Бывшая учительница. Из книги Эротические рассказы учительница Часть 2

Мы с Ириной резко вскочили, и я автоматически глянул на часы — на них было 7 вечера. Получается, мы проспали всего минут сорок. "Быстрее, давайте!" — закричала Катя. Последний автобус уходит в 16:30, значит, ей придется искать способ добраться до дома по поселку, к счастью, еще не совсем стемнело.

Выбежав на улицу, Катя упомянула, что ручка двери была слишком хрупкой и она, похоже, оторвала её. Но мы все вместе пропустили это мимо ушей, так что винить друг друга не имело смысла. Мы понимали, чем может обернуться ситуация, если она выйдет к людям и те сообщат в полицию.

Вдруг нас заметила местная жительница, с которой мы столкнулись при приезде. "Ребята, вы куда разбегаетесь? Всего десять минут назад мимо меня прошел какой-то лысый странный тип", — сказала она. "Куда он делся?" — одновременно спросили мы с Катей. "Да вон в тот старый дом. Раньше там жил пьяница Андрюша, но он давно умер; сейчас там никого нет. А что произошло?"

Не дождавшись объяснений, мы побежали к покосившейся хижине и остановились на подходе чтобы не шуметь. "Давайте обойдем вокруг вдвоем и один зайдет внутрь," — предложила Ира. "Я пойду внутрь; девчонки обойдите вокруг," — решил я. Осторожно пройдя во двор, я не услышал ни звука. У меня возникло опасение: вдруг она неожиданно выскочит сзади и ударит чем-то по голове; поэтому я постоянно оглядывался.

Подойдя к двери, заметил ее приоткрытой. Может быть так и должно быть или там кто-то есть? Я посветил себе под ноги телефоном; фонарик светил достаточно ярко, но вглубь дома пока не решился заглянуть. Вдруг сверху раздался звук падения чего-то тяжелого. Я понял: скорее всего она забралась на чердак.

Сзади подошли Ира с Катей; молча я направил свет на чердак. "Она там? Как будем вытаскивать?" — спросила Катя с нервным тоном: "Можно просто сжечь дом нахрен; сама выберется или сгорит". "Давай без твоих шуток сейчас," — строго ответила ей Ира.

И тут раздался еще один звук из правого угла чердака. — "Девочки, я поднимусь наверх, если что, ловите меня". — "Подожди, возьми это" — Катя протянула мне шокер. За считанные секунды, осветив фонариком, я заметил её. Она лежала среди досок и опилок; в темноте мы бы её никогда не нашли, да и днём тоже. Она думала, что я не смогу её обнаружить, но я тихо подкрался, будто искал и не видел ничего, и неожиданно нажал на кнопку устройства. — "Готова, принимайте".

Опустив эту бесполезную особу на землю, мы наконец-то сделали перерыв и перевели дух. Ира поцеловала меня на 20 секунд и после этого произнесла: "Молодец, ловко справился". Катя тоже чмокнула меня в щёку. — "Вот же мерзавка, реально вырвала ручку; теперь будет спать у бочки до послезавтра, хоть град пойдет" — Ира потрепала наручники на руке пленницы. Если бы мне сказали неделю назад о том, что я буду ловить лысую женщину в заброшенном поселке вместе с бывшей учительницей и её дочкой, я бы подумал, что этот человек просто ненормальный.

Пенсионерка осталась неподвижной; ей было интересно наблюдать за происходящим. — "Нашли всё-таки? Так вы её искали?" — "Да это она. Наркоманка и торговка; мы привезли для перевоспитания. Видимо ломка началась и она сбежала", — придумал я историю на ходу. Катя тихо засмеялась, а я слегка толкнул её в бок. — "Ох ты ж! У меня сын связался с такой же женщиной в 19 лет; она потянула его во все эти дела, он загремел в тюрьму на 6 лет за пособничество ей. Хорошо хоть потом нормальную девушку нашёл".

— "Что именно она продавала?" — спросила она. Я ответил первое что пришло в голову: "Соль". — "Ох уж эта женщина! Говорят от неё люди сходят с ума... А как вас зовут?" Мы представились друг другу. Она добавила: "Меня зовут Ольга Викторовна; для вас просто тётя Оля. Может зайдете ко мне? Настойки выпьем". Мы с радостью согласились прийти к ней завтра; ведь она практически спасла нас.

Рабыню привязали к прочной цепи во дворе. — "Пусть посидит вместо собаки", — заметила Ира. Мы наслаждались времяпрепровождением у новой знакомой под музыку; затем предложили отблагодарить за помощь и заставить нашу пленницу поработать на её участке. — "Ооо! Как раз нужно картошку выкопать; пусть потрудится эта негодница!" Мы расстались около часу ночи забрав пленницу с собой и пристегнув там же, где она попала в рабство.

— "Пожалуйста пустите меня внутрь! Мне страшно!" – донесся испуганный голос сзади. Катю бросило в ярость; она ударила её между ногами и схватив палку начала наносить удары куда попало в темноте.

— "Ты уже ниже падать не могла! За такое поведение будешь всю жизнь страдать", – грозилась она.

Я подошел к Кате обнял ее для успокоения и предложил выпить перед сном и лечь отдыхать.

— "Не знаю... Эта женщина так меня выбесила! Какое право у неё просить о помощи..." – возмущалась Катя ещё минуту; потом захотела взять плеть чтобы наказать пленницу, но я убедил её оставить это дело: кто же будет помогать тёте Оле копать огород?

Ира ушла к себе; мы с Катей направились в большую комнату: я включил телевизор и вскоре уснули.

Утром, предупредив Иру, я решил отправиться в город за продуктами. Девушки с Катей ещё спали. Я закурил и вышел проверить, как поживает собака. Убедившись, что она спокойно дремлет, я направился на автобус. Накупил водки, сока, энергетика, четырёх пачек сигарет и упаковки пельменей. Всё равно завтра к вечеру мы вернёмся сюда, нет смысла набирать много всего. Сидя на остановке и ожидая автобус, мне позвонила мама. Она поинтересовалась моими делами и не потратил ли я все деньги. Я ответил ей, что всё отлично, деньги есть, город нравится и вчера приехала Настя. Мама всегда была довольно сдержана в отношении неё. "Передавай ей привет", — сказала она из-за формальности.

После короткой беседы я дождался автобуса и поехал обратно в посёлок. Девчонки всё ещё спали; я поставил воду для пельменей и начал смотреть тикток. Собака меня не слишком интересовала. Когда Ира проснулась, я предложил ей позавтракать, но она отказалась и налила себе чай. "Слушай, когда Катя встанет, давай подразним собаку пельменями?" — весело предложила она.

Вскоре мы расположились втроём за сараем на лавочке: Ира с Катей пили чай, а я хрустел пельменями с кетчупом. Собака явно была голодной; вчера утром она только попила воды. Она жалобно смотрела на нас, и мне пришло в голову: даже если девчонки хотели её накормить, нужно же откуда-то брать силы для работы. Я взял ржавую миску и положил туда десяток пельменей. Катя возмутилась: "Почему это существо будет есть из миски? Оно не доросло до уровня нормальной собаки". "Кать, пусть ест! Хочешь — пойдем похулиганим над ней?" Они закурили и после каждой затяжки сплевывали слюну в миску; однако собака послушно продолжала жевать даже вылизала её до чистоты.

Потом устроили ей забавное шоу с подтиранием языком после еды. "Кстати, тебе передавали привет от Светланы Александровны," — усмехнулся я. Услышав это, собака заплакала: "Да ладно! Ты же знаешь как моя мама тебя 'любит'. Может потом покажем её тебе," — смеялся я дальше. "Теперь твоя еда будет всегда испорчена нашей шалостью за твой вчерашний проступок," — поддержала троллинг Ира.

"Ладно пусть дрожит здесь дальше", — сказала я о собаке и предложил зайти домой. После часа нахождения дома мы решили наведаться к Тёте Оле. Я захватил литр водки и закуски с напитками; Ира взяла поводок и освободила собаку от цепи: "Пошли со мной работать!" — бросила она ей в лицо.

Соседка обрадовалась нашему приходу; мы помогли накрыть стол – собака покорно приняла свою участь. Тётя Оля учуяла запах: "Обоссалась что ли?" – спросила она." Нет-нет! Мы её так поим", — ответила Ира.

"Правильно делаете! Заработала – теперь получай," - заявила Оля и показала участок земли: "Вот тут десять соток; у вас четыре часа на выполнение." Собака удивилась тому факту, что добрая женщина может быть такой строгой к ней; она опустилась на колени и спросила как копать босиком.

Ольга плюнула ей в лицо и пошла искать старые галоши; собака снова зарыдала от стыда и жалости к себе."Вот обувай это дело и вперёд – твоё время пошло!" Вытянув носом воздух перед ней снова плюнула ей в лицо запретив вытирать его.

Изрядно выпив, через несколько часов мы всей компанией решили проверить, как справляется наша подчиненная. К её чести, она не ленится и уже выполнила больше половины задания. — "Как же здорово иметь такую работницу! Лежишь себе на солнышке и наблюдаешь за её трудом. Главное, чтобы забор был прочным, чтобы никто не увидел". Ира решила немного поиздеваться над ней: — "Сюда, ко мне!" Работница бросила лопату и кинулась к ногам Иры. — "Поцелуй мой большой палец на левой ноге. А теперь иди дальше работать". Затем Катя также позвала её к себе с просьбой поцеловать мизинец на правой ноге. Работница сняла носок и выполнила приказ. "Теперь хочется на левой ноге, давай обувай эту", — сказала она. Тётя Оля тоже захотела поучаствовать: "Беги ко мне". Изможденная работница рыдала, но нас это только веселило. Тётя Оля отхаркнулась на плитку: "Сама догадаешься?" Убрав слюну языком, она поплелась обратно. Я снимал всё это на камеру и был уверен, что она мечтает нас уничтожить; поэтому держать её в наручниках было просто необходимо. За сутки её полностью сломили.

— "Серёжа, может ты тоже что-то ей прикажешь?" Я подумал, что изощряться не хочу; можно было бы попросить принести рюмку и закуску, но у неё руки были грязные. — "Пусть копает", — сказал я. Мы вернулись к столу и обернувшись увидел её стоящей на коленях с слезами на глазах. В тот момент мне стало её жаль; ведь это моя вина в том, что она оказалась в таком положении.

Пришло время проверять выполнение работы: измученная рабыня лежала в огороде и спала, но все задания были выполнены. Наказывать не за что; тёте Оле уже не интересовали интимные радости, поэтому мы просто отправили рабыню под стол, иногда сбрасывая туда остатки еды. Голодная работница ела без разбору – мы больше не собирались её кормить. Ира плевала на землю пережёванное мясо, а Катя иногда пинала ползающую вокруг неё девушку.

На следующий день мы собирались уехать и обещали тёте Оле привозить рабыню пару раз в месяц для помощи по хозяйству. Единственное беспокойство вызывало то, как она будет вести себя в городе. Дома мы ещё раз угрожали ей компроматом против неё же с теми словами, что после этого общаться с ней никто не станет.

Так ей оставалось лишь терпеть и стараться угодить нам, забыв прежнюю жизнь. На ночь мы снова привязали её к бочке – дождь шёл ни о чем не заботясь; оставлять её свободной пока было нельзя.

Мы с Ирой пошли в душ; перед сном я попросил разрешения поцеловать ноги Иры – они меня дико возбуждали своим видом. Я медленно посасывал пальцы и лизал пятки Иры пока она смотрела фильм с довольной улыбкой на лице.

В голове у меня рисовались фантазии о том как будто Ира заставила меня это делать - от чего желание усиливалось до предела.

Не выдержав своих эмоций я набросился на неё; это был первый раз когда я оказался сверху.

Я думал о разных фемдом-сценариях связанных с Ириной ради достижения максимального удовольствия.

Через минут 15 почувствовав близость завершения процесса я вытащил член и забрызгал бедра.

— "Прости Иришка, сейчас схожу за салфетками".

— "Зачем? У нас во дворе одна валяется! Сейчас всё сама уберу", — ответила она улыбаясь.

"С твоих уст и моих ступней". Мы вышли во двор, рабыня уже спала. Ира толкнула её ногой — "Проснись, поработай языком". Рабыня аккуратно слизала капельки спермы с бёдер Ирины. Затем я подошёл к ней со своим членом. Она посмотрела на меня с такой злобой, что мне стало не по себе, но я быстро придумал — "Либо ты сейчас оближешь мою головку, либо я просто обоссу тебя". Она покорно взяла член в рот, а я вытер руку о её щеку. Ира подошла к ней — "Он не захотел тебя мочить, но я не откажусь. Открой рот". Струя ударила ей в лицо, смывая привкус спермы. Облив также и лицо рабыни, Ира велела ей очистить половые губы от мочи — "Из тебя получилась отличная швабра для туалета. Спи дальше."

Утром мы проспали дольше обычного; часы показывали почти полдвенадцатого, когда я проснулся. Ира ещё спала рядом. А Катя уже была на ногах и активно издевалась над рабыней: она бросала ей тапочек, который та должна была принести обратно в зубах. Это было забавно наблюдать; пожелав Кате доброго утра, мы вдвоём начали травить эту несчастную жертву игрушками и насмешками. Поиграли минут тридцать, потом вспомнил о необходимости собираться.

Мы направились внутрь дома; там Ира пила свой утренний кофе. Втроём мы стали думать над транспортировкой рабыни. Катя припомнила старую толстовку с капюшоном из шкафа — чтобы как-то замаскировать её видимость для посторонних глаз. Решили использовать такси из-за опасений потенциального непослушания при поездке автобусом или пешком.

Ира бросила рабыне кусок хозяйственного мыла и начала поливать её из шланга вместо душа; после чего девушка была препровождена внутрь дома для примерки одежды: толстовка и мужские тренировочные штаны оказались ей явно великоваты.

— "Ну что ж, тебе идет", — сказала Катя протягивая капюшон вместе со старыми очками без одного стекла и большими садовыми тапочками размера 44-го.

Мы все смеялись до слез от этого вида; однако рабыня тоже плакала:

— "Объясните мне хотя бы за что? Что я сделала вам?" — её голос был прерван истерикой страха и боли.

Ира ударила её между глазами; затем они с Катей начали избивать её так сильно, что мне пришлось их останавливать:

— "Да потому что нам так хочется! Тебе конец!" — кричала Катя.

Я посмотрел на разбитое лицо рабыни:

— "Она становится всё более заметной... весь нос распухнет".

— "Ах ну да ладно", — ответила Катя убедительно -"Такси всё решит; если что-то пойдет не так - выдадим за наркоманку".

— "Теперь умой своё лицо", - добавил я -"Хотим сделать памятное фото."

Такси, мы устроили настоящую фотосессию, ставя нашу рабыню в различные унизительные позы. В какой-то момент она даже оказалась на карачках с головой в туалете, в то время как девушки по очереди ставили на неё ноги. Компрометирующих материалов становилось всё больше, и у меня возникла мысль продать эти записи каким-нибудь обеспеченным любителям экстрима. Обсудить это я планировал позже с девочками, а сейчас нам нужно было добраться до дома. Мы вызвали такси, и к нам подъехал автомобиль с кавказцем за рулём. Мы немного пообщались, и он спросил о молчаливой пассажирке. Я ответил: "Это моя двоюродная сестра, она попала под дурное влияние, поэтому мы решили отправить её к бабушке для перевоспитания". Таксист удовлетворился этим объяснением, и вскоре мы уже были у дома. Я расплатился и поднялся с девушками в квартиру.

Ира заявила: "Сейчас мы пристегнём эту суку к дивану и перетащим все вещи сюда. Я уже связалась с хозяйкой квартиры — сообщила ей, что съедем раньше". Вещей было не так много, и через десять минут девочки официально переехали ко мне. Хозяйка квартиры не интересовалась жизнью арендаторов — главное для неё было получать плату вовремя и раз в месяц подтверждать состояние жилья по видео.

"Ирин, нам тоже стоит купить телевизор", — заметила я.

"Почему бы этой суке не начать приносить доход?" — задумалась Ира. "А то кормить её и поить... Надо сделать так, чтобы она работала на нас".

"Как ты это себе представляешь? С такой внешностью ей будет сложно найти работу", — возразила я.

В этот момент Катя отвлеклась от распаковки вещей: "Помните, я брала у подруги наручники и плётки? Она рассказала мне о тематическом клубе в нашем городе — там нужны такие официантки! Платят хорошо. А чтобы избежать побегов, я закажу специальный ошейник через ту же подругу — он будет бить током при превышении заданного радиуса".

"Отлично! С 1 сентября наша раба будет при деле", — поддержала Ира идею.

"Да уж, нечего ей тут без дела валяться", — добавила Катя.

"Мы украсим её пирсингом и придумаем кличку", — предложила Ира.

Катя вспомнила про носки с нижним бельём из кладовки и принесла их: "Сейчас отстегну тебя – ползёшь стирать!"

"Ты бесполое создание до тех пор, пока не придёт ошейник; потом научим манерам", — закончила Ира.

В тот момент, когда Ире позвонил ее родственник, она была в сумочке. - "Хочу, чтобы она ответила незаметно, а вдруг услышит голос близких и все сорвется?" - "Не переживайте, я знаю ее родителей, они не будут сильно беспокоиться, если узнают о нас. Она просто скажет, что решила переехать ко мне раньше". - Я ответил. Катя достала нож и провела им по лицу рабыни. - "Если ты попробуешь какую-нибудь штуку, я быстро испачкаю твое лицо. Понятно?" Мы позвонили матери рабыни. Рабыня ответила на все вопросы ее матери и заверила ее в своем долгосрочном пребывании здесь. - "Вот так хорошая девочка! А теперь пойди и стирай всё, не забудь поцеловать каждую вещь, которую носила ее хозяйка". Рабыня закончила стирку и подошла к Кате на колени. - "Я закончила все дела, Госпожа Екатерина, какие еще указания у вас есть?" - "Ну... во-первых, ты всегда должна перемещаться по квартире на коленях или на четвереньках. Во-вторых, тебе нужно избавиться от своего "я" и называть себя "Вашей собственностью". Как тебя будут звать для других людей, мы определим позже, но ты можешь забыть о своем старом имени. И наконец, когда я хожу в туалет, я не очень хорошо вытираюсь, поэтому мне бы хотелось получить качественный анилингус. Начинай, девочка". Катя легла на диван и приказала рабыне самостоятельно снять ее трусы. Рабыня посмотрела на не очень чистый зад Госпожи, который ей предстояло обработать, но приказ есть приказ - она аккуратно облизала его несколько раз и привыкла к его вкусу. - "Засовывай свой язык глубже в дырку". Рабыня начала двигать языком вокруг заднего прохода Госпожи. - Пффф - послышался шипящий звук. - "Не отрывай рот, продолжай. Глотай то, что прилетает тебе". Запах газов был отвратительным для рабыни, настолько едким, но ее обязанностью было не позволить Катерине почувствовать его. Она продолжала лизать, а Госпожа специально напряглась и выдала еще одну порцию газа в рот рабыни. Она мучила ее таким образом полчаса и наконец приказала принести влажные салфетки и вытереть свою задницу. - "Мне очень нравится анилингус, поэтому ты будешь делать его часто. И это легкий побочный эффект - тебе понравилось дышать таким воздухом?" Рабыня кивнула. - "Да, Госпожа Екатерина, дышать Вашими газами - это честь для Вашей собственности". - "Теперь считай себя освоившейся в своем положении. А теперь доставь лак, я хочу

Мы с Ирой занимались любовью в нашей комнате, не обращая внимания на развлечения Кати. Но пришло время убрать следы, которые я хотел изначально вытереть на полу. В конечном итоге сперма оказалась на нижней части живота Иры, и она попросила рабыню очистить ее языком. «Мам, она только что закончила красить 3 ногтя, это срочное дело?» - спросил я. «Конечно, зачем нам использовать салфетки для уборки, когда есть такая услужливая помощница рядом?». Рабыня с отчаянием столкнулась с трудной задачей - лизать сперму своего бывшего парня после секса с женщиной, которая была ее Госпожой. «Давай, ведь за все время наших отношений я никогда не кончал тебе в рот, а тем более в поселке ты уже пробовала это делать со спермой Иры», - сказал я. Рабыня начала лизать и глотать сперму, а Ира выкурила сигарету и плюнула на мою паховую область, говоря: «Посмотри, здесь пропустила». Зай, ты хочешь тоже плюнуть ей в рот, пусть она знает свое место?» - предложила Ира. «Нет, спасибо. Пусть ее рот будет только для ваших отходов и спермы», - ответил я. «Как хочешь, давай я продолжу плювать, пусть она лижет», - сказала Ира. На самом деле это приятное ощущение, когда теплые слюны падают на член и паховую область, а потом убираются горячим язычком этой рабыни. Я возбудился и снова захотел Иру. Она оседлала меня и начала быстрые движения, а рабыня стояла на коленях у кровати наблюдала. Ира кончила даже быстрее меня, и я решил кончить в рот рабыни, так как сам был близок к оргазму. «Открой рот шмаре», - только успел я сказать это слово, как струя спермы полетела в ее открытый рот. «Теперь оближи член и вытри его салфеткой», - приказала я. Униженная рабыня ползла за ними, а Катя крикнула: «Ну да, я думала что проведу несколько минут в роли ласковой подружки, а она уже тут со всем этим. Пусть она помоет свое лицо и закончит делать мне ногти». Оставшуюся часть дня рабыня мыла полы в квартире и чистила обувь, а мы смотрели фильм по телевизору. Рабыне разрешили спать на коврике в прихожей рядом с обувью.

Последние два выходных мы провели не менее весело. Вечером 31 числа Катя забрала ошейник с ограничением радиуса передвижения, и мы решили протестировать его на рабыне, установив радиус в 1,5 метра. Ира приказала: "Ползи на кухню, чмошка". Рабыня начала ползти, и когда она достигла установленного расстояния, у Кати сработал сигнал. Мы увидели её дрожащую фигуру в коридоре. "Так будет каждый раз, если ты попытаешься уйти слишком далеко от разрешенного места, понятно?" Завтра у нас с Катей начинается учебный день — хотя скорее это формальность — а Ира уже начнёт свою полноценную работу. Вечером мы запланировали отвезти её устраиваться на работу в тот самый клуб.