Испытание брачующихся

Внезапно все барабаны, кроме одного, перестали играть. К сучьям, выступавшим из площадки, прикрепили сетчатые гамаки. К двум из них привели молодых новобрачных: юношу в возрасте 18 лет и значительно более молодую девушку. Ей можно было дать около тринадцати лет, но развитая грудь свидетельствовала о том, что это уже не ребенок.

Одетые как и большинство присутствующих — он в повязке на бедрах, она в переднике, закрывающем интимные места, то есть почти обнаженные, они залегли в подвешенные рядом гамаки. Шаман, который уже снял с головы маску и оказался достаточно пожилым, хотя всё еще энергичным человеком с безумным взглядом, начал исполнять вокруг неподвижной пары какой-то церемониальный танец. Он произносил заклинания над ними и тряс двумя маленькими корзинками, которые были плотно закрыты. Несмотря на то, что все, не только мужчины, но и женщины и даже дети, были заметно опьянели, на площадке царила полная тишина.

В какой-то момент шаман подскочил ко мне и в знак уважения к гостю позволил заглянуть в одну из корзинок, открыв на секунду крышку: внутри множество свирепых муравьев рыскало. Затем шаман поставил одну корзинку на обнаженную грудь юноши, а другую — на грудь девушки. Муравьиный суд начался.

— В корзинках есть небольшие отверстия, — объяснили мне. — Муравьи не могут выбежать через них, но они могут кусать.

По лицам несчастных было видно, что муравьи не теряют времени даром. Пот ливнями стекал с их тел, и они прикусывали губы от боли, хотя старались делать это незаметно.

— Они должны переносить это спокойно и с достоинством, — пояснили мне.

— Если они начнут двигаться от боли, и еще хуже — издадут стон, они не смогут вступить в брак и принесут на себя большое унижение!

Шаман же был беспощаден. Он постоянно тряс корзинки, разозливая муравьев, и каждый раз при этом перемещал корзинки с одной части тела страдальцев на другую. Барабан в то время все увеличивал скорость своего глухого аккомпанемента, а зрители с безжалостным интересом все напряженнее наблюдали за юными страдальцами.

Торжественный обряд достиг кульминации, когда шаман открыл корзинки и содержимое высыпал на тела новобрачных. Муравьев было так много, что иногда они покрыли кожу сплошным черным движущимся покровом. Жестоко кусаясь, они мгновенно распространялись по телам, и не оставалось уже ни одного живого участка, куда бы они не проникали, выделяя свой жгучий яд.

Юные страдальцы держались стойко и ни разу даже не пошевелились. Юноше досталось больше муравьев, и порой мне казалось, он сейчас потеряет сознание. Свирепые насекомые толпами ползли на лица, и страдальцам приходилось прищурить веки, чтобы защитить глаза. Но несмотря ни на что, они выносили боль храбро, и только у юной индианки из-под суженных век текли слезы. Но она тоже не издала ни звука и не пошевелилась.