Дитя сна

«От любви к женщине родилось все прекрасное на земле» — Максим Горький.

Знакомьтесь, меня зовут Никита. Мне 27 лет. Я влюблён. Я безнадёжно влюблён в женщину, которая меня даже не знает. И у меня отклонение. Но об этом позже.•  •  •

положений и достатков, общего ничего не найти. Она старше меня. Ей 34 года. Но дай бог каждой 25-ти летней выглядеть также как она. Её данные умопомрачительны. Рост 170, ну может чуть выше. Высокое каре тёмно-шоколадного цвета. Тёмные, жгучие, сверкающие антрацитовыми искрами глазки как у Аниссы Кейт. Нарядные губки и носик как у Кэссиди Бэнкс. Длинная утончённая шея Николь Энестон, подчеркиваемая невероятно идущей ей стрижкой. Шикарная, пышная, но не громоздкая грудь, как у Эшлин Брук. Тонкая, осиная талия, как и Дакоты Скай. Аппетитные, но не толстые ягодицы, ну точь-в-точь как у Келси Монро, такие же как у неё ножки. Мой предел всех эротических фантазий. Вы, наверное, спросите кто эти женщины? Ранее, чем вы полезете в гугл, я вам отвечу. Вы их не знаете, значит у вас всё хорошо, и вы не настолько одиноки, чтобы запоминать имена актрис интересного жанра.

А вот я. Рост 165 — мелковат. Вес 75 — полноват. Ноги — иксиком. Волосы на голове светло рыжие и кучерявые как жопа барана. Глаза водянистые. Весь экстерьер дополняет и подчеркивает коричневая родинка размером со спичечную головку на левой щеке. «Там» тоже всё не как в фильмах браззерс и приват. Красавчик. Вот куда мне до неё?•  •  •

начинает вынимать из памяти последние минуты. Какой позор! Я был готов снова провалиться в забытьё, но мозг отказывался меня выручать.

— Давайте я наверно вызову скорую.

— Нет, нет, не нужно спасибо. Всё уже хорошо.

Я поднимаюсь на локтях в попытке встать. Она стоит передо мной нагнувшись со стаканом в руке. Я смотрю на неё, а глаза сами опускаются на её топ. Сквозь тонкий эластичный материал как две виноградные бубочки проступали её соски. Набираюсь сил и поднимаюсь на ноги.

— Извините, так глупо получилось...

— Если скорая не нужна, давайте я Вам налью воды.

— Спасибо, не нужно, у меня в машине есть. Я, наверное, пойду.

— Ну раз уж вы здесь, может тогда посмотрите роутер? Вы же за этим приходили?

— Да, но...

— Проходите. Не разувайтесь. Завтра придут из клининга.

Она подошла к холодильнику и достала оттуда бутылку Перье.

— Никита?

— А? Что?

— Никита. У Вас на бейдже написано. Это Ваше имя?

— Да, простите, я не представился.

— У Вас точно всё в порядке?

— Да, просто, наверное, переутомился и жара эта. Лишний вес, и всё такое...

— А меня зовут Наталья, вот, холодная.

Принимаю из её рук зелёную пузатую бутылочку, и мои пальцы касаются её. Разряд. Меня опять тряхнуло.

— Где у Вас роутер?

— Там у входа, над электросчетчиком.

— Ну судя по индикации всё в порядке. Давайте проверим на ноутбуке или смартфоне.

— Возьмите, смартфон на барной стойке. Он не блокирован.

— Это Вы опрометчиво. Такое время.

— Да кому я нужна?

МНЕ! Мне нужна! Вслух говорю.

— Зря Вы так. Судя по всему, Вы состоятельная и уж точно очевидно очень привлекательная женщина, всякое может быть.

— Вы так считаете? Ну что привлекательная?

Я покраснел. И дав петуха сказал:

— Да, Вы определённо хорошо выглядите для...  — и проглотил «для своего возраста».

— Договаривайте. Для моего возраста?

Я был готов провалиться на месте. Что я несу?

— Простите, я не хотел.

— Всё нормально. Я адекватно отношусь к своему возрасту.

— Вот, возьмите.  — протягиваю ей смартфон.  — Всё работает.

— Спасибо.

Я замялся на месте собираясь попрощаться и больше никогда не появляться в этом доме. Обморок, оговорка про возраст, и вообще вёл себя как мудак. Всё сделал по-мудацки.

— Ну, раз у Вас всё работает, я, наверное, пойду. Если Вам прозвонят из службы контроля качества, можете оставить отзыв.

— И всё?

— Простите?

— Ну это всё что Вы хотели мне сказать?

— Ну я... гхм. Если в дальнейшем вдруг у Вас возникнут проблемы с интернетом или ТВ, можете оставить заявку по номеру в договоре или на этой карточке.  — я полез в карман за визиткой организации.

— Я не об этом.

— А о чём, простите?

— О том как Вы следили за мной в магазинах СВС Молл. О том как пол часа сидя в машине у Бьюти Сантини, смотрели в окно как мне делают маникюр. О том как несколько раз проезжали мимо моего дома на низкой скорости. О том как пару раз, включая сегодняшний день стояли  напротив моего дома. Продолжать?

— Я вашим соседям менял аппаратуру...  — забубнил я.

— Не врите. Этот дом пустует уже две недели, они уехали в отпуск.

Меня прижали к стенке. Я потерял дар речи. Да и сказать было нечего. В глазах мутнело. Губы пересохли. Руки снова затряслись. Я прижался к стене и почувствовал, что начинаю терять опору. Наталья быстро подошла, вырвала бутылку из моих рук и плеснула водой мне в лицо. Колючая холодная жидкость вырвала моё сознание из полёта во тьму.

— Ты опять в обморок собрался?

Блаженное ничто не наступило. Наступила жестокая явь. Я стоял перед ней, как отруганный мамкой мальчишка за обоссанные штанишки. Только жидкость стекала с моего лица на мою рубашку.

— Никита, сядь пожалуйста.  — она указала рукой на диван.  — дойдёшь?

— Дойду, спасибо.

— Что ты слабый то такой, Никита?

Я молчал, в горле как наждаком прошлись. Попытавшись проглотить немой ком, закашлялся и хрипло проговорил.

— Можно еще воды? Пожалуйста.

Она молча открыла холодильник и достала мне еще одну бутылочку Перье. Протянула мне, но, когда я взял бутылку, она её не отпустила.

— Никита, у нас два варианта. Первый — ты сейчас же мне рассказываешь причину твоей слежки. Второй — не рассказываешь и спокойно уходишь, но я сообщаю в полицию, о том, что ты меня преследуешь со всеми вытекающими. В нашей стране пусть и нет статьи за преследование, зато есть статья за угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью. Ты был у меня дома, тут есть твоя ДНК и прочее. Вряд ли тебя посадят, но проблемы я тебе организую.

И отпустила бутылку. Она все это проговорила очень спокойным голосом. В нём не было угрозы. Она как бы просто сообщила что-то простое и неважное.

— Что думаешь?

— Вы...

— Ты, Никита, ты. Хватит уже выкать.

— Вы... Ты... В общем Вы нравитесь мне... в смысле Ты мне нравишься.

— И всё?  — она стояла, сложив руки на груди.

— Нет.  — я проглотил сразу половину бутылки воды.

— Ну?

— Я, наверное, влюбился в Вас. Ну в смысле в тебя.

— Наверное?

— Ну влюбился.

— Ну влюбился.  — она передразнила мой бубнёж.

— Ну а чего не попытался познакомится как обычно это делают люди?

— Я боялся.

— Я боялся, я боялся — аж в штанишки обоссался? Как ребёнок ей богу.

— Я что такая страшная? » — сказала она с усмешкой.

— Чего ты боялся?

— Не вы... не ты. Я.

— Что ты?

— Страшный.

— Это ты так решил?

— Так все думают. Ну и я ж сам не слепой.

— Ну допустим, не эталон красоты, но не урод же.

— Вам виднее. Эмм. Тебе.

— Ну и что нам с этим делать?

— Я не знаю. Я, наверное, пойду.

— Сиди! Пойдёт он.

— Я думала вызвать полицию еще когда заметила тебя во второй раз, но потом мне показалось, что у тебя нет плохих намерений.

— Спасибо, что не взывали.  — бубнил я, смотря в пол.

— Но просто так ты не отделаешься.

— Я... Вы... Ты только скажи, я всё сделаю и больше  никогда не побеспокою.

— А ты уверен, что я хочу, чтобы меня больше не побеспокоил? Ты настойчив в своём стремлении, изучал меня. Если ты меня изучал, значит я действительно тебе интересна.

— Но разве я ровня Вам?

— То есть ты считаешь, что женщина выбирает только по внешним данным и объёмам карманов?

— У меня нет в этом опыта. Наверное, поэтому и боялся подойти.

— Но подошёл же?

— Если бы ты не открыла дверь, я бы ушёл. Я уже собирался.

— Знаю, видела всё в домофон. А заметила тебя сразу, как подъезжала. Вот и решила: не подойдёшь ты, подойду я. Пора было с этим кончать. Пора бы узнать немного друг друга и только тогда мы поймём, что нас ждёт.

— У меня проблемы в общении с людьми.

— Поэтому первый шаг я и сделала, когда увидела, что ты собираешься уходить.

Она села рядом, повернувшись ко мне, я почувствовал её запах. Не духов, а именно её. Запах женщины, в которую (теперь уже не тайно) влюблён. Головокружительный и невообразимо притягательный. Учёные до сих пор спорят, есть ли запах у феромонов или запах, который мы чувствуем, это запах тела. И у каждого он свой. Как и вкус. У меня было много женщин. Да шлюх, но это же не отменяет их принадлежность к полу. Они все имели свой индивидуальный запах. Свой вкус. Но запах этой женщины был особенным. Его невозможно описать. Я не парфюмер. Он кружил голову, я терял контроль. Попробовать её вкус! Всё закружилось. Раж! Как состояние берсерка.

Я не заметил, как оказался сверху неё. Я целовал её лицо, глаза, нос, губы, щёки. Наталья уперлась в мою грудь ладонями и сильно оттолкнула на диван. Я упал на спину. Ну вот и всё. Я пытался.

Но вопреки моих ожиданий, она оседлала меня и начала драть на мне рубаху отрывая пуговицы. Они, отскакивая летели на пол и подпрыгивая укатывались в разные стороны. Тут же нарисовался Вайти. В погоне за пуговицей он уткнулся в мою ногу. Его удивленные глаза жрали меня ненавистью и ревностью. Он зашипел и с кошачьим мурчащим ворчанием ретировался.

Наташа, покончив с рубахой принялась за ремень и ширинку на джинсах. Я приподнял зад, и она сдёрнула с меня джинсы вместе с трусами. Взяв моё, готовое к предстоящему, естество в руку принялась водить по нему своей тёплой ладонью. Второй рукой она сняла с себя топ и её шикарная грудь уставилась на меня двумя шоколадными зрачками аккуратных острых сосков. Почувствовав на себе прикосновение её прекрасных грудей, я мелко задрожал. Наталья впилась своими губами в мои и наши языки встретились. Но целовала именно она, я был ведомым. Рука продолжала тискать мой пенис. Оторвавшись от моих губ, слегка прикусив мою, принялась целовать шею, грудь. Она спускалась всё ниже и ниже, целовала и лизала мой живот и снова всё ниже и ниже, пока не спустилась до члена. Обхватив его головку  губами, продолжала помогать себе рукой. Её язык гулял по стволу и головке. Я опять мелко задрожал, снова закружилась голова, мошонку охватил спазм и мой член извергся как Йеллоустонский супервулкан прямо ей в рот. Я изогнул спину и закатил глаза. Наташа, не выпуская член из рта продолжала своё действо, выцеживая меня до последней капли. Когда блаженство стало невозможным я оттолкнул её и завалил на спину. Я впился в её губы погрузив левую руку в волосы на затылке. Моя права рука ласкала бюст. Её пышные груди, увенчанные острыми сосками, вздымались под глубокими вздохами. Я спустился ниже, и рука скользнула под легинсы к её лону. Лаская груди губами и языком облизывая соски, перебирал пальцами нащупывая струны удовольствия Наташиной вульвы. Почувствовал, что её тело задрожало. Она схватила меня за волосы и подталкивала голову ниже. Целуя живот, запуская язык в её пупок, я стягивал с неё легинсы. Справившись со штанами, уткнулся носом в её лобок, а устами впился в головку клитора. Мой язык забегал по нему выписывая алфавиты всех языков мира каллиграфическим шрифтом. Её бёдра заходили вверх-вниз. Одной рукой я обхватил её за бедро, а другой трогал её красивую трепещущую грудь. Целуя её губами, языком нырнул под капюшон, Наташа, выгнув спину, задрожала. Она впились пальцами мне в волосы прижимая моё лицо к себе и застонав исторглась. Мои губы наполнились эякулятом, язык почувствовал вкус сока её тела. Ничто не может с ним сравниться. Я делал тоже самое, что и она несколькими минутами ранее, высасывал её, я пил Наташу до последней капли. И в этот момент снова почувствовал, как мой член налился новой силой. Оторвавшись от её пылающей промежности, я снял с себя болтающиеся на коленях джинсы. Подхватил Наташу за бедра, лаская её соски губами и языком, усадил на барный стул возле стойки. Его высота была как будто подобрана под мой рост. Я развернул её спиной к себе и аккуратно подтолкнул за шею вперед. Наташа поняла, чего я хочу без слов. Она наклонилась к барной стойке и уперлась в неё ладонями, подав таз немного назад, открыв доступ для меня.

Вошёл в неё аккуратно, без рывков. Её влагалище приняло меня теплом и пульсацией. Руки обхватили её груди, пальпируя горячие соски. Я двигался медленно, вынимая и углубляясь до упора. Нужно было прочувствовать каждый миллиметр её приюта своим вторжением. Её рука схватила меня за ягодицу и сжала ногтями. Пять единовременных уколов её коготков подсказали о необходимости увеличить темп. Я двигал тазом так быстро и сильно, как никогда. Наташа стонала, запрокинув голову назад. Хватаю её за шею притягивая горячее и влажное тело к себе. Я рычал как животное пока по телу не пошли судороги, спина и ноги задрожали. От низа живота до темечка разлились спазмы оргазма, и я излился прямо в Наташу. Я продолжал свои фрикции до тех пор, пока мой член  не ослабел. Я опустился всем своим телом ей на спину, целую покусывая уши, шею и плечи. Пенис выпадает из Наташи, и она гладит горячей ладошкой и пальчиками мою пульсирующую головку. Мы оба тяжело дышим. Наташа сквозь вздохи тихо шепчет:

— А ты меня так боялся.  — и улыбнулась.•  •  •

жёлтого. По истечении трёхлетнего контракта работы по проекту еще оставались и японцы предложить продление контракта по схеме +1 в плоть до окончания самого проекта. Греция, конечно, хороша, но проведя 4, 5 года в стране оливок и Илиады я устал. Я очень соскучился по родине. По родному городу, по вот этим проплывающим внизу зеленым квадратикам.

Аэропорт встретил сентябрьской жарой. Колоритный таксист кавказец (ничего не изменилось) повез меня 3 километра за бешеные деньги (ну вот вообще ничего не изменилось). Ну и пусть, надеюсь он эти деньги потратит на своих детей или на поддержание своей старушки матери. А я так устал, что был готов на любые деньги. Тем более, что теперь они у меня есть. Зато он сам отнес оба моих тяжёлых чемодана и в машину, и к подъезду возле моего дома.

Квартира в пыли, холодильник отключен, вода перекрыта интернета и ТВ нет.

— Сапожник без сапог.  — сам себе сказал я.

Ну что делать в пустой квартире? Бросил чемоданы.

Надо бы заказать еды. А к черту! Приму душ, переоденусь и сгоняю в СВС Молл... Там и поем и может чего прикуплю. А потом посмотрим. Глянем что изменилось в этом городе.•  •  •

мужчины.

— А мы знакомы?

— Кажется нет, но я думаю, что в этот раз мне точно не стоит Вас боятся.  — и улыбнулся.

КОНЕЦ.