Безмолвная исповедь. Из книги Джулия исповедь элитной проститутки

Подкатегория: без секса

Иногда воспоминаниями приходится делиться, даже если это воспоминание о самом сокровенном.

Это была ничем не выделяющаяся история любви, каких много, только, к сожалению, для меня самого всё закончилось не лучшим образом. По сути, я просто любил одного человека, пусть и нетрадиционно. Мне было больно самому это осознавать, тем более в мире, который напрочь отвергает ту любовь, которую ты считаешь самой сокровенной. Это был сложный период, когда ты понимаешь, что ненавидишь себя и все свои чувства лишь потому, что они не такие, как у других.

Я всегда был белой вороной и держался особняком, хотя на людях это и не было очень заметно. Да, со стороны я казался милым, возможно, даже симпатичным, но сложно передать те чувства, которые я испытывал к другим людям.

Я без конца проверял каждого, кто меня окружал, присматривался к ним и иногда даже пытался идти на контакт, но моя осторожность ещё никогда меня не подводила, позднее те люди, которые только-только начинали казаться мне близкими, открывались для меня совершенно с другой стороны, и это было больно, но не так, как это могло бы быть, доверься я им чуть больше.

Но однажды я встретил на своём пути человека, который стал моим другом с первой встречи, пусть он сам этого и не подозревал. Его звали Иван. На тот момент нам было по восемнадцать лет - довольно сложное время для меня. Иван ворвался в мою жизнь, подобно урагану. Он был сильным ветром: приятным, тёплым, но разрушительным, сметающим всё на своём пути.

Тогда я просто отказывался верить самому себе и своим чувствам. Я не мог понять: как человек, с которым мы даже ещё не общались, может вызывать у меня такие острые ощущения.

Это было странно, но именно тогда, когда он был рядом, ни от чего в моей жизни я не получал столь острых ощущений. Благодаря Ивану я научился чётко понимать всё, что меня окружает, чувствовать природу или даже просто настроение.

Та осень запомнилась мне, как самая холодная и безжалостная, но, безусловно, самая сокровенная. Я жил как обычно, пытаясь свыкнуться с новыми ощущениями, которые хотя и были болезненными, но почему-то оставались для меня самыми приятными на свете. Я без конца смотрел на него, этого нахального юношу, который, впрочем, был ещё и очень красив. Мои чувства можно было бы счесть сентиментальным бредом, но они были самыми искренними. Каждая черта его внешности сводила меня с ума: чёрные волосы, стройное спортивное тело, которое нередко становилось предметом моей зависти, чёрные глаза, бархатные и глубокие, в которых, казалось, можно было утонуть.

Я страдал от собственных мыслей и никак не мог разобраться в моих чувствах, противоречивых, как никогда. С одной стороны, он был для меня своего рода совершенством, тем, на кого стремишься быть похожим, но, с другой стороны, этот парень вызывал у меня самый настоящий страх - просто я боялся тех чувств, которые я к нему испытывал. Я безуспешно пытался с ними бороться и искал в нём различные недостатки, как внешние, так и внутренние, но почему-то безуспешно.

Позже я, конечно, осознал, что все эти сомнения и непонятные волнения были просто любовью, самой настоящей любовью. Она казалась мне обжигающе холодной, была для меня болезненным бредом, искушением и мечтой. Сам факт, что меня угораздило влюбиться в парня, сильно пугал меня, и в мою глупую голову начали лезть идиотские суицидальные мысли, но я не давал им воли, так как считал себя сильным человеком, пытался найти утешение в музыке и одиночестве, которое оказалось очень полезным.

Я знал, что никогда не смогу признаться ему в своих чувствах, так как не мог в них признаться даже самому себе и потому мучился от собственных мыслей, которые скоро стали обретать и эротический характер.

Фантазии и сны, если в них был Ваня, были непременно с сексуальной тематикой. Меня стало сильно волновать его тело, от чего я всё чаще и чаще стал за ним наблюдать, стараясь делать это как можно более незаметно. Я часто представлял, как его сильные руки сжимают меня в своих объятиях, как его губы целуют меня и шепчут что-то успокаивающее, как эти бездонные глаза смотрят на меня, как я чувствую его ровное дыхание на своей шее - всё это медленно сводило меня с ума. Мой разум и моё тело рвались к нему, этому очаровательному парню.

Постепенно мы стали сближаться и вскоре уже общались, как самые настоящие друзья. Такая перемена не могла не радовать меня, и я старался как можно больше времени проводить с ним. Иногда мне казалось, что он замечает мои чувства к нему, и тогда я отдалялся, но он сам притягивал меня к себе и не оставлял меня наедине с моим одиночеством. Жизнь уже не казалась такой бессмысленной штукой, как это было раньше.

Но однажды всё это рухнуло... Наше недавнее знакомство и дружба, которая день ото дня становилась всё крепче и крепче, распалась. Иногда всё бывает запредельно жестоко, и смерть Вани стала, наверное, самым сильным шоком в моей жизни. Тогда земля ушла из-под моих ног, мне хотелось умереть. В груди, в которой каждый раз гулко билось сердце при виде любимого, была пустота, а меня трясло от холода, скорее, от душевного, чем физического. Мне было горько от того, что я так и не смог признаться ему в своих чувствах, а я ведь сильно нуждался в этой, своего рода, исповеди. Но было уже поздно, и время, властелином которого я никогда не был, безвозвратно ушло, а об Иване у меня остались лишь воспоминания.

Умение, которое он мне дал, сам того не подозревая, осталось при мне. Я всё так же тонко чувствую мир, и, кажется, мир тоже чувствует меня.

Я обнял ствол кленового дерева и беззвучно заплакал. "Чёрт возьми, немедленно прекрати, ты же сильный и не должен допускать подобных слабостей", - говорил я себе, но остановить накал своих чувств был уже не в состоянии. Этот клён, как бы странно это не звучало, был до Вани моим единственным другом. От него не дождёшься ни слов, ни действий, его можно просто обнять, и тебе непременно станет легче. Вот и сейчас я чувствовал, как боль, затаившаяся в моём сердце, постепенно отступает.

А позже я увидел сон, в котором был Ваня. Он стоял напротив меня и печально улыбался. Я же неотрывно смотрел в его глаза и чувствовал тепло и любовь, которые исходили от него.

- Ты же знаешь, что я умею чувствовать без слов, - тихо сказал я.

- Да, знаю, - ответил он, после чего приблизился ко мне, обнял за плечи и поцеловал.

Я попытался обнять его, но зачерпнул руками лишь воздух - Ваня исчез. Все чувства, что на миг пробудились во мне, разом утихли, и тогда я проснулся.

Я открыл глаза и смахнул слезу, которая каким-то образом оказалась на моей щеке. Потом я поднялся, подошёл к окну и невольно зажмурился. Мой любимый клён, росший неподалёку от моего окна, загорелся ярко-алым цветом. Я поднял листок, что лежал на подоконнике, и прижал его к груди.

- Прощай!