Чужие руки тебя ласкают. Из сборника Пьяные чужие жены измены рассказы

— Катерина, привет!:)

— Привет, Серёжа:)) — улыбается в ответ светловолосая подтянутая женщина. — Сколько лет же с универа не виделись.

Катя «светлая» — так мы все, кто её знал, называли, чтобы отличить от двоюродной сестры, тоже Кати, но брюнетки. Познакомились ещё на первом курсе Воронежского государственного, в одной группе со мной учился их двоюродный брат, по совпадению — тоже Сергей. «Санта-Барбара какая-то» — вынесла вердикт соседка по общежитию, когда рассказывал про это семейство, разбросанное от Черноземья до чуть ли не Алтая. Был когда то влюблён в их ещё одну кузину. Безответно, разумеется. Действительно, Санта-Барбара. Да и разбросало нас после универа тоже. Брюнетка и её брат, мой однокурсник, остались в Воронеже, я обретался в Мичуринске, эта же встреча произошла в Липецке.

Пытался клеиться и к Кате «тёмной». Бесполезно, игнорила. Блондинку, само собой, объектом флирта не рассматривал. Любящий заботливый муж, две прекраснейшие дочурки — Катерина с фотографий в соцсетях выглядела счастливой и довольной жизнью женщиной, да и была ей таковой и в самом деле. Для кого то, наверняка, и была предметом воздыханий — достаточно высокая (где-то 177 см роста), стройная, не гоняющаяся за сбросом «ещё двух-трёх килограмм с живота», но и без лишнего, третий размер груди, расплескавшиеся по плечам локоны… А сколько восторгов было, когда Катя опубликовала фото, где она была только в одной расстёгнутой рубашке, скрывающей лишь половину грудей по вертикали. Но у мужа даже и мыслей не возникало — доверие по полной…

Не возникало мыслей и у меня, когда мы с Катей залезли в троллейбус, и нас толпой час пика прижало в угол — Катю в самый, и меня к её спине. Оставалось терпеть — случайные (и не совсем) прикосновения, оттопыренные карманы с телефонами, сумочки, отдавленные ноги, композиции запахов. Терпела, не подавая виду и Катя, почувствовав мой нетерпеливый член, прижавшийся к попе. Троллейбус тряхнуло, и я чуть ли не проникаю в Катю через ткань тонкого платья. Обхватываю за талию, за живот, чтобы Катерина не врезалась в стекло.

— Можешь отпустить, — через пять минут Катя приходит в себя.

И моя ладонь нехотя, скользя по бедру, ищет боковой поручень.

Тут Катя вдруг разворачивается, и обхватывает меня руками.

— Спина затекла. — И снова не подаёт вида, даже чуть раздвинув ноги, пустив бугор члена к низу живота.

«Ах ты», думаю. Убираю руку с поручня, и тыльной стороной ладони, захватив локоны, спускаюсь от щеки по шее и до ложбинки. Просовываю руку за спину, и слегка прижимаю Катю к себе. Переплетаем свои языки в жарком поцелуе; а ладонь медленно спускается и накрывает попу. Неловкое движение бёдрами и тазом навстречу, отрываемся от губ, и просто кладём головы на плечи друг друга.

Троллейбус не пустеет, и я приступаю к следующему этапу. Задираю подол платья, и так же через бедро, двигая ладонь к лону Катерины. Медленно просовываю кончики пальцев под резинку. Катюша чуть ехидно смеётся над моей нерешительностью, и ладонь в ответ лезет в трусы до конца.

— Мммхх, — Катя прижимает голову к плечу.

«Поехали». И пальцы начинают исследовать женское сокровенное. Уже наполненные кровью и откровенно распахнутые губки манят тёплой влагой, неизведанными своими изгибами. Пытаюсь исследовать пещерку, но Катя, до того благодатно стонавшая, запускает зубки в плечо.

— Не надо, не для тебя…

Что ж. Перехожу к клитору, который разбух, наверное, как никогда. Поиграюсь с ним, и снова губки.

Катю уже трясёт, она вот вот готова сотрястить от оргазма. Руку я убрал, переместив её на грудь Кати. Но спасительная остановка, и людская толпа схлынула, оставив нас двоих и ещё нескольких счастливчиков. Следующая остановка, и сходим уже мы. Страстные объятия поцелуи, и, словно подросток, тяну Катюшу в заросший неухоженный участок парка.

— Бред, — тянет Катя, пока я стягивал трусы.

И смеётся, почувствовав мой язык там. Десять минут ласок, и Катерину сотрясает оргазм.

— Давай тогда уж нормально, в постели, — отталкивает меня, когда пытаюсь пристроить член во влагалище.

— И с презервативом, — словно начиная жалеть о произошедшем.

— Давай.

Возникает новая идея.

Катерина ждёт меня из душа — да, в одной рубашке на голое тело, распахнутой, показывающей половины грудей. Трахнул, не раздевая. Катя остаётся ещё на одно сближение. Приходит и завтра.

… Через пару дней та фотография из ВК исчезает, и нас снова глядит счастливая и довольная верная жена и заботливая мать.

Прислано: Серёжа