Второй день в тюрьме (глава 1). Порно второй мировой войны

Спал я на животе. Попа болела так, как будто в нее засунули раскаленную кочергу, но я все равно уснул. Даже не заметил, как это случилось. Проснулся я от того, что кто-то зажал мне рот рукой, вначале я попытался дернуться, но потом вспомнил, что меня вчера изнасиловали и что теперь со мной сокамерники могут делать все, что им захочется. Поэтому я остановился и просто открыл глаза и часто-часто заморгал, просыпаясь.

В тусклом свете лампы, который никогда не гас в камере, я увидел Шныря, который зажимал мне рот рукой и, склонившись ко мне, что-то шептал мне на ухо, спросонья я не сразу понял, что именно. Немного проснувшись, я понял, что он ласково мне шепчет и уговаривает молчать, его рука мешала мне нормально вздохнуть, поэтому я посмотрел на него и кивком дал понять, что буду вести себя тихо. После этого он еще раз попросил меня не шуметь и отпустил руку с моего рта.

Лежать на животе и смотреть на него было неудобно, и, несмотря на боль в попе, я повернулся на спину и лег, повернув к нему голову. После этого он сделал то, что поразило меня до глубины души. Он наклонился к моему лицу и поцеловал меня в губы, а рука его начала ласково гладить меня по волосам. Тогда ещё я был натуралом и не чувствовал никакого сексуального влечения к этому небритому грязному мужику, но то, что он целовал меня в губы и ласково шептал мне, что все будет хорошо, - это меня тронуло. Этой ночью меня уже заставили вылизать чей-то грязный анус, и я до сих пор чувствовал привкус дерьма у себя во рту, а этот мужик меня в него целовал. Это было так невероятно, что я расчувствовался и у меня на глазах выступили слезы.

То, что он сделал потом, было ещё более невероятным: он откинул простыню и, дотянувшись, взял мой член в рот. Никогда ещё мужчина не брал у меня в рот, это было очень непривычно и совершенно не возбуждало. Но Шнырь продолжал ласкать его ртом, слегка посасывая и облизывая его во рту. Мне было приятно, но не более, несмотря на все усилия Шныря мой член не вставал. Шнырь несколько минут пытался его поднять, но у него ничего не получалось.

Тогда он наклонился ко мне и на ухо сказал, чтобы я потерпел немного. Потом он опять принялся сосать мой член, а рукой раздвинул мне ноги и просунул мне в анус свой палец. Это было так больно, что у меня непроизвольно вырвался вздох, из-за чего Шнырь вынужден был опять закрыть мне рот свободной рукой. Не прекращая делать мне минет, он пальцем что-то массировал у меня в попе, и, к моему удивлению, у меня встал. Я не хотел Шныря, как хотят женщину, но член у меня стоял колом. Я даже забыл, что у меня в попе его палец и что мне больно.

С начала минета прошло уже минут 15, и я попытался расслабиться, чтобы поскорее кончить. Но расслабиться не получалось, поэтому я взял его за руку и вытянул его палец из меня. Шнырь на минуту прервался, посмотрел на меня, улыбнувшись, и продолжил. После этого я сам не заметил, как дошел до состояния что вот-вот кончу. Я не знал, можно ли мне кончать ему в рот, поэтому погладил его по щеке, и, когда он оторвался от моего члена, я прошептал, что сейчас кончу. Он опять улыбнулся и принялся с удвоенной силой за мой член.

Кончил я неожиданно обильно, выбрасывая сперму сильными толчками ему в рот. После последнего толчка Шнырь подождал еще пару секунд и, поняв, что я полностью вытек, прильнул к моему лицу и поцеловал меня в губы. Я не ожидал этого, поэтому слегка приоткрыл рот, принимая его язык, но вместе с языком ко мне в рот хлынула моя же сперма, смешанная с его слюной. Я попытался оторваться от его рта и замотал головой, но Шнырь только сильнее прильнул к моему рту и обхватил мою голову руками, чтобы я не дергался. Я побоялся отталкивать его руками, поэтому послушно приоткрыл рот и принял выливающуюся сперму.

После того, как он вылил мне ее в рот, Шнырь продолжил меня целовать, поэтому мне пришлось сглотнуть и принимать его поцелуи. Поцеловавшись со мной еще какое-то время, Шнырь лег рядом и начал шепотом рассказывать мне о жизни в сизо. Он рассказал, что теперь все меня будут звать женским именем Оля, что я теперь буду удовлетворять сексуальные и другие потребности сокамерников и так будет теперь всегда. Рассказал, что я рано или поздно привыкну и начну получать удовольствие, что у опущенных тоже своя иерархия и что я пока в самом ее низу.

Потом рассказал о повадках моих сокамерников, что теперь мне главное сохранить свое здоровье, чтобы меня не покалечили тут. Поэтому мне нужно вести себя как можно покорнее и стараться угодить блатным с нашей камеры. А они любят, когда опущенный выглядит как можно женственнее и беззащитнее. Попросил меня утром одеть трусы задом на перед, чтобы это выглядело как женские стринги. Потом мне надо будет еще и побрить ноги, и остальное мне все расскажут. После этого, один из блатных пошевелился и Шнырь испуганно сбежал к себе на койку.

Проснулся я от удара ногой в бок, это кавказец идя на парашу походя пнул меня. Я сразу забился к стене, но он посмеялся и не стал дальше меня бить. Тут я услышал, что зовут какую-то Олю, вначале я не понял, что к чему, но потом вспомнил, что так теперь зовут меня и отозвался. Это звал пахан, он приказал подойти к нему и стать перед ним на колени. Помня о том, что ночью говорил мне Шнырь, я быстренько надел трусы наоборот и пошел к койке пахана.

Пахан, увидев мои голые ноги и трусы, одетые наподобие женских, усмехнулся и поманил ближе к себе, после чего, сидя на нарах, вынул член и засунул мне его в рот. При этом он крепко держал меня за голову, насаживая на свой член. Вначале я подумал, что он хочет, чтобы я у него отсосал, и даже начал делать движения языком, но тут пахан отстранил меня и достал сигарету. Я решил, что меня отпускают и встал с колен, но пахан резко прикрикнул, чтобы я опять стал на колени. Потом он сказал мне открыть рот и не шевелиться, потом взял меня за лицо и разместил меня так, чтобы мой рот находился на некотором расстоянии от его правого колена.

После этого он прикурил и стал вдыхать дым, выпуская его мне в лицо. Тогда я еще не курил, и это было не очень приятно, но терпимо. Вдруг он резко втянул ноздрями сопли и, отхаркнув, выплюнул свою мокроту мне в рот. Почему-то это оказалось ещё более мерзко, чем глотать сперму и я даже чуть не сблеванул, судорожно сглотнув слюну и немного отшатнувшись.

Тут же Пахан не вставая с нар пнул меня ногой под дых и опять приказал не шевелиться. Я снова открыл рот и остался сидеть у его ног. Пахан сделал еще несколько затяжек, потом рассмеялся и сбил мне в открытый рот пепел. Сказал не сглатывать слюну, и я так и стоял как живая пепельница принимая очередные порции сигаретного пепла и еще пару раз его харчки. Докурив до фильтра, он забычковал его мне во рту, и если бы там не скопилось уже изрядно моей слюны и его отхаркиваний, то я бы точно получил бы сильный ожог.

Потом он сказал проглотить, и я проглотил, раскрыв рот, показал ему, что во рту ничего не осталось. Пахан довольно улыбнулся и, уперев ногу мне в лицо, оттолкнул меня. Я встал и ушел к себе в угол умываться. Подошел Шнырь и сказал, что мне нельзя пользоваться общим краном, и он протянул мне мою кружку, в которую он нацедил воды из бачка. Я кое-как умылся и почистил зубы, как подошел один из блатных и сказал, чтобы я снимал трусы и шел к параше, что он меня будет ебать.

На мое удивление, тут вмешался Шнырь и стал уговаривать его не трахать меня сейчас, сказал, что у меня там все поплыло, и если меня сейчас выебать, то меня заберут в больничку. Блатной на удивление быстро согласился и предложил Шнырю самому его обслужить, на что Шнырь, повернувшись ко мне и подмигнув, согласился. Шныря отъебали прямо возле моей койки, не отводя к параше, и после того, как мужик кончил ему в попу, Шнырь склонился и облизал его член.

После этого блатной натянул штаны и пошел к себе на койку, а Шнырь прошел вслед за ним, на ходу чмокнув меня в губы. После этого Шнырь подошел к Пахану и что-то тихо ему проговорил, на что Пахан заржал в голос и жестом отпустил его. После этого Пахан встал и позвал меня женским именем, я быстро подошел и тогда он сказал, что раз Шнырь забрал себе кончу, которая предназначалась мне, я должен забрать ее обратно.

После этого меня быстро взяли за руки два мужика и поволокли к моей койке, я ничего не понимал и шел, куда ведут. Там меня положили спиной на пол, и они оба развели мне руки в стороны, после чего наступили мне на локтевой сгиб. После этого ко мне вразвалочку не спеша подошел Пахан и, легонько пнув меня в лицо, приказал открыть рот, я открыл, и сразу же мне на лицо примостился Шнырь со спущенными штанами. Вначале он, кривляясь схватил меня за голову и стал имитировать половой акт, ерзая своей жопой мне по лицу, а потом сильно прижал мой рот к попе и, громко пернув, выдал мне в рот содержимое своего кишечника.