Домик Ричарда

Рос я хилым и забитым пареньком. Друзей у меня не было, и я целыми днями шлялся по Киеву. Из подручных игрушек у меня был только хуй. Забираясь в заброшенные дома на Кловском или Андреевском спуске, в пригородных лесах, на днепровских кручах или общественных туалетах я никогда не пропускал возможности сдрочнуть. Мой молодой организм требовал от меня оргазма несколько раз в день. Особенно мне нравилось дрочить, прочитав очередную похабную надпись на стенке сортира или плоховатое изображение трахающихся на стене заброшенного дома.

В самом центре города, на Андреевском спуске, 20 назад стоял заброшенный дом на капитальном ремонте. На третьем этаже этого дома кто-то нарисовал углём огромную "картину". Двое парней ебали третьего, причём на глазах у третьего были нарисованы слёзы. Эта картина возбуждала своей порочностью моё юное воображение больше всего. Я забирался в дом, вставал таким образом, чтобы видеть и слышать всех поднимавшихся по лестнице и с особым упоением дрочил.

В тот раз, спустив джинсы и трусы до самых кроссовок, подрачивая с остервенением, я впервые попытался засунуть свой палец себе в зад. Ощущенье было рулетное, стыд и кайф от происходящего пробирали меня насквозь, мои ноги дрожали, а в ушах стоял гул от бешено бьющегося сердца... и тут... кто-то подошел сзади, и наступил мне между ног на джинсы. Я был шокирован. Сердце испуганной мышкой забилось в пятку.

Оказывается, в соседней комнате сидели и пили пиво два парня-близнеца. Они слышали как я поднимался, дрочил и сопел, но ничем не выдали своего присутствия. Я оказался в их власти, поступив беспечно и не проверив, как всегда, дом до чердака.

- Что, пидарок, кайфуешь? - сказал со злобой тот, что подошел сзади, и толкнул меня к брату.

Джинсы на моих ногах, на которые он наступил, превратились в кандалы, и я, потеряв равновесие, упал на четвереньки. Второй, подойдя ко мне спереди, поставил меня на колени и разорвал на мне рубашку. Пуговицы полетели во все стороны.

- Снимай, сучёнок! - и мне пришлось подчиниться.

Они были старше меня года на три, а я всегда робел перед старшими ребятами. Я как-то сразу понял, что мне предстоит у них сосать. У меня не было выбора. Они застукали меня на горячем, и я был готов вытерпеть это унижение, лишь бы не били и отпустили, не опозорив.

- Теперь снимай джинсы! - я попытался встать, но был сбит с ног оплеухой, - Сидя! - и тут я расплакался.

Усевшись на пол, я стал покорно развязывать кроссовки. Вскоре я был совсем голым. Поставив меня на колени, братья по очереди стали ебать меня в рот. Это был не отсос, а именно ебля. Они загоняли свои хуи глубоко мне в глотку. Причём они очень больно держали меня при этом за уши. Вскоре у меня болело и горло, и уши, и щёки, по которым они время от времени отвешивали увесистые пощечины, раззадоривая себя и полностью подавляя остатки моей воли.

Вскоре меня поставили раком и тот, что был злей, стал бесцеремонно, без смазки таранить моё очко. Я уже не плакал, а рыдал от боли и унижения. Тем временем первый перестал трахать меня в рот и заявил:

- Лижи! - я замешкался, и он стал мне отвешивать обеими руками звонкие пощёчины.

После таких веских аргументов я окончательно сломался и решил делать все, что придет в голову моим мучителям. Мне стало безразлично, что со мной будет. Внутри меня что-то оборвалось, и я перестал даже внутренне сопротивляться происходящему.

И в этот момент произошло чудо. Мне стало нравиться лизать их члены. Я стал возбуждаться и подмахивать их хуям, нещадно трахающим мою девственную дырочку. Минут через 20 такой ебли я уже сам пытался насадиться на хуй, разводя руками половинки своей жопы, чтоб они могли поглубже вогнать. Время от времени братья менялись местами, и мне приходилось сосать хуй, только что бывший в моей заднице и слизывать с него все, что он там наковырял. Кончили они оба мне в задницу и заставили долго вылизывать свои хуи.

Потом братьям захотелось меня выпороть. Поставив меня на четвереньки, они засунули мои трусы мне в рот. А потом довели своими ремнями мою задницу до ярко красного цвета.

Я получил команду "Лежать!", а они тем временем курили, забрали все деньги из моих джинсов и обоссали их.

Поссав, братьям снова захотелось меня выебать, и всё пошло по второму кругу. Они положили меня на спину, и, пока я лизал одному из них задницу, второй ебал меня, положив мои ноги себе на плечи. Уходя, братья позволили мне сдрочить. Я дрочил, стоя перед ними на коленях, а они курили и ссали на меня. А потом, когда я кончал, одновременно потушили окурки о мои соски.

Так одна ошибка перевернула мою жизнь. Сделала из меня раба, ищущего своего Мастера и находящего лишь жалких фигляров, неспособных на подлинную жестокость. Больше всего я жалею, что больше так никогда и не встретил своих первых близнецов. Скорее всего, для них это был только эпизод. Они были пусть неумелыми, но искренними. Искренне издевались и презирали недоумка, попавшего в их руки. Их чувства были не наигранными, чем, к сожалению, грешат почти все Мастера.

P. S. Рассказ был записан мною давно со слов одного из рабов. Потом затерялся. На днях увидел в нете подборку фоток, которая разбудила мою память. Вспомнились горящие упоением глаза раба, когда он мне рассказывал о своём первом опыте, и захотелось вновь всё записать.