Афганский синдром

От автора. Тут кое-кто уличил меня в плагиате. Некоторые мои рассказы действительно ранее уже публиковались на других ресурсах, но под настоящим именем или другими псевдонимами. Нынешний рассказ публикуется впервые.

1. У каждой истории своё начало

Я рос обычным пацаном, и то, что когда-нибудь стану геем, не мог представить даже в страшном сне. Нет, какое-то непонятное влечение к пацанам я замечал за собой, но никаких мыслей о сексе в моей голове не возникало...

Недалеко от моего дома находится ПТУ, по окончании основной школы многие из моих одноклассников поступили туда на учёбу, а я решил получать среднее образование в школе. В училище я часто ходил - там кинофильмы крутили, каждую неделю устраивали дискотеки, так что скучать не приходилось.

Однажды в ПТУ приехала группа парней из Афганистана - в то время СССР приглашал на учёбу студентов из дружественных стран. Афганцы были разного возраста, и с некоторыми я быстро подружился.

Через два года я окончил школу и поступил на учёбу в техническое училище - там были свои способы проведения досуга, но в ПТУ я появлялся регулярно. У нас в "технаре" дискотеки проводили по пятницам, а в ПТУ по субботам. А ещё у нас было очень строго с бухлом - тётя Соня "боевым кораблем" стояла у входа в актовый зал, и если учует запах алкоголя, то никакие мольбы не помогут - хрен пустит! Зато в "бурсе" - так в обиходе называли ПТУ - контроля почти никакого, так что в киношку можно было завалиться в дупель пьяным.

Что касается кино, то в "бурсе", как правило, крутили индийскую муру - афганцы это обожали, так что на таких сеансах местных практически не было - бухали на спортплощадке.

Однажды я завалился на один из таких сеансов, узрел своего афганского друга - Азама и плюхнулся рядом. На экран я почти не смотрел, а что-то плёл на ухо Азаму, опершись ладонью о его колено.

- А знаешь, какой у меня член крепкий? - неожиданно спросил Азам.

Я без задней мысли взял его рукой за интересное место.

- Видимо, да, крепкий.

- Ты не понял, - сказал друг, - я на него могу ведро повесить - выдержит.

Я, прищурив глаз, посмотрел на Азама и прыснул от смеха, представив себе его стояк и на нём ведро с водой.

- Не веришь? - как бы обиделся афганец. - Пойдём в общагу - продемонстрирую.

Я кивнул в знак согласия.

Как я уже говорил, был под бухлом, а войти в общагу - это вам не кино! - там на вахте прожжённые вертухайки. Я до сих пор не представляю, как эти старые маразматички умудряются запоминать всех студентов в лицо? А пройти в крыло афганцев - так то вообще задача нереальная. Азам хоть и гораздо светлее своих однокурсников, но всё одно, мы с ним - как небо и земля.

Как бы то ни было, но наши умудрялись проникать к афганцам - побухать с ними, посмотреть свежие поступления для фарцовки и всё такое. Афганцы даже баб к себе протаскивали часто - не так страшен чёрт, как его малюют!

Короче, Азам и его сосед по комнате заслонили меня от пристального взора вахтёрши, а ещё один отвлекал её разговорами за жизнь, так мы и прошли на этаж. Как раз была суббота, так что дежурный учитель уже давно свалил домой, и на этаже афганцев праздник был в полном разгаре. Это в Афганистане запрещается бухать, а в Союзе афганцы отрывались по-полной.

2. Шутки кончились

Комната в общаге рассчитана на проживание четырёх человек, но один из афганцев угодил в больничку с приступом аппендицита, так что на момент моего посещения их было только трое.

Когда мы вошли в комнату, Азам закрыл двери на замок и расстегнул змейку на джинсах. Тут и невооружённым глазом было заметно его возбуждение. Когда же он стянул джинсы и плавки до колен, я реально офонарел! Честное слово, я не ожидал увидеть такое! - его обрезанный и довольно внушительных размеров член выглядел впечатляюще.

- Вешай ведро, - сказал Азам.

Я взял пустое ведро, стоявшее в углу комнаты.

- Э, брат, так оно же без воды!

- А ты сам попробуй пустое ведро удержать на своём, - ухмыльнулся Азам, - и вообще, я же не говорил, что ведро будет с водой.

- Хрен с тобой, - фыркнул я, взял его член рукой и повесил ведро почти на самый край этой возбуждённой штуки. Азам гордо улыбался.

- Ладно, ты победил, - признал я, снял ведро и намеревался уже поставить его на место.

- Не спеши, - ехидно улыбнувшись, сказал Азам. - Ты уже держал мой член в руках, теперь пора попробовать его ртом.

- Ты сдурел?! - вознегодовал я. - Мы так не договаривались!

- Ну и ничего, ты не первый, - отрезал Азам тоном, не терпящим возражений. - Если не хочешь, то мы тебя сейчас вытолкаем в коридор и скажем всем, что ты только что у нас сосал.

После слов Азама хмель как рукой сняло. Я вдруг понял, что отвертеться мне не удастся, - а ведь считал его другом...

- Пацаны, не надо, - чуть не плача, взмолился я, - пожалуйста.

Я с испугом переводил взгляд с одного афганца на другого, заметив, как у обоих соседей Азама по комнате предательски оттопыривается ткань джинсов.

- Не ломайся, - сквозь зубы процедил Азам, успевший уже полностью снять джинсы и трусы; он присел на край табуретки и продолжил: - Подойди и встань на колени.

На ватных ногах я приблизился к Азаму и опустился на колени, мысленно ругая себя за такую непростительную ошибку. Азам взял рукой меня за шею и притянул к своей промежности.

- Открывай рот, вафлист!

- Я не... - хотел было возразить я, но в эту минуту чётко осознал, что скоро стану этим словом.

Я открыл рот, и в мгновение ока в нём оказался член Азама.

Азам взял рукой меня за шею и с силой стал насаживать ртом на свой член. Не знаю, сколько времени это продолжалось, но вскоре я ощутил во рту противный вкус и понял - Азам кончил. Я собрался было отстраниться и выплюнуть сперму, но Азам приказал глотать. С отвращением и со слезами на глазах я глотал сперму и понимал, что свой Рубикон я уже перешёл и с этого момента у меня новый статус в жизни.

Потом соседи Азама по комнате проделали со мной то же самое.

- А теперь раздевайся, - приказал Азам, - будем трахать.

- Азамчик, - взмолился я, - не нужно этого, мне скоро в армию, и как я с раздолбанным очком появлюсь перед приёмной комиссией?

- Ладно, - согласился Азам, - но тогда отсосёшь ещё нескольким моим друзьям.

Я кивнул в знак согласия - а у меня и не было иного выхода.

С Азамом пришли ещё трое. Меня усадили на стул и приказали открыть рот. Дальше каждый подходил по очереди и тупо трахал меня в рот - я устал глотать их сперму, моё горло болело, болели губы, но приходилось терпеть. Едва я закончил сосать последний член, как ко мне снова подошёл Азам и заявил, что будет "призовая игра" - они пошли по второму кругу.

Когда всё наконец завершилось, мне предложили переночевать на пустующей кровати. Разумеется, я остался, так как боялся сейчас появляться в коридоре, кишащем изголодавшимися по сексу афганцами.

Утром я проснулся от какого-то трения - надо мной стоял Азам и водил своим членом мне по губам. Тут всё было понятно и без слов, поэтому я всё сделал сам, после чего так же "отблагодарил за предоставленный ночлег" обоих товарищей Азама.

Меня проводили мимо вахтёрской к выходу, и я отправился домой. Мне было противно и обидно - я с трудом сдерживал слёзы. В воскресенье на улице не так уж и много прохожих в пять утра, но даже и те, кто попадался на моём пути, казалось, знали об этом ночном "посвящении".

Я вошёл в свою квартиру, подошёл к умывальнику, и меня дико стошнило. Среди рвотных масс плавали сгустки непереваренной спермы, и рыгать от этого хотелось ещё и ещё. Господи! Сколько же они в меня влили!

3. В новом амплуа

Закончив "харакири", я принял душ, выпил рюмку водки (башка реально разрывалась с бодуна, и не только) и лёг на диван. Моё ночное приключение казалось дурным сном. После рвоты всегда противное ощущение во рту, а эти ещё и всё горло подрали своими членами, так что это был не сон...

Я лежал, прикрыв веки, и вдруг поймал себя на мысли, что думаю об афганцах. Раз за разом я мысленно прокручивал цепочку событий и осознавал, что хочу об этом думать. Шок прошёл, но остался адреналин, и его уровень зашкаливал. Я представил, что было бы, если бы я согласился и на анальный контакт? Каково это ощущение? В рот меня отымели шестеро, а если считать, что по два раза, то получается - двенадцать. А если бы я изначально согласился подставить попу... Единственно, что меня пугало, так это необходимость скорой отправки в армейку. И всё-таки мне очень хотелось этого попробовать, но не со всеми, только с Азамом.

До отправки в часть оставалось ровно десять суток, и я решил больше не появляться в "бурсе" - лучше проведу эти последние дни в своей квартире. Так в мечтах прошёл и понедельник. А во вторник вечером в дверь постучали... Я открыл дверь и обомлел! - на пороге стоял Азам и два его товарища.

- Ты где пропал? - с улыбкой спросил Азам. - Тебе не понравилось?

Несколько секунд я не мог вымолвить ни слова - перехватило дыхание от такой неслыханной наглости.

- Понравилось, немного приболел, - соврал я, - проходите в квартиру, не отсвечивайте!

Когда я запер дверь, Азам резко развернул меня к себе, положил руки на плечи и с силой надавил вниз, указывая вектор. Ему не нужно было говорить - я сам всё понял, опустился на колени, расстегнул его джинсы и отработал прямо в коридоре. Остальных обслужил уже в комнате.

Когда я закончил со всеми, Азам спросил:

- Тебя когда забирают?

- В следующий вторник тю-тю.

- Ну так приходи ещё к нам - я тебя познакомлю с моими друзьями.

- Азам, это не, вы сами втроём приходите, а другим что-нибудь соври.

- Хорошо, - согласился Азам.

На том и порешили.

Повторив процедуру, мы распрощались.

Странное дело, но сейчас вкус спермы афганских друзей мне не казался столь уж отвратительным - я даже сумел найти вкусовые отличия у каждого из троих. И ещё. В ту ночь, когда меня впервые завафлили, мой член висел сопля соплёй, а в этот раз я и сам едва не кончил.

Ещё неделю я обслуживал парней, а во вторник с манатками отправился в военкомат. "Ну вот и всё, - думал я, - конец моим унижениям!" Ага, счас! - отправку отложили ещё на две недели. Впрочем, афганцы были в курсе, что меня во вторник заберут, так что всё окейно - ещё успею надышаться.

Всё так бы и было, если бы не интерес испытать анальный секс...

В среду, как раз к обеду, я припёрся в "бурсу" и встретил Азама возле столовой.

- О, привет! - удивился Азам. - Тебя не забрали?

- Перенесли на завтра, - соврал я. - Вот, пришёл проститься - мы же больше никогда не увидимся, друг.

- Да, - в знак согласия кивнул Азам, - жалко.

Я видел его заблестевшие от слёз глаза - он не лгал. Я и сам едва сдерживал слёзы - вот какая фигня бывает...

Я совершенно не обращал внимания на окружившую нас толпу афганцев, хотя нетрудно было догадаться, что сейчас рейтинг моей популярности достиг своего пика. Афганцы что-то громко обсуждали между собой, изредка указывая на меня пальцем, но мне было всё равно.

- Азик, - я так иногда называл друга, - мне нужно сказать тебе пару слов, отойдём?

Азам что-то прорычал в толпу на своём языке, афганцы разбрелись, и мы остались наедине.

- Слушай, отправку перенесли на две недели. Ты приходи, только сам, ладно?

- Хорошо, я всем скажу, что ты уехал, только сиди дома, чтобы тебя никто не увидел, - сейчас глаза Азама светились от счастья.

Через день Азам пришёл ко мне поздно вечером, очень поздно.

- Я свалил через окно, буду ночевать у тебя, утром уйду.

- Отлично! - я был реально рад.

В эту ночь всё было по-другому, красиво и шикарно.

Мы приняли душ, поужинали и легли в постель. Я постарался, чтобы Азам получил максимум удовольствия, и таки достиг эффекта - друг не потребовал повторения процедуры. Мы долго лежали и разговаривали, не помню о чём - обо всём, а потом обнялись и уснули в одночасье.

До отправки в армию Азам каждую ночь приходил ко мне, и мы занимались сексом. Теперь я для него был не ничтожным вафлистом - мы стали любовниками.

И вот наступила наша последняя ночь - завтра я уеду навсегда. Когда явился Азам, я попросил друга, чтобы он меня проводил. Азам согласился, сказал, что похер ему учёба - я для него важнее. Я объяснил, что учёбе это не помешает, - мы уезжаем в восемь вечера, так что всё нормально, только пусть приходит сам.

В эту ночь банальным минетом я не ограничился - уж очень хотел испытать анальный секс. Азам согласился не сразу - долго думал, вспомнил мои слова про армию и очко, но я чувствовал, он этого и сам очень хочет.

Азам меня трахал очень аккуратно, часто делая перерывы, если чувствавал, что мне больно (а боль была, и слёзы текли из глаз, но я терпел). Наутро жопа горела огнём.

Азам проводил меня к поезду, дал свой адрес в Афганистане - на всякий случай, - и мы распрощались.

Ту-ту!