигаться очень медленно. Она тихонько всхлипнула, а затем начала прижиматься ко мне, заглатывая еще больше моего члена в свои потаенные глубины. Тепло ее внутренностей, тугое ощущение, поднимающееся по моему члену по мере того, как я все больше и больше проникал в нее, осознание того, насколько абсолютно неправильным было вот так трахать мою сестру, в сочетании с нашей необузданной потребностью. От этого по моему телу пронесся поток эндорфинов, как будто я был под кайфом от любого наркотика. Наконец-то я проник так глубоко, как только мог. Я был по самые яйца в попке своей сестры.
Она стонала так же громко, как и я, и по хлюпающим звукам и движениям ее руки подо мной я понял, что она забавляется сама с собой, такая же извращенка, как и я. Она получала удовольствие от того, что
ее собственный брат трахал ее в задницу. Кто бы мог подумать? На мгновение я замер, держа свой член глубоко внутри нее, просто наслаждаясь каждым ощущением. Пульсирующие движения ее мышц глубоко внутри, когда она приближалась к очередному оргазму, когда я был внутри нее. Затем я подчинился своей потребности трахнуть ее и начал медленно выходить, всего на пару сантиметров или около того, прежде чем снова полностью войти, затем еще немного назад и снова полностью войти. Постепенно я увеличивал длину своих медленных движений, пока головка моего члена не приблизилась к мясистому кольцу у ее входа, а затем не скользнула обратно. Внезапно я почувствовал, как попка начала сжиматься вокруг члена, когда Кейтлин начала кричать от оргазма, совершенно не стыдясь, ничего не сдерживая.
Она закричала, когда оргазм с грохотом прокатился по ней. Не собираясь подчиняться, и уже быстро переходя грань из-за внезапной дополнительной стимуляции от того, что ее мышцы мощно сжались вокруг моего члена, неудержимо доя меня, я погрузился в нее. С безрассудной самозабвенностью я трахал ее так сильно и так быстро, как только мог, хотя уже через несколько секунд я изверг всю свою сперму глубоко внутрь нее. Я продолжал, мой оргазм продолжался, экстаз охватывал меня, когда сперма выплескивалась из меня. В течение нескольких минут я трахал ее изо всех сил, а она кричала и вопила неразборчиво, когда ее оргазм сменился двумя, затем тремя оргазмами, прежде чем она полностью рухнула подо мной, увлекая меня за собой. Затем в течение нескольких минут я просто нежно трахал ее. Двигая членом внутрь и наружу, я чувствовал, как он медленно выходит из нее.
Мое потное тело лежало на ней, пока через некоторое время она немного не поерзала. Я с легким шлепком вытащил свой теперь уже только полужесткий член из ее задницы, и несколько капель сливочно-белой спермы вырвались из ее прямой кишки и, подчиняясь силе тяжести, заскользили по ее промежности, смешиваясь с соками в ее щелке. От этого зрелища мой член снова затвердел. Загипнотизированный видом капли моей спермы, осмелившейся проникнуть туда, куда мне не разрешалось. Если уж на то пошло, я должен был завоевать ее еще больше!
— Черт возьми, детка, это было потрясающе. Ты все еще извращенец, раз поступаешь так со своей сестрой, но, черт возьми, где ты научился так трахаться?
Я лег на бок рядом с ней, лицом к ней. Я был очень доволен, но ее слова, безусловно, были вишенкой на торте. Я имею в виду, я уже знал, что она тоже кончила, так что, очевидно, ей это понравилось. Но если облечь это в слова, то все стало казаться как-то лучше. Как будто в этом не было ничего плохого, даже несмотря на то, что она назвала меня извращенцем.
— Интернет не был отключен навсегда, знаешь ли... — пожал я плечами.
Я не собирался признаваться, что никогда ни с кем не делал ничего подобного. Или как
ты знаешь. Вообще никакого секса. Моя сестра была у меня первой, но я никак не мог в этом признаться, иначе она безжалостно высмеяла бы меня. Она улыбнулась в ответ на мое замечание, потом мы немного полежали, глядя друг другу в глаза, небрежно положив руки друг на друга. Мне так сильно захотелось поцеловать ее. Попробовать на вкус ее блестящие мягкие губы. Почувствовать прикосновение ее языка к своему. Само собой, мое лицо медленно приблизилось к ее лицу.
— Это мое бедро, мистер, а не задница.
С этими словами она опустила мою руку на несколько сантиметров ниже, и чары рассеялись.
— Прости, сестренка, я посмотрю, смогу ли я сдерживаться, пока не завоюю еще немного тебя сегодня вечером!
Она показала мне язык и рассмеялась.
— Да, не будь так в этом уверен, я думаю, что выиграю сегодня вечером. У меня хорошее предчувствие.
— В таком случае, мне лучше наслаждаться этим, пока это длится! — сказал я, бросив многозначительный взгляд на свой вновь затвердевший член.
Она проследила за моим взглядом и воскликнула с притворным негодованием:
— Ты какой-то ненасытный сексуальный монстр, не так ли? Не просто извращенец, но и сексуальный монстр тоже!
С этими словами она встала на колени, лицом вниз, и снова повернулась ко мне попкой. От этого движения еще больше моей спермы вытекло из нее и она заскользило вниз, к ее киске. Этого было достаточно, чтобы убедиться, что мой член стал достаточно твердым, чтобы раскалывать алмазы, поэтому я быстро занял позицию позади нее, потираясь кончиком о ее анус, размазывая свою сперму по всему его периметру, а затем толкаясь в нее. В нее. Медленно. Когда ее влагалище поддалось моему вторжению, Кейтлин отодвинулась и издала вздох удовольствия.
— Так-то лучше, тебе просто нравится это... — промурлыкала она.
Затем, проникнув в нее так глубоко, как только мог, я немного отдохнул, просто наслаждаясь ощущениями. Мягкое тепло окутывало мой твердый член. Анус моей сестры плотно обхватывал основание моего члена. Я был на седьмом небе от счастья. Я почувствовал, как ее пальцы проникли в ее киску, проталкиваясь к моему члену через тонкую стенку между ее внутренностями. Я медленно входил и выходил из нее, пока она с остервенением ласкала себя пальцами, полная решимости кончить как можно быстрее и сильнее. Я, с другой стороны, был полон решимости по-настоящему насладиться каждым ощущением, и, поскольку я уже кончил незадолго до этого, мне удалось сдержаться, даже когда через несколько минут ее охватил первый оргазм.
Ее анус мощно сокращался с каждой волной оргазма, и я каждый раз видел звезды, когда оргазмическое наслаждение также охватывало меня, хотя и не настолько сильно, чтобы подтолкнуть к эякуляции. Когда ее оргазм утих, она прижалась ко мне попкой, обхватив колени, насколько это было возможно, слишком измученная и дрожащая от оргазма, чтобы пока удерживать свой вес. Для меня это был довольно удачный ракурс, так что, когда пламя ее оргазмов превратилось в тлеющие угли, я начал
трахать ее длинными неторопливыми движениями, делая все возможное, чтобы разжечь искры. Судя по тому, как она начала стонать в такт моим движениям, это возымело желаемый эффект. Вскоре она уже стонала мое имя, умоляя меня не останавливаться, что было совершенно излишне.
В то время никакая сила на земле не смогла бы меня остановить. Чем больше она стонала, тем меньше я сдерживался, и с силой нашей похоти я медленно поднимал ее с колен, пока она не оказалась прижатой к кровати. Обеими руками она вцепилась в покрывало над головой, пытаясь удержаться на месте, чтобы мои безжалостные толчки не отбросили ее к спинке кровати.
— Фу, черт, я кончаю! Я кончаю. Ты заставляешь меня кончать!
Она, не стесняясь, кричала о своем оргазме. Ощущения того, как она выгибалась подо мной, как ее попка сжимала мой член с каждой волной оргазма, которая накатывала на нее, и осознания того, что на этот раз она кончила только от моего члена внутри себя, было достаточно. Я тоже кончил. Толкаясь так глубоко, как только мог, испытывая инстинктивную потребность в том, чтобы мое семя проникло в нее как можно глубже, я удерживался там до тех пор, пока мой оргазм не начал утихать. Медленного отстранения было достаточно, чтобы разжечь оргазм Кейтлин, вызвав новые сокращения, которые затем снова вызвали мой собственный угасающий оргазм.
В течение нескольких минут это было почти игрой. Слегка двигаясь, чтобы увеличить ее удовольствие, затем замри, пока ее удовольствие не станет моим. Кейтлин, казалось, на время отказалась от языка. Просто стонала в одеяло, преодолевая последние затухающие волны оргазма. Наконец это прекратилось, так как мой член был просто слишком мягким, чтобы продолжать толкаться в нее, и с тихим печальным шлепком и потоком спермы из ее задницы мой член был вытолкнут наружу. Слишком измученный, чтобы двигаться, я просто упал на спину рядом с Кейтлин, глядя на ее раскрасневшееся, потное лицо. Взгляд был не совсем сфокусирован, и, по-моему, у нее были слюни на подбородке и щеке. Она была сексуально озабочена. Она выглядела такой сексуальной, и я понял, что хочу большего. Гораздо, гораздо большего.
— Это было потрясающе, сестренка. Думаю, именно так ты себя чувствуешь, когда тебе хочется покурить после секса. Черт возьми. Я устал и хочу пойти еще раз.
— Извращенец! — пробормотала она мне, а затем добавила, — лучший оргазм в моей жизни!
Я одарил ее гордой улыбкой и положил руку ей на ягодицу, лениво проводя по потной и покрытой спермой щелке вверх и вниз. Обводя круги вокруг ее хорошо зарекомендовавшего себя отверстия. Она все еще была немного расширена, и внутрь легко можно было просунуть палец, затем два.
— Болит. Нужно вздремнуть... — пробормотала Кейтлин, хотя и не сделала ничего, чтобы помешать моему доступу.
— Вздремнуть — это хорошо, — согласился я.
Я заснул почти сразу же, как только закрыл глаза.
• • •
Некоторое время спустя я проснулся в одиночестве в ее постели. Снизу до меня доносились звуки музыки, которую
играла моя сестра. Мне показалось, что это был какой-то кей-поп. В последнее время она предпочитала эту музыку, когда делала тренировки по дому. К счастью, я в любом случае не особо люблю музыку, так что все, что она хотела послушать, меня устраивало. Спустившись вниз, чтобы быстро принять душ, я застал ее на кухне, по уши погруженной в работу по дому.
— Привет, соня! — сказала она, сияя улыбкой.
— У некоторых из нас была работа, и мы не могли просто проспать весь день.
— Я почти закончила с домашними делами на сегодня, но подумала, может, ты займешься приготовлением?
— Конечно, сестренка, я был бы рад.
Это было несложно, так как у нас оставалось все меньше возможностей. Один поход в продуктовый магазин каждые десять дней. Это все, что разрешал текущий карантин. Даже поставки с Amazon были запрещены. Все потому, что в нашем регионе могли быть обнаружены какие-то новые продукты, а могли и не быть обнаружены. Мы не были готовы к тому, что нам приходилось планировать питание на десять дней вперед, но мы делали все возможное, чтобы справиться с этим. В общем, мы размораживали какие-нибудь блюда, добавляя любые овощи и специи, которые казались нам в то время подходящими. Готовить ужин, наблюдая за тем, как моя сестра ходит в одном спортивном лифчике, было очень приятно, даже если это немного стесняло движения внизу. После душа я снова надел боксеры и свежую футболку. Наблюдая за своей сестрой в одном лифчике, я удивлялся, почему я вообще беспокоюсь.
— Ну и показ мод, сестренка. Я думал, мне позволено смотреть только на твою попку?
— Ну, моя задница — это единственное, на что ты имеешь право, но я подумала, что ты уже пялился на мою киску, как истинный извращенец, каким ты и являешься, пока наслаждался моей сладкой попкой. Так что, поскольку ты уже все увидел, мне просто захотелось, чтобы мне было удобно, и чтобы мне не приходилось все время поправлять футболку, чтобы моя задница была на виду. Но ты все равно не сможешь прикоснуться к киске. Это запрещено, мистер, и не забывай об этом!
— Конечно, сестренка, как скажешь. Я просто рад, что получил небольшой предварительный просмотр, прежде чем выиграть его у тебя...
— Ха! Как будто! Моя киска была бы последним, на что я бы поставила, так что не может быть, чтобы тебе так повезло!
Тихий голосок в моей голове произнес:
— Значит, она готова поставить свою киску...
Мгновенно мой разум наполнился похотливыми мыслями и образами, которые ни у одного брата не должны возникать в отношении своей сестры. Даже если бы она стояла там с голой задницей (и с голой киской тоже, я полагаю?) прямо перед ним. Но, очевидно, я был большим извращенцем, чем думал. Несмотря на то, что моя великолепная сексуальная сестра постоянно отвлекала меня, мне удалось перевести еще несколько фрагментов руководства пользователя, прилагавшегося к карточкам. Это было нелегко и прямолинейно.
Без Google, который делал бы всю работу за вас, переводить, похоже, было бы довольно сложно. Словарь ни в коей мере не упрощает задачу, поскольку грамматика искажает слова всевозможными раздражающими способами.
Оказывается, это было не просто руководство пользователя, это был еще и урок истории. По-видимому, создатель нашей колоды карт был убит разъяренной толпой, а его мастерская была сожжена дотла. Суеверные крестьяне и горожане обвиняли его в колдовстве, а в те времена в Румынии это означало факелы, вилы и целых девять дворов. Было изготовлено всего сто восемь колод, прежде чем его карьера резко оборвалась. Поговаривают, что бизнес рухнул. На самом деле, жаль, но на рисунки на этих картах стоило посмотреть. Я бы предпочел такие карточки, а не скучные обычные наборы для выпечки, которые вы обычно видите. Я перевел только часть раздела "История", чтобы лучше понять процесс перевода, и мне было легче переводить короткие предложения в других частях. Гораздо проще переводить материал, когда есть больше контекста.
То, что казалось своего рода предупреждением, оказалось, в конце концов, не таким уж зловещим. Когда играешь в карты, ставка делается на то, что ее нужно сохранить, это дело чести. Не ставить никогда — значит, не проиграть, что можно себе позволить. С долгами все в порядке Платить долги приятно И быть счастливым Да, ладно, без контекста я определенно готовил из этого завтрак для собаки. Но, насколько я мог судить, это была просто инструкция к ответственной игре. Я думал, что наклеивать предупреждающие надписи на все можно только в США, но, думаю, Румыния, возможно, опередила события в этом вопросе.
Не услышав громких предупреждений об открытии порталов в ад или что-то в этом роде, я отложил книги и на время выбросил это из головы. Пора как можно лучше подготовить ужин. Когда я приготовил его, насколько это было в моих силах и в рамках возможностей нашей кухни, то добавил к нашему блюду самое главное. Бутылку очень дорогого вина. Если эта эпидемия продолжится, мы с Кейтлин в конце концов станем алкоголиками. Или, возможно, сексуально озабоченными. С этой радостной мыслью я налил нам обоим по щедрому бокалу вина и сообщила сестре, что ужин готов. Она пришла свежевымытая, и аромат ее духов смешался с ароматом нашего ужина. Из двух ароматов я больше всего предпочла этот цветочный, и еще в нем чувствовался более сильный запах абрикоса. На ней был всегда подходящий спортивный бюстгальтер, который в данных обстоятельствах вполне подходил для официальной одежды.
Она выглядела счастливой, на ее лице появилась улыбка, когда она увидела меня. Ее влажные волосы, обрамлявшие лицо, напомнили мне о том, что было всего несколько часов назад, когда она была мокрой от пота после наших бурных занятий любовью. Мысль о том, как она лежит подо мной, как ее попка обхватывает мой член, в сочетании с видом моей жизнерадостной улыбающейся сестры заставили меня натянуть трусы-боксеры, которые, честно говоря, я не
знаю, почему продолжаю носить.
— Выглядит аппетитно, детка. Красное вино с курицей. Я рада, что папа сейчас нас не видит, мы бы этого никогда не пережили.
— Сестренка, ты выглядишь достаточно аппетитно, чтобы есть, и, честно говоря, если бы папа мог видеть нас сейчас, я не уверена, что вино было бы первым, что он захотел бы обсудить. Возможно, это второе, но, возможно, не первое...
Она улыбнулась мне.
— Я подумала, что ты можешь так подумать. То есть насчет того, чтобы съесть меня. Итак, я приготовила, но не могла бы ты оставить это на десерт? Я ужасно голодна! Я хочу проглотить немного еды, пока в меня не попало что-нибудь еще!
С этими словами она повернулась, прогнулась в талии и надула щеки, показывая, что она действительно готова. Так вот откуда этот абрикосовый аромат. Она уже смазала свою маленькую упругую попку, ожидая, что я захочу сделать еще что-нибудь, прежде чем у нее появится шанс отыграться. Но, выставив свою попку на всеобщее обозрение, она также предоставила мне отличный вид на свою киску. Ее розовые лепестки были выставлены на всеобщее обозрение, раскрытые и совершенно мокрые. Очевидно, она ждала десерта с таким же нетерпением, как и я сейчас. Наша трапеза прошла как в тумане. Я был так поглощен своими похотливыми мыслями о том, что я хотел бы сделать со своей сестрой, что не обращал внимания на наш праздный разговор. Судя по всему, она тоже.
Всплески нервозной болтовни, а затем продолжительное молчание, когда мы оба просто смотрели на обнаженные тела друг друга. В ту секунду, когда с ужина исчез последний кусочек, наши взгляды встретились. Она, казалось, затаила дыхание, покусывая нижнюю губу в ожидании моих слов.
— Хорошо, сестренка, теперь десерт!
— Да, пожалуйста! Я съела все овощи, как хорошая девочка!
Она встала, глядя на меня с выражением, которое говорило: "Куда ты меня хочешь?" Когда она встала, я заметил, как по ее бедрам потекли соки. Мой член сочувственно заныл и запульсировал.
— Давай подадим десерт.
Я усмехнулся, затем схватил ее за талию, развернул и наклонил над неиспользуемой частью большого обеденного стола. Затем без особого предупреждения я нырнул прямо в нее, лицом вниз. Раздвинув ее щеки, я лизнул ее щелочку, ощущая вкус абрикоса, смешанный со вкусом кожи моей сестры. Самый мощный афродизиак, если он мне когда-либо был нужен. Она взвизгнула от моего рукоприкладства, затем чуть громче, когда мое лицо зарылось в ее щелку, затем в третий раз, когда я просунул язык в ее тугое отверстие, обводя его широкими движениями языка по ее чувствительной плоти. В мгновение ока она уже тяжело дышала и стонала от удовольствия.
— Пожалуйста, детка, продолжай, это лучшее, что было на свете, пожалуйста, не останавливайся, я думаю, что кончу от твоего языка в моей заднице, если ты продолжишь. Продолжай...
Она продолжала умолять меня о большем, а я продолжал ласкать ее красивую аппетитную попку, ее возбуждение сочеталось с моим, побуждая
меня засунуть свой язык в ее попку так глубоко, как только возможно. Я изо всех сил старался трахнуть сестру языком. В нем не было и намека на какой-либо неприятный привкус. Она очень тщательно готовилась, и все, что я смог почувствовать в ней, — это абрикос и она сама. Время от времени, когда мой язык касался особенно привлекательного места, ее анус слегка сжимался, и, приняв это за подсказку, я пытался узнать, где находятся все самые привлекательные места, а затем чередовал их все больше и больше. Вскоре схватки начали сливаться воедино и становиться все более сильными, а стоны моей сестры становились все громче и настойчивее. И вдруг это произошло. Она кончила только от моей анальной стимуляции, не прикасаясь к себе вообще.
Она кончила ЖЕСТКО, дико дергаясь, ее бедра дергались так, словно она вцепилась в провод под напряжением. Только мертвая хватка, которой она вцепилась в обеденный стол, удержала ее от того, чтобы рухнуть на пол. Из ее киски хлынули соки, а во входном отверстии образовались жемчужные капельки крема. Огромное удовлетворение от того, что я был ответственен за ее экстаз, нахлынуло на меня, как мой собственный маленький оргазм, в то же время мой голод, моя потребность быть частью ее оргазма, быть внутри нее, пока она испытывает оргазм, стали непреодолимыми. Поэтому я не сопротивлялся.
Осмелившись на секунду выйти за рамки дозволенного, я быстрым движением провел рукой вверх по ее бедру, собирая немного ее соков на свои пальцы и ладонь. Размазывая ее женскую смазку по моему члену, а затем облизывая пальцы, чтобы украдкой ощутить вкус ее киски. Смазав ее так сильно, как собирался, я не стал дожидаться, пока утихнет ее оргазм. Вместо этого я вошел в нее. Прижав кончик к ее спазмирующему анусу, я вошел, когда он расширился, а затем замер, когда он сократился. Мое вторжение немедленно вознесло ее оргазм на новую высоту.
— Малыш... Пожалуйста... Угу... Стоп... Не... Не смей останавливаться!
Ее почти протест, сменившийся мольбой о большем, устранил последние остатки сомнений, которые у меня могли быть. Как только мне удалось втиснуть головку своего члена в ее лоно, я дождался следующего расширения, затем вошел в нее так глубоко, как только мог, одним движением, прежде чем ее следующая схватка приковала меня к месту. Прежде чем ее оргазм утих, я вошел в нее до конца, трахая ее попку как следует. Жар ее внутренностей, мягкое давление ее внутренних стенок в глубине, плотное кольцо вокруг основания моего члена. Она стонала мое имя, называла меня извращенцем, просила трахнуть ее сильнее. Все это в совокупности привело к тому, что, когда ее настиг следующий оргазм, всего через несколько минут, я уже не смог сдержаться. Мысль о том, что моя сестра испытывала мощный оргазм только от члена собственного брата в своей заднице, была опьяняющей. Я ничего не мог поделать, кроме как позволить волнам удовольствия захлестнуть меня, когда я
выпустил толстые струи спермы глубоко внутрь моей сестры, синхронно со сжатием ее мощных внутренних мышц, которые, казалось, были полны решимости выдавить все до последней капли спермы из моих ноющих, спазмирующих яичек.
Я рухнул на нее сверху, не в силах удержаться на ногах, так как в судорогах оргазма мои ноги подкосились. Слегка опершись на руки, чтобы не слишком сильно придавить ее, мы лежали так некоторое время. Я зарылся лицом в ее все еще влажные волосы, мы оба тяжело дышали. Ее попка все еще сокращалась каждые несколько секунд, когда ее захлестывала очередная волна наслаждения. Каждый раз ее сокращение вызывало у моего члена очередную судорогу, посылая мне еще один крошечный оргазм. Мой член, дернувшийся в ответ на нее, вызвал бы у нее следующую волну возбуждения. До тех пор, пока несколько минут спустя мой член не стал слишком мягким, чтобы дергаться. Затем мы просто лежали так некоторое время. Мой мягкий член был внутри ее упругой задницы.
— Я не знала, что могу кончить от этого, — выдохнула моя сестра, поворачивая свое лицо к моему. — Я вообще никогда не думала об анальных играх, пока ты не завладел моей задницей. А теперь я никак не могу насытиться. По-моему, твоя извращенность заразительна, малыш.
Я был ошеломлен. Судя по тому, как она безропотно приняла его в зад, я решил, что у нее богатый опыт. Ни для кого из нас не было секретом, что я не был тем, кого можно было бы назвать искушенным в сексе. Я был ботаником, у которого была сестра-спортсменка. Возможно, у меня было бы больше опыта, если бы я был чуть более настойчивым, но на сегодняшний день мой опыт ограничивался интенсивными ласками и неловкой мастурбацией, когда моя тогдашняя девушка чувствовала себя виноватой из-за того, что не купила мне подарок на день рождения. Но моя сестра была великолепной спортсменкой. Она была умна и сексуальна, и она могла бы многого добиться. Она могла бы выбрать что-нибудь еще в старшей школе, и, конечно, могла бы выбрать что-нибудь и в колледже. Но только не попку. Было удивительно думать, что я был первым любовником своей сестры в этой ее части. Она, так сказать, подарила мне свою анальную вишенку.
В то же время я также сдал свою V-образную карточку. Считается ли потерей девственности, если ты не засовывал свой член в киску? Я имею в виду, я знаю, что католические девушки, как правило, используют лазейку в виде дырки, подставляя свою попку, чтобы остаться девственницами до свадьбы. Если девушка все еще девственница, если она только когда-либо вставляла член в анус, то остается ли парень тоже девственником, если он только когда-либо вставлял его в анус девушки? Да, всякие безумные мысли приходят тебе в голову, когда ты только что трахнул свою сестру в задницу и чувствуешь, как твой сжимающийся член медленно выходит из нее.
— Что ж, сестренка, я думаю, мне
просто нужно убедиться, что ты не отыграешь это сегодня вечером, тогда я смогу сделать так, чтобы ты кончала ещё больше!
Я ухмыльнулся ей, изображая самоуверенность, которая обычно сопутствовала нашим карточным играм. Когда я, наконец, выскользнул из нее, Кейтлин сумела остановить вытекание моей спермы, затыкая пальцем свой расширенный анус, пока ей не удалось его закрыть.
— Вот, всё кончено! — промурлыкала она. — Я хочу чувствовать это внутри себя, пока мы играем. Это поддерживает мою мотивацию.
— Кроме того, — добавила она, — так будет меньше беспорядка.
Слегка разочарованный тем, что не увижу, как моя сперма стекает по ее ногам, но в то же время возбужденный тем, что моя сперма находится внутри нее, я одарил ее своей собственной улыбкой.
— Что ж, думаю, нет смысла откладывать это дальше, давайте откроем карты.
Вам необходимо авторизоваться, чтобы наш ИИ начал советовать подходящие произведения, которые обязательно вам понравятся.
Комментариев пока нет - добавьте первый!
Добавить новый комментарий