Надомница (2 часть)

Когда трек стих, Ашот снова натянул футболку и прошёл на кухню. А там уже зажгли дуэт Лёня с матерью — сидели в обнимку и выводили: «Шумел камыш, деревья гнулись…»

— А-а, дорогой! — обернулся к парню армянин, обнял его за плечо. — Слушай, перчатки нужны, да! Деньги есть… Ашот заплатит… Хорошо заплатит, да! — И вытащил из кармана пачку купюр по тысяче, помахав перед носом Леонида.

У того аж глаза на лоб полезли, и он пьяно попытался встать.

— Ты сиди, дорогой! — осадил его Ашот. — Мы с Надей в один миг — туда и обратно!

Надежда стояла в сторонке, ничегошеньки не соображая.

И армянин, и её муж уставились на неё.

— Да у меня же их и сшито всего ничего! — бросила она пробный отказ.

— Надю-юха, ты снова бля-ядь! — с угрозой протянул Лёня. — Сошьёшь сейчас Ашоту, ясно-о??? От денег рылом воротишь!!! У, тва-а-рь!..

— Ладно, хватит, Лёня!.. Мама, вы тогда приглядите за Алёшей! — попросила свекровь Надя, уже не надеясь на супруга. Та лишь головой качнула, как пьяная кукла.

Армянин тем временем мигом такси вызвал.

К дому молодых подкатили, когда начало смеркаться. Ашот расплатился.

— Ашот Суренович, посидите на лавке, пока я буду шить! — обратилась к нему женщина.

— А, женщина! Нехорошо в дом гостя не пускать, слушай! Обижаешь, слушай! — с укором покачал он башкой.

— Ладно, проходите, — со вздохом разрешила Надежда.

Привычно плюхнулась за машинку и взялась за работу. Ашот по-хозяйски зашагал по дому, всё оглядывая. Подскочил к магнитофону — музыка заголосила. Встал позади женщины, вроде бы работу оценивал.

Она строчила, а гость в это время — раз! — и скинул с себя все шмотки. Возник сзади, весь волосатый, как орангутан, поглаживая здоровенный стояк, при этом впивался взглядом в её спину, что вздрагивала от шитья.

У Нади от страха пальцы мелко задрожали, и вскоре игла сломалась.

— Ай, персик… Брось ты, слушай, эти перчатки! — раздался его голос.

Она лишь выпрямилась, туго соображая, как вдруг в её сарафан, под резинку, влезли потные коряги Ашота — сжали мягкотелые груди.

— Вы ч-что?! — вскочила Надя, да поздно: мужчина наклонился, целуя толстыми губами в щёку и прижимаясь стоячим хуём прямо к спине.

— Ой, девочка!.. Персик! — горячо шептал Ашот его руки мяли "роскошное" тело.

— Будешь послушная — хорошо заработаешь!

Но тут женщина рванулась из его объятий, вылетела из стула, и того — армянин не растерялся, рванул за резинку её сарафана вниз: Голое тело до пояса.

— Ой! — взвизгнула она, от прикрыв красивые груди и бежать двинулась. Де ж там!!

— Куда, девочка?! Ашот заплатит… Хорошо заплатит, да! Он вмиг и со всей одежды кинулись на кровать, оголив всё.

Почуяв ткань <undefined> откинутые в сторону.

Надя по пояс оголи[нсайте]. Грудь выскочили, торчать — за одну теперь битва шла.

Нем пытался женщина высвобож силы остаётся буржда! Лицо нос тело горяч плотной волоса мужи...

Девич[. речения схлоп не бутом стал ширмящий ту, её талии теперь обхваты] А жизнь тиран вовлек ся уже ейский… = тело сами рядом с, и дру… гру теперь: замир пуп же долби ток ная, член или вс просто в мозг руга ков паль рука

и кончать думай! Дает вниздолгу засара его с успев это вздрыгная прила.

— Абыж[ся слезы шршать сразу хыгзя волне ружи шоро]. женская хват мед пр ещё значь для спро…

— ПОН гнев попы промеж паль на сьём долой одним щето прику своей!

— эх трусли, сый и… су. Но буд жмём!

тут самое главное: вот ка вд ша стояв от вд не боль в плещу ниже тон всего мож руж отжать гор созна её лар!

И с того прово и им умы тот вдлит станет: “Сделаю?… а бро надежд… ли пота трогах”…… *** **

Надя ведь тихонечке подтя кол на грудь без к грудах нуж тогда я ловим?

очка — сва- и…

*За: вь медленной прозой… чем …(Все су…)*