Курортное приключение (Порно приключения онлайн бесплатно) Часть 2

Жажда понемногу отступила и я вдруг почувствовала себя гораздо лучше. Это было странно, но страх во мне совершенно исчез сменившись мыслями о доме, о детях. Я с тоской думала о своих детях, вспоминала их проделки то как я нервничала, когда они что-то делали не так.

Боже, как я была глупа!

Ведь все что мне тогда казалось важным, значительным, таким на самом деле не являлось. И вдруг я с гневом подумала о том почему я тут оказалась, и неожиданно для себя поняла: во всем виноват мой муж! Это из-за его вечной работы, вечной занятости я оказалась на этом море одна. Я начала завидовать Кате. Она молодец, не то что я, живет для себя. Делает что хочет, заводит новые знакомства, общается с тем, кто ей интересен. А я! А что же я!? Мне 37, а я... впервые на море. Что я видела в своей жизни! Я вышла замуж в 20 лет и с тех пор жила безвылазно в своем провинциальном городке. Где даже ресторана путного нет. Конечно, поэтому-то я и пошла с этим как его — черт имя вылетело из головы.

Я вздохнув закрыла глаза, во всем теле ощущалась, какая-то странная легкость. У меня перед глазами вдруг ясно встал образ моего спасателя: бронзовое тело — покрытое капельками воды, твердый голос и... плавки. Вдруг, я явно представила его плавки, сильно выпирающие спереди и на меня, волнами стало накатывать дикое, почти животное возбуждение. Как он прекрасен, этот Аполлон или Нептун может Посейдон... я запуталась в этих именах, героев древнегреческих мифов. И вдруг, за этим прекрасным и почти фантастическим образом, проступил другой образ. Образ, который вызвал во мне приступ неудержимого смеха. Это был мужчина средних лет в растянутой белой, отдающей желтизной майке и семейных трусах в горошек. Сквозь выступившие на глазах от смеха слезы, я вдруг узнала этого мужчину.

Я узнала в нем своего мужа.

Смотрела на его нелепую фигуру, прячущуюся за прекрасным изваянием Посейдона и не могла удержать приступы истерического смеха душившего меня. Боже как же он был смешон сейчас. И с этим человеком я связала свою судьбу, как была права моя мать, когда говорила что он мне не пара. Какой же я была дурой! Вдруг, сквозь образы прекрасного Аполлона и комичного мужика в трусах по колено, проступил чистый и прекрасный образ арабского шейха, такой каким он изображался в иллюстрациях к сказкам, которые я читала в далеком детстве. Читала и представляла себя прекрасной Жасмин или Шахерезадой живущей в большом дворце с голубыми куполами с позолоченными полумесяцами на макушках и фонтанчиками во дворе. С сотнями слуг, исполняющими любые мои прихоти. О-о-о... как же я мечтала об этом, а что получила в итоге. Тесная квартирка в «хрущевке», ежедневная скучная и никому не нужная работа и... и секс два раза в месяц!

Вдруг мысли о сексе нахлынули на меня как поток.

Божемой я живу уже семнадцать 

лет в браке, а полного удовлетворения так и не получила ни разу. Ужас! А ведь годы то идут. Что мне вспомнить из своей прошлой постельной жизни? Да нечего мне вспоминать. Права Катька, нужно было жить в своё удовольствие, делать то, что хочется.

Я почувствовала как эти мысли, постепенно возбуждают меня. Моё тело превратилось в сплошную эрогенную зону. Я провела ладонями по плечам и вдруг почувствовала острое желание, ощутила как мне вдруг остро захотелось секса, как стало горячо и мокро внизу живота. Мои руки сами потянулись к моим грудям и киске.

Пальцы скользнули в трусики и привычно нашли клитор и спустя пару движений меня накрыл самый настоящий оргазм. Я извивалась по полу теребя свою текущую словно источник киску, лаская груди и не умея сдержать страстный стон рвущий меня на части. Где-то на задворках сознания, полыхнула, но тут же угасла слабая мысль:

«Светка, да что же ты делаешь! »

Я поднялась на ноги чувствуя как дрожит моё тело от возбуждения. Мои руки снова легли на мои груди, сквозь тоненький лифчик пальцы нашли набухшие соски. Меня пронзил разряд высокого напряжения.

«Нет — подумала я, так не пойдет — почему, ну почему я отказалась! » — мысленно восклицала я. Я ведь могла испытать все чувства, о которых раньше могла только мечтать, мне стоило лишь согласится. Неужели ради того, чтобы испытать неизведанные мною чувства и наконец-то почувствовать что такое Настоящий Мужчина я сейчас не пойду туда!? К нему... к моему Аладдину, моему повелителю...

Если ради того чтобы вновь увидеть своих детей мне придется переспать с ним, ха да я легко сделаю это. Конечно сделаю, а чем я рискую. Изменить мужу? Пф... подумаешь какая ерунда. Его смешная фигура сжавшись, пряталась за широкими плечами "Посейдона". Я вдруг сделала шаг вперед.

— Ха-ха-ха муженек, отойди и не мешай мне, я ради того что бы вновь встретится со своими детьми, сделаю то, чего хочет от меня Мой Повелитель. И ты мне не помешаешь. Муж? ха-ха-ха... муж объелся груш — пришла мне на ум, глупая рифма, произносимая всеми изменницами. Я зашагала вперед отталкивая рукой смешную и жалкую фигурку мужика в семейных трусах, трусливо шнырнувшую за бронзовую статую Посейдона.

Я решительно толкнула дверь и она, открылась! Все это время она была не заперта!?

«Какая же я дура! Сколько времени я потеряла, я ведь могла давно быть с ним. О, теперь я не упущу свой шанс, нет-нет мой милый Аладдин. Я иду к тебе... я вернусь к своим детям, даже если мне для этого, придется лизать его ноги».

И вдруг поняла: я буду лизать ему не только ноги и уже не только для того чтобы вернутся домой, нет. Я сделаю это, потому что САМА так хочу. Да, в тот момент я дико хотела его, этого "Аладдина" хотела чтобы он грубо брал меня всюду куда он захочет, хотела ползать у его ног и пить все его соки...

Я дико ХОТЕЛА 

секса с ним, хотела чтобы он имел меня как дешёвую шлюху; поливал своей спермой и размазывая её по моему лицу своим членом трахал и трахал меня в рот, в рот который до сих пор ещё никому не принадлежал, рот чьи губы ещё недавно целовали мужа, вновь и вновь и чтобы мой муженёк видел всё это. Я хотела сейчас чтобы Аладдин трахал меня на глазах у моего мужа чтобы тот испытал дикий стыд от того что не может меня защитить, не может отобрать меня у него, не может заявить на меня права...

Как во сне шатаясь и держась за стену, я побрела в сторону каменной лестницы. У меня была только одна цель, и я должна была достичь её. Мой "Аладдин" мой сказочный принц, я уже иду к тебе. И с жаром в голове понимала: я хочу ощутить его в себе. Как я хочу быть его игрушкой, как хочу его семя в себя. Я хочу забеременеть от него родить мужу чужого ребёнка. Вдруг эта мысль словно взорвала меня "ну да я хочу родить от этого совершенного человека чтобы род его продолжался"...

Он, этот совершенный человек — настоящий мужчина с большой буквы сидел все в той же позе и в том же красном, шёлковом халате. Его лицо расплылось в довольной и надменной улыбке, когда я виновато тупя глаза, вошла в его апартаменты.

— Видишь — сказал он со своим божественным акцентом,  — я был прав: все вы шлюхи — я молчала с наслаждением внимая его мелодичный голос. Соглашаясь со всем, что он говорил. Да в этот момент я была готова терпеть его обидные слова, терпеть насмешки и издевательства потому что он говорил правду; я хотела быть его шлюхой. Грязной потаскухой, и желала его горячее тело: хотела целовать его член с большой обрезанной головкой, хотела ввести его себе в самое горло — туда куда я никогда не разрешала своему мужу.

— Ложись на кровать — скомандовал он, а я поняла что мне самой вдруг захотелось отдаться ему. Предстать совершенно голой перед этим самцом раскрыться для него; чтобы он любовался моим телом, поедал его взглядом. Заводясь всё сильнее я покачивая бедрами, стянула трусики, сбросила лифчик и улеглась на спину широко разведя согнутые ноги, отчасти сознавая что творю что-то запретное, непотребное, но от этого лишь сильнее заводилась. Лежа перед незнакомым мужчиной совершенно голая, я чувствовала дикое животное возбуждение. Я не отрываясь глядела в глаза своего восточного принца и ждала его. О Боже... ну когда же он начнёт трахать меня... овладеет мной — этой похотливой самкой текущей любовным соком словно сука под взглядом его черных глаз.

— Все вы неверные — шлюхи — говорил он злорадно ухмыляясь — здесь у вас ВСЕ женщины шлюхи. Сколько вас было... скольких я поимел вас таких; замужних шлюх. Вы все, любите нас потому что, ваши мужики слабаки. Как хорошо, что есть такая страна, где ВСЕ женщины 

шлюхи — говорил он все громче и громче, и я с трепетом впитывала каждое его слово, соглашалась со всем, что он говорил. И чем больше он говорил, тем больше я ему верила. Считая его слова истиной — откровением. А ведь и правда, ещё ни когда я не испытывала ни чего подобного ещё ни когда не была так возбуждена.

Моим первым мужчиной был муж, все прошло не так как я, себе представляла, не так как писали в книгах и как показывали в кино. Вместо романтической ночи, которой я, должна была лишиться девственности, было банальное совокупление на заднем сидении его недорогого автомобиля. Это случилось за месяц до свадьбы. Я не испытала ничего кроме боли, но тогда я все списала на неподходящую обстановку и, неудобное положение. Всё кончилось за три минуты. Все мои девичьи грезы, фантазии, все это разбилось о суровую реальность.

А теперь мой принц — вот он... неужели я не отдамся ему? Нет же... возьми же меня!

Как в тумане я ещё шире развела ноги давая ему доступ к своей вагине.

— Хочешь меня?  — спросил он надменно.

— Да.  — ответила я.

— Проси меня!

— Возьми меня — с нетерпением в голосе, произнесла я.

— Не так!  — грубо рявкнул он.

— Возьми меня — томным голосом с просящими нотками попросила я его.

— НЕ ТАК!!!  — теряя терпение, крикнул он.

И тогда я спустилась с кровати и, встав перед ним на колени, обратилась к нему ещё раз:

— Возьми меня мой хозяин, мой господин я — твоя рабыня как все мы...  — где-то далеко, на самых задворках разума, я осознавала, что творю нечто нереальное, противное всему моему существу но сейчас мне было плевать на это. Ведь я, стояла на пороге самых сильных, самых незабываемых ощущений, рядом с которыми секс с мужем, выглядел как «Запорожец» на фоне «Ягуара» И я не могла запретить себе окунуться в эту сказку. Не могла да уже и не хотела. Почему, с какой стати, я должна пренебрегать этим подарком судьбы.

— Попроси меня по-настоящему — произнес мой "Аладдин".

— Да, мой хозяин — мне хотелось чувствовать себя его рабыней, шлюхой, потаскухой, блядью; грязной проституткой, подстилкой, игрушкой в его сильных руках. Его вещью. Я развязала на нем халат и обнаружила, что под ним нет белья, его нефритовый стержень покачивался у самого моего лица. Он был огромен!!!

И я сделала то, чего он от меня ждал... с трепетом и с вожделением голодной хищницы, обхватила я губами этот стержень, стараясь вобрать его как можно глубже в себя, и почувствовала что никогда в жизни, ещё НИКОГДА, не держала во рту ничего вкуснее и, желаннее! Я всегда терпеть не могла феляцию, меня от неё тошнило, считала это унизительным, НИКОГДА не поддавалась на уговоры мужа, а вот сейчас, делала ЭТО сама и вкус его сводил меня с ума и я, делала это с УДОВОЛЬСТВИЕМ.

Я гладила член языком, сосала его соки с кончика головки вводила грибовидную головку себе в 

самое горло и сама удивлялась как меня до сих пор не стошнило. Я делала это долго, с упоением. Я хотела чтобы он утопил меня в своей сперме чтобы я пила её глотая крупными глотками и размазывала по лицу и губам и капли её капали мне на груди и стекали по животу, и так сильно я хотела чтобы сейчас меня видел мой муж; такую униженную, забрызганную чужой спермой, жадно берущую в рот у чужого мужика его некогда верную жену... и я втирала эти живительные капли себе в киску в тайной надежде "залететь" от этого полубога... а потом, он потянул меня за волосы, почти грубо, толкнул коленом к кровати, буквально швырнул как вещь, и я вновь легла на постель, широко разведя колени.

Когда он вошёл в меня, я готова была кричать от восторга, плакать от наслаждения и счастья, и даже боли! Его стержень был так огромен, что он заполнил меня всю растягивая. Мне казалось, что он, вот-вот разорвет меня, мою узкую почти девственную, привыкшую к маленькому члену мужа киску. Казалось ещё движение и, он пронзит меня насквозь. Остатки разума во мне померкли, я подавила в себе жалкие попытки моего разума избежать контакта, напротив — я жаждала момента, когда смогу почувствовать в себе его животворящее семя. И я с остервенением подавалась ему навстречу.

О да... неужели! Его орудие, наконец-то глубоко во мне. Восторг.

Мне кажется что оно, настолько огромно что пронзает меня насквозь: заполняет меня полностью, разрывает и ещё секунда, и пробив моё лоно его член достанет до сердца. Он приносит мне сладкую боль и неземное наслаждение. Я с трепетом жду когда этот монстр заполнит меня изнутри своим семенем и даст во мне начало новой жизни. Я хотела чтобы он кончил в меня, желала этого хотела и знала что это вот-вот случится. Я ведь ещё не очень стара, всё ещё могу забеременеть, могу выносить ребенка ЕГО ребенка... этого настоящего мужчины с большой буквы! Сбудется моя тайная пошлая эротическая фантазия:  — я рожу мужу ЧУЖОГО ребенка который будет не похож на него на столько что моя свекровь сразу всё поймет!

Эти мысли окончательно сделали из меня животное, в тот момент я была самкой, похотливой самкой жаждущей секса и оплодотворения. Горячий фонтан наконец забил в меня и я провалилась в пучины сильнейшего оргазма. Самого сильного за всю мою жизнь! Ощущения, пережитые мною в супружеском ложе, были ни чем, просто жалкой тенью, по сравнению с этой феерией. Это была фантасмагория. Головокружительное падение, и я падала. Падала всё ниже, и уже не хотела взлетать. Я кричала и выгибалась, мои ноги тряслись, в судорогах я умаляла его не прекращать, мне казалось, что теперь лучше умереть все равно никто больше, не сможет подарить мне такое чудо. И я кричала и плакала, и требовала не останавливаться, умоляла, просила его:  — ещё, ещё трахай меня ещё...

А он, довольно 

ухмылялся и говорил; что таких сук как я, только так и нужно ебать. Я извивалась на постели, когда он оттолкнул меня словно ставшую ненужной, использованную игрушку и хлопнул в ладоши, зовя кого-то. И тут рядом с кроватью появился "мой Посейдон", он смотрел на меня презрительным взглядом. С отвращением глядя на то как из моей вагины течет сперма и я размазываю её по своим бедрам пытаясь оттянуть момент завершения.

— Отдай её шестёркам пусть поиграют, а потом выброси её где-нибудь поближе к людям, она мне больше не нужна — спокойно произнес мой "Аладдин" и, запахнув халат, вышел, даже не удостоив меня своим взглядом. Посейдон, склонился надомной и, заглянув мне в лицо, ухмыльнулся, потом на моё лицо опустилось что-то плотное и темное. А потом было что-то невероятное: были ещё чьи-то члены, руки... кто-то мял мою грудь... кто-то сношал в вагину кто-то в задницу... потом тряпку с лица убрали но тут же в рот вставили чей-то толстый член. Я давилась, захлёбываясь спермой уже даже не пыталась сопротивляться и когда на смену одному приходил другой член я принимала его как должное как свою работу. Пила и пила чью-то сперму она заполнив мой рот стекала по губам и я размазывала её по лицу и груди, бедрам и животу... мне казалось что я утону в сперме и искренне желала этого...

Всё это я, наблюдала словно бы со стороны, словно была лишь сторонней наблюдательницей секса Араба похожего на сказочного персонажа, и Русской замужней женщины-шлюхи, которая стоя на коленях, умаляла своего господина жестко поиметь её. Потом как она ползала по полу между полуголыми мужиками с торчащими членами и они дрочили и кончали на неё. Потом я почувствовала, как меня куда-то повели, даже не помню, переставляла ли я ноги, я задыхалась мне не хватало воздуха, у меня во рту всё ещё была сперма и в голове моей шумело.

Кажется, я пыталась кричать, сопротивляться мне не хотелось ни куда идти, но мой язык онемел, а тело не слушалось и горло не пропускало воздух. А потом остался лишь безграничный, умопомрачительный стыд. Мне стало так стыдно, перед собой перед мужем, перед детьми, даже перед этим Аладдином и его командой. Этим Посейдоном, что вел сейчас меня брезгливо держа за талию отстраняясь от моего залитого спермой тела.

Я хотела, растворится в воздухе. Смешаться с пылью на дороге, кануть на дно морское, исчезнуть из жизни. Но я, не могла ничего сделать, я превратилась в ничтожество, и даже меньше, я превратилась в грязный лоскут помойной тряпки — в абсолютное ничто.

В субстанцию без тела, без рук, ног, сердца, в один сплошной стыд, который, я и это понимала, мне уже не суждено пережить. И я чувствовала что умираю, как гаснет то, что когда-то считалось Светланой; женой, матерью. Потом, кажется меня куда-то везли, но этого, я уже почти не помню. Я умирала и чувствовала это,  

и ждала этого момента, даже не пытаясь сопротивляться тому, что затягивало меня в этот бездонный омут, в чёрную пучину, из которой, я и это чувствовала, мне уже не выбраться никогда.

Я умирала и хотела этого, с нетерпением ждала того момента, когда моё сердце сделает последний удар. Но он всё не наступал, сердце по-прежнему продолжало медленно и тяжело биться. Откуда то, словно из другого мира, я слышала голоса, мне задавали вопросы. Светили в лицо. По-моему, я что-то отвечала, кто-то смеялся, меня толкали, трясли, и вдруг, я увидела себя со стороны: я шла по темной дороге, абсолютно голая, вся залитая спермой, испачканная кровью и грязью, и проезжающие машины слепили фарами, и сигналили.

И водители, высунувшись в окна кричали что-то, визжали, свистели, материли. Идти становилось все труднее, я споткнулась, упала и начала захлебываться, по-моему я попала в воду потом вроде выбралась, а потом наступила полная темнота. Я как в спасение, провалилась в спасительную темноту и поняла, что это конец. Да это и был конец, последним моим видением, стала голая женщина, лежащая в придорожной канаве. С волосами слипшимися от спермы, в луже собственной мочи... с пеной выступившей на губах. Мне показалось что я умерла, и сейчас, была даже рада этому...

•  •  •

Если я умерла, то почему мне так плохо. Почему так мутит, почему у меня так кружится голова? Эй... у меня что, есть голова... о Боже! Я слышу голоса это что, "ТОТ СВЕТ"... или ещё что то?

Если я умерла, то тогда почему я слышу голос Кати, чувствую лбом её прикосновения, почему меня знобит? Говорят в раю комфортно, или это не рай, а что тогда. Неужели ад!

Господи, да за что!?

«А разве не за что — пронзила меня тут же гневная мысль — да не ты ли ползала по полу и, протягивая руки, и давясь слезами, умоляла какого-то мужика, тебя поиметь. Да за такое... не то что в ад, а и... » — мысли сорвались, я не смогла придумать, что-то страшнее, чем ад.

— Света, Света ты меня слышишь?  — Катя гладила меня по лицу.

Я хотела ответить и не смогла, губы словно слиплись. Я с трудом приоткрыла глаза и, прямо перед собой увидела лицо Кати.

— Слава Богу, Светка ты жива!  — видя что задрожали мои веки, оживилась Катя.  — Ты меня узнаешь?  — в голосе Кати чувствовалась тревога.

— Катя...  — наконец выдавила из себя я.

— Слава Богу, Светка. Я так боялась что ты, меня не узнаешь.

— Где я?  — задала я слабым голосом резонный вопрос.

— В больнице, Светочка, ты не волнуйся врач сказал с тобой все будет хорошо, это отравление.

— Отравление?

— Да Света, ты чем-то отравилась.

— Но я...  — я хотела сказать, что ничего не ела но вдруг, неожиданно ясно вспомнила бутылку с водой со странным привкусом. Это было как толчок: воспоминания вдруг навалились на меня так четко и ясно, я вдруг четко вспомнила, что со мной произошло, не всё конечно. Но 

и от того что я вспомнила, мне стало так противно что меня, тут же стошнило. Меня рвало, выворачивая все внутренности наизнанку, Катя держала возле моего лица пластиковую чашку и приговаривала мне как маленькому ребенку:

— Все, всё Света, всё. Уже хорошо, уже всё хорошо — я схватила её за руку и из глаз моих хлынули слезы. Я рыдала, и никак не могла остановиться.

— Что со мной?  — спросила я когда рвотные позывы прекратились и я смогла вздохнуть.

— Ты отравилась Света — голос Кати немного дрожал.

— Отравилась? Чем!  — я откинулась на подушку, в голове немного прояснилось и я уже могла думать.

— Врачи говорят, что это какой-то алкалоид, вытяжка из каких-то ядовитых грибов.

— Что за чушь Катя, я не ела ни каких грибов.

— Ну не знаю, может тебе подсыпали что-то в еду или питьё, врач сказал, что этот алкалоид, вызывает галлюцинации и ещё...  — неудержимое половое влечение...

— Что?  — но спрашивать смысла не имело — я итак все помнила.

— Ты что, ничего не помнишь?  — спросила Катя.

— Как я здесь оказалась?  — вместо ответа задала я вопрос.

— Тебя на скорой привезли.

— На скорой?

— Да. Полицейские вызвали, когда приехали по вызову, кто-то позвонил и сообщил что у придорожного кафе на трассе, голая женщина кидается под колеса и пристает к водителям.

— Что-о-о-о!!??  — у меня случился шок, такого я уже не помнила.

— Когда они приехали, один из полицейских, случайно опознал тебя.

— Случайно опознал! Как?

— Помнишь, когда соседний номер обокрали, полиция приезжала, мы тогда с тобой, понятыми были, расписывались в протоколе у них...

— Ну.

— Так вот, один из тех полицейских, тебя запомнил, сказал что у него память на лица хорошая, а ты ему тогда понравилась...

Я судорожно вздохнула, меня снова мучила жажда.

— Катя, подай пожалуйста, воды.

Когда я напилась то спросила подругу:

— Кать, какое сегодня число?

— Двенадцатое.  — просто ответила Катя.

— Что!?  — слабо воскликнула я.  — двенадцатое! Но, мы же... ещё вчера должны были быть дома!  — у меня вновь закружилась голова.

— Поправляйся сначала.  — сказала тихо Катя.

— Но...  — я не знала как сказать.

— Не беспокойся твои уже в курсе.

Мне стало плохо.

— В курсе чего?  — я чувствовала как закладывает уши.

— Я позвонила твоему мужу, и сказала что ты с отравлением попала в больницу.

— Катя...

— Да Света. Мы с тобою отравились паленым коньяком, я вот видишь ещё ничего, а ты... вот.  — Катя так правдоподобно сделала брови домиком, что казалось, она сама верит в то, что говорит.

— Ну Катька...  — у меня немного отлегло от сердца.

— А мне-то ты расскажешь, что с тобой стряслось?  — понижая голос проговорила подруга.

— Позже Кать ладно. Дай в себя прийти.

Катя села прямо и вынула у меня градусник из-под мышки, несколько секунд сосредоточенно глядела на него, потом улыбнувшись сказала:

— Ну вот, Слава Богу и температура в норме, а то холодная, как рыба...

— Холодная?

— Ну да, врач говорит при интоксикации часто наступает... эта как её...  — Катя наморщила лоб, потом вскинула брови 

видимо вспомнив — «гипотермия» вот.  — выговорила она по буквам непомерно умное для себя слово.

— Надо этого Андрея найти.  — я вновь потянулась за стаканом.

— Что понравилось хочешь повторить?  — Катя ехидно ухмыльнулась — ты пей, пей врач говорит тебе жидкости побольше нужно.  — Катя помолчала, потом немного раздражённо сказала:  — Да искала я его уже, понимаешь ну не работает тут у них ни какой спасатель по имени Андрей. И вообще, их всего двое дежурных по пляжу и оба, уже пожилые дядьки.

— Значит?  — слабым голосом произнесла я.

— А то и значит. Развели нас как провинциальных лохушек. Это я во всем виновата.

— Ты то тут причем?  — удивилась я.

— Как причем. Ведь это я подначила тебя с этим красавчиком в кафе пойти.

— Я сама пошла.  — проговорила я чувствуя что Катя, в чем-то права — если бы не те её слова, я бы так и не решилась пойти в это чертово кафе.

— Все равно...  — вновь начала Катя.

— Брось Катька, кто ж знал, что так будет.

— А что всё-таки было а?  — не удержалась Катя от вопроса.

— Потом Катюш, ладно?  — я закрыла глаза.

— Ладно. Я тогда пойду, позвоню своих и твоих успокою, а то мой уже прилететь собрался. Представляешь.

— Да?

— Да. Но я, сказала ему что бы не переживал, что со мной все в порядке, попросила его денег нам прислать на билеты.

— А с моим, ты говорила?  — осторожно спросила я.

— Говорила, тоже мечется, переживает, к моему ходил денег просил одолжить, чтоб за тобой приехать.

— Ну?

— Чего «ну»? я позвонила, отговорила ну зачем ему сюда лететь, меньше знает, спокойнее спит. Понимаешь.

— Ага.  — сказала я ещё раз поблагодарив Катю за находчивость.  — Молодец Катя. Тертая ты баба, всё-таки.

— А-то.  — она озорно задрала свой и без того вдернутый носик.

— Ладно, ты лежи я на улицу выйду, поговорю. Потом, опять приду. Ладно?  — она встала.

— Ладно Катюша, иди, моему привет передай, скажи пусть не волнуется я уже в порядке.

Катя криво улыбнулась и, подмигнув глазом сказала:

— Не скучай тут без меня...  — она ушла, а я осталась наедине со своими мыслями. Я слышала, что женщины подвергнувшиеся насилию, впадают в депрессию, но как ни странно, я ничего подобного не ощущала. Да было противно, противно даже вспоминать то что со мной произошло. Ясно как день — я была не в себе. Разве я способна на такое? Представив себе лицо того Аладдина, я почувствовала вновь рвотный позыв. Собрав всю волю в кулак, я подавила его и сделала пару глубоких вдохов.

Даже лежа на больничной койке вспоминая себя всё то, что я творила, мне хотелось провалиться сквозь землю. Слава Богу, мы далеко от дома и никто из знакомых не видел меня в таком ужасном виде.

Ужас что если кто-то всё снял на телефон... а такие точно были...

Это ж надо такое... останавливать машины и, приставать к шоферам!

УЖАС!!!

Потом слабость взяла своё, я кажется задремала. Проспала я наверно долго, потому что 

когда открыла глаза, за окнами уже смеркалось, а в палате кроме Кати, был ещё один мужчина. Судя по костюму с погонами, под накинутым на плечи халатом, работник органов. Видя что я открыла глаза, он обратился ко мне:

— Здравствуйте. Как вы себя чувствуете?

— Здравствуйте. Спасибо, уже лучше.

— Я следователь. Сможете говорить, у меня к вам пара вопросов?

— Да. Думаю да, только...  — я сделала паузу — я мало что помню.

— Ну хотя бы что-то...

— Хорошо.  — мне очень не хотелось рассказывать то что со мной произошло. Поэтому прибегла к спасительной тактике, притворяясь что ничего не помню. Но я чувствовала что кое-что рассказать мне все же придется, так мне самой будет легче. Я смогу как бы поделиться с кем-то своей ношей. Самое мне неприятное я утаила, не стала рассказывать, как со мной происходили страшные и отвратительные вещи, как я словно полоумная ползала по полу, умаляя это чудовище — теперь он мне ни кем иным и не казался, «осчастливить» меня, пролить в меня своё семя, зародить во мне новую жизнь...

Тьфу, как же омерзительно теперь! Как вспомню так тошнит. И неужели это была я? Неужели это могло произойти со мной. Боже, как я буду теперь смотреть в глаза мужу!

Память услужливо возродила во мне видение, картинку, ту сцену, где он, жалко дрожа в семейных трусах по колено, в страхе прятался за плечами прекрасного великана.

Боже!

Неужели подсознательно, мой муж мне таким и кажется? Нет. Это не возможно, ведь он, совершенно не такой, я отказываюсь верить в то, что человек, которого я люблю, внутренне мне так противен.

Это не возможно, это... я терялась в своих мыслях, предательски всплывали в моем мозгу те нереальные ощущения, которые я пережила. Я понимаю, это было последствие наркотического опьянения, но... такое не забывается.

Я — я была в этом уверена — ещё не скоро смогу получать удовольствие от секса, все время вспоминая, ту испепеляющую страсть что я испытала.

— Вы можете описать лицо этого человека, который вам представился как, Андрей.

— Он,  — я напряглась,  — такой он словно высечен из камня...  — я дала описание лица Посейдона, таким каким я его запомнила и добавила:  — волевое, чуть скуластое лицо, мускулистые плечи, красивые ноги и... и всё.

Я понимала, что этого мало, но больше я ничего не могла сказать о нем.

— Вы, подвергались сексуальному насилию... только им или...  — немного тише спросил он.

— Я ничего не помню.  — солгала я.

— Хорошо, об этом, мне расскажет врач. Вас нужно проверить, возможно вы просто не помните, но во всяком случае нужно проверить на ВИЧ и прочие вен-заболевания. Поймите меня правильно, но с вами всякое могло случится и, будет лучше, если вы...  — следователь не договорил, гневный взгляд Катерины заставил его замолчать.

— Спасибо — сказала я — я сдам все анализы, это мне самой нужно, я ведь замужняя женщина, у меня дети. Мне не нужны сюрпризы — мне было тяжело говорить это, представить было страшно, а что 

если этот Араб или ещё кто-то из тех кто трахали меня тогда, наградили меня чем то? Я лихорадочно вспоминала события той ночи, пыталась хотя бы вспомнить сколько их было и краем сознания увидела смутную картинку: мои залитые спермой бёдра и сочащаяся густой белёсой жидкостью моя щель.

Меня снова бросило в жар.

Следователь ещё что-то говорил, я по моему что-то отвечала но слов его уже не слышала, меня бил нервный озноб, сердце бешено колотилось, и я понимала, что пока не увижу результаты анализов, я не смогу успокоится. Сразу же, как следователь ушёл, я обратилась к Кате:

— Катя милая, позови мне врача.

Катя испуганно поглядела на меня.

— С тобой все в порядке?  — испуганно спросила она.

— Позови, Кать а.

Катя пулей выскочила в коридор и на пять минут исчезла, потом вернулась запыхавшаяся со словами:

— Я вовремя, врач как раз домой уходил, еле догнала. У-у-ф.  — Катя опустилась на край кровати. В палату вошёл симпатичный мужчина средних лет, он был уже без халата и с сумкой, через плечо.

— Что случилось?  — спросил он меня.

— Доктор мне — я бросила взгляд на Катю, та всё поняв, встала с кровати, и выскользнула за дверь. Я посмотрела на женщину, лежащую у стены, но та, или спала, или делала вид, что спит.  — Мне нужно с вами поговорить — закончила я.

— Да, я вас слушаю.  — он поправил очки и слегка пригнулся ко мне.

— Доктор, мне нужно знать...  — я все никак не могла решится, он пришёл мне на помощь.

— Вы хотите знать, не подвергались ли вы насилию?  — если бы не его деловой тон, и полное отсутствие эмоций, то я, так и не смогла бы задать вопрос.

— Нет не это, это я и так помню.

— Да? А что же тогда?  — несколько удивленно спросил доктор.

— Мне нужно знать... не... заражена ли я чем либо...

Доктор сделал серьезное лицо и сказал:

— Результаты ваших анализов будут готовы только завтра, но от себя скажу: судя по тому коктейлю из спермы что был в вас и на вас... вы вступали в контакт минимум с пятью мужчинами. Результаты анализов будут только завтра, а что касается нежелательной беременности... вы как-нибудь предохраняетесь?

— Да, к счастью у меня стоит спираль, но...  — я потеряла нить разговора и рассеяно уставилась на врача.

— В любом случает вам нужно будет сходить в женскую консультацию у вас механические травмы вульвы и влагалища...  — врач пожал плечами — вас жестоко изнасиловали!

— Спасибо доктор — выдавила я, чувствуя, как дрожит голос.

— Отдыхайте, набирайтесь сил и...  — он немного помолчал и окончил — если анализы придут отрицательные... я бы не стал говорить мужу о случившемся... мы мужики люди разные, бывали случаи когда муж, узнав об изнасиловании жены, он...  — доктор замолчал не зная как окончить фразу, потом все же сказал:  — ну не получалось у него больше с женой, а бывало, что и наоборот. Это дело личное...

— Спасибо — поблагодарила я — а можно будет ЭТО 

не вписывать в историю болезни?

Доктор поднял бровь, и понимающе подмигнув, сказал:

— Дождемся результатов анализов и если с вами все в порядке, я...  — он секунду помолчал — мы не впишем это в вашу историю, думаю это возможно.

— Благодарю вас — я постаралась изобразить на лице улыбку.

Доктор поглядел на часы и бодро проговорил:

— Поправляйтесь, отдыхайте всё будет в порядке, а мне пора.  — он подмигнул озорно глазом и вышел. В палату вошла Катя.

— Ну что, расскажешь теперь, как было на самом-то деле?

— Версия для следователя тебя не устроила — с ироничными нотками в голосе проговорила я.

— Уж кто-кто, а я-то точно знаю, что всё это брехня. Давай колись.

— Ну слушай...  — и я рассказала ей всё, с самого начала и до того момента когда я, потеряла сознание.

Катька, слушала не перебивая по временам морщась и делая мину отвращения, особенно когда я пересказывала ей содержание «откровений от Аладдина» Когда же я закончила Катя, проведя рукой по волосам, выдала:

— Да что бы я, ещё раз с Арабом мужу изменила... Фу! Нет. Теперь с кем угодно, но только не с этими.

Мы поглядели друг на друга и вдруг рассмеялись...

Всю ночь я лежала как на иголках. Сон не шёл и под утро, я была абсолютно разбитая, словно не спала много ночей подряд да ещё эта слабость — последствия интоксикации. Меня мучила жажда, но хуже всего меня мучила неизвестность. За окнами давно рассвело, а я всё ещё лежала в постели и даже не вышла к завтраку. Врач пришёл сразу после завтрака. Я пыталась по выражению его лица прочесть, с какими же новостями он пришёл ко мне. Он приветливо улыбнулся и поздоровался со мной.

«Так пока ничего» — думала я, продолжая изучать его лицо.

Он встал у кровати засунув руки в карманы халата, некоторое время изучал меня, потом присел на край койки, и пощупав пульс, потрогав лоб, наконец, начал:

— Я ознакомился с результатами анализов вашей крови и...  — он сделал паузу, от которой у меня замерло сердце — в вашей крови...  — он опять замолчал, моё сердце по-моему остановилось, а я превратилась в одно сплошное ухо. Он взял меня за руку, и заглянув мне в глаза, сказал:

— В вашей крови, ничего не обнаружено — он говорил это медленно, с каменным лицом, от всего этого я растерялась.

— Что. Что вы сказали?  — он ещё секунду помолчав, растянул рот в улыбке.

— Вы здоровы, госпожа Коркина.

У меня зашумело в голове, и я почувствовала что падаю, хотя итак лежала. Врач продолжал любоваться произведенным эффектом.

— Здорова?  — наконец выдавила из себя я.

Садист врач вновь стал серьёзным.

— Через три месяца вновь сдадите кровь, но похоже, вам повезло. Повезло, что насильники были здоровы по крайней мере ничем серьезным не болели.

— Теперь можете спокойно поесть, а то цвет вашего лица мне что-то не нравится.

Он встал и, улыбнувшись подмигнул мне.

— Поправляйтесь скорее, ваш муж наверно соскучился по вам — он пошел к выходу но уже 

перед дверью, остановился, и обернувшись вдруг сказал:

— Знаете, а ваш муж — глупец.

— Почему?  — спросила я.

— Отпускать без присмотра ТАКУЮ женщину...

— Какую?  — вновь не поняла я.

Врач криво улыбнулся и, взявшись за дверную ручку, добавил:

— Такую!  — он скрылся за дверью, а до меня только дошло,  — он сделал мне комплимент.

Я откинулась на подушку, но полежать в постели в это утро мне было не суждено. Практически сразу же после ухода врача в палату буквально ворвалась Катя и строгим голосом, но весело сказала:

— Так, больная. Вам положены прогулки по свежему воздуху и положительные эмоции.

Катя присела на мою койку, а я сев вдруг прижалась к ней как к матери, обняв её руками за талию.

— Я есть хочу — проговорила я плаксивым голосом.

— Ну, вот и классно — воскликнула Катька,  — сейчас мы с тобой пойдем в кафе и, позавтракаем хотя уже скорее обед. Но мы все равно будем завтракать, представляешь я там вчера с официантом познакомилась, такой клевый парнишка.  — Катя театрально вздохнула — жаль что мы завтра улетаем, а то...

— Эх, Катька-Катька.  — в шутку посетовала я.

— А что?  — невинно спросила она.

— Мы улетаем завтра?

— Да. Если ты, не в курсе, тебя сегодня выписали.

— Да!? Я не в курсе.

— Хм, а чем это вы тут с врачом занимались. А?

— Ну, Катька.  — только и смогла проговорить я.

— Давай одевайся, наводи марафет, и идем нас ждут новые приключения.

— Катя — позвала я.

— Да?  — она вопросительно посмотрела на меня.

— Спасибо тебе.

— За что!?  — она удивленно уставилась на меня.

— Ну, помнишь ты говорила, что я ещё благодарить тебя буду?

Катя нахмурилась вспоминая, потом её брови взлетели и она, засмеялась.

— Спасибо.  — повторила я — спасибо за науку...  — и тоже рассмеялась...