Расплата

Одним весенним ясным днем,

Проснулся Волк под старым пнем.

Проснулся, почесал в затылке,

Проверил; есть ли что в бутылке?

Подумал, изучая дно,

Что сотворило с ним вино?

Пить начал вроде с Кабаном,

Затем пошли к нему за дом,

Где и добавили с Ослом,

Потом, как по башке веслом.

Тут голос из кустов раздался:

"Ну, Серый, видно доигрался

Ты лет, наверно, до семи.

Да просыпайся, черт возьми!"

Башкой крутнул – Медведь стоит

И левый глаз огнем горит.

Волк с удивленьем: "Ты о чем?"

И тут, как в темя кирпичом:

"Вот тебе ордер на арест.

На раздолбайстве твоем крест

Решил поставить мэр Тайги".

"Постой, не пудри мне мозги, –

С трудом Волчара произнес, –

Я что тебе – паршивый пес,

Чтоб так вот запросто в тюрьму?

Я, братец, что – то не пойму... "

Тут Мишка врезал ему в ухо,

Волк моментально лег на брюхо,

Вскочить пытался, но не смог.

Медведь его в бараний рог

Скрутил и поволок с собой,

Лишь по кустам протяжный вой

Пронесся и затих в овраге,

Видать досталось бедолаге.

Суд был назначен через день,

Приперлись все кому не лень,

Собрался весь честной народ.

Раздался голос: "Cуд идет!"

Все встал, Волк поднялся тоже,

Страх бегает по серой роже.

Вел заседанье Царь зверей:

"Давайте, братцы, поскорей

Покончим с этим грязным делом".

И, наклонившись мощным телом

Над Волком, грозно прорычал:

"Ты кажется права качал?

Пускай послушает народ,

Какой по лесу бродит сброд".

Взял первым слово прокурор:

"Перед судом сидит не вор.

С вором намного было б проще.

А этот тип, намедни в роще,

Козленка в анус поимел

И, после этого, посмел

Сказать, что в роще был не он".

Волк подавил тяжелый стон.

"Да, разве только в этом дело?

Я вот чего сказать хотела, –

В круг вышла пегая Коза, –

Ну, что ж ты опустил глаза?

А, ну – ка вспомни, серый гад,

Как, в прошлый год, моих козлят,

Всех семерых, ты поимел?

Воспользовался массой дел,

Что накопились у меня.

Ты, Серый, попросту свинья".

"О свиньях, кстати, – прокурор

Возвел на Волка злобный взор, –

Ты вспомни тройку поросят,

Которых также трахал в зад".

Тут началась такая свара,

Что перепуганный Волчара,

Забившись, словно пес в углу,

Вертелся, будто на колу.

Присяжные сошлися в драке.

Один кричал, что это враки,

Другой драл шерсть на животе,

Но были среди них и те,

Что честно исполняли долг,

Вот их то и боялся Волк.

Суд, наконец, постановил,

Что Волк конкретный педофил

И вынес строгий приговор:

Свести его на скотный двор,

Чтобы Волчару каждый день,

Имели все, кому не лень.

Стас Маховский