Петтинг в автобусе

Летний день, сразу после дождя. В городе стояла невыносимая жара, тучи рассеялись, и яркое солнце освещало всё вокруг. Воздух был пропитан духотой, пот струился по моему телу, а льняная рубашка и брюки прилипли к влажной коже. Я постоянно поправлял одежду, особенно брюки, так как под ними носил стринги. Этот легкий мешочек из сетчатой ткани и тонкие полоски обеспечивали хоть какую-то прохладу. Меня смущало то, как брюки облегали мои формы, подчеркивая округлости. Поэтому я стараюсь избегать стрингов в общественных местах — стеснительность удерживает меня от этого выбора, но жаркая погода иногда заставляет надеть их.

Сегодня на работе произошел неожиданный инцидент, и мне пришлось выехать на место для разрешения недоразумения. Меня довезли туда, а обратно до машины я добирался сам на общественном транспорте — к счастью, без необходимости возвращаться в офис.

В автобусе царила настоящая давка и духота; одни пассажиры выходили, другие входили — количество людей не уменьшалось. Пот лился по мне рекой, проникая в каждую щелочку одежды. Она уже намертво прилипла к телу, и поправить её было невозможно. После очередного перемещения пассажиров сзади кто-то бесцеремонно прижался ко мне; я почувствовал что-то горячее и упругое на своей попке. Поняв что это член мужчины за мной, я невольно вздрогнул и слегка сжался. Парень заметил мою реакцию и начал провоцировать меня.

Он медленно поворачивался в стороны и делал вид, что невзначай терся о моё мягкое место; когда автобус покачивался в мою сторону, он ещё больше прижимался ко мне. Я немного оттолкнул его и обернулся с недовольным выражением лица; его взгляд был пустым и не показывал никаких признаков понимания моего недовольства. Я отвернулся и решил, что всему виной жара — просто показалось мне всё это. Парень лишь немного отодвинулся назад, но я продолжал ощущать его жаркое прикосновение. Легкие касания его члена о мою попку одновременно злили меня и возбуждали.

Меня очень раздражала жара и духота, а также неприятные ощущения от прилипшей к телу одежды. Я чувствовал, как будто на моей коже слой грязи, смешанный с потом. Особенно меня бесил попутчик, который вечно прижимался ко мне и вызывал во мне скрытые желания. Безысходность ситуации заключалась в том, что я не мог сменить место — автобус был переполнен. Даже если бы я попытался перебраться ближе к выходу, предстояло еще долго ехать, и это означало бы терпеть толчки пассажиров, входящих и выходящих из автобуса, что было бы гораздо менее комфортно.

При этом поведение наглого соседа хоть немного пробуждало во мне тайные эмоции, которые я старался скрыть от окружающих. Я испытывал интерес от неожиданности ситуации — его внимание ко мне вызвало трепет, особенно когда он проявлял свои «достоинства». Судя по ощущениям, у него явно было нечто впечатляющее. Нежные прикосновения в такт покачиванию автобуса вызывали у меня сильные вибрации тела. Даже когда автобус останавливался и его «сокровище» слегка касалось меня сзади чуть сильнее обычного, я вдруг осознал: это уже не раздражает; наоборот, воспринимается как неизбежная и даже приятная реальность.

Ситуация становилась пикантной тем фактом, что я давно осознал: ласки однополых партнеров могут быть столь же привлекательны или даже более желанными по сравнению с женскими. Только с мужественными мужчинами я могу почувствовать себя женщиной — принимать их ухаживания и находиться в пассивной роли. С такими партнерами я становлюсь тихой и покорной девушкой: не позволяю слишком сильно доминировать над собой, но и не отвергаю ласки при соответствующем подходе. С настоящими мужчинами наслаждаюсь ощущением их силы как морально, так и физически.

С менее брутальными представителями мужского пола веду себя более универсально — адаптируюсь под ситуацию. Такие мужчины открыты для взаимных ласк и знают секреты для достижения незабываемого оргазма. Женоподобных мужчин я принимаю за женщин только тогда, когда они занимаются пассивной ролью — без грубости и с нежностью. В остальных случаях предпочитаю женщин; с ними интимная близость ощущается совершенно иначе.

Пока я размышлял и занимался своими мыслями, мой спутник потерял интерес к нежности. Он отдалился назад, оставляя за мной пустоту, а затем внезапно и тесно прижался ко мне, делая движение вверх-вниз своим органом и быстро удалялся. Я пытался оттолкнуть его, рефлекторно сдвигаясь назад, но не всегда успевал его догнать - его член иногда почти ускользал. Сторонникам кажется, что я наслаждаюсь его прикосновениями и активно их принимаю - это действительно так частично. Эта двусмысленность эмоций начинала меня раздражать. Я ведь выглядел как раздраженный нервный тип - то хочешь, то нет, хотя мы оба одного пола. Он прекрасно понял и ощутил, что я поддался его грубым приставаниям: он уже не получит от меня кулака или слышных возгласов в автобусе. Поэтому он спокойно продолжил наслаждаться своей ролью "прилипалы". С каждым движением горбатая форма под его шортами только увеличивалась. Это очень возбудило меня - ведь прикосновения ко мне доставляли наслаждение. Мой член в трусиках стал больше, но они все еще сдерживали напряжение разгоряченного тела. Иногда, когда прикосновения были особенно приятными, я дергался, но не от неожиданности или испуга, а от бешеных острых ощущений. Вокруг полно людей, а мы тихо занимаемся ласками в своем уголке.

Когда мой спутник начал следующее прикосновение, я ответил на его движение. Я плотно притиснулся к нему, радуясь тому, что не было звукового эффекта. Покачивая бедрами и слегка поворачиваясь в стороны, я интенсивно трогался о его член, который уже стоял полностью. Он почти перестал отодвигаться от меня - игра в игрушки и хулиганства закончена. После следующего прикосновения я отодвинул задницу и немного вбок, так что его член оказался точно между ягодицами. Теперь только я двигался, а ямка между моими ягодицами больше не отпускала его член...

Так мы и двигались вперед. Когда настало время выходить, я в последний раз крепко прижался к нему и, поворачиваясь к выходу из нашего уютного уголка, тихо прошептал ему на ухо: — У тебя такой классный и большой пистолет, всегда держи кобуру застегнутой, а то я его украду и тебе не останется ничего для защиты своей девушки. На его лице отразился немой вопрос: — Всё уже?!! — и растерянность в широко распахнутых глазах. Выходя из автобуса, я понимал, что он последует за мной, чтобы достать оружие из кобуры и показать мне его.

В открытые двери автобуса вошел теплый ветерок. Пока моя нога висела в воздухе перед приземлением на тротуар, в голове мелькнула мысль о том, что мне было бы интересно осмотреть весь его арсенал; две большие гранаты тоже привлекали мое внимание. Однако он немного замешкался с движением, а когда наконец проскользнул к двери, стало уже поздно — автобус набирал скорость. Я стоял на тротуаре и смотрел на него с улыбкой, показывая указательным пальцем на асфальт под ногами, но он лишь глядел на меня сквозь стекло двери. Его дерзкие попытки завести разговор произвели на меня сильное впечатление; купив бутылку воды, я вернулся на остановку и ждал около двадцати минут. Подошел обратный автобус: пассажиры вышли, но среди них не оказалось страстного попутчика.

P.S. Спустя некоторое время осенью мир оказался тесен — я все же оказался в его арсенале и смог близко рассмотреть ту вещицу из кобуры. И арсенал с его хозяином произвели на меня большое впечатление.