Боль

Часть 1

Я люблю.

И он не может без меня жить.

Мы не части друг друга, мы - единое целое. Но я понимаю это только сейчас, по прошествии двух лет. И я благодарен ему. Именно он, мой друг, вытянул меня из той бездны, в которую я падал. Но, все по порядку...

Сейчас я хочу рассказать не о любви, что связала нас, а о той боли, что была частью моей жизни, частью меня.

Не знаю, может быть, все началось с моего отца, может быть, с закрытого колледжа, в котором я провел почти пять лет жизни, а может быть - с Тимура, который оказался парнем свободных нравов и дал мне понять, что отношения между нами могут быть не только дружескими, но и интимными. Даже не буду гадать, что стало началом. Я расскажу о продолжении.

По желанию своего отца, занимающего достаточно высокую должность в посольстве, я вынужден был обучаться в закрытом колледже, где и познакомился с Тимуром. Так как школа была элитной, комнаты там были рассчитаны на 4-6 человек. В выходные, когда занятий не было, мы - что я, что Тимур - маялись от скуки, и для меня было даже как-то совершенно естественно, что в душе мы удовлетворяли себя, а потом и друг друга. А когда возвращались в комнату, в которой оставались одни, наши невинные ласки перерастали в большее.

Первые два года это действительно было баловство. А потом Тимур пригласил меня в профильный ночной клуб, сказав, что там сегодня будет выступать его брат. Я не понял, что он имеет в виду под словом "выступать", но пошел.

И в ту ночь жизнь моя рухнула - я увидел ЕГО.

Александр, или - как он называл себя - Алекс, был двоюродным братом Тимура, но они были также похожи друг на друга, как небо и земля. Смуглый, невысокий шатен Тимур больше был похож на татарчонка, тогда как высокий светлокожий блондин Алекс, со своими невозможно большими синими глазами, кукольным личиком и изящной ненавязчивой худобой, казался мне воплощением божества. Дионис, Нарцисс - пульсировало у меня в голове, когда он шел к нам. Он не маскировался, не скрывал своих повадок, но в этом жеманстве, в томности я не видел ничего плохого. Я видел только ЕГО.

Алекс не стал долго задерживаться у нашего столика, предпочитая пройти к денежным клиентам. Я все смотрел ему вслед, а Тимур, пытаясь меня образумить и отвлечь от Алекса, "хлестал" меня словами, словно бичом. Он объяснял мне, что Алекс минимум на 10 лет старше, и что он не интересуется малолетками, и что, даже если он согласится, то у меня не хватит на него денег... Я понимал все это, но разум упрямо отказывался воспринимать увещевания.

Сколько раз потом, тайком от Тимура, я сбегал, чтобы два-три часа посидеть в темном уголке этого клуба и увидеть выступление Алекса. Он был стриптизером и умел так владеть своим телом, что заражал весь клуб своим желанием, своей похотью...

Прошло, наверное, не меньше месяца - а, может, и больше - прежде, чем Алекс заметил меня или сделал вид, что заметил. Он подошел ко мне и, протянув руку, взял меня за кисть, пригласив, или точнее, уводя за собой.

- Ну, что ты за мной бегаешь?! - Лицо его изменилось от злости, но даже в злости он был прекрасен. - Ты моих... друзей смущаешь!

Я сидел в его гримерке, сжавшись на кресле, молча глотал слезы, понимая, что, если он меня попытается выгнать, я на коленях буду умолять его о снисхождении. Ведь даже смотреть на него, видеть его танец, было сладкой болью. Видимо, он меня понял.

- Раздевайся! - его приказ смутил меня, но я все же неловко, смущаясь, стал снимать с себя одежду, в конце концов оставшись в одних плавках. Немного стесняясь, я начал стягивать и их, но Алекс остановил мою руку. - Хочешь быть со мной - ты должен это заслужить. Иди сюда!

И он рванул меня за руку, поставив перед собой напротив зеркала, оценивающе осматривая мое тело и наклоняя голову из стороны в сторону.

- Волосы отрастишь. Покрасишь. Будешь брюнетом, чтобы меня оттенять. Понял? Остальное мы на тренировках и репетициях подправим.

Мог ли я желать большего? Я получил приглашение быть его партнером на сцене... Я летел как на крыльях, решив во что бы то ни стало, быть для него всем.

***

Боль в мышцах, усталость, напряжение, отчаяние стали моими спутниками на последующие полгода. Я врал Тимуру, что записался в секцию единоборств, я лгал учителям, что у меня тренировки и соревнования. Но я не лгал. Я действительно учился владеть своим телом...

Прошло восемь или девять месяцев. Волосы отросли до плеч, мышцы приобрели пластику - мое тело менялось, но мои чувства к Алексу не претерпели изменений. Член уже не просто стоял на него: мне достаточно было только вспомнить чувственный изгиб его бедер, попку в тонких трусиках-стрингах, и я не мог продержаться даже минуты. Алекс же относился ко мне, как к кукле. Наш танец был рассчитан на двоих, но его тело было неживым, не чутким. Он не хотел меня.

Но работа, дело были превыше чувств, и, наконец, наше выступление состоялось. Я никогда не думал, что Алекс сможет переступить через себя. Его ладони пылали жаром, его тело горело и было влажным от пота, дыхание срывалось. Он источал похоть, как аромат. От него пахло мускусом и медом, и я терялся в этом запахе, я плыл и в конце нашего выступления, не сдержавшись, оросил плавки своим соком.

Пришел я в себя на кушетке в его комнате. Алекс сидел рядом и пил шампанское, утопая в дыму и думая о чем-то своем. Когда я приподнялся на руке, он тут же повернул голову ко мне.

- Одевайся. Поедем ко мне, - я не ожидал такого поворота событий, и поэтому растерялся, но потом, осознав, что Алекс приглашает меня, ощутил себя щенком - таким же счастливым и беззаботным.

Я так давно хотел этого! Почти год быть рядом, и вот сейчас...

- Давай, Валентин, одевайся.

Я не заставил себя долго ждать, и уже минут через пять, поймав такси, мы ехали к нему домой, Алекс же мне на ухо шептал какие-то непристойности...

- ... не один мужчина в этом мире хотел бы познать удовольствие быть с девственником. И все они были бы предельно осторожны. Ты за эту ночь можешь получить миллионы...

Я наконец понял, о чем он, и резко замотал головой.

- Нет, Алекс, нет, - я прижимался к нему, пытаясь уткнуться носом в его шею, купаясь в запахе его кожи, еще не остывшей после танца. - Нет... Только ты!

И я знал, что это правда. Мне нужно было хоть ненадолго ощутить, что он - мой, а я весь принадлежу ему. Мне казалось, что потом я смогу скинуть это наваждение, смогу забыть.

***

Дом у Алекса был небольшим, но уютным. В зале стояли диван, два кресла, столик. В спальне широкая кровать, занимавшая практически все расстояние от стены до стены и оставляющая только небольшой проход к окну. Кухня была большой и светлой, а ванная комната едва вмещала в себя огромную джакузи. На второй этаж я не поднимался.

- Ты мне поможешь? - Алекс игриво подмигнул, протягивая бутылку вина и два бокала, - Я сейчас.

Но я успел рассмотреть все корешки книг, что стояли у него на полках, полюбоваться небольшими мраморными статуэтками и даже пощелкать пультом телевизора прежде, чем он появился, неся поднос с легкими закусками. И я медленно начал "уходить в рай". Уют, вино, ЕГО взгляд, направленный на меня, его голос, такой мягкий и завораживающий...

Когда в дверь позвонили, я вздрогнул, Алекс же, грациозно поднявшись с кресла и мягко покачивая бедрами, вышел из комнаты, открыл дверь, мелодично рассмеявшись чьей-то шутке.

- Добрый вечер, - в комнату, немного стесняясь, вошел мужчина и, помедлив, подал мне руку. - Будем знакомы - меня зовут Денис. Я не знал, что Алекс не один. Может, отдохнем втроем?

- Нет, спасибо. Я, наверное, домой пойду, - я затравленно смотрел на мужчин, чувствуя какую-то антипатию к Денису.

- Нет, прошу тебя, малыш... - Алекс склонился ко мне, так и не позволив подняться с кресла, обняв за плечи, и светлые золотисто-медовые волосы упали вперед, так идеально обрамляя его личико, что, казалось, и лед мог бы растаять. И я растаял, откликнулся на этот призыв, едва переборов желание притянуть к себе Алекса за его льняные волосы и впиться жестким поцелуем в эти алые капризные губки...

- Я не помешаю, - Денис улыбался так, словно насильно растягивал свои губы в улыбке, - Телевизор пока посмотрю.

- Мы выпьем за встречу, - Алекс налил всем вина, вложив бокал в мою руку, - Ну же, парень, расслабься.

Я выпил... До сих пор не могу понять, то ли я оказался такой чувствительный к алкоголю, то ли мне в вино было подмешано снотворное, но вскоре я задремал. Хотя мое состояние вряд ли можно назвать сном - иногда я приоткрывал глаза и следил мутным взглядом за беседой Алекса и Дениса, временами проваливался в небытие.

- Нет... Нет, Дэн, я не могу... - услышав шепот, я насторожился, попытался сконцентрироваться, но это было непросто. - Ты что...

- Ты мне должен, помнишь? Поэтому - или ты выполнишь мою просьбу, или я сделаю так, что ты лишишься кое-чьего расположения.

Часть 2 (последняя)

- Ну, Дэн, пойми... Я не могу... - Алекс почти умолял Дениса о чем-то, и я, приоткрыв глаза, увидел его на коленях перед Денисом, обнаженного, униженного. - Пожалуйста...

- Что тебе стоит? - Денис так рванул Алекса за волосы, что тот взвизгнул от боли и слезы брызнули из его глаз. - Всего лишь полчаса. Я только узнаю, какой он... У тебя ведь есть все, что нужно...

- Дэн... Дэн, нет... Нет! - Алекс рванулся в сторону, но получил такую пощечину, что застонал от боли, прижав руку к разбитым губам. - Пожалуйста, будь мягче... Ведь следы не сойдут за несколько дней...

Скорее всего, я снова провалился в дрему, а когда пришел в себя, то увидел склонившегося надо мной Алекса.

- Валентин, давай, поднимайся... И выпей это... - Он протянул стакан, заставив меня выпить воду с каким-то странным привкусом. - Тебе сейчас станет легче, малыш...

Алекс почти тащил меня на себе, а потом бросил на кровать.

- Я домой хочу... - пьяно бормотал я.

- Тебе что, здесь неудобно? - Дэн, сердито, порывисто снимая с меня одежду. - Выспишься и поедешь.

- Я не хочу здесь спать, - Я капризно отмахивался, но тут же почувствовал, что мою руку крепко держат. - Эй! Хватит!.. Ладно, если вы так хотите, я буду спать здесь.

Я повернулся на бок, тут же заснув... Проснулся я среди ночи от нежных прикосновений, даже не пытаясь понять, где нахожусь и с кем. Я просто принимал нежные ласки и поцелуи, в свою очередь лаская мужское тело, впиваясь в нежные сладкие губы жесткими поцелуями. Податливо прогнулась спина под моей рукой, и я перевернул под себя мужчину, даже не сомневаясь в том, что нахожусь с Тимуром. Мысли о том, что это Алекс, не было. И, даже когда мои бедра оседлали, когда зубы несильно впились в мое плечо, я и тогда не верил, что со мной Он - мужчина моей мечты...

Сладостный крик сорвался с пересохших губ, и ногти несильно впились в мою спину, заставляя двигаться быстро, ритмично, доставляя как можно больше удовольствия... Не выдержав этой своеобразной борьбы на грани блаженства и боли, утонув в жалобном стоне, я кончил от удовольствия.

- Ты великолепен, сладкий мой... - сквозь полудрему услышал я шепот Алекса и, не сопротивляясь, позволил приподнять мои руки, ощутив, как запястья туго стянул ремень.

- Зачем?.. - я улыбался в темноту. - Ты думаешь, я буду сопротивляться?

- Я не думаю, - мои губы смял жесткий поцелуй. - Я знаю это... Дэн, он твой.

Я приподнялся, тут же получив сильный удар по лицу, вскрикнул от негодования, попытавшись оттолкнуть того, кто был рядом, но тут же бол - сильная, жестокая пронзила мое тело. В спазме крика сжались легкие, но спасительная тьма накрыла разум.

***

... Очнулся я, глядя в потолок и пытаясь вспомнить, что со мной и где я, но мешала боль... Она было повсюду... Болели занемевшие руки, крепко привязанные к спинкам кровати, болело лицо, саднили царапины на шее, груди... До слез больно было дышать и шевелиться. Но сильнее всего болело не тело...

Я со стоном повернул голову, наткнувшись взглядом на незнакомого обнаженного мужчину, который спал рядом. И память открыла все... Всхлипнув, я пытался освободить руки, застонав от боли, волной прошедшей по избитому телу и, не в силах вынести произошедшего, - расплакался.

- Чего ноешь? - В комнату, шатаясь, вошел Алекс и непослушными пальцами начал развязывать ремень, стягивающий мои запястья, швырнув лоскут простыни. - На, обвяжи грудь, легче будет, - но, увидев, что я не могу двигаться, рывком приподнял меня, умело стянул ребра и толкнул в спину. - Иди, приведи себя в порядок!

Находясь в шоковом состоянии, я безропотно прошел в ванную комнату, медленно смыл с лица и шеи запекшуюся кровь, дрожащими руками пытаясь удержаться за ванну, но, потерял равновесие, качнулся на стену, застонав от боли, закашлявшись, почувствовал, что теряю сознание.

- Чего возишься? - Дэн возник в проходе, скрестив руки на груди. - Мало получил? Могу добавить. Ал, лживая тварь, не сказал тебе, зачем везет сюда?! Теперь ты мой столько времени, сколько я этого захочу.

- Подонок... - я задыхался от ярости и обиды. - Сволочь!

Дэн с силой притянул меня к себе за волосы.

- Ты, подстилка, - с ненавистью прошипел он, - Марш в комнату! И, если я от тебя еще хоть слово услышу - пополам разорву. Поэтому постарайся быть послушным... Все ясно?!

Я полетел по коридору, проехавшись по ковру, мое сознание помутилось от боли.

- Что, не нравится? Бедненький! - Алекс, с глумливой улыбкой склонился надо мной. - Дэн умеет учить новичков... А ведь тебе хотелось, чтобы тебя научили. Вот увидишь - когда окрепнешь, извиваться будешь под ним, похотливый сучонок... Кстати, мне понравилось, как ты ночью взялся за меня - резко, без ласк. Умеешь!

Алекс по приказу Дэна дотащил меня до кровати, бросив на окровавленные простыни и пытаясь развернуть на живот. Но я даже не пошевелился, напрягшись, когда пальцы Алекса коснулись моих ягодиц, и застонав от боли даже от легчайшего прикосновения. Вскоре кровать прогнулась, и рядом распростерся Дэн, ожидая, пока Алекс возбудит его.

- Жестче, - простонал он, вздрагивая всем телом, - Еще жестче! Слышишь ты, мразь! - Он хлестнул Алекса по лицу, дернув за волосы и с такой силой вогнав член ему в рот, что тот закашлялся. - Да пошел ты!..

Отпихнув Алекса ногой, Дэн рывком приподнялся, упершись ладонью в мою спину, и с силой вошел в меня, заставив меня кричать от боли.

Следующий раз я пришел в себя уже к вечеру, недвижимо лежа на грязных простынях, подавляя слезы.

Внезапно раздался звонок в дверь.

- А его нет дома, - раздался беззаботный голос Дениса, - Да, после клуба так и не появился. Нет, Валика с ним не было.

- Тимур! Миленький... - голос друга был едва слышен, но я знал, что это он, мой друг, пришел. Попытавшись приподняться, я со стоном упал на кровать. - Тимур! Пожалуйста... Помоги... - Но мой друг уже ушел. - Тимур... Нет, не-ет!

Я пытался приподняться на дрожащих руках, но тело не слушалось меня: я не смог даже к краю кровати подползти. И опять потерял сознание. Но даже там, за гранью, из моих глаз текли слезы. Очнулся я оттого, что кто-то гладил меня по волосам.

- Спи, мальчик мой, сон - самое лучшее, что есть у тебя сейчас. Сон так сладок... Ш-ш-ш... Не плачь! Вытри слезы, малыш, и не бойся. Больнее уже быть не может... - Алекс с улыбочкой смотрел на меня, и я, наверное, впервые заметил, какие же у него безжалостные, холодные глаза.

- Отойди от него! - Дэн хлестнул Алекса ремнем по спине, - Он мой! Ясно?!

- Жестокий! - Алекс надул губки. - Я ведь тоже хочу...

- Хочешь?! - Дэн швырнул его грудью на стол, и, придавив своим весом, с силой вошел в него. - Ну, если хочешь - получай! Еще?! Еще?!

Вопросы Дэна не требовали ответа, потому что он все равно не отпускал Алекса, пока тот не выгнулся, дрожа всем телом, с хриплым стоном впившись зубами в его плечо...

- Садист! - Алекс сполз на пол. - Даже кончить не дал...

- Заткнись! - Дэн швырнул в него светильником, тут же повернулся к кровати и посмотрел на меня. - А ты меня возбуждаешь даже в таком виде... - прохрипел он, резко подняв меня с пола и бросив на кровать.

Я дернулся, попытавшись отползти, но был придавлен тяжелым телом. И вновь начался кошмар...

- ... Да приходи же в себя, черт бы тебя побрал! - Дэн хлестал меня по щекам, - Очнулся? Давай, бегом, в ванную. Ал тебе поможет. Хорошенько искупайся. А мы пока пройдемся по магазинам, так мальчик мой? - Денис притянул к себе Алекса, впившись в его губы с такой силой, что тот застонал. - Давай, отведи его в ванную, - и быстренько одеваться.

Алекс капризно фыркнул, подняв меня с кровати, и проводил до ванной комнаты.

- Сам справишься?

Я едва смог кивнуть, с помощью Алекса перебравшись через край ванны и набирая теплую воду, без сил соскользнул вниз... Вот он шанс... Один-единственный... Сегодня или никогда. Прикрыв глаза, я медленно приходил в себя в горячей воде, начиная ясно мыслить.

Наконец, столько времени сдерживаемые слезы смогли пролиться, и я, уткнувшись в руку, плакал от обиды, горечи и отчаяния. Отец никогда не простит, даже если узнает, что меня изнасиловали. Друзья не поймут... У меня никогда не было таких друзей, к которым можно было бы пойти, попросить о помощи... А Тимур... Теперь я не верил даже ему.

Всхлипнув, я вытер слезы, и, наконец, решился. С трудом, привстав на коленях, потянулся за лезвием...

Что было терять? Смерть, медленная и мучительная, или быстрая, безболезненная, которую даже не заметишь?.. Дрожащими пальцами я держал лезвие, пытаясь побороть животный страх. Но слезы вновь и вновь застилали взгляд, тело лихорадочно дрожало, во рту пересохло...

- Даже на это не способен, - пробормотал я, сглотнув и чувствуя комок в горле, нерешительно поднял руку, но пальцы так дрожали, что я не удержал лезвие, и оно упало в воду. - Проклятие! Ну же, время идет!.. - подбадривал я себя. Внезапно услышав стук двери и не медля больше ни мгновения, я глубоко полоснул себя по шее...

***

... Я не помнил этого, но Тимур рассказал, что тогда - в тот день - не поверил Денису, и только ждал момента, когда дом будет пуст, чтобы обследовать его.

Он дождался, но едва не опоздал. Хотя, наверное, так было бы лучше.

Уже много позже, когда боль превратилась в тупую занозу, а страх ушел, я понял: Денис сотворил то, что не имел права делать - он сделал меня своим рабом.

Рабом своей похоти.

страницы [1] [2]